Глава 15.

Двери открылись сами, стоило подойти ближе. Внутри были диваны, столики, опять много зелени. И нам навстречу уже спешил мужчина с надписью «Консьерж» на жилете, с парой полотенец в руках, в которые они с Марусом мигом завернули Ти-Ланию, сняв с неё форменную куртку. Я с сожалением посмотрела на испорченную вещь.

– Это просто одежда, – поймав мой взгляд, тихо произнёс Марус. – Если хочешь, я куплю новый костюм, специально для тебя. Этот дома повесим в шкаф, он и высушит, и выгладит.

Ещё в холле оказался огромный фен – большая арка, внутри которой с разных сторон дул тёплый воздух. Нам с Марусом пришлось подождать на одном из диванчиков, пока Ти-Лания с ним наиграется, зато она совершенно высохла.

Ненужные уже полотенца забрал консьерж, а вместо них принёс напитки. Разбавленный сок для Ти-Лании, чай мне и что-то, похожее на сизый туман в высоком бокале, для Маруса.

– Это воздушный коктейль, местный напиток. Попробуй, – предложил мне муж.

Я сделала маленький глоточек. Жидкостью это было сложно назвать, что-то между пеной и желе, только намного легче. Мне не понравилось. Марус только усмехнулся, глядя на недоумение на моём лице. А вот травяной чай оказался очень вкусным.

Из любопытства я тоже сунулась в арку. Воздух с едва уловимым ароматом озона и чего-то фруктового пощекотал хвост, распушил шёрстку на ушах. А потом вдруг подул сильнее, отчего юбка взметнулась, и я, взвизгнув, выпрыгнула из коварной сушилки. Ти-Лания вместе с Марусом посмеялись надо мной, а я пыталась по-быстрому пригладить одежду и волосы.

Консьерж попросил нас приложить ладони к вирт-панели в виде столба от пола до высокого полотка. После чего сообщил, что он проверил документы и внёс нас базу дома, и в следующий раз достаточно будет просто пройти через двери, сканеры нас узнают и запустят лифты, сразу на нужный этаж.

И действительно, на полу засветились стрелки, и мягкая дорожка привела нас к лифтам, которые сами распахнули двери, а через несколько секунд открылись снова, выпуская сразу в квартиру.

Светлая прихожая, с парой мягкий скамеечек по обе стороны от лифта. На одну Марус усадил Ти-Ланию, разул и попросил минутку подождать.

– Присядь, – улыбнулся он мне, указывая на вторую скамейку.

А сам опустился на колени и снял с меня обувь. И как-то так естественно и красиво у него это получилось, что я невольно засмотрелась.

– Добро пожаловать домой, госпожа, – произнёс Марус глубоким голосом, глядя на меня снизу вверх и продолжая держать мою ступню, легко поглаживая подъём, щиколотку. Потом быстро прижался губами к коленке и встал, уже обычным голосом рассказывая нам с дочкой, где здесь спрятаны шкафы.

Наверное, это какой-то ритуал, когда впервые семья приходит в новый дом? Попросить, что ли, всегда так делать?

– Это квартира с детской, поэтому здесь везде тёплый пол из специального материала. Он сам очищается, немножко пружинит, и по нему приятно ходить босиком, – спрятав обувь на полку, пояснил нам Марус.

Мы с Ти-Ланией переглянулись и дружно попрыгали на месте. Действительно, очень приятный пол.

– Готова? Поищем твою комнату? – спросила я у дочки.

– Да!

Ну, мы и пошли искать. Сначала наткнулись на большую гостиную, в которой можно было собрать весь экипаж корабля и устраивать матчи в футбол, о котором с восторгом мог часами говорить Марус. Окно во всю стену превращалось в вирт-панель для просмотра фильмов, а позади гигантского дивана буквой «П», я увидела четыре двери.

За одной оказалась комната поменьше, в которой кроме большого овального стола и стульев ничего не было. Видимо, тут полагалось кормить ту футбольную команду после матчей. Мы прошли насквозь и попали на кухню. Стол поменьше, человек на шесть, и шкафы, шкафчики, незнакомая техника. Да мне здесь целую вечность разбираться, что к чему!

Вторая дверь из гостиной вела в короткий коридор, который закончился отдельной санитарной комнатой с ванной, душевой кабинкой, раковиной, унитазом. Всё размером меньше обычного, что привело Ти-Ланию в восторг, как и набор мыла и средств для душа с яблочным ароматом. А вторая дверь из коридора открылась в большую комнату, ненамного меньше гостиной. И это оказалась детская.

Нас уже ждала застеленная нежно-розовым кровать со струящимся балдахином, маленькое кресло, большая мягкая игрушка, ростом больше Ти-Лании, и ещё несколько поменьше. Кукольный домик, который доставал дочке до груди, и пара куколок в модных нарядах внутри.

