Глава 11 · Привкус прошлого

Я выбилась из сил, пересказывая события, которые случились совсем недавно, но успели слегка потускнеть из-за насыщенности моих дней приключениями.

– Вот так все и произошло, – закончила рассказ и тревожно посмотрела на Виктрэма.

Он без сознания, но собратья по ордену не бьют тревогу. Значит, и мне волноваться не стоит? Как же это сложно – ждать.

– Интересная история, – хмуро кивнул принц. – Жаль, неправдоподобная.

– Что?..

– Арчиваль Глау – безупречный воин ордена Кромешной Тьмы, – с незыблемой твердостью в голосе объявил принц. – Зачем вы клевещете на него, госпожа Джун? У вас незавидное положение, осталось разобраться, зачем вы, шпионка Латории, травили лорда Виктрэма Глау.

– Я травила?.. – тупо повторила, ощущая, как в животе разрастается ледяной ком.

Может, у темных это юмор такой? Крайне специфический…

– У вас была возможность и были средства, – отрывисто бросил принц и велел: – Арестуйте госпожу Джун!

Меня сковал ужас.

Нет, нет… Только не арест! Я не хочу проверять дурацкую шутку, что повар нигде не пропадет. И кто будет заботиться о Рэме?

Подчиненный принца успел сделать два шага в мою сторону, но тут перед моими глазами выросла широкая спина Виктрэма.

– Очнулся, спящий красавец? – удовлетворенно спросил его высочество и добавил: – Простите за испуг, госпожа Джун. Самая быстрая побудка для кромешника – угроза его женщине.

– Я не его женщина, – возразила слабо, ощущая, как покидают последние силы.

Мое уточнение проигнорировали. Принц и другие кромешники смотрели только на Виктрэма.

– О, не весь проснулся, – хмыкнул его высочество и взмахнул рукой.

Я высунулась из-за мощной спины вовремя, чтобы увидеть, как с ладони принца Валианта срывается ком тьмы и врезается в солнечное сплетение моего кромешника. Секундная заминка – и Виктрэм рухнул на пол.

– Что происходит?!

В этот раз мое беспокойство заметили. Мадлен оставила мужа и, успокаивающе коснувшись моего плеча, торопливо объяснила:

– Лорд Глау толком не пришел в сознание, его вели инстинкты.

– А как вы поняли это? И зачем было его усыплять снова? Это не повредит?

Вопросы остались без ответа. Мадлен вдруг смущенно улыбнулась:

– Виола, запах жареных суховиков мне чудится?

Она перевела тему разговора, чтобы не отвечать?

– Нет, я делала пирог с мясом, сыром и грибами. Большой, но люди лорда Тоджилеса с ним расправились.

Мадлен разочарованно вздохнула:

– Жаль. Привезти суховики из Латории мне могут хоть через час, но готовить их правильно умеют только в Квартене.

– Начинки для пирога было много, осталась четверть тарелки, – отозвалась я машинально и тотчас встрепенулась: – Ваше высочество, если хотите…

Мадлен весело перебила:

– Хочу! И давай без титулов – после того как я доставала тебе садовых краснохвостов на черном рынке и один меня укусил, странно будет делать вид, что мы незнакомы.

– Дорогая, ты продавала кулинарному магу исчезающий вид змей? – с насмешливым осуждением поинтересовался принц. – Надеюсь, вы их не для какого-нибудь рецепта покупали, госпожа Джун?

Ох, краснохвосты и в Давелии редкость? А я зажарила тех, что нашла в поместье…

– Ваше высочество, я бы могла соврать, что купила их, чтобы поселить в террариуме и любоваться одинокими вечерами, но… не стану.

Под насмешливо-осуждающим взглядом принца я смутилась и опустила глаза.

Что поделать, я хотела сдать зачет одному вредному преподавателю с первого раза, для чего и приготовила гурманское блюдо из редких пресмыкающихся. Взятку деликатесом оценили – и я единственная из группы не бегала на пересдачу.

