12. Его решение

– Хорошо. Слушай. Тео не раб. Точнее, раб, но… Он учёный. И все это – материал для его диссертации. Я немного помолчала, а потом спросила: – А у вас дома алкоголь есть? – Виски у Алекс в кабинете. Сойдёт? – Хороший? – Я не знаю. Не пью. А ей кто-то подарил. Сейчас сгонять или сначала ещё поговорим? – А что, у тебя ещё есть что сказать? – Да. Тео и Джохан, и ещё четверо – это комиссия. Межгалактическая. Они сюда прибыли, чтобы изнутри поглядеть, как относятся варрианки к рабам, насколько соблюдаются права человека, какое настроение в обществе. Я икнула. Интересно, что бы написали в отчёте эти психи, если бы у меня хватило смелости затащить в постель обоих купленных рабов? И не стоит себе врать – эта мысль у меня мелькала. Теперь не интересно, теперь мне одного Тео хватает. А тогда, на рынке… – И что со мной будет? – жалобно спросила. – Арестуют? Оштрафуют? Посадят в тюрьму? Запретят вылетать с планеты? – А ты при чем, Эжени? – Ну… я купила раба, заведомо зная о его происхождении. И использовала по назначению. – Не думаю, что Тео будет предъявлять претензии. Даже и наоборот. Мне кажется, он от тебя в восторге. – Очень смешно. – Я и не шучу. Ты его унижала? Била? Морила голодом? Принуждала к чему-то? – Нет, конечно. Я же нормальная! – Тогда какие проблемы? – И что мне теперь делать? – жалобно спросила я. – Я ж из дома ушла из-за него. Чтобы ребёнка рожать. С маман поссорилась. А теперь что? Все зря? – Почему же? Возможно, Тео не против ребёнка. Спроси у него. Он имеет право голоса в этом вопросе как мужчина и свободный человек. – Ага, спроси. Он пошлёт меня… далеко и надолго. Зачем мужикам дети? – Эжени! – Берни смотрел на меня, улыбался и качал головой: – Пора взрослеть. От мамочки ты отделилась, надо как-то жить дальше. Ты же не планируешь к ней возвращаться? Я содрогнулась. Никогда и ни за что! Кажется, этот спонтанный побег был лучшим моим решением в жизни. – Что ты теряешь, поговорив с ним? Ничего. Ну хочешь, я поговорю? – Нет! Я сама. Он кивнул, довольный и внезапно спросил: – Хочешь, я расскажу тебе, как в Алекс влюбился? – Ну так ты ж все равно расскажешь, хочу я этого или нет. – Точно. Я в неё с первого взгляда. Стоит такая вся злая, грязная с головы до ног и командует ещё. Необычная. Сияющая. Я подумал: вот бы мне такую женщину. С ней точно не соскучишься. А второй раз я в неё влюбился, когда увидел, что она стратор. Деловая, холодная, недоступная. Язвительная. А в голове щёлкнуло: хочу ее узнать. Надо обязательно получить эту работу. – А третий раз? – вяло спросила я, вдруг понимая: как раньше уже не будет. Жизнь меняется на глазах, и не только моя. Всей планеты. – Что “третий раз”? – Ну, был первый и второй. Должен быть третий. Ты же такой… основательный. – Да. Ты права. Я все равно медлил, не мог быть уверен в ней и в себе. Не знал, как быть дальше. А потом она забрала моих девчонок из школы и позаботилась о них. И это было последним гвоздем в мой гроб, если ты понимаешь, о чем я. – И что, тебя совсем не волнует, что она богаче и успешнее тебя? – поддела я мужчину. – Неа. Я прекрасен и могуч, раз смог ее заполучить. Я ей не завидую, сестренка. Я от души восхищаюсь Алекс. Наверное, я уже стал немного варрианином. – А зачем ты мне все это рассказал? Чтобы я не сдавалась и шла к своей цели, да? – Чтобы ты знала, что самая глупая случайность может стать твоей судьбой, Эжени. Поговори с Тео. Вам обоим это нужно. Я кивнула и пошла в дом, оставив Берни в саду глазеть на звезды. Поговори! На