Глава 20

И вот сижу я, значит, реву. Голова Лёши у меня на коленях, рядом валяется здоровенный мёртвый волк с рогами и какая-то странная птица размером с гуся.

— На кого же ты меня оставил! Ыыы! — причитаю, утирая слёзы одной рукой и качаясь из стороны в сторону. — А ведь ещё на Мальдивы не сводил! Ыыы! У нас даже секса не было. Ыыы! А обещал не бросать!

— Может, всё-таки регенерирующее зелье дашь? — слабо раздаётся голос Лёши.

— Не мешай оплакивать! — кричу, размазывая слёзы и сопли по лицу. — Это же надо! Сначала в любви признаётся, потом умирает! Ыыы.

— Васька! — хрипит Лёша. — Я пока ещё не умер, но если сейчас не дашь мне зелье, точно сдохну. Не от ран, так от твоего рыдания.

— Лёша? — дошло до меня, и я посмотрела на него, не веря своим глазам. — Живой! — я начала целовать его лицо, несмотря на кровь.

— Васька, зелье, — рявкнул он на меня.

— Да-да, сейчас подожду, мой хороший, — ответила я и аккуратно переложила его голову на землю, а сама побежала к его куртке.

Лёша застонал, прикрыв глаза.

— Я влюбился в самую безнадёжную женщину в мире. Зато самую лучшую, — улыбнулся он.

Я нащупала в внутреннем кармане пять флакончиков и вытащила всё. Подбежав к Лёше, упала на колени, положила его голову себе на ноги и взяла первый попавшийся флакончик.

— Вот, открывай рот. — Я начала подносить ему зелье ко рту.

— Ты чем напоить меня хочешь, женщина? — удивился он.

— Так вот, зелье. Красненькое, — ответила я.

— Никогда не верил в карму, — отвернулся он от зелья. Я замерла. — Но, видимо, я где-то накосячил, что любимая женщина хочет меня не вылечить, а добить.

— Да что не так-то? — удивилась я. — Я тут, значит, плачу, переживаю, а ты привередничаешь. Зелье же! Как ты и просил.

— Вась, — ласково сказал Лёша, — это зелье мгновенная смерть.

От его слов у меня сердце остановилось. Рука дернулась, и я отшвырнула флакончик как можно дальше. Флакончик красиво извернулся и, врезавшись в камень, разбился. Красная жидкость разлилась по земле.

— Ну можно было бы и не так кардинально, — вздохнул Лёша с болезненным стоном. — Давай тёмно-зелёный, — подсказал он.

Я трясущимися руками достала нужный флакончик и начала открывать.

— Точно? — переспросила я на всякий случай.

— Точняк.

Осторожно я влила зелье ему в рот, отодвинув остальные флакончики подальше. Кто знает, что в них? Ну их, от греха подальше.

Прошло, наверное, минут пятнадцать, и Лёша облегчённо выдохнул.

— Наконец-то! — с блаженной улыбкой произнёс Лёша. — А вот я над тобой так не издевался, когда тебя ментально приложило. Между прочим, сразу зелье дал. Хотя, может, и хорошо, что ты не додумалась дать мне его, пока я без сознания.

— Откуда мне знать, какое зелье от чего? — возмутилась я, сбрасывая его голову. Лёша притворно застонал. Так ему и надо! Нечего меня, маленькую, обижать! Я резко поднялась на ноги.

— Коварная женщина. Тебя только в стан врага закидывать, — Лёша встал и принялся осматривать себя. — Там на флакончиках написано, от чего что.

— А вот не надо умничать, — фыркнула я. — Я была в таком состоянии, что явно не до чтения мелкого шрифта. Зная, что я ещё не изучала зелья, мог бы сразу сказать, какое надо.

Я отвернулась от него, разглядывая свой свитер. Весь в крови. Ну и денёк!

— Ну прости меня, моя маленькая бука, — прошептал он мне на ухо, обнимая. Я дёрнулась, но без толку — куда мне деваться. Всегда удивляюсь, как он умудряется так ловко сгибаться, чтобы обнять или поцеловать. Настоящий штепсель с торопунькой. Чесслово.

— Я вообще-то обиделась … — мой голос дрогнул.

— Я вымолю у тебя прощение. Или хочешь, я тебя вымою? — пророкотал он.

— Хочу. Только сначала вещи все почисти.

— Здесь магия не работает, помнишь? — не отпуская меня, сказал он. — Придётся ручками всё делать.

— Но ты же говорил, что здесь только маги могут находиться?

— Да, говорил. Вся сила уходит на поддержание жизни. Если бы мы были обычными людьми, то тут и пяти минут не протянули бы.

— Ну тогда пойдём мыться? — мученически вздохнула я, пытаясь скрыть своё недовольство. — Я в последний раз стирала руками... Да вообще никогда не стирала. Придётся, видимо, учиться.

Лёша, не долго думая, подхватил меня на руки и понёс к гроту с озером. Место было просто волшебное: озеро невероятно зелёного оттенка, подсвеченное какими-то кристаллами со дна. Мыться в такой красоте казалось кощунством.

