Глава 17.

Марус ждал меня на кухне. Пахло изумительно, а столько тарелок и столовых приборов я, наверное, никогда и не видела.

– Это что? – спросила я, указав пальцем на стол.

– Тёплый салат с овощами и дичью, закуска с мясным паштетом, горячее и десерт, – отчитался Марус, раскладывая на столе цветные салфетки.

Пока я пыталась переформулировать вопрос в «зачем столько всего и так торжественно?», он обнял меня со спины, быстро посмотрел на дверь и залез ладонью в декольте, погладил и сжал левую грудь, приласкал сосок, и тут же отступил, пока никто нас не поймал.

– Может, пусть Ти-Лания с нами поужинает? – спросил он и машинально поправил брюки.

А вот нечего нас обоих дразнить! Я пожала плечами, шагнула ближе и провела хвостом там, где он недавно поправлял. Приятная выпуклость интриговала, хотелось пощупать не только хвостом, и не только пощупать.

– Не стоит, поймёт, что наказания можно избежать, и будет из нас верёвки вить. Мне самой её жалко, но правила мы ей озвучили не просто так.

Марус странным голосом извинился и сбежал на мужскую половину, приводить себя в порядок. А я отнесла дочке ужин, поцеловала её, напомнила, что мы больше не на корабле и вести себя, как раньше, уже нельзя.

Ти-Лания дулась, но не возмущалась и не пыталась спорить, значит, понимала, что не права. Она играла в куклы, искала с ними шишки и палочки, которые сама же спрятала в шкафу. Экзокостюм едва заметно помигивал лампочками, отчего казалось, что Ти-Лания нарядилась на какой-то праздник.

На полу я увидела несколько крупных косточек и пару огрызков от яблок. Я собрала их, попросила дочку выбрасывать мусор сразу в утилизатор или хотя бы складывать в одно место. Интересно, робот-уборщик такой мусор распознает? На корабельном алгоритм часто сбоил, он мог оставить обрывки бумаги, зато зажевать пуговицу. Надеюсь, здесь работает лучше.

Дверь в детское крыло я закрыла и поставила себе уведомление на случай, если Ти-Лания решит выйти.

На кухне и в гостиной Маруса ещё не было. Посомневавшись, я посмотрела на накрытый стол, вспомнила руки Маруса под одеждой. Хвост норовил задраться к потолку, и я, хмыкнув, пошла искать мужа.

В мужском коридоре оказалось пять дверей в небольшие комнаты. Больше, чем каюта на корабле, но явно меньше моей спальни и гостиной. А в конце коридора, судя по всему, предполагалась общая санитарная комната.

Я открыла дверь. С потолка лилась вода, Марус стоял ко мне спиной, и я тут же прикипела взглядом к его спине и ягодицам. Я машинально заперла дверь, быстро скинула с себя одежду на скамеечку и прижалась к мужу. Марус вздрогнул, накрыл мои ладони руками. А потом осторожно, давая мне возможность передумать, потянул одну руку вниз, к паху.

А вот и нет, не откажусь. Я обхватила член, провела по всей длине, и Марус тихо застонал. Я огляделась, нашла на полке знакомую баночку и щедро налила гель на ладонь. Теперь скользить стало удобнее, и я смело сжала сильнее. А ещё можно покрутить пальцами, будто что-то откручиваешь, по бороздке вокруг головки. Или серединой ладони эту самую головку погладить, будто шарик катаешь. И снова провести вверх-вниз, то сжимая, то легко-легко, зато быстро.

Марус закрыл глаза. От каждого его рваного вздоха, от каждого стона или шипения сквозь зубы у меня внутри приятно теплело.

– Я больше не могу, – тихо произнёс он, снова накрыл мою ладонь своей и быстро, в несколько простых движений, довёл себя до пика.

Безумно приятно, когда любимый мужчина дрожит от твоих прикосновений, когда у него сбивается дыхание и колотится сердце, он напрягается всё сильнее, чтобы потом, после короткой дрожи, расслабиться.

Марус повернулся ко мне:

– Кажется, я непозволительно эгоистичен сегодня.

От его безумного горячего взгляда, хриплого голоса и тяжёлого дыхания по спине побежали мурашки. Я только охнула, когда Марус уложил меня на скамью, прямо поверх одежды, а сам опустился между моих ног и поцелуями по внутренней стороне бедра поднялся выше.

Дальше мне уже некогда было думать, что там происходит. Я просто закрыла глаза, теряясь в ощущениях, наслаждаясь прикосновениями. Душ продолжал шелестеть, словно шептал что-то, аромат цветочного геля для душа окутывал обещанием чуда.