– Ваше высочество, если желаете, я принесу начинку с грибами в столовую, хотя… простите, не получится – там еще не убрано после завтрака.

Я испытывала невероятное смущение, всякая хозяйка, которую застигли врасплох гости, меня поймет. А еще я стеснялась «тыкать» принцессе, да и страшно было как-то. Пусть она не против фамильярности, забывать о ее супруге не стоит.

– Виола, не суетись, я все еще помню, каково это – есть на кухне.

Я смутилась, а Мадлен меня добила:

– Валиант, тебе понравится, обещаю. На кухне уютнее.

Принц снисходительно улыбнулся:

– Я не голоден, пробовать какие-то грибы не хочу.

У кого-то взыграл снобизм? Уверена, готовлю не хуже, чем повара во дворце. И все же я в душе обрадовалась, что не нужно угощать принца. Мои нервы и так потрепали в последние дни, еще одно испытание сравнимо с подвигом, а я совсем не героиня.

Через несколько минут ее высочество Мадлен азартно вылавливала вилкой грибы из начинки для пирога, всем своим видом демонстрируя блаженство. Как же порой мало надо для счастья…

Ее супруг, обведя кухню внимательным взглядом, оставил нас вдвоем, но, готова поклясться любимой скалкой, не без присмотра.

– Да, это именно то, чего не хватало, – довольно заявила принцесса, отвлекая меня от размышлений о том, что сейчас делают кромешники. – Грибы стояли перед моими глазами с момента отлета из столицы.

Услышав беззаботное признание, я не удержалась от комментария:

– Непреодолимое желание отведать какого-то продукта чаще всего бывает при беременности.

– Вообще-то это государственная тайна, – усмехнулась Мадлен. – Мы об этом еще не объявляли официально.

Я не сразу поняла, а когда до меня дошло, уставилась на нее во все глаза.

Боги мои… Вторая принцесса империи в положении и сейчас находится на моей кухне! И охранников рядом нет. А что, если я замыслила дурное? Что, если я враг империи? Как-то неосмотрительно оставлять беспомощную супругу рядом с малознакомой девицей.

Впрочем, Мадлен никогда не была беспомощной, мастер ножевого боя, знаток ядов и запрещенных зелий вряд ли нуждался в защите.

– Ты посмотрела по сторонам, будто переживаешь, что из-под стола выпрыгнет убийца и набросится на меня, беременную, – язвительно произнесла принцесса. – Не переживай, я увешана немыслимой силы артефактами, а за дверью стоит парочка кромешников. Меня опекают, но не так явно, как Элеяру. Кстати, спасибо, было вкусно.

– У меня есть запас сушеных грибов. Если нужно…

– Нет, без латорийского повара они бесполезны. Ты же не пойдешь к нам во дворец работать?

Я торопливо покачала головой:

– Еще час назад я мечтала вернуться домой, а теперь считаю, что у меня нет морального права бросать сейчас лорда Глау.

– Конечно нет. – На губах Мадлен блуждала странная улыбка. Раньше она так часто не улыбалась, ирония и сарказм иногда окрашивали ее далеко не безобидные шутки. – И да, я бы хотела пообщаться с целителем. Где он?

– Я с ним так и не встретилась – он сбежал, если верить Арчивалю.

– Жаль. Проанализировав зелье, которым травили Глау, я пришла к выводу, что яд добавил тот, кто хорошо разбирался в зельеварении. Был момент, когда даже думала, что сама напутала с ингредиентами…

Я чуть с табурета не упала, услышав признание Мадлен.

– Как?! Ты наговариваешь на себя!

– Нет. Мое положение влияет на качество работы, – с легкой грустью призналась Мадлен. – То какой-то запах вызывает отвращение, то задумаюсь и смешаю зелье, а потом проверяю, все ли сделала правильно.

– Ого…

– И не говори. Я не могу продуктивно работать, но оно того стоит.

Принцесса ласково погладила живот.

