Глава 19 · Рецепт злодея

– Ольгер, вы сейчас догоните наших беглецов, – велел Арчиваль, поигрывая боевым браслетом, отобранным у меня. – Утопите в реке всех, кроме Болеса, его притащите назад в целости и сохранности.

– Что?.. Зачем топить? – Пол подо мной качнулся, и я опустилась на камни, больно ударяясь об их острые края.

– Бездари мне не нужны, – невозмутимо объяснил Арчиваль. – Раньше я бы их пощадил, но они сбежали.

Я слушала чудовищные слова – и голова моя шла кругом.

– Ольгер, Ринджер, вы же говорили, что латорийцев отпустят! Темные лорды не держат своего слова?

Близнецы словно сбросили оцепенение.

– Арчи, ты слишком заигрался в бога, карающего и милующего, – резко сказал кто-то из братьев.

– А вас-то я и не спросил, во что мне играть! – едко произнес Арчиваль и грубо гаркнул: – Слушать меня! Я ваш хозяин! На колени!

Вопреки моим надеждам, лорды не набили ему морду.

С пустыми глазами, почти как у техномагов, они покорно опустились на колени.

Целитель наблюдал за всем с довольной улыбкой. Цветков испуганно жался к стене.

– Арчи, а ты, выходит, знаком с нашей поварихой?

– Да, – усмехнулся ренегат. – Виола – сестра Болеса Джуна и невеста моего драгоценного кузена, который не захотел нам помочь.

Пока отступники разговаривали, я мысленно выла от горя. Что же я наделала? Что же я натворила? Их же убьют! Брат не справится с двумя кромешниками! Боги, что мне делать?..

– Теперь, когда сестра у нас, Болес перестанет прикидываться дурачком и откроет нам врата. Ольгер, Ринджер, слушайте мой приказ…

– Нет! – Я вскочила на ноги и лихорадочно затараторила: – Брат не откроет, ему на самом деле плохо, он не притворяется… Оставьте его и других техномагов в покое, врата открою я!

Возвращению проклятого бога Арчиваль не удивились бы так, как моим словам.

– Ты откроешь? – Лицо ренегата вытянулось, а затем он расхохотался. – Так ты у нас тайный гений? Гений кастрюли и поварешки?

Он хохотал заразительно, и Шайру поддержал его веселье. Даже бледный Цветков пару раз хихикнул.

– Что вы теряете? Беглецов вы сможете догнать позже, если я не справлюсь. Дайте мне шанс.

Мужчины переглянулись.

– Это даже интересно: древние замки и кулинарная магичка. Кто падет? А кто устоит? – с пафосом произнес Арчиваль и вновь захохотал.

– Она замок жиром смажет… И почему мы не додумались до этого? – принялся издеваться Шайру.

Спокойно выдержав их подколки, твердо заявила:

– Я убеждена, что сумею.

Арчиваль, скользнув словно тень, оказался рядом со мной.

– Как открыть врата, тебе подсказал брат? Или Виктрэм?

Он снова держал меня за горло, но не душил. Пока не душил.

На этот раз я не боялась. Я могла рассчитывать лишь на себя и понимала: покажу страх – и холодные пальцы сожмутся крепче.

– Все может быть, – безмятежно произнесла, не опуская взгляда. – Вы этого не узнаете, если не согласитесь на мои условия.

– Несколько ножей в болевые точки – и ты расскажешь все, даже свои грязные тайны, – оскалив зубы, злобно заявил Шайру.

– Уверены, что справитесь? – Не мигая, я посмотрела ему в глаза.

Я говорила, что он не похож на злодея? Я поспешила с выводами. В глазах кромешника с прекрасной магической специализацией танцевала смерть. Смерть плохая, полная пыток и издевательств. Садист… Он перешагнул черту и превратился в мучителя.

– Арчи? – Голос Шайру дрогнул в нетерпении.

Ренегат махнул рукой, без слов давая разрешение.