Дочка застыла на пороге.

– Мама, это чьё? – уточнила она тихо.

– Это всё твоё, – заверила я её.

– Всё-всё? – не поверила малышка.

– Да, это только для тебя, – Марус сел на корточки и заглянул Ти-Лании в глаза. – И домик, и вон тот большой медведь. И вся комната, только твоя.

– И кровать?

– И кровать, – хором подтвердили мы с Марусом.

– Ох!

Ти-Лания, как завороженная, пошла изучать новое жилище.

– Малышка, мы пойдём поищем свою комнату, – предупредила я дочку, но она, кажется, не услышала.

Очередная дверь из гостиной вывела в новый коридор. Несколько пустых помещений, большая санитарная комната со всем, что только может прийти в голову. Я уже решила, что спать сегодня придётся на диване, но последней в этом коридоре оказалась спальня. И я поняла, что больше не хочу никуда идти.

Большая кровать, на которой и четверым будет просторно. Несколько полок со светильниками, книгами и симпатичными вещицами, которые я решила рассмотреть позднее. Вирт-панель для фильмов, и настоящие шторы! Я о таких мечтала!

Я тут же полезла изучать шкафы. Марус вызвал робота с сумками, убрал ужин в холодильник, принёс мою сумку и поднос с напитками и печеньем. За это время я нашла постельное бельё, полотенца, пару халатов и смешных пушистых тапочек, и несколько запечатанных коробок.

– Я подумал, что тебе может понравится, – Марус обнял меня со спины и указал на одну из коробочек. – А вот это точно понравится мне.

Внутри приятно защекотало от предвкушения. Подарки! Мне! А в последней, интересно, что? Платье? Бельё? Духи? Какой-то десерт на двоих? Это будет использовать Марус для меня или я для него? Я потянулась к крышке…

– Мама! Мама! Ты где? – недовольный голос Ти-Лании напомнил, что детское время ещё не закончилось. Ладно, загляну в коробку, когда она ляжет спать.

– Мы здесь! – крикнула я, и Марус поцеловал меня в макушку, отпуская из кольца рук.

Дочка показалась мне уставшей. Ещё середина дня, а она уже готова разреветься по любому поводу, ещё и завила, что заблудилась в квартире и потеряла нас. Она и заблудилась, да ничего более странного я не слышала.

Я уточнила у Маруса, что можно смело распаковать, и мы с Ти-Ланией открыли все подарки, кроме той коробки. Нашли несколько платьев, шляпок, обувь, духи, расчёски и заколки. Всё в двух экземплярах, для меня и для неё.

Было очень забавно надеть одинаковые платья, обувь, ремешки которой сами подстроились по ноге, брызнуть друг на дружку ароматное облако из флакончиков. Сразу захотелось выйти куда-нибудь, выгулять обновки. Но малышка ещё и прогулку в парке сегодня не выдержит, для неё оказалось уже слишком много впечатлений.

Поэтому мы покрутились перед Марусом, выслушали комплименты, а потом переоделись в пижамки, которые нашлись в одной из коробок, набрали печенья и фруктов на кухне и устроились на диване в гостиной, смотреть мультики и передачи про животных. Оказалось, что пижамы Марус заказал одинаковые всем, и теперь мы втроём красовались в костюмах с рисунком из пирожных.

– Мы как одна семья! – заявила Ти-Лания, пока я смеялась до слёз, разглядывая Маруса в новом наряде.

– Да, малышка, мы теперь семья, – серьёзно подтвердил ей Марус. – У нас даже документы про это есть, и жить мы будем вместе, если вы с мамой меня не прогоните. Если захочешь, я мог бы стать твоим новым папой, а если тебе так удобнее, останусь дядей Марусом.

– Я подумаю, – важно кивнула Ти-Лания. – Включи осиногов!

Марус решил научить малышку, как ей самой включать мультики, я хрустела яблоком, таким сочным, что на пальцах оставались сладкие капли. Забывшись, я попыталась их слизать, но замерла, наткнувшись на взгляд Маруса. Горячий, полный расплавленного золота, и внутри приятной тяжестью налилось предвкушение. Интересно, на широкой кровати удобнее заниматься любовью, чем в каюте корабля?

Не знаю, что насчёт кровати, но на огромном диване оказалось здорово лежать в обнимку, или щекотать дочку, потом они с Марусом вдвоём щекотали меня, потом мы с ней вдвоём «победили» Маруса и мы защекотали уже его.

От фруктов остались одни косточки, печенье осталось почти нетронутым, после мультика про осьминогов был детский фильм про принцессу далёкой планеты, потом про флору и фауну древней Земли.