Желанная беременность женщине к лицу – теперь я понимаю эту фразу. Мадлен изменилась, пусть она путает зелья, но она счастлива и прекрасна.

В груди защемило, нос защипало из-за наворачивающихся слез. Я не представляла, что когда-нибудь захочу оказаться на месте чудаковатой зельеварши. Нет-нет, я возжелала не статуса принцессы, а отношений, как у нее. Любить и знать, что это взаимно.

Почти целый час мы вспоминали учебу в Квартенском университете магии, обожаемых и ненавистных преподавателей, скандалы и просто яркие события из жизни студенческого братства. Мадлен нечаянно оказалась непосредственной участницей Пятого отбора невест для темных. Я же в то время проходила практику на университетской кухне, и все самое интересное прошло мимо. Мы узнали о нападении древнего существа на принцев Давелии, уже когда его остановили. В общем, когда в бальном зале шла драка, мы беспечно делали сырную пасту для канапе…

Оживленный разговор прервало появление принца Валианта.

– Лорд Глау все еще спит, – сообщил он, потирая устало переносицу. – Но обязательно проснется, вопрос только когда.

Что, мое волнение не укрылось от внимательного взгляда его высочества, раз он поспешил меня успокоить? Постараюсь быть более сдержанной, ведь я не вправе интересоваться жизнью давелийского лорда.

– Можно как-то повлиять, ускорив пробуждение?

– Не стоит. Пусть выздоровление идет своим чередом.

Резкость и категоричность принца задели, заставив забыть принятое решение держаться в стороне.

– А будет ли это выздоровлением? Уже несколько дней лорд не пьет ядовитое зелье, а результат малозаметен.

– Но он есть. Терпение, госпожа Джун. – Принц перевел взгляд на супругу. – Дорогая, ты не слишком устала? Погуляешь в саду полчаса, пока я буду занят?

– Нет, я не собираюсь гулять, дорогой. – Насмешливо щурясь, Мадлен скрестила руки на груди. – Очень интересно узнать, кто стоит за всей этой историей и зачем ему травить лорда Глау.

– То есть в сад не хочешь, когда буду допрашивать госпожу Джун? Точнее, разговаривать? – быстро исправил принц неприглядную формулировку.

– Сад как сад, чего я там не видела! – Мадлен говорила серьезно, но губы ее подрагивали, пытаясь растянуться в улыбке. – И да, я очень хочу послушать, что расскажет Виола.

Похоже, принц жаждал отстранить супругу от расследования, но не мог. Значит, слухи не врут, и избранницы вьют веревки из могущественных воинов Тьмы? Что ж, во всем есть минус: как бы ни был грозен и силен мужчина, у него обязательно найдется слабое место. У кромешников это их жены.

Иронизировать мысленно долго не получилось – принц вновь засыпал вопросами. Задавал как новые, так и старые. Я успела устать и едва не упустила маленький нюанс, который должен был давно насторожить.

К счастью, принц в очередной раз повторил наводящий на воспоминания вопрос.

– Не замечали ли вы что-нибудь еще странное за лордом Глау?

– Обморок после перенапряжения считается?

– Естественная ситуация в его положении, но спасибо за внимательность.

Что же еще рассказать? Нужно ли упоминать, что при первой встрече огрела лорда по голове скалкой? Думаю, нет… О! А ведь об одной странности я едва не забыла!

– А считается странной татуировка на спине?

– Если застывшая, неподвижная – чаще всего это дурной знак, – не удержалась от комментария Мадлен. – И самые страшные – на лице.

– У лорда много татуировок на торсе, – сообщив, я испытала смущение и, чтобы их высочества не заподозрили нечто пикантное, поторопилась уточнить: – Он часто бродит по дому полуголый и босой.

– Что не так с татуировкой на спине?

Я поколебалась, подозревая, что скажу сейчас глупость, вдобавок выставлю себя в нехорошем свете – легкодоступной девицей.

– Одна татуировка не просто не движется, она холодна как лед.

