Глава 11.

Марус

Я старался отвлекать моё рыжее счастье от невесёлых мыслей и проводил с ней столько времени, сколько только мог. Но большую часть дня приходилось торчать на допросах.

Да, я отгородил своих девочек от следователей, и теперь, если будет доказана их вина, судить будут меня, а их просто сошлют на Венеру без права выезда. Вот только лишать их своего общества так скоро я не намерен!

Мы с кэпом просмотрели записи с корабельных камер и датчиков. Создавалось впечатление, что ничего за время пути не происходило, полёт был спокойным и мирным.

Слишком мирным. Ни записи о том, что были обнаружены останки другого корабля, ни о том, что от нас на обломки отходила капсула. Кэп даже с разрешения следственной группы послал запрос на станцию. Там нас узнали, подтвердили, что действительно оставляли у них чёрный ящик.

Через пару часов удивлённый начальник станции сообщил, что все данные о нашем визите, как и чёрный ящик, пропали. Правда, остались чеки из местных лавок, которые подтверждали, что мы не сошли массово с ума.

Следственная группа злилась и обвиняла меня в том, что я чиню им препятствия, не подпуская к семье. Корабль продолжал торчать на окраине звёздной системы, ожидая приговора, а среди экипажа пошли нехорошие разговоры. Сперва кто-то пустил слух, что Ли-Синия убила Кирана из-за того, что тот к ней приставал, и теперь нас держат в карантинной зоне.

Капитану пришлось сделать объявление, что Киран действительно был ранен, когда спасал корабль во время нападения пиратов. И что он идёт на поправку, но на корабле нет нужного оборудования, поэтому второй заместитель пока побудет в лечебной коме в медкапсуле. Всем желающим разрешили навестить пострадавшего, и вечером врач жаловался капитану на количество паломников.

Потом слухи поменялись, стали шептаться, что хвостатая парочка обманом проникла на корабль, выдавая себя за других, и потом они якобы передавали детали маршрута пиратам. Не высадить ли их в капсуле в открытый космос, на радость следователям, и пусть нас уже отпустят?

Я скрипел зубами, пытался выяснить, откуда Ти-Лания взяла передатчик и кто на самом деле слил пиратам наши координаты. Ведь девочка просто тыкала во все кнопки подряд и не могла отправить осмысленные данные, а сигнал сам по себе не даёт возможности найти отправителя, иначе все пиратские суда уже давно бы отловили.

Ли-Синия

Мне разрешили вставать. По-прежнему все присутствующие на корабле должны были оставаться в каютах, но мне было не на что жаловаться.

Комната Маруса была больше той каморки, где мы с Ти-Ланией ютились раньше. Мы с дочкой играли, смотрели видео про Венеру, совершали виртуальные туры по домам и квартирам на продажу.

Даже несколько раз побеседовали с консультантами. Неизменно вежливые, до приторности услужливые мужчины пытались понять, что нам с дочкой требуется, но как можно ответить на их вопросы, если мы сами не знали, чего хотим?

А потом раздался звонок по межгалактической связи. Я испугалась, что это снова мама, и не хотела ругаться с ней при Ти-Лании. Но должна же я знать, что она готова сделать, чтобы мы вернулись?

Я ушла в санитарную комнату, заперла зверь и только после этого ответила на вызов.

С экрана на меня смотрела молоденькая девушка, по виду едва ли старше меня. Никаких пушистых ушек, как у нас с Ти-Ланией, только сочного оранжевого цвета кожа, гладко зачёсанные зелёные волосы и озорная улыбка.

– Я Инала, из системы Оранжевой Бури, – представилась девушка. Она смешно наклонила голову на бок, и над бровью сверкнули два кристалла. – И я уже пять лет живу на Венере, у меня два мужа. Ты Ли-Синия? Мне сказали, что ты новенькая, и нуждаешься в кураторе. Верно?

Я немного опешила, а потом поняла, что пауза затягивается, и неловко пробормотала:

– Не очень понимаю, о чём ты.

– О! Прости. Я всё расскажу. Только ответь, ты действительно признала своим мужем венерианца?

– Ну да, – я немного расслабилась, вспомнив слова Маруса про «инструктора по жизни на Венере». – Сейчас мы немного зависли в космосе, а вообще мы с дочкой никак не можем выбрать квартиру, а муж отказывается помогать, – пожаловалась я наболевшим.

– Это они могут, венерианцы то раздувают проблему из мелочей и сами бросаются её решать, то перекладывают всю ответственность на хрупкие женские плечи в действительно важных вопросах, – рассмеялась Инала. – Но вообще венерианцы очень милые и за своих дам готовы вывернуть космос наизнанку.

С этим я не могла не согласиться. Инала рассказала, что среди «инопланетных жён» есть традиция, как сами обустроятся и обживутся, помогать новеньким.

