Глава 12.

– А разве на их корабле нет переводчика? Могли бы воспользоваться им, – робко предложила я, не до конца понимая, что происходит.

– Осьминоги не ставят к себе такие программы. Считают, что проще другим переводить один их язык, чем им – все языки вселенной, – пояснил для меня Марус.

– Вбп-вб! – вдруг вмешалась Ти-Лания, вытянула вперёд ладошки и смешно пошевелила пальцами.

– Малышка, не мешай, – шикнула я на неё.

– Бвп-пв! – ответил осьминог.

Они с Ти-Ланией ещё какое-то время булькали друг на друга и размахивали, осьминог – щупальцами, Ти-Лания – пальцами на руках.

– О чём он говорит? – первым решился прервать беседу капитан.

– Говорит привет, и что он капитан, и что ему приятно говорить с таким умным мальком, – надулась от гордости Ти-Лания. – Спрашивает, почему с ним никто не говорит.

– Скажи, что у нас сломалась система распознавания вербальных сигналов, – распорядился капитан.

Я шёпотом уточнила у мужа, и после его согласия опустилась на корточки возле сидящей на коленях у Маруса дочки и перевела:

– Скажи, злодей сломал корабль.

Растерявшаяся было малышка радостно забулькала.

– Капитан осьминог говорит, что сейчас они сами будут рулить нашим кораблём, – перевела нам Ти-Лания.

Капинтан недовольно покачал головой, щёлкнул зубастой пастью, но сообщения на панели управления уже мелькали, сменяя друг друга. Через минуту рядом с центральным развернулось ещё одно вирт-окно.

– Что там у вас происходит? – рявкнул мужчина, с которым капитан разговаривал до осьминога.

Беседа дальше шла без нас. В углу второго вирт-окна появилась картинка маленького нарисованного осьминога, совсем как у Ти-Лнии в мультиках, и, судя по всему, картинка переводила разговор для «капитана Осьминога», а второй мужчина словами передавал нам его ответ.

– Мама, ты видела? – радостно прошептала Ти-Лания. – Я говорила с капитаном осьминогов!

– Да, ты умница, я тобой горжусь, – ответила я ей и погладила по голове.

Капитан, щёлкнув зелёной пастью, повернулся к нам.

– Марус, проводи своих дам в каюту и побудь пока с ними, – приказал он.

– Слушаюсь, капитан!

Марус встал… Ну как, встал. Попытался встать. Потому как он держал Ти-Ланию на руках, она хвостом держала его за руку, а вот ноги… За ногу Маруса обвился мой хвост. Космос безграничный, неужели я настолько к нему прикипела, что уже считаю защитником и главой семейства? И да, мой хвост поймал его на одних инстинктах, полчаса, а может, и пару часов Марусу придётся походить так, со мной на прицепе.

– Вбвбвб-пв! – пробулькал осьминог.

– Вп-бв! – отозвалась моя дочка и достала из кармана шар с голографическими символами.

– Ох! – я достала из своего кармана второй такой же шар.

– Кто такой «синий дядя»? – с ошарашенным видом повернулся к капитану его второй собеседник.

Марус

Своих девочек я всё же увёл из рубки. Всё, что могли, они уже сделали, дальше пусть занимаются этим делом те, кому по службе положено.

Было очень мило, как Ти-Лания вцепилась мне в руку. Почему-то я ни секунды не сомневался, что от её хвоста так просто не избавиться, и просто старался отвлечь девочку от грустных мыслей. Я чувствовал, как она всё ещё дрожит, и хотелось порвать на клочки того, кто посмел напугать малышку.

И ведь не просто напугать – она действительно могла пострадать.

А вот когда мою ногу поймала своим хвостиком её мама, стало уже сложнее. Ли-Синия извинялась, смущалась, злилась сама на себя, но ничего не могла с этим поделать. Поэтому в каюту я ковылял, как пришибленный пингвин.

В комнате я схватил обеих красавиц – и упал вместе с ними на кровать. Да, тесно, зато весело, и ни один хвост не пострадал!

Ли-Синия показала, какую выбрала квартиру, я тут же её оплатил, чтобы к нашему приезду всё было готово.

