Глава 10 · Чужие аппетиты

Вопреки моим опасениям, завтрак прошел непринужденно и, пожалуй, весело. Благодарить за это стоило не хозяина дома, а его ироничного дядю и искрометного кузена. Познакомилась я и с сопровождением лорда Тоджилеса.

Русоволосый здоровяк откликался на имя Томроу и явно влюбился в мой пирог с первого укуса.

Блондин с голубыми глазами также представился просто – Нормар. Красивый мужчина, но мне сразу не понравился – я дважды ловила его недобрые взгляды в сторону кромешника. А еще Нормар странно поводил носом, когда оказывался рядом. Он что, меня обнюхивал? Знала бы, насыпала бы в карманы специй.

А если серьезно, то оборотни еще те ищейки. Лорд Тоджилес учуял меня, когда подслушивала. Значит, и в человеческой ипостаси у фрегов развито обоняние и чужие эмоции для них не секрет.

Рыжий парень по имени Лука оказался еще одним племянником лорда Тоджилеса, сыном его старшего брата.

Когда я сообщила о своем предположении, что их родство ближе, старший оборотень весело рассмеялся:

– Я еще слишком молод, чтобы заводить семью. Хотя… К примеру, у нас с вами, госпожа Джун, получилось бы прекрасное потомство – беленькие и рыжие котята.

Он заиграл бровями, а я поперхнулась кусочком пирога.

– Дядя, твои шутки порой смертельно опасны, – с укором произнес кромешник, положив руку между моих лопаток.

Тотчас я перестала кашлять – легкий холодок пробежал по спине, и я почувствовала как будто толчок изнутри, который вмиг восстановил ровное дыхание.

Не подозревала, что Тьма умеет лечить, а не только убивать.

– А кто сказал, что я шучу? – искренне удивился лорд Тоджилес, вмиг утратив игривый тон.

Тишина в столовой воцарилась такая, что я услышала пение цикад в саду.

– Оборотни чувствуют подходящих женщин, Рэм. Если проворонишь госпожу Джун, я сам за ней приударю, и кто знает, может, женюсь. Мать давно требует внуков, как будто Луки и тебя ей мало.

Кромешник почти не отреагировал на очередную подколку, лишь его рука, по-хозяйски лежащая на моей талии, слегка напряглась.

И все-таки он сумел невозмутимо заявить:

– Не дождешься, дядя, я не упущу эту девушку.

Виктрэм поднес мою руку к губам и нежно поцеловал пальцы.

Ситуация малопонятная, даже пугающая. Я не верила своим ушам: лорд Тоджилес зачем-то провоцировал племянника, изо всех сил стараясь вызвать ревность. Ни на секунду не подумала, что влиятельный, видный мужчина, глава клана оборотней внезапно увлекся магичкой-бытовиком из соседней державы.

Я не считала себя подходящий невестой также и для полубезумного лорда. Сказки и мой жизненный опыт несовместимы. Да и не стремилась я пробраться в высшее общество – мне и в нынешнем комфортно.

И то, что оборотень так говорит, странно и недостойно для лорда. Бредовая ситуация, определенно. Сбежала бы, да некуда. Хотя… у меня же есть убежище! И спрятаться там я могу, не боясь, что это воспримут как побег. Главное, выбрать подходящий момент.

В этот раз мы завтракали в малой столовой, подозреваю, лишь по той причине, что из-за габаритов оборотней просторная кухня вмиг стала бы тесной.

– Госпожа Джун, мне очень понравился ваш пирог, – смущенно признался здоровяк, ероша темно-русые волосы. – Если это не секретный рецепт, можно попросить его для моей невесты?

У мрачного «треугольника на сваях» есть любимая девушка? Впрочем, мужчина симпатичный, хоть и пугающе огромен.

– Разумеется, господин Томроу, я напишу вам рецепт.

Пользуясь представившимся случаем, я быстро соскользнула со стула, чтобы кромешник не удержал.

– Пойду за самописцем и бумагой и заодно займусь чаем.

Виктрэм недовольно нахмурился, но не остановил.

Приготовив душистый напиток в самом большом заварнике, который нашла на кухне, я пошагово расписала рецепт. Начинку пришлось корректировать – сушеные грибы я привезла из Латории, в империи таких нет.

Занимаясь привычным занятием, чуть успокоилась и поняла, что пора возвращаться, иначе за мной придет Виктрэм.

Держа в одной руке горячий чайник, в другой – листок, нехотя пошла обратно.

Подходя к столовой, услышала громоподобный голос лорда Тоджилеса. Какой шумный мужчина… и говорит интересные вещи!