— Раздевайся, — сказал он, ставя меня на ноги.

— А здесь точно можно мыться? — засомневалась я.

— Ну, я здесь мылся целых десять лет. Но если тебе не нравится, есть водопад снаружи. Только, честно говоря, вода там ледяная, тебе точно не понравится, — ответил Лёша, стягивая футболку.

— Ну можно, так можно, — быстро согласилась я и начала снимать одежду. Воздух был тёплым и влажным, как в еле прогретой бане. Не глядя на Лёшу, я потихоньку зашла в воду. Вода оказалась горячей, но не обжигала. Блаженство.

— Это просто рай, — пробормотала я, погружаясь в воду.

— Кто-то говорил, что не было секса? — Алексей подошёл ко мне в воде. — Надо наверстать упущенное! А то я слышал, как ты жалостливо плакала, и как мужчина, просто не могу допустить, чтобы моя женщина плакала, от недостатка эндорфина.

— Нахал! — рассмеялась я, разворачиваясь к нему. Вода доходила мне до груди, а ему — чуть выше пояса. То, что я увидела, заставило меня забыть обо всём. Его член был в полной боевой готовности. Рука сама потянулась к нему, и моя ладошка не смогла охватить весь объём. Это всё мне?

— Я думала, что ты умер, — закончила я свою мысль.

Алексей потянул меня за руку и уселся на выступ, опустившись в воду по грудь. Он усадил меня к себе на колени, одной рукой накрыл развилку между моих ног, а другой начал ласкать мои груди. Я застонала и выгнулась.

— Какая же ты маленькая, — прошептал он, — так боюсь тебе навредить. Убери пока свои ручки, а то не сдержусь. Потом наиграешься.

— Лёша, — застонала я, — как же приятно.

— Сейчас подготовим тебя для меня, и всё будет, — прорычал он, мягко протискивая палец. — Слишком узкая, — добавил он, начав двигать пальцами более активно.

— Ещё, — простонала я, выгибаясь.

Он добавил ещё один палец, и я начала двигаться сама. Вода мягко колыхалась, лаская чувствительное тело и задевая соски.

— Мне мало, — прошептала я.

Лёша взял меня за талию и начал медленно входить. От возбуждения меня немного потряхивало, и я пыталась сама двигаться, но он был слишком большим, и у меня не получалось.

— Расслабься, — прошептал он, нежно поглаживая меня по спине, — я сделаю всё аккуратно.

Я глубоко вдохнула и постаралась расслабиться.

— Хочу-хочу — словно в бреду стону я.

— Не торопись, моя сладкая, — успокаивает он меня, хотя сам уже еле сдерживается. — Потихоньку.

Он медленными движениями проталкивается внутрь, буквально по сантиметру. Когда он полностью во мне, меня простреливает оргазм. Лоно начинает пульсировать. Лёша тоже не выдерживает и бурно кончает, громко рыча.

— А вот теперь можно и насладиться по полной, — говорит он мне, всё ещё держа за бёдра. И я чувствую, как он начинает твердеть внутри меня.

— Не уверена, что смогу ещё, — говорю тихо. — Я, конечно, слышала про множественные оргазмы, но у меня такого никогда не было.

— Сможешь, — уверяет он, начиная двигаться. — Ты ещё удивишься, на что способен твой организм.

Я неуверенно, но всё же начинаю двигаться сверху, стараясь поймать ритм. Леша, чувствуя мою неуверенность, подбадривает меня:

— Всё хорошо, не торопись.

Через несколько толчков внутри начинает зарождаться новая волна удовольствия. Леша кладёт руку между моих ягодиц и начинает мягко ласкать мою дырочку.

— Ты в порядке? — спрашивает он, видя, как я напрягаюсь.

Я киваю, стараясь расслабиться. Его движения становятся более уверенными, и он пропихивает палец внутрь, я чувствую, как мир начинает взрываться на мириады звёзд. Это было одновременно пугающе и приятно. Я уже не сдерживаю стоны, а он шепчет мне на ухо:

— Ты самая лучшая, моя малышка. Люблю тебя до невозможности.

С этими словами я окончательно теряюсь в ощущениях и полностью отдаюсь моменту.

Мы все еще сидим в воде. Он поднимает меня, выходя из меня.

— Давай я тебя помою, как и обещал, — говорит он с довольной улыбкой.

А я и не против. Тело словно ватное и совсем не слушается. Пока он моет меня, я сижу на выступе и, улыбаясь, пытаюсь прийти в себя. В жизни не испытывала такого фейерверка! Как же много я упустила!

— Надо что-то с животными делать, — говорю я, полностью придя в себя.

— Я пойду, разделаю их и спрячу лишние куски мяса за водопадом. Там как в леднике, ничего не испортится, — говорит Лёша, вытаскивая меня на берег. А ты пока замочи наши вещи в той природной чаше.

— Я могу и постирать, — возмущаюсь.