Выражение лица принца сейчас как маска: он явно пытается что-то скрыть. Эта татуировка опасна для Виктрэма? Знак скорой смерти?

Морозом сыпануло по спине.

– Благодарю за рассказ, госпожа Джун. – Принц поднялся с табурета и подал руку супруге. – Мы можем возвращаться в столицу – все, что нужно, я увидел и узнал. Госпожа Джун, я вернусь через несколько дней.

– От меня что-то требуется?

– Нет. – Принц задумался, кивнул своим мыслям и добавил: – Впрочем, если лорд Глау изменит свое поведение, до него настойчиво попытается добраться его кузен или какой-то другой кромешник, сразу сообщите мне.

– Хорошо. Только как?

Принц достал из кармана пиджака артефакт связи – черный пластинчатый браслет. Несколько минут ушло на объяснение, как связаться с ним или начальником его охраны. У брата был магофон, поэтому я представляла, как им пользоваться, но все же знания освежить не отказалась.

Вскоре гости покинули поместье Глау.

Словно в часах закончился завод, так и во мне иссякла энергия, позволявшая что-либо делать и даже разговаривать о серьезных вещах. Я едва не потеряла сознание от усталости, но добрела до своей спальни.

Проснулась, по ощущениям, на следующий день, ранним утром. Отдых помог набраться сил, но не спокойствия.

Поднявшись на третий этаж, в спальню лорда, убедилась, что он продолжает мирно спать.

Когда жизнь летит кувырком и ты не успеваешь за переменами, нужно заняться привычными делами, чтобы ощутить твердь под ногами. И я отправилась на кухню, единственное место, где всегда была в своей тарелке.

Поставив опару для теста, подошла к окну. Засмотревшись на пронизанный лучами утреннего солнца сад, не сразу осознала, что на подоконник упал «вестник». Несколько секунд недоуменно смотрела на светящийся листок бумаги, а только затем развернула его. Почерк сестры… Но как ее послание попало в поместье? О, я забыла, что хозяин особняка снял глухую защиту и теперь не нужно выходить за ворота, чтобы пообщаться с родными.

«Ви, в Давелию летит Болес. Он хотел с тобой помириться перед отъездом, но не нашел, и мне пришлось признаваться, где ты сейчас. Не пугайся, он летит не из-за тебя, а по приглашению заказчика. По возможности свяжись с ним сама, знаешь ведь, каким он бывает резким».

Брата пригласили в империю? Удивительно. Он стремился в страну, где техномагия переживала невероятный расцвет, еще во времена учебы в КУМ. После практики у него такой шанс появился. Шанс, от которого он отказался из-за меня. Так он думал.

Я закрыла глаза, вспоминая, как поссорилась с братом. Тогда один из имперских техномагов, преподающих в КУМ, объявил о своем возвращении домой и пригласил выпускников пройти испытания на место помощника. Болес лидировал, его главным соперником стал лучший друг – Дан Цветков. Этот парень, обаятельный и веселый, неожиданно начал оказывать мне знаки внимания: дарил букеты каждый раз, когда приходил к нам в гости, не забывал говорить комплименты.

Девушка я прямая, сразу сказала, что он не интересует меня как будущий супруг, и тогда Дан предложил дружбу. Почему бы не завязать товарищеские отношения с приятным, умным и обходительным мужчиной? Я не устояла от соблазна – согласилась и некоторое время чудесно проводила с ним время. Со стороны казалось, что он за мной ухаживает, не удивительно, что брат поверил в это. И тогда подлец Цветков пришел к нему с деликатным предложением.

Он попросил отступиться от предложения давелийского техномага, и Болес поверил, что я хочу переехать в империю вместе с «женихом». На что не пойдут любящие братья ради счастья сестры! Мой отказался от мечты.

Как же я ругалась, когда узнала обо всем! Я кричала на доверчивого братца, костерила себя за то, что допустила подобное. Мой «поклонник-друг» обманул и предал всех нас.

Я тогда ушла из дома, нагрубила брату, заявив, что он, мужчина, должен учиться решать проблемы сам и добиваться поставленных целей без тыла в виде сестры.

