Глава 16.

Дочка проведала нас сама. Пришла среди ночи, пробурчала, что ей одной страшно. Я подвинулась, приподняла край одеяла, приглашая, и малышка через минуту уже крепко спала у меня под боком.

Утром Ти-Лания выглядела нездоровой. Капризничала, отказалась от завтрака, и даже играть и идти в парк сил не нашлось. Забилась в уголок дивана, нахохлилась. Мне это всё больше не нравилось.

На вызов из медцентра я ответила, уже предчувствуя какой-то подвох.

– Госпожа, нам очень жаль, но врач, к которому вы записаны, сегодня принять не сможет. Можем предложить вам…

Я выслушала несколько имён, которые ни о чём мне не сказали.

– Моя дочь с рождения жила на космических кораблях. Кто сможет помочь ей с адаптацией на планете? – спросила прямо.

Меня заверили, что сделают всё возможное, и предложили подъехать в любое время.

– Ты хочешь, чтобы тот врач вас принял? – со странным выражением спросил Марус, как только я отключила вызов.

– Мне сказали, он лучший специалист по «космическим» детям, – вздохнула я. Придётся ехать, пусть хоть кто-нибудь посмотрит Ти-Ланию. А лучше, пусть посмотрят несколько врачей, а там сравним, что они скажут.

Марус вышел из гостиной, а через несколько минут вернулся заметно повеселевший.

– Такси я вызвал, врач уже едет в медцентр.

Глупые вопросы о том, как Марусу это удалось, я оставила при себе. Поцеловала мужа, попыталась уговорить дочку переодеться, но Марус отправил меня саму собираться. Я надела в первое, что попалось под руку, из тех платьев, что вчера были в коробках, и вышла к лифту. Марус уже стоял там, собранный, а Ти-Лания по-прежнему в пижаме сидела у него на руках.

– Ничего страшного, так даже будет удобнее, – заверил он меня и первым шагнул в открывшиеся двери лифта.

В медцентре стояла непонятная мне суета.

– Давай я отведу Ти-Ланию в кабинет, а ты пока заполни документы, – предложил Марус и быстро ушёл за одним из сотрудников.

Мы с недоумением переглянулись с мужчиной за стойкой, явно оба не понимая, о каких документах идёт речь. Потом он профессионально мне улыбнулся.

– Это обычная практика, дети рядом с мамой часто ведут себя иначе. Я уверен, ваш муж присмотрит за малышкой. Желаете пока воздушный коктейль?

– Только не его! – ответила на автомате, потом попыталась сделать ответ более вежливым. – Спасибо, если есть, просто чай.

Я злилась на Маруса, что он так меня оставил. Понимала, что рядом со мной Ти-Лания действительно капризничать и вредничать будет больше, чем просто рядом с врачом. Но Марус мог бы просто сказать об этом, попросить подождать! Хотя, не уверена, что я не увязалась бы за ними.

Я накручивала себя, переживала, злилась, теребила кисточку на хвосте и обещала, что в следующий раз Марусу его мужское достоинство этим самым хвостом оторву!

– Мама! Мама, я теперь робот!

Звонкий, довольный жизнью голосок заставил вскочить с диванчика. Кружка с остатками чая улетела на пол, а я уставилась на малышку, которая бежала ко мне в подобии космического костюма, на котором при каждом движении менял цвет тонкие полоски то ли лампочек, то ли датчиков.

Костюм облегал её, как вторая кожа, даже ступни и шея оказались затянуты тканью. На голове была сеточка, в которой тоже перемигивались лампы.

Позади Ти-Лании шёл Марус, а рядом с ним – его копия, только с цветными прядями в волосах и в форме врача. Гилар? Он тут что делает? Я присмотрелась к его одежде, отметила небольшую вирт-панель, по которой Гилар на ходу объяснял что-то Марусу, указывая на Ти-Ланию.

Дочка с разбегу врезалась в меня, обняла, подняла счастливый взгляд.

– Дядя Марус сказал, что я в этом костюме красивая, а дядя Гилар обещал, что я теперь могу ходить в парк! И что там есть белочки!

– Это детский экзоскелет, он поможет адаптироваться к притяжению и давлению воздуха, постепенно переводя их уровень от космического до планетарного, – смутно знакомый голос заставил поднять взгляд.

Гилар смотрел в пол или на Ти-Ланию и говорил так, словно слова давались ему с трудом.

– Так это ты тот лучший врач по космическим детям? – невпопад поинтересовалась я.