Подчиняясь импульсу, создала «купол тишины» и в этот раз добавила заклинание, скрадывающее запах.

– Ты глупый мальчишка, Рэм! Чем думал, когда доверился Арчи? Он тебе завидует, неужели все еще не веришь? Он и в орден подался из зависти, хотя сам и не создан для служения Кромешной. И этому человеку ты вверил свою жизнь, когда оказался на грани? Мы же договаривались, Рэм, чувствуешь себя хуже – зовешь меня или принца.

– Я ничего не помню, – глухо отозвался Виктрэм. – Кусок моей жизни словно сокрыт мраком.

– Зато помнишь, как нужно волочиться за женщинами, – ядовито произнес оборотень.

Вот, я знала! Я так и думала, что моя кандидатура на самом деле не устраивает в качестве невесты лорда. Я просто женщина, за которой можно волочиться.

Самодостаточная, независимая магичка, я не верю в сказки, но сейчас слушать подобные откровения все равно неприятно.

– Я не волочусь за Виолой. У меня серьезные намерения и…

– Не похоже, – перебил лорд Тоджилес оправдания племянника. – Ты хоть немного думал о девочке? О том, как тяжело ей находиться рядом с безумцем, который в любой момент может превратиться в монстра?

– Я контролирую себя, дядя.

– Но при этом забыл несколько недель своей жизни! Вчера я отправил послание принцу, он пообещал сразу, как вернется в столицу, заглянуть к тебе.

– Ты поспешил – я в порядке!

Неуверенность в голосе кромешника исчезла, теперь в нем звучало раздражение, пожалуй, даже злость.

– Раз в порядке, тебе не о чем переживать.

Услышанное ошеломило.

Дядя слишком давит на Виктрэма. Понятно, я многого не знаю, и оборотень искренне переживает, беспокоится о племяннике. И все же он не прав. Порой мягкость лучше, чем бескомпромиссная жесткость: желая добра человеку, завышенными требованиями его можно сломать.

Когда я уже собиралась развеять «купол тишины», кто-то зажал мне рот.

– Любите подслушивать, госпожа Джун?

Я узнала голос блондина. Он подкрался сзади и проник под мой «купол», выбрав удачный момент, когда я, растерявшись, лишилась бдительности.

Зла от него я не ожидала и чуть расслабилась. Оборотень тотчас убрал ладонь с моего рта.

– А вы любите подкрадываться, господин Нормар?

– Первейшая тактика во время охоты, – усмехнулся мне в макушку блондин.

Я резко развернулась так, чтобы горячий чайник оказался между нами.

– Не побоялись, что я вас кипятком ошпарю?

– Заживет, – пренебрежительно отмахнулся он. – Я надеялся на разговор лицом к лицу – и мне повезло.

Смолкнув, он смотрел на меня не мигая несколько долгих секунд.

– Хорошо, что вы сами все слышали. Виктрэм Глау – ущербный мужчина. Он не родился оборотнем и не стал полноценным кромешником. Ему тридцать, а он уже ступил за грань, когда другие маги ордена дотягивают до тридцати трех – тридцати пяти лет. Вам лучше держаться от него подальше. Или вы меня не понимаете, госпожа Джун?

Отчего же? Прекрасно понимаю, что ты один из тех, кто травил Виктрэма в юности.

– Все маги разные, – ответила я уклончиво. – Лорд Глау – гениальный техномаг, у него десятки патентов.

– При этом он не изобрел ни важных механизмов, ни оружия, – снисходительно заметил оборотень.

Я улыбнулась:

– Мой брат техномаг, и я точно знаю, что бесполезных изобретений практически нет. У лорда Глау мирная направленность, его артефакты необходимы людям.

Желваки заходили на скулах блондина.

– Хорошо, пусть так, но это не отменяет того, что вы рискуете умереть от его руки.

– Вы наговариваете на лорда Глау. Зачем? Ненавидите его? Завидуете?

Заварник в моих руках нечаянно дрогнул – и обжигающий чай выплеснулся на пол. Оборотень отшатнулся.

– Завидую этому ущербному? – Раздраженный тон мужчины – как тупой нож. – А ведь поначалу вы показались мне умной женщиной!

– Вы мне тоже, – выдала я двусмысленность и деактивировала «купол тишины».

В глазах блондина плескалось раздражение вперемешку с досадой. Стиснув зубы, он молча забрал у меня тяжелый заварник и быстро зашагал к двери столовой.

Лорд Тоджилес скользнул по нам настороженным взглядом.