Из потайного кармана целитель достал нож с узким лезвием. Крадучись, сделал шаг. Крохотный шажок. Еще один… И еще. Так хищник подбирается к загнанной в угол жертве, планируя с ней чуток поиграть.

– Лорд Глау! Не надо, пожалуйста! Виола – глупая девчонка, ничего не знает и ничего не умеет, – торопливо заговорил Цветков, впервые подавая голос с момента нашей новой встречи.

– Поздно, она сама нарвалась, – сухо возразил Арчиваль и принялся рассматривать свои ногти.

И пропустил момент, когда целителя швырнуло в стену.

Защита родового браслета Глау сработала до того, как мне ткнули ножом в живот.

– Как ты это сделала?!

Я приподняла подол платья, по-прежнему идеально чистого, демонстрируя бриллиантовый браслет.

Кривая ухмылка на лице ренегата обещала мне скорую гадость.

– Вот оно что… Только он не спасет тебя от падения с горы или утопления в озере.

– А можно просто заключить сделку, – спокойно подсказала лучший для меня вариант. – Вы ничего не потеряете, если позволите мне попробовать.

Несколько секунд Арчиваль рассматривал меня с интересом.

– Теперь я понимаю, почему ты стала избранницей Виктрэма.

Произнеся странный комплимент, он согласился выслушать мои условия.

– Вы и ваши люди оставляете моего брата и других латорийцев в покое, взамен я открываю врата. Если у меня не получится…

– Я убью Болеса и остальных техномагов, – обыденным тоном произнес Арчиваль.

– Виола, ты о себе забыла, – прошептал Цветков.

Не ожидала от него сочувствия и посмотрела с удивлением. Но менять условия не стала: что-то подсказывало: предатель может передумать.

– Хорошо, я дам тебе шанс, Виола Джун. Пойдем.

– Нет, сначала клятва.

Губы Арчиваля растянулись в нехорошем оскале.

– Тьму Кромешную призываю в свидетели…

– Нет, – дерзко перебила я, – клянитесь именем своего настоящего бога.

В его глазах я увидела ярость и восхищение.

– Эшкиль, мой повелитель, услышь и подтверди мои слова…

Сразу направиться к вратам не получилось, Цветкову пришлось искать артефакты, чтобы привести в чувство целителя. Его злобный взгляд обещал поквитаться, и мороз пробежал по коже, когда я поняла, что меня спасет лишь чудо.

Пока шли к вратам, Арчиваль внезапно вспомнил, что он аристократ и, согласно правилам этикета, должен развлекать даму интересной беседой.

– Всего у храма четыре основных входа, по количеству сторон света, и два запасных. Пять из них уже недоступны, долго рассказывать, как это произошло. Этот вход, седьмой, сделал для себя Эшкиль. Я случайно узнал о нем от одного жреца лет пятнадцать назад. Он увидел во мне родственную душу.

Я скосила глаза – на лице Арчиваля блуждала безумная улыбка – и чуть не споткнулась о камень под ногами.

– Осторожнее, госпожа Джун, я буду горевать, если свернете шею, а я буду ни при чем, – прошептал насмешливо Шайру.

Мерзкие шутки пугали. Не знаю как, но я еще держалась. Чем ближе подходили к вратам, тем ужаснее становились предатели. Их словно выворачивало наизнанку, демонстрируя миру их душевную грязь.

Храм уже не впечатлял, где-то краем внимания я отмечала его красоту, и только. Темные мысли, что не справлюсь, что погибну, что я должна умереть, но не открыть врата, все чаще и чаще приходили в голову. И это точно были не мои мысли. Я не хотела умирать, верила, все образуется. Добро всегда побеждает.

– Мы пришли, – тихо произнес бледный Цветков.

Новый поворот широкого коридора – и я увидела самые большие врата в своей жизни. Массивные, из буро-зеленого металла, они выглядели незыблемой твердью, частью горы.

Справа от врат виднелись следы кропотливого труда: валялись кирки и ломы, молотки и пустые ведра.

Камень не поддавался, и новый туннель даже глубокую нишу не напоминал.