– Д-да, – отозвался мужчина, быстро глянул на меня глазами, полными расплавленного золота, и ту же снова опустил взгляд. Облизнул губы, прерывисто вздохнул. Марус ткнул его локтем, и Гилар продолжил.

– Этот костюм уже настроен полностью под параментры вашей дочери, нет необхо…

Ещё один тычок в бок, Гилар недовольно покосился на брата.

– Но всё же будет лучше, если вы раз в несколько дней будете приводить Ти-Ланию на осмотр, чтобы удостовериться, что всё идёт, как надо. Ей желательно отрегулировать диету, я оставил вашему мужу все рекомендации. Больше фруктов, лучше местных, которые не прошли космическую заморозку. Желательно добавить кисломолочные продукты, у неё хорошая переносимость белка в такой форме…

Он говорил и говорил, Марус за его спиной уже начал закатывать глаза и качать головой, а я просто обнимала дочку и радовалась, что с ней всё в порядке. Просто адаптация к планете, и это состояние ей облегчили, и теперь всё будет хорошо. Всё обязательно будет хорошо!

– Мама, а мы пойдём в парк? К белочке? Ну пойдём! Идём, идём, мама! – не выдержав долго стоять на месте, дочка принялась дёргать меня за руку.

– Малышка, конечно пойдём, мы же тебе обещали, я помню, – я села перед ней на корточки, погладила по голове, стараясь не задевать сетку. – Только закончим здесь все дела, и сразу пойдём.

– С оплатой и всем остальным я уладил, на сегодня в медцентре больше ничего не нужно. Я вызываю такси, – вмешался Марус. – Может, сначала заедем в кафе? Ти-Лания, ты голодная?

– Нет! Парк!

– А яблоко? И вкусный десерт, йогурт называется?

– Ну хорошо, яблоко и десерт!

Я огляделась. Гилара рядом уже не было, он так быстро ушёл, словно сбежал.

План пришлось поменять ещё раз, и после кафе мы заехали в магазин одежды, где Ти-Лании подобрали несколько костюмчиков, которые можно носить поверх экзоскелета. И только тогда отправились в парк.

Ти-Лания бегала между деревьев, гоняла бабочек, останавливалась посмотреть на каждого жучка, поминутно звала нас посмотреть на очередное найденное чудо. Карманы её нового комбинезона оттопыривались от шишек, веточек и камней, а ей всё было мало.

Марус терпеливо объяснял Ти-Лании, что за очередную штуку она нашла, тут же показывал в инфосети короткое видео про очередного жука. Она их не досмотрела ни разу, убегала за новыми открытиями.

А вот меня парк разочаровал. Нет, деревья меня восхитили, их явно сажали очень давно, некоторым перевалило за сотню лет, я это могла и без специальных программ сказать. Но вот всё остальное...

Ну кто решил, что вьюн возле вот этого дерева-великана придётся к месту? И зачем сажать рядом эти два куста, они же плохо друг с другом уживаются и в итоге оба страдают. Те цветы, что старательно огородили бордюром из камней, на моей планете назвали бы сорняками. А вон тот жёлтый кроха, который хорошо влияет на состав почвы, здесь почему-то пытались вытравить.

Марус смотрел на меня с недоумением, он явно ожидал другой реакции. А у меня внутри всё переворачивалось от того безобразия, что я видела вокруг. Растения же чувствовать надо, спрашивать у них, подойдёт ли им соседство, каких веществ не хватает, полить или подождать ещё пару дней.

Это всё я и высказала Марусу, когда мы летели домой. Ти-Лания прилипла к окну такси, а я не могла сдержать внутри своё возмущение.

– Прости, я не думал, что ты так расстроишься. Больше не поедем туда гулять.

– Да при чём тут это?!

Ну как он не понимает, что… Ай, ну что взять с мужчины!

Я надулась. Марус попытался меня обнять, но я дёрнула плечами. Не надо меня сейчас трогать! Он попытался разговорить Ти-Ланию, но она уже наговорилась в парке:

– Дядя Марус, не мешай, я в окно смотрю.

Дома Ти-Лания умчалась к себе в комнату, прятать шишки и камешки в кукольный домик, Марус ушёл на «мужскую половину», и я как-то неожиданно осталась одна. Побродила по гостиной, зачем-то переложила подушки на диване.