каком языке-то? Мы ж друг друга не понимаем совершенно. Но разговора не получилось: Тео уже спал. Раскинулся на постели в гостевой комнате, такой спокойный, беззащитный. Улыбался чему-то во сне. Странно, я думала, что ученые – это седые небритые дядьки в белых халатах, а уж точно не такие красавчики. Это хорошо, что он уже спит. Надо мне с этими мыслями ночь провести. Пусть в голове все уляжется. И я разделась и забралась к нему в кровать. Было тесновато. Я знала, что могла попросить у Алекс отдельную комнату, но не хотела. Нет уж, пока еще это мой мужчина. До утра – однозначно. Тео заворочался, повернулся на бок, притягивая меня к себе. Спиной – на грудь, ягодицы к его паху. Рука на моем бедре, вторая уверенно заползла под майку и там застыла. Он обвил меня собой, и мне стало спокойно и уютно. Завтра. Все завтра. *** Утро началось великолепно. Я проснулась уже пылающая: Тео ласкал мою грудь, покусывал шею. Одна его рука была именно там, где мне хотелось ее ощущать почаще. А в ягодицы упиралось его недвусмысленное и весьма уверенное желание продолжить прямо сейчас. – Услышат ведь, – проскулила я, раздвигая колени и ерзая. – Мы тихо, – ответил этот гад на всеобщем, и я его прекрасно поняла! Что ж, “поговорить” снова откладывалось, и не сказать, чтобы я была против, очень даже за! Его действия убеждали меня, что еще не все потеряно. Может, и получится из этой глупой ситуации что-то хорошее. На завтрак мы опоздали, поэтому пили остывший чай. Молча. На террасе. Пристально разглядывая утренний сад и Берни, обрезающего розы. Вот как, у Алекс будет не только муж, но еще и садовник. Где-то в доме ругались девчонки. Сестру слышно не было, но машина возле дома, значит, у нее сегодня выходной. Спит, наверное. – Я хочу говорить с тобой, – выдавила я из себя на всеобщем, когда молчание стало невыносимым, а чай закончился. – Я тоже, – согласился грустно Тео. – Пойдем в гостиную. Подожди там. Разыскала Элианну и попросила быть нашим переводчиком. Вряд ли я смогу объясниться с Теодором, так плохо зная язык. – Почему я? – спросила племянница. – Маму бы попросила или Берни. – Ты меня поймешь, – мрачно ответила я. – И перед тобой не так стыдно быть дурой. К счастью, она не стала комментировать, а улыбнулась и пошла вместе со мной. – Это правда, что ты не совсем раб? – сразу спросила я Тео. – Что ты ученый? – Да, правда. – Но почему ты согласился на такую глупость? Это ведь неприятно и унизительно! – Никто не идет в рабы по доброй воле, Эжени, – мягко ответил он. – Для всех неприятно и унизительно. Мне нужен был материал для исследований. И я его получил, хоть и не в полной мере. – Я купила тебя потому, что хочу родить ребенка, – прямо сказала я, не в силах придумать что-то более приемлемое. – Думала, из тебя вышел бы отличный отец. – Почему? – Я была бы рада видеть тебя в своих дочерях. Тео замолчал, сжав губы и сверкнув глазами. Молчал долго, я уже успела занервничать. Элианна успокаивающе погладила меня по руке, но это нихрена не успокаивало. Еще немного – и я расплачусь от волнения и страха! – Я тоже хотел бы видеть тебя в своих дочерях, – наконец ответил Тео, и я выдохнула. – Ты останешься? – Нет, не могу. У меня на земле работа, дом, родители. Брат и сестра. – Жена? – с замиранием сердца спросила я. – Нет. Я свободен. Ни жены, ни детей. – Тогда… могу я попросить у тебя семенной материал? – Нет. Я бы предпочел по старинке. Натуральным способом. – С этим будут проблемы, – я со вздохом принялась рассказывать про свою непростую