Наше возвращение встретили по-разному. Виктрэм посветлел лицом, когда увидел меня, его дядя бросил быстрый взгляд на блондина и тотчас перевел его на тарелку с румяным куском мяса. Интуиция завопила, что это неспроста: очень уж удачно Нормар оказался в коридоре, влез под мой щит, чтобы поговорить без помех. Выходит, лорд Тоджилес предполагал, что я снова буду подслушивать? Нехорошо получилось, что он думает обо мне настолько плохо. Пожалуй, пора перестать подслушивать, ведь раньше я подобным не страдала.

Разливая чай по чашкам и слушая благодарности Томроу за рецепт, я не забывала поглядывать на остальных оборотней и уловила момент, когда блондин качнул головой, глядя на своего лорда. Мне не показалось, его ко мне все-таки подослали. Чего дядя Виктрэма добивался? Просто проверял меня? Или же пытался оттолкнуть от племянника? Если второе, он глупец. Лишая позитивных эмоций Виктрэма, он вредил ему, приближая гибель.

Остаток завтрака и дальнейшая беседа особо не запомнились, настроение было испорчено и не поддавалось исправлению.

Настало время прощаться с гостями, и сделал это кромешник с нескрываемым удовольствием.

– Можешь возвращаться домой, дядя. Я в порядке, ты же видишь. Я ослабил защиту вокруг поместья, вернул ближнему кругу доступ – теперь в любой момент вы с Лукой можете меня навестить. Смысла сидеть в лесу и чего-то ждать больше нет.

Все оборотни, кроме лорда Тоджилеса, дружно поднялись из-за стола.

– Минуточку! – Я тоже вскочила со стула и, уперев руки в боки, спросила: – А вас ничего не смущает?

Мужчины недоуменно переглянулись.

– Вроде бы не забыли поблагодарить, – неуверенно сказал здоровяк Томроу и, наморщив лоб, добавил: – Что было вкусно, тоже сказали… А! Невеста еще ждет, чтобы я помыл посуду!

Я прыснула от смеха. Вот это выдрессировали мужика!

– Нет-нет, спасибо, не надо! – поторопилась заверить. – Куда девать это?

Я махнула рукой на стол, заставленный блюдами с едой.

Оборотни снова переглянулись, все еще не понимая.

– Кто будет доедать? – спросила с напускным огорчением в голосе.

Виктрэм хмыкнул:

– Ягодка, пожалей парней – даже у оборотня может треснуть утроба от чрезмерной прожорливости.

– Да я и не прошу все съесть сейчас. Ничего не знаю, но все, что осталось, вы заберете с собой.

– Я не против, – смущенно отозвался здоровяк.

Почти полчаса я потратила на то, чтобы с помощью магии, оберточного пергамента и плетеных корзинок упаковать недоеденные продукты. Приготовить на двадцать человек… И чем я думала?

Когда с упаковкой было покончено, светловолосый оборотень вдруг спросил:

– А почему ягодка? Ведь в переводе с языка иномирян Виола – это цветок?

– Потому что, – отозвался кромешник резко. – Не твоего ума дело, Нормар.

Нехорошая улыбка зазмеилась на губах блондина.

– Не мое? Это пока.

– Что? – Виктрэм прищурился и вмиг оказался рядом с ним.

Едва не сталкиваясь лбами, высокие мускулистые мужчины безотрывно глядели друг другу в глаза. Виктрэм обманчиво расслаблен, у Нормара сжимались и разжимались кулаки.

Нехорошая тишина разлилась в столовой, как густой кисель. Лорд Тоджилес, как и остальные оборотни, молча взирал на племянника и подчиненного, явно не планируя вмешиваться.

– Вот и дождался я своего часа, – оскалился радостно оборотень. – Эта женщина слишком хороша для тебя. Докажи, что достоин ее, Глау. Я вызываю тебя на бой!

Виктрэм криво усмехнулся:

– Бой без когтей и клыков?

– Без магии и силы Кромешной! – добавил оборотень.

Поединок? Нет, это сон, кошмарный сон, который не может быть правдой!

Сердце забилось в моей груди, как птица в силке, когда я увидела, что мужчины готовятся к драке. Кромешник расстегивал пуговицы на пиджаке и рубашке, оборотень – на кожаном жилете. Первым избавился от стесняющей движения одежды Виктрэм. Его противник едва не рвал пуговицы, спеша схлестнуться в поединке.

– Сделайте что-нибудь! – Я бросилась к лорду Тоджилесу, зачарованно взирающему на происходящее.

– Госпожа Джун, они не в первый раз дерутся, – весело просветил Лука. – У кузена в жилах течет кровь оборотней, он гораздо сильнее обычного человека.