Засмотревшись, подошла ближе. Под моими ногами что-то треснуло.

Боги, это же кости!..

Я отскочила в сторону, сбивая с ног Цветкова.

– Богиня, что это? – быстро поднявшись, нечаянно наступила на техномага.

– А это самодовольный маг Земли, который заявил, что за день сделает туннель в любой скале. Первое же заклинание отразилось и сожгло хвастуна.

Отступник говорил о несчастье тоном, каким рассказывают смешные истории. Какой же он безжалостный! Правду говорят, кромешники могут легко стать безумцами.

– Бедный человек…

– Вы себя пожалейте, госпожа Джун, – насмешливо посоветовал Арчиваль. – Приступайте, я жду.

И будешь ждать еще очень-очень долго…

Подавив мрачную усмешку, я принялась исследовать врата, точнее, делать вид: я не знала, как это делается и для чего. У меня был кулон с функцией отмычки, к чему его приставлять, догадаться несложно.

– Вам ведь нужны инструменты? Прошу, берите без стеснения! – Отступник издевался, будто понимая, что я разыгрываю всех.

Моя решительность дрогнула, и я послушалась совета – взяла длинную металлическую линейку, с помощью которой начала высчитывать расстояние от замка до ближайших узоров. На вратах еще змеилась надпись на древнем языке – есть на что тратить время.

Да, я тянула время. Я отдавала себе отчет, что сама не справлюсь. Ситуация, подобная этой, бывает раз в жизни. Если неправильно себя повести, на этом жизнь и оборвется.

Когда я отсылала прочь брата с пленниками, выжидала на всякий случай, я и представить не могла, что вернется Арчиваль. Ну, забыла я о нем! Вылетело из памяти, что его нужно бояться в первую очередь.

Если бы я отменила свое заклинание хотя бы на десять минут раньше… Ох, снова самообман. Арчиваль приказал бы нас догнать. И кто знает, сумела бы я тогда выторговать жизнь техномагов? Может, нынешнее положение – это лучшее стечение обстоятельств?

И все же я забыла о себе, точнее, вовсе не думала в горячке.

Арчиваль, готовый убивать всех, кто ему мешает, не пощадил даже Виктрэма, своего родственника, доводил его до безумия. Лорд Шайру, целитель с жаждой крови. Два дурака, которые попались в сети обмана, но теперь тоже опасны, потому что не осознают своих действий и выполнят любой приказ Арчиваля. И Цветков, который вроде бы испугался окружающих двуногих монстров, но в любой момент может неприятно удивить. Пять сильных мужчин и одна маленькая глупенькая я… Плохой расклад. Даже когда откроются врата и хоть на миг обо мне забудут, все равно сбежать не смогу.

Заварила я кашу, теперь бы расхлебать, не подавившись.

Итак, ситуация сложилась ужасная. Кажется, выхода нет. Из хорошего – на мне платье, которое отражает заклинания, и браслет Виктрэма, остановивший физический удар. Арчиваль правильно сказал: это не спасет меня от пропасти, но даст хорошие шансы на выживание.

А еще у меня есть брат, еще тот упрямец. Он уже наверняка понял, что я попала в беду. Уверена, Болес постарается позвать на помощь. Если не выйдет, то вернется за мной. Главное, чтобы придумал, что сделать с невменяемыми земляками на время своего отсутствия…

– Госпожа Джун, вы долго еще будете копаться? – Насмешливый вопрос Арчиваля выдернул из утешительных размышлений.

– Сколько дней вы ломаете этот замок? Не одну неделю, правильно? И жадничаете выделить время для меня?

– Вы сказали, что знаете, как открыть, – возразил Шайру. – Если мы здесь надолго, то неплохо бы развлечься, я заскучал.

От невинного, казалось бы, заявления у меня зашевелились волосы на голове.

– Мне нужно еще немного времени, – произнесла я твердо, чеканя слова. – Хотите, идите и развлекайтесь, я буду здесь.