ситуацию. Бедняге Элианне нелегко было переводить, но она справилась. – Не обязательно лететь на Н’илуну, – перебил ее Тео. – На Земле технологии не хуже. И конечно, я все оплачу, даже не беспокойся. Я удивленно на него уставилась, а он вдруг занервничал и вцепился рукой в волосы: – Это справедливо. Ты рожаешь мне дочь. Носишь, кормишь, заботишься. Я тебя в это время содержу. На Земле так заведено испокон веков. – Я рожаю дочь себе! Не думаешь же ты, что я ее тебе отдам? – Хорошо. Это ведь может быть наш общий ребенок? – Ну… – Я бы хотел принимать участие в ее воспитании. Познакомить со своей семьей. Показать ей Землю. Читать ей сказки, в конце концов. Я имею право, Эжени! – Ну… да. Имеешь. Но как ты себе это представляешь? Я на Варриане, ты на Земле… – Я предлагаю пожить немного у меня. Все равно нужно будет медицинское наблюдение. Я неплохо зарабатываю, квартира у меня большая. Какая разница, на Н’илуне или у меня? – Никакой, – согласилась я. – Рабства на Земле нет, если что-то не понравится – улетишь в любой момент. Но я постараюсь, чтобы тебе понравилось. – Зачем тебе это? Мы совсем друг друга не знаем. Разве три дня в постели – повод для столь серьезных отношений? – Так это ты хочешь ребенка, – напомнил Тео. – А я… тоже хочу на самом деле. К тому же ты мне очень нравишься, Эжени. Я хочу попробовать. Если все будет хорошо, готов жениться, если захочешь. – Э! – я занервничала. – Я не захочу! Я варрианка, мы не выходим замуж! Тут уже засмеялась Элианна: – Расскажи об этом моей маме, а? – И ты туда же? – Ага. Я всерьез рассматривала одного человека как своего мужа, знаешь же… Но он не вернулся, хоть и обещал. Она погрустнела, а потом ткнула меня в бок. – Соглашайся, тетя Эжени. Ты ведь ничего не теряешь! А технологии на Земле и вправду самые передовые. Вернуться всегда успеешь! Я кивнула. Уверена ведь, что не захочу возвращаться. Если Тео оплатит все медицинские манипуляции… если он останется таким же нежным и заботливым… что я, совсем идиотка от такого отказываться? – Я согласна. Но мы заключим договор, что ты не будешь забирать у меня дочь. И будешь нас содержать, пока я не выйду на работу. – И пропишем, что ты не будешь препятствовать мне общаться с дочкой, если вернешься на Варриан, – с готовностью согласился Тео. – А потом она сама будет решать, где жить дальше. – Когда ей исполнится восемнадцать, не раньше. – Шестнадцать, чтобы она могла выбрать колледж на Земле, если захочет. – Ну хорошо, пусть будет так. *** Эжени улетела с Тео на Землю на следующий день после свадьбы сестры. Напоследок она помирилась с матерью. Сьенна Стогге-старшая заявила дочери, что гордится тем, какая она стала сильная и самостоятельная и начала жить своей жизнью. Через два года Эжени родила двойняшек, а Тео вместо диссертации написал роман про раба на Варриане. Весьма фривольный, кстати. Роман имел бешеный успех, чему немало поспособствовала рекламная кампания от н’илунгов. Теперь многие мужчины мечтали попасть в рабство к прекрасным амазонкам, но вот беда – рабов на Варриан больше не завозили. А попасть на эту заманчивую планету даже простым рабочим было не так уж просто: нужно было пройти строгий отбор и психологическое тестирование, иметь идеальное здоровье, и обязательно знать варрианский язык. И все равно – заявки подавались в немыслимом количестве. Поговаривали, что по истории Тео даже фильм будут снимать, но пока ему было не до этого: Эжени все же согласилась узаконить их отношения, да и дочерям был обязательно нужен отец.