Раньше казалось, что стоит осесть на планете, и все проблемы исчезнут. Да, некоторые действительно решились, но на их место пришли другие. Я как-то не так представляла себе жизнь на планете, примеряла на себя правила Союза, готовилась отдать дочку в садик, чтобы самой вкалывать до самой ночи ради нас с ней.

А как быть здесь? Наверное, тоже нужен садик? Не от безысходности, а чтобы у неё появились друзья-ровесники, чтобы она быстрее освоилась в новом мире. Интересно, есть ли здесь группы на полдня? И такие, где учат представителей других солнечных систем?

– Кэп передавал тебе привет, – Марус зашёл в комнату, обнял меня, поцеловал шею. Приятно до мурашек, мур! – Сказал, Кирана вывели из сна, и тот сразу заявил, что Рошан на него напал.

– Какой кошмар, – покачала я головой. – Он мне казался милым, и с Ти-Ланией ладил. Как представлю…

– Не представляй, не нужно, – шепнул Марус. – Всё позади. Я собираюсь ужин готовить, посидишь со мной на кухне?

– Я и сама могу приготовить, – тут же возразила я. Правда, в последний раз я готовила в тот день, когда сбежала из дома. То был ужин на пятерых, и мне он не полагался из-за разбитой чашки.

– Не вздумай, – шутливо пригрозил мне пальцем Марус. – Я муж или кто? Это моё дело, кормить жену, любить и оберегать.

– А какое тогда у меня дело? – не на шутку озадачилась я и дёрнула ухом.

Марус улыбнулся.

– Твоё дело – быть счастливой, любить нас с Ти-Ланией, и тогда мы тоже будем счастливы.

От такого ответа я немного зависла, а Марус рассмеялся, поцеловал меня в кончик носа, словно нечаянно огладил попу и потянул за собой на кухню.

Сперва он приготовил несколько воздушных коктейлей, но мне снова ни один не понравился. Прибежала Ти-Лания, схватила один из стаканов, выпила в два глотка, сказала, что очень вкусно и снова умчалась.

Пока Марус резал овощи и мариновал мясо, я озадачила его вопросом про детский сад.

– У нас есть элитные сады для девочек, кто-то отдаёт дочек в смешанные группы, но таких немного. Я слышал, что для тех, кто на Венере недавно, сделали отдельные сады, где помогают малышам адаптироваться к планете и объясняют, как тут что устроено. Лучше спроси у Гилара, когда завтра поедете с Ти-Ланией к нему на осмотр. Он с детьми работает, знает больше меня.

Я озадаченно дёрнула хвостом. Завтра на осмотр? Мне казалось, через несколько дней. Ну ладно, Гилару с Марусом виднее, главное, чтобы дочка была в порядке.

Задумавшись, я смотрела на Маруса. Как он уверенно чувствует себя на кухне, словно не ужин готовит, а управляет армадой космических кораблей. Кастрюля с гарниром отступает, сковорода рвётся в бой. Блюдо для запекания отправляется на базу в духовку, грязная ложка летит на техобслуживание в посудомойку…

Наверное, в Союзе я бы не прижилась. Говорят, там техника и готовит, и убирает, а Венера по сравнению с планетами Союза – отсталый мир. Интересно, а там кто-нибудь станет соблазнять жену, намазывая сырое мясо маринадом?

Марус поймал мой взгляд, подмигнул. Взялся за подливку, и по кухне поплыл чудесный аромат. Вот не знаю, кого я хочу съесть сильнее, Маруса или ужин! Я хихикнула, когда Марус почесал нос, и на лице остались разводы чего-то зелёного. Ладно, пусть он сперва закончит готовить, а потом я и его съем.

Марус зачерпнул соус ложкой, подул и подошёл ко мне.

– Попробуй, лимон или перец ещё добавить? – он поднёс ложку прямо к моим губам.

Я осторожно коснулась губами, потом отобрала ложку и даже облизала её:

– Вкусно!

И тут внутри неприятно дёрнуло, будто струна оборвалась.

– Я пойду, проверю, как Ти-Лания, – сообщила я, вставая из-за стола.

Волновать Маруса раньше времени не хотелось, мы же в квартире, что тут может случится?

В детской Ти-Лании не было. И в гостиной. И в спальне. И ни в одной из санитарных комнат.

– Ти-Лания пропала! – я влетела на кухню, и Марус тут же отложил нож.

– Сюда она не заходила. Идём, посмотрим вместе.

Но вместо того, чтобы мчаться в комнаты и заглядывать во все шкафы, Марус развернул над столом вирт-панель.