— Можешь, но сначала замочи, чтобы следы крови не остались, — спокойно отвечает Лёша. — Постираешь, когда буду готовить нам кушать.

— Хорошо.

— Вот и отлично, — Он полоскает свои боксеры в воде, надевает их прямо влажными и уходит.

Я решаю последовать его примеру. Простирываю своё нижнее бельё как могу и надеваю его. Вздохнув, хватаю охапку окровавленной одежды и иду туда, куда послали. Через несколько метров действительно нахожу что-то похожее на лужу, но вода в ней кристально чистая. Закидываю туда вещи и притапливаю их. С чистой совестью отправляюсь исследовать нашу пещеру.

Мясо птицы оказалось сочным и вкусным, даже без приправ. Видимо, мой организм, привыкший к ежедневным тортикам и кофе, с Вилкой, рад и такому разнообразию. Интересно, как там она? А дети, наверное, переживают, что мама не пришла с работы. На душе стало тоскливо. Грудь сдавило.

— Вась, ты чего загрустила? — спрашивает Лёша. Наши вещи уже разложены на камне рядом с костром.

— Дети, — коротко отвечаю я.

Лёша придвигается ближе и обнимает меня одной рукой.

— Уверен, что наши аналитики уже нашли вектор направление, — успокаивает он, целуя меня в макушку.

— Слушай, а давай сделаем эту пещеру нашим убежищем? Обустроим её, будет уютно. Здесь так красиво, правда? — предлагаю я, с энтузиазмом оглядывая стены. — Ну когда найдут нас.

— Идея хорошая, но недееспособна, — с лёгкой улыбкой отвечает Лёша.

— Почему? — спрашиваю я, нахмурившись.

— Ну, мы можем прийти сюда на пару часов, а в реальности может пройти не один десяток лет. Это опасно, — он подаёт мне корень какого-то странного растения, похожего на топинамбур, но с клубничным вкусом.

Я с удовольствием беру его и откусываю.

— Точно, — соглашаюсь я, жуя корень. — Забыла об этом.

— Но сама идея неплохая, — добавляет он. — Вдруг кого-нибудь ещё сюда занесёт.

Я вздохнула и посмотрела на него.

— Расскажи мне про своего друга, — попросила я. — Как вы познакомились? — добавила, заметив, как его глаза потемнели. Вот вообще не думала, что он такой ревнивый!

Лёша грустно улыбнулся.

— Мы познакомились сорок лет назад, в студенческие годы, — начал он. — Два молодых амбициозных мага. Тогда мы были из соседних кланов, а наши кланы враждовали. Но нам было всё равно. Чтобы сохранить нашу дружбу, мы решили создать свою корпорацию.

Он на секунду замолчал.

— У нас ушёл не один год, чтобы воплотить эту идею в жизнь, — продолжил он. — Но мы сделали это. А потом начались проблемы. Сначала мелкие, с ними легко было справиться. Но потом я попал в ловушку и оказался здесь. Теперь и он пропал.

Я положила свою руку Лёше на грудь.

— Руслан не сдастся, я знаю, — сказал он, глядя прямо мне в глаза. — Но я всё равно переживаю.

— Как там всё было сорок лет назад? — спросила я, устраивая голову у него на коленях и лениво водя пальцем по его шраму на боку, оставленного тем рогатым волком. — Я не про Советский Союз, если что.

Он усмехнулся и почесал затылок.

— Ну, было восемь кланов, и каждый из них старался урвать как можно больше магических существ и магов, — начал он. — Магия — это же бесценный ресурс. Чем больше сильных одарённых в клане, тем он сильнее и могущественнее. Да и сейчас, по сути, ничего не изменилось.

— А сейчас сколько кланов? И какой из них самый сильный?

Он приподнял мою голову и нежно поцеловал.

— И сейчас восемь. Всё по-старому, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Не могу насладиться тобой. А сильнее всех — наша корпорация. По сути, девятый клан. И с каждым годом мы становимся всё сильнее. Осталось только найти Руслана и того, кто нас хочет устранить.

— А ты не думал, что кланы могли бы объединиться против вас?

Лёша фыркнул, откидывая прядь волос с моего лба.

— Точно нет. Они скорее каждый по отдельности будут пытаться, но их вражда не позволит им сбиться в одну кучу. Даже наши родные отцы от нас отреклись и до сих пор нос воротят, хотя мы им кучу раз предлагали объединиться.

Я сочувствующе посмотрела на него, но решила не лезть с жалостью. Лёша не любит, когда его жалеют.

— Вы сильные, — сказала я, стараясь, чтобы это прозвучало как констатация факта. — Вы смогли сделать почти невозможное.

— Это да, — согласился Лёша, подхватывая меня на руки. — Мы такие. Но знаешь, хватит уже о прошлом. Пора заняться чем-то более интересным, пока нам никто не мешает. — Он заговорщически прищурился. — Надо пошалить.

— А мне нравится ход твоих мыслей, — с улыбкой ответила я.