– У меня самой был куратор, милая женщина из системы Жёлтой Бури. Мы с ней до сих пор неплохо общаемся. Вообще, эмигрантки обычно ходят в «Сиреневый клуб», тут можно пообщаться и решить какие-то дела. Кстати, как прилетишь, первым делом зайди в любой медцентр, поставь себе чип, – Инала показала на кристаллы над бровью. – Но давай по порядку. Что там с квартирой?

Через какое-то время в дверь постучалась Ти-Лания, я вышла в каюту, показала дочку Инале, и обе остались в восторге от знакомства.

Мы рассматривали уже втроём квартиры, обсудили мебель и этажи.

– Весь жилой сектор Венеры поделен на районы, – просветила меня Инала. – Мне нравятся жёлтый и зелёный, но тут дело вкуса. А вот в оранжевый советую не соваться, его оккупировали местные дамочки, которые очень не жалуют приезжих. Да и планировка квартир там под их вкусы сделана.

– Хочу в парк! Гулять с деревьями! – известила Ти-Лания, с любопытством заглядывая в вирт-окно.

– Тогда однозначно вам в голубой район, – подмигнула малышке Инала и вывела на экран список квартир в этом секторе. – Не думаю, что вам понадобится квартира на десяток мужей, у приезжих обычно больше трёх не бывает. Можете смело смотреть варианты с пометкой «до семи мужей», по цене они почти не отличаются от самых маленьких, «на пятерых», зато можно обустроить большую детскую. Я сделала у себя целый бассейн, сыновьям нравится.

Я только подхихикивала на местную манеру измерять площадь квартиры в мужьях. Это их как, вдоль или поперёк укладывают? В странном для меня делении жилых районов, не на ветки, кланы и пещеры, а на какие-то цвета, я и не пыталась разобраться.

А идея про большую детскую мне понравилась, если останется место и Марус не будет возражать, может, даже уголок с цветами сделаю. Давно мечтала о собственном крошечном садике!

– О, мои мальчики с прогулки пришли! И второй муж уже зовёт к ужину. Я побежала, до связи! – жизнерадостно известила Инала и отключилась.

А на следующий день, проснувшись, я не нашла Ти-Ланию в каюте. Ни в шкафу, ни под кроватью, ни в санитарной комнате. И даже решётка вентиляции оказалась на месте!

Когда я наконец-то догадалась посмотреть отчёт на панели у входа, то обнаружила, что полчаса назад Ти-Лания спокойно ушла через дверь. Уф! И только тогда я вспомнила, что вообще-то у меня теперь есть Марус, а у него – доступ к внутренним системам корабля. Наверняка есть способ выяснить, где сейчас дочка, не бегая сломя голову по кораблю.

Я набрала вызов прямо с панели на двери – и сброс. Ладно. Сделала вызов с браслета, уже шагая по коридору, и снова отбой. Ш-ш-ш! Вот и хвалёное мужское постоянство! Когда нужно, не достучаться, когда не нужно – «буду всегда рядом»!

Раздражённая, я проверяла коридор за коридором. В малой кают-кампании Ти-Лании не оказалось. И, как назло, по громкой связи капитан напомнил, что все должны находиться либо в месте службы, либо в личной комнате, иначе ждёт выговор, а при повторном нарушении вплоть до увольнения.

В столовой сказали, что Ти-Лания забегала недавно, попросила булочку, и умчалась дальше, пообещав, что пойдёт к маме. Мне даже посоветовали вернуться в каюту, вдруг девочка уже там. А вот и не там, во-первых, я знаю свою дочь, а во-вторых, я перед выходом настроила сигнал с двери на браслет, как когда-то научил Марус. Так что точно знаю, что в комнату никто не заходил.

Наверное, я обыскала весь корабль. Заглянула и в секцию с капсулами для перемещений в космосе, и в медотсек, и в зелёную зону. В кабинете врача в капсуле лежал Киран, непривычно молчаливый и бледный, а сам доктор спал, откинувшись в кресле. Перед ни продолжали мелькать графики и колонки цифр.

В зелёной зоне, как и обещали, навели порядок. Приунывшая рцевалия буквально молила, чтобы её полили, а голубые крошечные кустики явно нуждались в прополке. Я только раздражённо рыкнула и помчалась дальше. Потом сюда загляну и напомню тем, кто сейчас присматривает за грузом, как правильно за ними ухаживать.

Время от времени загорались аварийные сигналы, свет во всех коридорах был приглушённый, казалось, что корабль вымер. Даже закралась паническая мысль, вдруг всех эвакуировали, или усыпили, или увели на допрос, а остались только мы с дочкой да раненный Киран со спящим доктором?

Где же Ти-Лания? Единственное место, где я ещё не была, это рубка. И Марус упорно не отвечает на мои звонки!