В какой-то момент Ти-Лания задремала. Марус осторожно перенёс её в детскую, я укрыла её одеялом, поцеловала перед сном. Во сне дочка прижала к себе одну из игрушек, и я невольно улыбнулась. У нас теперь всё будет хорошо!

Мы тихо вышли из комнаты, чтобы не потревожить малышку. Она уже навела свой «порядок», и на полу валялись мелки, кукольная одежда, детали конструктора. Ну и ладно, для уборки есть роботы, а в своей комнате пусть она командует, как хочет.

Я шла по коридору, помахивая хвостиком, и думала. Интересно, Марус сильно устал, или можно к нему немножко поприставать? Вот чуть-чуть? Он может просто полежать, я всё сделаю сама!

Лёгкое прикосновение к хвосту заставило обернуться. Марус поймал мою конечность, провёл рукой, поглаживая.

– У тебя очень красивый хвост, – чуть хрипло произнёс он, глядя мне в глаза.

Марус

Как хорошо, что Ли-Синия не умеет читать мысли, иначе я сгорел бы от смущения. Ведь я мечтал с ней сделать всё, о чём писали в пособиях для молодых венерианскиж мужей. И в спальне, и в гостиной, и в душе, в одежде и без, лёжа, стоя и сидя…

Когда мы подлетали к планете, я связался с братом. Наивно полагал, что Ли-Синия его увидит, сразу примет в дом, и сегодня мы уже вдвоём будем ей помогать обустроиться, и потом, вечером, окажемся в спальне втроём.

Наверное, это эгоистично, но я рад, что сегодня Ли-Синия только моя. Она весь день словно специально пыталась свести меня с ума: помахивала хвостом перед носом, хватала за руку, когда сильно удивлялась или хотела чем-то поделиться, а у меня внутри до сих пор всё переворачивается от каждого прикосновения.

А как она ела фрукты! Хотелось поцеловать её так, что стало тесно в штанах. И потом, дома, когда она высунула язычок и стала облизывать пальчики от сока – я не набросился на неё только потому, что окаменел от этого зрелища. Ну и Ти-Лания была рядом, конечно. Никогда не думал, что так сложно заниматься с ребёнком в присутствии своей жены. Мысли сразу совсем не детские.

Сейчас дочка наконец-то уснула. Ти-Лания идёт впереди и, задумавшись, прикусила губу. Интересно, о чём она думает? Позволительно ли поцеловать её и рассчитывать на что-то большее, или сегодняшний день её слишком утомил? А если хотя бы неспешный, расслабляющий секс, для хорошего сна? В брошюре было несколько подходящих вариантов, с массажем.

Её хвост оказался слишком близко, и я не удержался, поймал, погладил.

– У тебя очень красивый хвост, – сообщил я Ли-Синии.

Дальше только ей решать, захочет ли она ответить или попросит просто пойти спать.

Ли-Синия

Целоваться мы начали ещё в коридоре. Даже не могу сказать, кто первый шагнул навстречу. Помню руки, которые мяли и гладили под одеждой, помню, как ощупала приятную выпуклость у него на брюках и получила горячий стон в ответ.

Для меня это было игрой, наверное, Марус прав, и во мне много звериного. И я дразнила, отступала, манила за собой. А потом Марус просто прижал меня к стене, и мне стало не до смеха. Не отпустит.

Я провела ладонями по его груди в расстёгнутой рубашке, обняла за шею, запустила пальцы в волосы, притягивая к себе, подставляя шею и губы для ласки. Наверное, я сошла с ума.

Марус снова меня куда-то потянул. Хвост почувствовал что-то мягкое, ещё шаг, Марус осторожно наклоняет меня, не прерывая поцелуя, и под спиной оказывается диван.

Сердце стучит, как сумасшедшее. Хочется снять уже остатки одежды, я выгибаюсь – и раздаётся громкий, противный звук.

– Кря!

Мы с Марусом замерли, глядя друг другу в глаза. Дыхания не хватало, а ощущения были, как у нашкодившего ребёнка, который попался с поличным. Марус осмотрелся, нашёл взглядом игрушку, на которую сам же наступил, и фыркнул. А я просто рассмеялась, не до конца понимая, что на меня нашло.

– Может, в спальню? – предложил Марус. И такой у него был голос, с остатками страсти, что смех сам собой прошёл.

– Давай, – согласилась я и невольно облизнула губы. – Только я сначала в душ.

Марус проследил за моим язычком, прерывисто вздохнул, поднялся, подхватил меня на руки и понёс во «взрослый» коридор.

Я честно хотела пойти сама, тяжёлая же. А ещё, так было бы удобнее сбежать в санитарную комнату, или как тут её называют, запереться там, включить воду посильнее, остыть и подумать над своим поведением.