Вздохи и стоны получались сами собой, с каждым разом всё громче, я сжала края скамьи, чтобы не потеряться окончательно. Ещё движение, ещё… Я выгнулась, и тугая пружина внутри резко распрямилась, по телу прошла волна дрожи, рождаясь глубоко внутри.

Марус сел рядом на пол, я запустила пальцы ему в волосы, бездумно перебирая пряди.

– Спасибо.

– Спасибо, – одновременно сказали мы, переглянулись и рассмеялись.

Одежда промокла и помялась. Можно, конечно, было её просушить за пару минут, но показалось более правильным отправить на чистку в шкаф.

Марус достал пару больших полотенец. Одно обмотал себе через плечо и вокруг бёдер, получилось похоже на какого-нибудь воина или философа древности. Или на раба с планеты Так-Там.

Я завернулась во второе, шагнула в коридор и едва не налетела на Ти-Ланию. От неожиданности я даже зарычала, и дочка прижала ушки. Но не отступила, посмотрела исподлобья упрямо.

– Хочу спать! Вы почему тут? Мне одной страшно! Что вы там делали? Хочу пить!

Совершенно не связанные вопросы посыпались, как игрушки из коробки.

Марус ушёл переодеваться, я прямо так, в платье из полотенца, отвела Ти-Ланию в комнату. Отвела её в душ, потом обратно надела экзокостюм, не слушая возражений. Уложила, включила аудиосказку и сидела на краю кровати, поглаживая спину и за ушком, пока Ти-Лания крепко заснула.

– Ты прекрасная мать, – шёпотом известил Марус. Он стоял в дверях с халатом в руках. Подошёл, накинул мне него на плечи. – Проголодалась?

После ужина мы смотрели фильм прямо в спальне. Среди ночи снова пришла Ти-Лания, и на этот раз залезла в серединку, между нами.

Утром я проснулась первая, попыталась разобраться с техникой на кухне, очень хотелось всех порадовать чем-нибудь вкусным. Словно почувствовав, что я ушла, скоро меня нашёл Марус. Заспанный, немного помятый со сна, безумно милый. Поцеловал меня в щёку, помог включить приборы и нарезал фрукты, чтобы посыпать творожную запеканку сверху.

Ти-Лания с опаской потыкала ложкой в незнакомое блюдо на тарелке, потом распробовала и попросила ещё добавки. Заявила, что хочет синее платье в цветочек, но вот беда – ни одного такого не нашла в шкафу! Только зелёное в цветочек и синее в звёздочках.

В итоге после долгих уговоров мы сошлись на оранжевом с большими карманами, куда поместится яблоко и пара шишек. А главное – такой ядовитой расцветки, что видно издалека, не потеряться.

Уже возле медцентра Марус вдруг вспомнил, что ему нужно заехать в космопорт по поводу работы, и назначено именно на это время. Я извинилась, похоже, мы слишком долго собирались с утра, иначе он бы смог и снами сходить, и в космопорт потом успел.

Муж поцеловал меня в щёку, обнял Ти-Ланию и пообещал, что скоро вернётся, мы и заметить не успеем.

В медцентре нас уже ждали.

– Госпожа, врач готов вас принять, позвольте проводить вас в кабинет, – из-за стойки вышел парень и поклонился нам с Ти-Ланией.

Мы с дочкой переглянулись и пожали плечами. Позволяем, почему нет. И Ти-Лания вприпрыжку помчалась по коридору, запомнив дорогу ещё в прошлый раз. Я шла спокойно, и бедный парень не знал, догонять ему малышку или подстраиваться под меня.

Дверь открылась, появился мужчина в форме врача. Я засмотрелась на его фигуру, невольно сравнила с Марусом, отметила более накачанные ноги, посмотрела на лицо и тихо ойкнула – Гилар. В его глазах вспыхнуло золото, и он тут же опустил взгляд.

– Госпожа, рад вас видеть. А вы, юная госпожа, как себя чувствуете?

– Я не апажа, я Ти-Лания, – известила малышка и уверенно прошла в кабинет мимо мужчины.

Гилар застыл в дверях, я остановилась напротив. И что мне делать, протискиваться мимо него? Парень, который нас провожал, посмотрел на меня с какой-то злобой, резко развернулся и почти бегом ушёл обратно.

– Прошу, госпожа, – наконец-то посторонился Гилар.

Ти-Лания уже залезла в большое кресло и изучала кнопки на подлокотниках. Надеюсь, ничего не сломает.

– Попробуй нажать на тот синий квадратик, – посоветовал малышке Гилар.