И с умным видом я перешла к надписи на древнем языке. Точнее, их было две, нижняя на лэйде, который я сумела прочитать. Когда водила пальцем по символам, заметила, что дрожу. Я тотчас опустила руку.

«Тьма хранит покой ушедших под ее крыло…» Странная надпись. Разве так говорят о сокровищах или артефактах? Скорее, подобное предупреждение должно быть на дверях некрополя.

– Госпожа Джун, я хочу спать, продолжите утром, – угрюмо сообщил Арчиваль.

Я обернулась и натолкнулась на нехороший взгляд Шайру. Он так смотрел на меня, что мороз вновь пробежал по спине. Нет, я точно этой ночью спокойно спать не буду. Возможно, мне он вред не сможет причинить, а беглецам?.. Когда Арчиваль клялся, целитель был без сознания. И вообще, кем он является для ренегата? Подчиненным или полноправным партнером в их чудовищной авантюре? Если второе, Шайру может обойти клятву не преследовать латорийцев.

Вздохнув, я сняла с шеи кулон в форме скалки.

Как странно… В душе неразбериха. Я надеюсь, что универсальная отмычка не подведет и сейчас, и в то же время опасаюсь, что врата будут открыты.

Приложив к замочной скважине любимое украшение, беззвучно, одними губами, произнесла активирующее слово.

Перейдя на магическое зрение, успела увидеть, как призрачные щупы входят в замок врат.

Тягостные, невыносимые секунды ожидания.

Щелчок. Тишина… Еще один щелчок.

Заскрипел механизм, спрятанный в кажущихся цельной махиной вратах.

И снова щелчок.

Щупы втянулись в кулон. Неловко путаясь в цепочке, я снова надела свой артефакт на шею.

Подняла глаза и обмерла: все смотрели на меня. Арчиваль – с надеждой, Цветков – с благоговением, Шайру… Взгляд последнего я прочитать не смогла. Слишком много нехорошего в нем таилось. Близнецы безучастно смотрели как будто сквозь меня.

– Неужели… – Голос ренегата охрип от волнения.

Отойдя в сторону, я пропустила мужчину к цели его жизни.

– Готово.

Арчиваль толкнул врата… и они не поддались.

Еще раз толкнув дверь, он вложил в удар больше силы.

И ничего.

Не передать, что я ощутила. Хуже было только Арчивалю. Лицо его перекосилось от ярости и разочарования.

– Я же своими ушами слышал, как открываются замки! Я же слышал!..

– Попробуй еще.

Впервые я испытала благодарность к местному маньяку, давшему своевременный совет.

Мужчины, в том числе и Цветков, навалились на врата.

Если бы Арчиваль велел помочь и близнецам, я бы рискнула сбежать. Увы, он отдал приказ не спускать с меня глаз.

Горечь отчаяния разливалась на языке. Отмычка подвела впервые в жизни. Я горевала и в то же время радовалась. Последнее горько-сладкое чувство в моей жизни – обозленный ренегат меня теперь точно не оставит в живых.

Сжимая кулаки, Арчиваль в бешенстве рычал:

– Замки открылись! Почему я не могу войти?

– Потому что открылись не все.

Как один человек, мы обернулись на голос.

Боги… Рэм… Виктрэм здесь!

И он пришел один.

У двух предателей в руках появилось оружие из тьмы, у Арчиваля – меч, целитель сжимал алебарду.

Виктрэм не спешил призывать булаву.

Подняв руки, он спокойно произнес:

– Арчи, я пришел один, без ордена. Ты понимаешь, что это значит?

Шайру, взглянув на свой перстень, удивленно кивнул:

– Не врет, он пришел сам.

– Скажи еще, что принял мое предложение и хочешь присоединиться! – Арчиваль больше не бушевал, говорил с неприкрытой иронией.

– Я пришел за девчонкой. Как выяснилось, на ней мой родовой браслет. Но и твое предложение мне интересно.

Радость моя потухла. Что-то не то говорил мой любимый мужчина. Как выяснилось, на мне его браслет?.. То есть он не вспомнил меня? Зато знает, что ему предлагал Арчи!