Космос безграничный, как же приятно просто смотреть мультики, когда к тебе с двух сторон прижимаются две твои любимые женщины, жена и дочка.

Когда меня всё же освободили от хвостов и даже отпустили в санитарную комнату, я оттуда связался с капитаном. Рошана поймали. Он готовил одну из спасательных капсул, собираясь на ней сбежать.

ГСП за эти пару часов успели выяснить, что у Рошана несколько удостоверений личности на разные имена, и что дважды его уже судили, а ещё по трём делам он в списке подозреваемых.

– Кэп, я не могу дальше лететь, девочек нужно отвезти на планету, – озвучил я свои мысли.

Было неприятно это говорить капитану. Хотелось, как раньше, встать рядом с ним, и разрядить пушку в какого-нибудь ненормального гигантского плотоядного краба. Вот только теперь за моей спиной стояли две феи, и для меня стала их безопасность важнее всего на свете. Да и я нужен им живым.

– Я понимаю, высадим вас на ближайшей пассажирской станции. До твоей системы с двумя пересадками доберётесь за неделю, – проворчал капитан.

В тот момент, когда я благодарил его за понимание и всё, что было хорошего на службе, разговор прервался межгалактическим вызовом. Брат.

– Гилар, что-то случилось? – спросил я, вглядываясь в посеревшее лицо. Даже цветные пряди в волосах, казалось, выцвели.

– Ты… Это всё из-за тебя! – прошипел брат, сощурив яркие когда-то глаза, сейчас залитые золотом.

– Ты должен знать, Ли-Синия – не парень, она…

– Сидел бы на планете, как все нормальные мужики, и нам обоим не пришлось бы через это проходить! – перебил меня братец. Ясно, разговор не получится.

– Гилар, мы скоро будем на Венере, там и поговорим, – сообщил я и оборвал связь..

Жалко было брата, да, вот если бы он был в состоянии услышать, или хотел бы понять. Но нет, его врождённое упрямство, или, как мама говорила, упёртость, не позволяли ему слышать других. Вот ведь, изнанка чёрной дыры, вообразил себе невесть что!

Фыркнув, я вышел в каюту – и застыл. Ли-Синия шипела на кого-то по вирт-окну, по её лицу текли слёзы, а Ти-Лания крепко держала маму за ногу и заглядывала ей в лицо.

Я тут же оказался рядом, обнял Ли-Синию, и только потом увидел удивленное женское лицо на вирт-панели. С серыми кошачьими ушками и морщинками вокруг глаз.

– Мы вам потом перезвоним, – сообщил я даме и отключил связь.

Ли-Синия уткнулась носиком в мою рубашку, смяла ткань в кулачках.

Подмигнув Ти-Лании, я подхватил её маму на руки, сел вместе с ней на кровать и стал укачивать, как маленькую.

– Всё будет хорошо, котёнок, не плачь.

Слёз почему-то стало ещё больше, но мне не сложно посидеть со своими девочками, теперь уже молча.

Ли-Синия

Я не смогла внятно объяснить Марусу, почему вдруг расплакалась. Пропажа Ти-Лании, белый дым из вентиляции, осьминог, целых два пиратских передатчика, а под конец – звонок мамы, которая предлагала «забыть» Ти-Ланию на пересадочной станции, раз уж она не даёт мне вернуться.

Всего я не сказала, но, кажется, он понял. Мы поужинали, Марус уложил нас на кровать, а сам устроился на полу. Уговоры и даже приказы не помогли, с улыбкой Марус сообщил, что не оставит нас ни на минуту, а значит, в другую каюту не пойдёт. А на кровати тесно, зато на твёрдом спать полезно, о чём я впервые услышала, а ещё так мимо него не сможет проскочить ни одна хвостатая комета.

Последний аргумент сработал. Марус побрызгал на пол из какого-то баллончика, и через минуту возле кровати вырос упругий гелевый матрас. Подушку Марус принёс из нашей старой каюты, Ти-Лания прижалась ко мне с одного бока, Марус взял меня за руку, и засыпала я вполне счастливой.