Марус

Очередной скучный допрос прервал внезапно сработавший аварийный сигнал. Мы с капитаном переглянулись. Он тут же сообщил дознавателю, что у нас непредвиденная ситуация, а я запустил диагностику всех систем корабля.

Руководитель группы ГСП отключаться не стал. Хотя дознаватели убрались на свой корабль, почти круглосуточно кто-то из их копанды держал связь с нашей рубкой. Для чего такой порядок, для меня оставалось загадкой. Измором нас хотят взять, что ли?

– Комплекс жизнеобеспечения в норме, запускаю проверку вентиляционных систем, – отчитался я об очередном этапе проверки.

Капитан за моей спиной пытался доказать ГСП, что это не уловка, чтобы под предлогом проверки запустить двигатель и сбежать или вызвать подельников для «ремонта». А у меня перед глазами на схеме корабля поочерёдно загорались зелёным отсеки. Грузовой в норме, вентиляция в спальных коридорах в порядке. Центральные… А вот центральные загорелись оранжевым – частичный засор.

Тревожно сжалось сердце. Ти-Лания раньше пряталась в шахтах вентиляции, вдруг опять?

Программа вывела запрос. Что делать с засором? Продуть, отправить роботов для зачистки, сжечь? Я отменил все команды и подключил робота со сканером. Тот прибудет к «препятствию» и передаст мне картинку, а там уже буду решать, что делать дальше.

Снова сработали аварийные системы. Да что же это такое, я же их отключил! Невольно нахмурился – при аварии вентиляция между отсеками блокируется, на случай, если где-то задымление или пробоина.

Робот-сканер замер, прислал запрос – шахта перекрыта, команду выполнить невозможно. Я снова вручную отменил аварийный сигнал, проследил, что сканер двигается к нужной точке.

– Марус, жду отчёт, – скомандовал капитан.

– Выполняю сканирование, – ответил я и повернулся к капитану. Посмотрел сначала ему в глаза, а потом на хвост, вернее, на то, что от него осталось.

Капитан вернулся к вирт-окну, заложил руки за спину, показал мне один палец и что-то спросил у представителя ГПС.

Мы с кэпом друг друга поняли. У меня есть подозрения в диверсии, но пока нет доказательств, а капитан даёт мне полную свободу действий.

Я внимательно следил за передвижениями робота, остался всего один поворот – и тут связь со сканером пропала, вновь включился аварийный сигнал. А вот это уже явно чья-то работа, не может быть таких совпадений!

Я отключил аварийку, а потом, подумав, приглушил везде свет. Зато в том коридоре, вентиляция над которым идёт прямо к рубке, освещение оставил. Из шахты это будет видно, если там действительно прячется малышка, надеюсь, она догадается пойти в более освещённую сторону.

Сканирование остальных систем корабля закончилось, всё в норме, причин для включения аварийного сигнала нет. Я снова выключил аварийку, и снова. Жаль, что нельзя насовсем вырубить эту программу!

Датчики сообщили, что «засор» сдвинулся ближе к рубке и тут же отключились, как отрубил их кто-то.

На экране появилось сообщение о принудительном продувании вентиляции. Отменить! Запущена программа обеззараживания шахт. Отмена! Перекрыт центральный отсек вентиляции. Отмена, разблокировать!

На экране высветился вызов от Ли-Синии, потом завибрировал браслет, сообщая, что со мной хотят связаться. Прости, счастье моё, не могу сейчас ответить. Я спасаю нашу дочь.

Не знаю, сколько это продолжалось. Неизвестный, уже не пытаясь прикрыться «случайными неисправностями», раз за разом включал или отключал сценарии, связанные с вентиляцией. «Засор», если верить датчикам, постепенно сдвигался к рубке. Я упорно перехватывал вредоносные команды до начала их исполнения, молясь всем звёздам, чтобы я успел. И с этой, и со следующей командой успел их перехватить и отменить, иначе летать Ти-Лании в открытом космосе после продувания шахт!

На краю создания слышался недовольный голос представителя ГПС, что-то отвечал ему капитан, прохаживаясь по рубке. Вирт-окно вынужденно поворачивалось следом, и моих действий там видно быть не должно.

Не выдержав, когда разом выскочили три программы для «устранения засора», я выругался в голос и даже встал с кресла, будто так стало бы быстрее. Руки жили собственной жизнью, я сбрасывал, отменял и блокировал, и тут…

Из вентиляции повалил белый дым. Тут же раздался кашель, за решётку ухватились тонкие пальчики. Я вскочил, бросился через всю рубку, а кэп уже выломал решётку и вытащил Ти-Ланию. Малышка кашляла, была бледной, но живой!

Я подхватил её из рук друга, осмотрел, обнял.

– Ти-Лания, как ты? Что случилось? Что-то болит?