Только сейчас я заметила черноту в глазах Виктрэма. Это ведь дурной знак? Признак того, что он совсем-совсем на грани?

Богиня, Виктрэм меня забыл окончательно… А то и вовсе не любил. И пришел лишь потому, что его притянул семейный артефакт?

Откровение меня подкосило. Силы бороться истаяли. Ноги перестали держать. Я прислонилась к холодной стене, чуть не спалив волосы – рядом с моей головой торчало крепление факела.

Боги, за что вы меня наказываете?

– Так что ты там говорил о последнем замке? – с радостным предвкушением осведомился Арчиваль.

– Последний замок отпирается кровью воина Тьмы.

Слова не расходились с делом – Виктрэм провел рукой по острому камню, торчащему из стены, и окропил кровью замок.

Щелчок.

Врата открылись сами, предлагая войти.

Войти в туннель, заполненный мраком.

– Цветков, свет!

Техномаг щедро разбросал четыре роя светящихся голубым «стрекоз», которые послушно устремились в темноту.

– Не обессудь, кузен, ты должен заслужить мое доверие. Ольгер, Ринджер, следите за девушкой. Если мой брат нападет на меня или призовет свои булавы, убейте ее.

Предупреждение ренегата Виктрэм выслушал невозмутимо. Как будто ему не было до меня никакого дела.

– Шайру, ты следишь за Виктрэмом.

– С удовольствием, Арчи, – отозвался мужчина. – Если бы не твое упрямство, Рэм, все давно бы закончилось. И пустые дни возле твоей постели я тоже не забыл, не думай, что мы в расчете. Пока я возле тебя дежурил, моя невеста вышла за другого.

Пока дежурил?.. Скорее, я поверю, что она поняла, за какого маньяка собралась замуж, и сбежала.

Виктрэм пожал широкими плечами:

– Потом разберемся, Шайру.

Наша пестрая компания вошла в туннель, который оказался прямым, но нестерпимо длинным.

Я успела устать, и кто-то из близнецов неожиданно, без приказа, подхватил меня под локоть. Это дало надежду, что мужчины борются с противоестественными для них повелениями предателя.

Туннель вывел в огромный зал. Черные плиты, черные стены, на которых что-то сверкнуло в голубом свете «стрекоз». Это что, оружие?

Больше я ничего не успела разглядеть – светляки Цветкова вдруг потухли.

И он виновато, испуганно забормотал:

– Это не я, оно само… Я сейчас исправлю все!

Но сколько ни пыжился, мы стояли в темноте.

И только до меня дошло, что можно бежать, как Арчиваль прошипел:

– Держите девчонку! Убью, если сбежит!

Поддерживающая меня рука напряглась, из опоры превращаясь в кандалы.

Я упустила хорошую возможность… дура!

Еще несколько ударов сердца, и приглушенный зеленоватый свет полился с потолка.

– Оружие… – произнес пораженно целитель.

Его алебарда и меч Арчиваля исчезли.

Ренегат выругался, поминая изгнанного бога.

– Тьма не слушается, как и стихийная магия. Ничего, нам хватит обычного оружия.

Предатели быстро вооружились, сняв мечи со стены.

Виктрэм тоже мог бы – стены были щедро увешаны колющим и режущим оружием, но почему-то не стал. Неужели из-за меня? Боялся, что меня убьют?

В сердце ожила, затрепыхалась хрупкая надежда.

– Что теперь, Арчи?

Вопрос задал Виктрэм, но ответ был дан нам всем.

Переводя взгляд, полный сумасшедшей радости, с лица на лицо, Арчиваль торжествующе завопил:

– Скоро я стану новым императором Давелии! Я захвачу все земли Тарры! Мое верное войско принесет мне мир на щите!

Какое войско? Два замороченных кромешника еще не армия.

Недоумевая, с чего он раскричался, я огляделась по сторонам.