Я только отмахнулась от его слов. Да, я видела, как Виктрэм схлестнулся с дядей, но тогда он призвал Тьму. Да и было то вчера.

– Вы же видели в холле погром? Это Виктрэм сегодня сражался с Арчивалем! Он еще не восстановился!

Лорд Тоджилес словно очнулся. Одарил меня хмурым взглядом и тихо велел:

– Прекратить поединок.

Блондин издал поистине звериное рычание, полное разочарования.

– Дядя! – Невозмутимый Виктрэм вскинул темную бровь.

– Что «дядя»?! Ты хоть собирался признаться, что подрался с Арчи? Тебе же нельзя призывать Тьму!

Поняв, из-за кого не допустили поединок, кромешник посмотрел на меня с молчаливым осуждением. Клянусь, я даже смутилась под его неодобрительным взглядом!

– Мой лорд, разве поединок с кузеном может отменить наш? – негодуя, спросил блондин. – Или, быть может, вы покрываете слабость своего племянника?

Лорд Тоджилес окинул наглеца строгим взглядом:

– Давно Рэм тебе бока не наминал?

Здоровяк, любовно прижимающий пакет с остатками пирога к груди, добавил хитро:

– Если забыл, он напомнит, как только вернется в форму. Или тогда ты откажешься?

– Иди к шмырям, Томроу! – ругнулся блондин.

Недовольно стиснув зубы, он отступил к стене.

Я же, убедившись, что кровопролитие не состоится, бросилась к кромешнику:

– Лорд Глау, простите мое вмешательство! Я не должна была, простите…

Виктрэм нетерпеливо дернул головой, обрывая мой оправдательный монолог.

– И не подумаю прощать… твой официальный тон.

Намек понятен. Я обещала поддержать легенду, что мы вместе, и забылась.

– Извини, я волнуюсь.

Несостоявшийся поединок словно прорвал плотину, эмоции лились через край, как вино из переполненного бокала. Оборотни бурно попрощались с нами, обещая вернуться через несколько дней.

– Я направляюсь в столицу. Хочу перехватить принца сразу, как он вернется, пока это не сделал кто-то другой, – объяснил лорд Тоджилес. – Выходки Арчиваля в его компетенции, пусть разбирается орден, что тут происходит.

– Благодарю, дядя. – Виктрэм склонил голову в коротком поклоне.

– Не за что, – отмахнулся оборотень и погрозил пальцем. – Не шали мне тут. Госпожа Джун, я рассчитываю на вас.

Я кивнула, хотя больше не считала себя благоразумной.

Проводив гостей, мы остались одни в поместье.

Пока в молчании шли от ворот к дому, я в полной мере осознала, что произошло.

Чувство неловкости не отпускало. Это при посторонних я играла невесту, забываясь и выходя из образа, сейчас же, наоборот, помнила все, что узнала о Виктрэме благодаря этому статусу. Его заботу, бережные руки, ласковые слова… Любая была бы рада оказаться на месте его суженой не понарошку. Для меня это уже в прошлом, все, игра завершена, притворяться не нужно. И да, кто-то до последнего должен сохранять голову холодной, оставаясь рассудительным.

Увы, в нашей истории это я.

Отчасти поэтому я не дала Виктрэму шанса завести разговор – заговорила первой:

– Почему ты согласился на драку с оборотнем? Ты даже был ей рад. Почему?

– Он претендовал на женщину, которая принадлежит мне. На тебя.

– Серьезно? – Я усмехнулась, прекрасно помня общение с блондином, заинтересованности там и близко не было.

И да, я нарочно пропустила его заявление о моей принадлежности. Игнорирование и холодность пока лучшая тактика.

– У оборотней много традиций, которые сложно понять людям. Одна из них – бой за женщину. Проигравший теряет право ухаживать за своей избранницей, оно переходит к его сопернику. Тот же, случается, сражается, лишь бы досадить противнику.

– Своеобразная месть, – поняла я. – И на этом все? Влюбленные больше не могут быть вместе?

– Право на ухаживание можно завоевать в дальнейшем. И если так происходит, его сразу закрепляют свадьбой, чтобы избежать нового вызова.

– Интересно.

На самом деле на языке крутилось другое определение, более емкое и однозначно неприличное, но я удержалась от ругательства, не показав себя с худшей стороны.

Мы вошли в особняк, и я остановилась.

– Что дальше? – медленно обвела взглядом разгромленный холл. – Кстати, здесь убраться нужно, и поскорей.

Не услышав ответа, обернулась.