Через секунду откуда-то из подлокотников полетели мыльные пузыри. Ти-Лания пискнула от восторга и принялась снова и снова жать на синий квадрат.

– Я сейчас проверю вашу дочь сканером, это безопасно и не создаёт никаких ощущений. Потом я сниму суточные показания с костюма, и при необходимости скорректирую его работу, – озвучил свои действия Гилар.

Гилар возился со сканером. Ти-Лания играла с креслом. Я ждала, пока они закончат, чтобы убежать на встречу с Иналой.

Время шло. От Маруса пришло сообщение, что он задерживается. Гилар ходил вокруг малышки, повторял одни и те же манипуляции, смешил её, и иногда смотрел в мою сторону. Каждый раз чуть дольше, и при этом то кадык дёрнется, то губы поджимает, и явно собирается что-то сказать, но упорно молчит.

Мне надоела эта игра первой.

– Гилар, если ты хочешь что-то сказать, говори.

– А то ты сама не знаешь, – зло посмотрел мужчина.

– Чего я не знаю? – совершенно искренне озадачилась я. И тут же вскочила с кресла, посмотрела на дочку с испугом. С рождения в космосе, наверняка что-то с ней. – С Ти-Ланией всё хорошо?

Видимо, такой реакции Гилар не ожидал. Он снова открыл рот, как рыба, закрыл. Наконец, выдавил из себя:

– Малышка в полном порядке.

– Осмотр закончен? Можем идти? – недовольно поинтересовалась я у мужчины. Ну зачем было так пугать! Я же здесь с ребёнком, привела дочку на осмотр, конечно, я думаю только о её здоровье.

– Да.

Гилар отвернулся к стене, и даже его спина выражала смесь обиды и недоверия. Мне было некогда выяснять отношения с посторонним, по сути, мужчиной.

Я взяла Ти-Ланию за руку и помчалась к выходу, надеясь, что Инала не рассердится за опоздание. И не уйдёт, не дождавшись. На ходу вызвала такси, уже из машины написала извинения.

Мы остановились перед входом в маленькое неприметное кафе, из дверей нам навстречу вышла женщина с оранжевой кожей, помахала рукой.

– Гаю киу да! – громко ответила ей Ти-Лания на приветствие.

– О! Ты знаешь язык системы Оранжевой Бури? – присела перед ней на корточки Инала.

– Только чуть-чуть, – смутилась дочка. – Знаю привет и пока. А ты знаешь язык осьминогов?

– Совсем не знаю, даже чуть-чуть, – рассмеялась Инала.

– А я говорила с настоящим осьминогом! Правда, по видео, – похвасталась Ти-Лания.

Наверное, она бы ещё много что рассказала, но тут из кафе выглянул мужчина, оценил Иналу на корточках, нетерпеливо помахивающую хвостом меня, восторженное настроение Ти-Лании, и предложил:

– Кто-нибудь хочет в бассейн с шариками?

Оказалось, в кафе есть детский уголок, дежурный няня-мужчина, и даже детское меню. За невысоким заборчиком уже играли пара мальчишек, которые при виде Ти-Лании забились в дальний уголок. Зато повар и официант, услышав, что у них в гостях юная госпожа, подходили полюбоваться на неё едва ли не каждую минуту.

Я предупредила, что «юной госпоже» нельзя синие фрукты и овощи, повар пообещал готовить только из розового и жёлтого, а Инала предложила повесить Ти-Лании браслет с этой информацией. Так, на всякий случай.

Космос безграничный, как же приятно побыть в женской компании! Мы говорили, болтали и смеялись. Обсудили местную моду, Инала попыталась на примере официанта показать, как правильно заворачиваться в местный женский вариант тоги, но в итоге бедный парень просто запутался в скатерти. Повар выглянул в зал, покачал головой и громким строгим голосом позвал парня назад, якобы тот срочно нужен, и вообще нечего отлынивать.

Потом все, от повара до посетителей кафе, пытались научить меня пить воздушный коктейль. На седьмом варианте подачи я отказалась продолжать дегустацию. Ну не мой это напиток, просто не нравится. Ни из бокала, ни из блюдца с лимоном на закуску, ни через трубочку.

Ти-Лания выудила мальчишек из угла и пыталась научить играть в куклы. Те послушно катали шишки на игрушечных такси и космолётах. Может, зря я переживаю, и дочку здесь действительно не обидят?

Инала рассказала про спортивный парк, аквапарк, зоопарк, и ещё какие-то парки, в которых я окончательно запуталась.