Но на любую попытку заговорить Марус отвечал весьма категорично, поцелуем. А когда по твоим губам скользит язык любимого мужчины, потом проникает внутрь, то уже совсем не до споров.

На ногах я оказалась только в ванной. И тут же руки Маруса стали скользить по телу, поглаживать, ласкать.

– Я помогу тебе раздеться, – сказал он, прикипев взглядом к моей оголившейся груди.

И помог же, не важно, что времени на это ушло намного больше, возражать мне почему-то не хотелось.

И в душе мы тоже оказались вместе. С потолка полилась тёплая вода в режиме «дождь», я обняла Маруса – и поняла, что он в брюках. Ткань моментально намокла, облепила его ноги. Зашипев не хуже меня, Марус отошёл, чтобы раздеться. С волос и одежды лилась вода, оставляя на полу лужи, которые на глазах впитывались в пол, будто их и не было. А я снова хихикнула.

Под душем стоять было приятно, струи на разгорячённой ласками коже ощущались очень остро. Тут же, в нише на стене, я увидела шеренгу баночек. От любопытства открыла первую, понюхала. Аромат помесина, кисло-сладкий. Зачерпнула пальцем, и под струями гель превратился в густую пену.

Я набрала побольше, размазала по телу, наслаждаясь ощущением нежной пены, тёплой воды, пара. Со спины прижался Марус, его руки легли на грудь, сжали, пальцы приласкали соски. Потом одна ладонь опустилась ниже, намылила живот и осторожно, словно боясь спугнуть, скользнула между ног.

Марус ласкал меня легко, нежно, словно я была редким цветком, с которым нужно очень осторожно обращаться. Я попыталась развернуться, или хотя бы дотянуться до него руками, тоже приласкать, но Марус не дал.

– Т-шш, родная, не торопись. Мне так нравится, как ты дрожишь в моих руках. Я так давно хотел услышат твои стоны…

Его пальцы скользнули внутрь, неглубоко, дразнясь, я собиралась зашипеть от возмущения, но вместо этого услышала собственный стон.

А ещё я поняла, зачем в душе столько ниш и перекладин – за них оказалось очень удобно держаться.

Хвост жил собственной жизнью, мне некогда было задумываться, что я творю.

– Ли-Син, хватит, я так долго не смогу, – простонал мне в шею Марус.

Хвост обвивался вокруг его члена, а у меня внутри мурашки прошли от осознания, что это я заставила этого мужчину молить о пощаде. Усилием воли я сумела освободить Маруса, хвост обвился теперь уже вокруг его ноги.

Я прогнулась, ухватившись за очередной уступ. Марус вошёл в меня, продолжая одной рукой ласкать мой клитор, рассказывая какие-то пошлости, что он мечтал бы со мной сделать. Я была не в состоянии вслушиваться, что он там говорил, но тембр голоса, тема, место, поза… Я задрожала, ещё чуть-чуть, и кончу. Качнула бёдрами, пытаясь ускориться, и получила шлепок по попе.

– Не торопись. Сама меня раздразнила своим хвостом…

Хвостом? Да пожалуйста!

Я крепко обвила член у самого основания. Теперь Марус сможет дольше, я а буду его направлять так, как мне хочется.

Я закрыла глаза, постепенно ускоряя темп. Струи воды на коже, шёпот Маруса, наше неровное дыхание, запах помесинов и едва уловимый аромат секса…

Внизу живота прошла дрожь, все мышцы напряглись, чтобы после самого пика ослабнуть. Марус вышел, и я почувствовала его семя на ягодицах. А потом он опустился на колени и провёл языком мне между ног!

Я так и продолжала стоять, наклонившись и ухватившись на уступ, не понимая, как на такое реагировать. Обернулась на Маруса – он выглядел безумно довольным, и с таким удовольствием облизнул мой клитор. А я… Мне просто было хорошо.

Руки Маруса ласкали бёдра, поясницу, живот, грудь, его губы и язык ласкали разгорячённое после секса лоно. Вторая волна удовольствия накрыла меня возмутительно быстро, оказалась слабее первой, но после этого я окончательно обмякла и сползла бы на пол.

Марус поддержал, обмыл, закутал в огромное полотенце и отнёс на кровать. И хорошо, мне уже совсем не хочется шевелиться.

– Мама, ты где? Я хочу пить! – голос Ти-Лании звучал из коридора, совсем рядом.

– Отдыхай, я уложу её, – шепнул Марус и быстро поцеловал меня в губы. С его волос капала вода. Он был уже в брюках, и когда только успел надеть?

Мне даже хватило сил переодеться в пижаму, я вздохнула, что последнюю коробку так и не открыла, а потом я уснула быстрее, чем подумала, что надо бы проведать Ти-Ланию.