– Смотри, вот сигнал с её часов. И судя по всему, за пределы здания она не уходила. А ещё… Не пойму, но, похоже будто она в прихожей.

Мы подошли как раз в тот момент, когда двери лифта разъехались. Внутри оказалась чем-то раздосадованная Ти-Лания, за руку её держал консьерж.

– Госпожа, простите, но у меня нет разрешения выпускать юную госпожу без сопровождения, – покаялся мужчина.

Ти-Лания нашлась! Космос безграничный, как же хорошо, что она не сбежала, не заблудилась, не попала в плохие руки!

Я бросилась к дочке, обняла её, поцеловала, а потом строго посмотрела.

– За попытку побега остаёшься сегодня без десерта! И весь вечер будешь сидеть у себя в комнате! – скомандовала я строгим голосом. Сердце до сих пор тревожно колотилось о рёбра.

Марус поблагодарил консьержа, о чём-то с ним договорился, и мужчина уехал, так и не переступив порог лифта.

Дочка, надувшись, ушла к себе. Вроде и понимает, что поступила плохо, но и обида чувствуется из-за того, что побег не удался. И куда только её тянет?

– Я даже имени того мужчины не запомнила, – покаялась я, посмотрев в сторону лифта. – Может, стоило пригласить его на ужин? Или как-то ещё поблагодарить?

– Про имя не волнуйся, скорей всего, ты его больше не увидишь, – пожал плечами Марус. – Консьержи часто меняются, чтобы побывать в разных домах. Так выше шанс встретить свою женщину.

– А вдруг новенький не остановит Ти-Ланию в следующий раз? Или часы потеряются, – ахнула я, пытаясь представить себе, как можно найти маленького ребёнка на огромной планете. Это же не космический корабль, где каждую гайку знаешь.

– Не переживай, все консьержи проходят инструктаж, правила у них одни. А часы сделаны так, что не ломаются от ударов, воды, грязи, батарейки хватит на пару сотен лет, и снять их может только взрослый. На дверь в квартиру я только что поставил блок, теперь Ти-Лания одна выйти не сможет. Прости, что не подумал об этом раньше.

Я коротко поцеловала Маруса и пальцем стёрла у него с носа брызги соуса. Хорошо, что он хоть сейчас всё настроил. Теперь я буду спать спокойнее.

У Маруса пикнул браслет – напомнила о себе кухонная техника, и муж ушёл доделывать ужин. А я убедилась, что Ти-Лания в своей комнате, устроилась в гостиной на диване и набрала Иналу. Мне очень нужны была консультация.

– О! Ты уже прилетела! – расплылась в улыбке молодая женщина с оранжевой кожей. – Рада, безумно рада. Приходи завтра, я держу кафе, там муж готовит блюда с моей родины.

На вирт-окне высветился адрес и время, чтобы вызвать такси, осталось нажать одну кнопку. Я оценила, удобно.

– Я как раз хотела узнать, где могут работать женщины, чтобы не ущемлять мужа и не бросать тень на свой клан… то есть, семью. И куда пристроить ребёнка, я прекрасно понимаю, что не смогу ей рассказать, как жить на планете, где сама ещё не освоилась. И детей я на улицах не видела, где они гуляют? Не сидят же взаперти?

– Прекрасно, завтра обо всём и поговорим, – кивнули Инала. – Про детей отдельная история, но, подозреваю, в закрытую школе для девочек тебе отдавать свою малышку будет неразумно. Там слишком с ними носятся, брр! У меня знакомая отдала, хотела сделать из дочери «настоящую венерианку». А получила ходячую самовлюблённую неприятность, которая уверена в своей уникальности и неповторимости.

– У тебя же есть дети? Где они учатся? – уточнила я.

– Да, есть. Трое мальчишек. Ходят в общую школу рядом с парком. Они, правда, родились уже здесь, но ты поговори с директором.

При упоминании парка у меня опять испортилось настроение. Издевательство над растениями какое-то. О чём я тут же сообщила Инале, просто не было сил держать в себе.

– Так ты можешь взять над парком шефство. Кристалл, вижу, тебе поставили, так что у тебя прав столько же, как и у любой венерианки. Тут же всем управляют женщины, и работой парков в том числе.

Я дёрнула ухом, предчувствуя что-то интересное, но ничего больше Инала сказать мне не могла. Кураторством над парками она никогда не интересовалась, так что выяснять мне придётся всё самой.