– А что здесь с работой? – задала я важный для себя вопрос.

– Выбирай любое дело, где надо командовать, – пожала плечами Инала. – Разносить тарелки в кафе или работать нянькой тебя не возьмут, а вот контролировать таких работников ты можешь. Ну и открыть свой бизнес, если есть желание. У меня вот кафе, знакомая держит фабрику по производству косметики.

– А если выращивать растения, это не предосудительно для женщины? – поинтересовалась я.

Официант поставил перед нами обед, и я с любопытством разглядывала космических креветок с длинными тонкими полосками теста, и всё это под хитрым овощным соусом.

Ти-Лания заявила, что обедать будет прямо в детской зоне, и непременно вместе с мальчиками. Им подали круглые котлетки, овощные палочки и пообещали фрукты на десерт.

– Растениями тоже можно по-разному заниматься, – красиво и легко наматывая тесто с креветками на вилку, ответила Инала. – Если ты будешь копаться на клумбе перед домом, скорей всего, тебя не поймут. Если отправишь этим заниматься мужа, сочтут капризом. Станешь разводить редкие дорогие кусты, откроешь цветочный магазин или построишь на крыше небоскрёба зимний сад, и все решат, что так и надо.

Ясно. Чем дороже дело, тем престижнее. Может, открыть свою школу, для начинающих садовников?

Речь зашла про мужей, я рассказала о встрече с Гиларом, и Инала долго хохотала.

– Вот сводник, твой Марус! Как всё подстроил. А Гилар, похоже, закостенелый венерианин. Такие будут сидеть ждать, пока женщина за них подумает и всё решит, а они, так и быть, как собачонки на поводке, пойдут следом. Нет, чтобы первому подойти и извиниться. Можешь смело гнать его в шею, с такими типами вечно куча проблем.

– Не думаю, что он такой уж бесхребетный. Всё-таки врач, и не самый последний в своей сфере, – мне почему-то стало обидно за Гилара. Хороший мужчина. Наверное. – Я в сомнениях. Вроде пообещала Марусу присмотреться к его брату, но видимся с ним второй или третий раз, и столько же раз ссоримся.

– Вот и я о том же, – кивнула Инала и подозвала официанта, чтобы нам принесли ещё напитки.

Мы с Ти-Ланией собирались уже уходить, когда к нам подошли родители мальчишек. Три отца с поклонами благодарили, что я разрешила Ти-Лании поиграть с их парнями. Я только плечами пожала, для меня не было в этом ничего особенного.

Пока ждали такси, пришлось поймать дочку за хвостик и крепко держать, очень уж ей хотелось помчаться изучать планету. У неё в голове до сих пор не укладывается, что может быть что-то настолько больше корабля и даже станции, что можно там заблудиться и потеряться навсегда.

Марус ждал нас дома, колдовал над каким-то сложным блюдом. Ти-Лания, с непривычки устав от общения, умчалась к себе, воспитывать кукол. А я пошла к мужу на серьёзный разговор.

– Как часто ты собираешься сдавать меня в аренду? – поинтересовалась я.

Марус под моим взглядом поёжился.

– Прости, я не совсем понимаю…

– Зато я прекрасно понимаю, что ты нарочно устроил нам с Гиларом встречи почти наедине. Вот я и интересуюсь, сколько раз в месяц мне нужно будет с ним переспать, чтобы вы, мальчики, жили спокойно? – я уже почти что рычала.

– Я думал…

– Ты думал, что мы с ним прямо там, в медцентре? При Ти-Лании, или, может, запрём её в кладовке, чтобы не мешала? А если на меня отреагируют пятьдесят мужчин, я обязана буду ублажить каждого из них? И моё мнение никто не спросит?

– Ты не понимаешь, он же мучается…

– Ха! Это я-то не понимаю, у которой течка пять раз в год? Я понимаю, что есть специальные средства, которые помогают держать либидо в рамках. И твой брат, как врач, не может о них не знать. И я понимаю, что нормальные взрослые люди сперва должны хотя бы попытаться наладить отношения. Вот ты почему-то от меня ничего не требовал и не ждал, дал к себе привыкнуть, помог. С чего вдруг я обязана расстелиться и задрать хвост перед мужчиной, которого вижу второй раз в жизни, который меня оскорбил и даже не удосужился извиниться?

– А то ты не знаешь, что он не может! Ты сама поставила ему такие условия! – рыкнул Марус, бросил полотенце на стул и ушёл в мужской коридор.

Я опешила. Когда это такое было, чтобы я Гилару какие-то условия ставила? Вот хоть хвост отрывайте, не помню такого.