Виктрэм лежал на полу, окутанный черной дымкой. Я даже не услышала, как он упал – смягчила тьма? Симулирует, чтобы не делать ремонт?

О боги, о чем я? Ему снова плохо!

Я бросилась к нему, уповая, что это очередной обморок из-за перенапряжения – все-таки он бился с кузеном, что сейчас недопустимо.

– Рэм! Очнись, пожалуйста!

Его дыхание почти незаметно, сердце бьется тихо, но ровно. Уснул, только очень глубоким, необычайно крепким сном.

Я огляделась в поисках, куда можно перетащить неподвижное тело.

Как-то это все невесело и неромантично, что я вынуждена таскать темного лорда, как вьючная лошадка. В сказках о таком не пишут.

Увидев край покрывала с дивана, выдернула его из-под камней и обломков мебели. С трудом перекатила кромешника на него.

– Ох и тяжелый вы, мой лорд… Хорошо же я вас кормлю!

Можно использовать левитацию, резерва хватает и без кулона, но это не то заклинание, которое получается у меня идеально – случалось, что я била посуду, вместо того чтобы переставить ее на дальний стол. Нет, сделаю по старинке, Рэм не тарелка из ристийкого фарфора, синяки или трещины в ребрах ему точно не нужны.

Человек без чувств весит больше, чем кажется на первый взгляд. Я даже кряхтела, когда устраивала Виктрэма на покрывале. До чего бывает тяжелой любовь! Шутка, разумеется, я не люблю этого мужчину. Да-да, повторю это тысячу раз – может, сама поверю.

– Вам помочь, леди?

Вежливый вопрос, прозвучавший за спиной, чуть не довел меня до седых волос. Хорошо, что я блондинка.

Резко обернувшись, ощутила, как поплыла комната перед глазами. Закружилась голова. Волнение, перенапряжение последних часов едва не уложили меня рядом с Рэмом.

– От помощи грех отказываться, – ответила я машинально, взглядом обводя вошедших в дом мужчин.

В черной форме офицеров давелийской армии, широкоплечие, тренированные – все как на подбор. Хотя почему как? Воинов в орден Кромешной Тьмы, уверена, принимали по определенным параметрам.

Сильные, с острыми скулами на хмурых лицах. Особенно пугал задавший вопрос брюнет с проницательным темным взглядом. Статный, с горделивой осанкой и властным голосом. Валиант, младший принц. Его я не встречала раньше, но угадывала имя, потому что знала женщину, которая держалась за его локоть. Мадлен Эддл, принцесса Давелии по мужу.

Ее тщательно оберегали – не только супруг, но и четыре кромешника, которые взяли титулованную пару в «коробочку», прикрывая от возможной опасности со всех сторон.

Мадлен изменилась, вместо зеленого цвета волос – естественный черный. Насыщенно-голубое платье, подчеркнуто простое, но идеально сидящее на прекрасной фигуре, явно создал Таркал, модельер, которого императрица сманила из Латории.

Изменилась манера держаться, Мадлен стала спокойнее и, пожалуй, мягче. В университете она напоминала мне готового к ежеминутной опасности дикобраза, стреляющего отравленными иголками. Определенно, замужество пошло ей на пользу.

Не знаю, как описать ощущения, но я чувствовала, что Мадлен счастлива. Любимый и любящий муж наполнил силой и уверенностью, стал для своей жены щитом от невзгод, надежным убежищем во время жизненных бурь.

– Что происходит? – Второй вопрос, заданный принцем, заставил меня вздрогнуть.

Ничего себе погрузилась в размышления! На время выпала из реальности, забыв, что ситуации, в которой нахожусь, далеко до обыденной и понятной.

– Мне сложно объяснить, что происходит. Не знаю, с чего начать.

Голос мой охрип, перестав слушаться, – сказывалось волнение. Узнала ли меня Мадлен? Она молчала, никак не давая понять, что помнит соотечественницу.

– Начните с начала, – предложил принц спокойно и подал знак ближайшему кромешнику.

В тот же миг воин плавно переместился к бесчувственному телу. Я чуть расслабилась, когда поняла, что Виктрэма хотят осмотреть и оказать помощь.

Совет принца помог собраться с мыслями. Да, стоило начать разговор с важного момента, с вечера, когда все началось.

– Меня зовут Виола Джун, я универсальный бытовой маг со специализацией кулинария. Несколько дней назад, после конфликта с работодателем, я оказалась на улице среди ночи. Незнакомый кромешник предложил помощь – подвезти к дому сестры, но не успел. Загорелась гостиница…