Малышка откашлялась, по-кошачьи фыркнула, обвила хвост вокруг моего запястья и защебетала. Что мама спит, а ей скучно, а шарик потерялся, и она пошла погулять, но в комнате с окном шарика не было, зато был дядя Рошан, они раньше вместе играли, а теперь он разозлился, но она всего лишь забрала свой шарик! Она спряталась в трубу, но вылезти в старой каюте нельзя, там злой дядя Рошан, а как по трубе пройти в новую комнату она не знает, а потом всё сломалось, трубу закрыло, всё вокруг то гудело, то шипело, то хлопало и бухало, а потом свет погас, а с одной стороны остался, и она поползла туда…

Я выдохнул.

– Ты умница, Ти-Лания. Можно я твой шарик посмотрю?

Я сел в своё кресло с Ти-Ланией на руках, достал из шарика чип, вернул игрушку ребёнку, и тут же у неё в ладошках запрыгали голографические символы. Бедные пираты, если они получали такой сигнал, страшно представить, сколько времени они потратили на этот «шифр»!

Чип на месте, значит, это второй шар. Мы с капитаном переглянулись, я передал ему улику и приказал роботу принести воды и завтрак для Ти-Лании. Наверняка малышка не завтракала.

Тут дверь открылась, на пороге зашипела Ли-Синия. И смотрела она так, что я понял – её мужем мне больше не быть. И точно, я пропустил столько её звонков! Наверное, она волновалась за малышку.

Потом Ли-синия перевела взгляд на до сих пор клубящийся белым дымом выход вентиляции, и лицо её снова поменялось. Космос безграничный, лучше бы она на меня злилась, чем так пугалась за дочку!

Ли-Синия

Я ворвалась в рубку, не дожидаясь разрешения. Марус давно настроил мне офицерский пропуск, так что двери просто разъехались, и я увидела дочку на руках у мужа, она что-то весело щебетала и вертела в ладошках любимый шар.

Живая! Не сбежала в открытый космос в капсуле или без, не утащила на кухне пюре из синих овощей, не застряла в каком-нибудь укромном углу, придавленная ящиками или шкафом.

Я дёрнула ухом, услышав знакомое шипение, посмотрела в ту сторону – и обомлела. Белый дым. Вырванная решётка вентиляции. Капитан, который зло спорит по вирт-окну, а его собеседник, незнакомый мужчина с нашивками на форме, совершенно невежливо тычет пальцем в сторону Ти-Лании.

Я подошла к дочке с мужем, только сейчас отметила, как крепко Ти-Лания обвила хвостом Маруса, не оторвать. Кто же её так напугал?

– Что случилось? – тихо спросила я и обняла дочку, и не думая забирать её у Маруса. Всё равно не получится.

От короткого рассказа у меня мурашки пошли по спине, и шерсть на ушах стала дыбом. И ведь явно Марус старался сгладить углы, не слишком меня напугать, что уж там на самом деле было, и представить страшно!

– Дело больше не в моей компетенции, с вами свяжется начальник штаба, – услышали мы конец разговора, и вирт-панель перед капитаном погасла.

Капитан прошёл сквозь неё, словно и не было только что там никаких изображений. Марус отчитался, что все системы корабля работают исправно, и тут на экране уже перед ним всплыл десяток сообщения. Я смогла разобрать что-то о сбоях внутренней и внешней связи, капитан выругался, а Ти-Лания с интересом вертела головой.

– Если мы не выйдем на связь.., – капитаан многозначительно переглянулся с Марусом.

– Ти-Лания, дочка, пойдём поиграем? – попыталась я оторвать малышку от Маруса.

И она даже протянула ко мне руки, но хвост так и не отпустила. И не отпустит в ближайшее время.

– Ничего, – улыбнулся мне Марус. – Пусть посидит. Главное, что вы обе в порядке.

И он принялся давать панели управления голосовые команды, иногда помогая себе одной рукой. И даже разрешил Ти-Лании нажать пару кнопочек, отчего малышка пришла в восторг.

– Я вижу входящий сигнал, но возможности принять нет, – наконец, отчитался Марус капитану.

– Хм, – капитан ненадолго высунул кончик языка. – А если поменять точки входа и выхода? Примитивно, но пару минут нам даст.

Марус кивнул, запустил несколько команд.

– Ну-ка, Ти-Лания, помоги мне. Нажми вот сюда, – показал малышке Марус, и она всей ладошкой хлопнула по серой кнопке.

Свет мигнул, на экране высветилось предупреждение о перезагрузке системы, и центральная вирт-панель снова ожила.

– Брбвв-ввв-бп! – заявил появившийся на экране представитель расы разумных осьминогов.

– Марус, где переводчик? – взревел капитан.

– Стёрт из системы корабля перед перезагрузкой, – ответил Марус. – Простите, кэп, там было столько сообщений о сбоях, что это я упустил.