Зал казался бесконечным – падающий со свода свет позволил оценить его колоссальную площадь. Мы находились у самого входа, а дальше…

На миг я зажмурилась, не веря своим глазам.

Дальше стояли гробы. Десятки, сотни саркофагов!

Все-таки не сокровищница, а некрополь. Место захоронения павших кромешников? Впрочем, часто могущественные артефакты прятали на кладбищах, что никогда не останавливало мародеров.

Так, это какой-то странный некрополь. Саркофаги здесь из стекла?

Я никогда не жаловалась на зрение и вскоре поняла, что права. Гробы стеклянные, и содержимое скрывала тьма. Частично скрывала.

Даже с такого расстояния я видела, кто лежал в этой тьме. Не скелеты, а хорошо сохранившиеся мужчины в разноцветных мундирах – белых, синих, черных… Может, если приблизиться, и будут видны следы тлена, только я очень в этом сомневаюсь.

– Когда доставили сюда кромешников? Ведь не вчера? – прошептала я жалобно, ни к кому не обращаясь. – Они как живые.

Шайру услышал и, упиваясь моей растерянностью, с удовольствием ответил:

– В эту часть храма не заходили столетиями. И ты права: они живы, просто спят.

– Почему они здесь? – спросил осмелевший Цветков.

– Перешли грань, обезумели, не найдя свет, который их бы удержал. И были усыплены – столетний сон предпочтительнее смерти.

Боги… Выходит, утративших разум кромешников орден не убивает? И здесь спят десятки, сотни монстров в человеческом обличье!

– Тот, кто их разбудит и подчинит своей воле, станет повелителем мира! – ликующе рассмеялся Арчиваль. – И я стану! Мой эликсир внушения, мрак Эшкиля – и спящие воины станут моими верными псами.

– Вообще-то эликсир мой, – нескромно напомнил целитель.

А я чуть не возразила, что зелье создала принцесса Мадлен, а Шайру, теперь я была убеждена в этом, его испортил, но вовремя прикусила язык. Нет уж, дразнить сумасшедших себе дороже.

– Я так долго ждал!

Не обращая на нас внимания, Арчиваль расстегнул манжету рубашки и, закатав рукав до локтя, встряхнул кистью. На светлой коже проступили черные знаки. Поползли, собираясь в капли, которые стекли к запястью, образуя браслет из крохотных черных бусин. Их было так много, что получилось несколько рядов.

Сняв причудливое украшение, предатель направился к ближайшему саркофагу. Несколько шагов – и между Арчивалем и его целью образовалась пустота. Плиты рассыпались в прах, уступая место бурно шумящей воде.

– Проклятье, сожри вас Эшкиль! Что это? – закричал Арчиваль, когда река, заняв новое русло, утихла.

– Там написано, прочти. – Виктрэм указал на мерцающую на черных плитах надпись.

– Умничаешь, Рэм? В отличие от тебя я не зубрил древние языки. Переведи, если хочешь получить эту девчонку.

Виктрэм бросил на меня быстрый взгляд и, чуть помедлив, подошел к плите, возле которой стоял кузен.

– «Истинный сын Тьмы пройдет поток и откроет путь к спящим».

Арчиваль подошел к краю водной преграды. Даже с моего места можно увидеть, что это не простая вода. Черная как смоль. Провал заполнила тьма?

– Истинные сыны Тьмы – это кромешники, то есть мы, – с пафосом трактовал надпись целитель.

– Точно. Шайру, вперед.

– Почему я? – удивился мужчина.

– Боишься? Зачем мне трус в партнерах?

Вопреки моим ожиданиям, Шайру послушался и ступил в темные воды, которые достигали ему до пояса. Неожиданно мелко, даже плыть не пришлось.

Несколько уверенных шагов… И тут Шайру застыл на месте и закричал.

Вой… Страшный, надрывный…

Тьма поползла вверх по мужчине, сдирая кожу, поглощая мышцы, оголяя белые позвонки и ребра, пожирая кости…

Несколько страшных мгновений – и Шайру растаял в черной реке, будто кусок сахара в горячем чае растворился.