Болес оскорбился, и ссора вылилась в длительное молчание.

И вот теперь, в момент, когда его мечта сбылась, он хотел помириться.

Вспоминая о своем разочаровании, я занималась хлебом. Тесто, которое месила, едва не пищало под моими руками.

– Здорово выходит! – раздался за моей спиной восхищенный шепот. – А можно и мне попробовать?

Теплые руки Виктрэма легли на мои плечи. Оказавшись в неожиданных объятиях, я застыла. Будоражащие ощущения. Дыхание перехватило, и сердце забилось быстрее.

– Как нужно? Покажешь?

Тесто… В этот непередаваемый момент он хочет, чтобы я научила месить тесто? Хорошо, выполню неожиданный каприз темного лорда.

Вопреки моему настрою, урок получился несерьезный – дыхание мужчины шевелило волосы на затылке, опаляло кожу шеи. Чудилось, что он вот-вот поцелует меня…

А еще Виктрэм опять щеголял без рубашки, и невольно я чувствовала это обнаженными плечами, соприкасаясь локтями со стальным торсом.

Восхитительно-волнительные ощущения. Шальные минуты…

И все же тесто мы, точнее я, домесили.

– Ягодка, ты чего такая угрюмая? – поинтересовался кромешник, когда я поставила хлеб подходить в форме.

– Из «вестника» сестры узнала, что в империю прилетает брат.

– Так это здорово! Познакомишь нас?

Я изумленно уставилась на Виктрэма. Почему-то казалось, что мужчины не жаждут знакомства с родственниками понравившихся девушек, если только не стремятся к серьезным отношениям. О боги, а он что, стремится? Какая же это глупость!

– Прости, ягодка, совсем вылетело из головы…

Виктрэм достал из кармана черных брюк стальной браслет-ободок – хрупкий вьюнок с голубыми капельками росы на филигранно выполненных листочках. Голубые бриллианты? Ого, очень дорогая вещь, да еще сильно фонит магией!

– Как моя невеста, ты должна носить артефакт рода Глау.

– Должна… как невеста?.. – Его слова, как ведро холодной воды, вмиг привели в чувство. – Лорд Глау, вы забываетесь. Оборотней здесь нет, мне не нужно играть фальшивую невесту.

Брови Виктрэма взлетели на лоб потревоженными птицами.

– Почему фальшивую?

Так, приехали.

Не удержавшись, я коснулась его лба, проверяя, нет ли лихорадки.

– Я здоров, ягодка.

Виктрэм улыбнулся ласково и, перехватив мою ладонь, припал к запястью губами. Горячими, настойчивыми губами.

Тело словно молнией пронзило – и я испуганно отдернула руку. Затем и вовсе попятилась, стремясь оказаться подальше от темного.

Растерянность легче всего маскировать бравадой. И я с вызовом поинтересовалась:

– Ой, так я невеста настоящая? И когда у нас свадьба, я хочу поскорей!

Я хотела смутить его, осадить. Не вышло.

– Когда скажешь, ягодка. Как только с меня снимут сдерживающий силу медальон, сразу отправимся в храм Тьмы.

– Зачем? – У меня голос сел от удивления и возмущения.

Это ведь не игра! Храм – слишком серьезная тема, чтобы шутить.

– Как зачем? Ты моя невеста, нас ждет благословение Кромешной.

Не могу поверить, что он вот так, по-настоящему… Дикое предложение. Точнее, меня даже не спрашивали.

– Еще вчера я была невестой фальшивой. Что изменилось, лорд Глау?

Кромешник нахмурился и в один миг оказался рядом.

– Лорд Глау? Уже второй раз за пять минут так называешь, ягодка. Забыла о моем предупреждении?

Зловещий голос, массивная фигура, нависшая надо мной… а не страшно нисколечко. Чувствуется нарочитость, дурашливость в тоне. Но я играть не намерена.

– Правда покусаете, ваше темнейшество? – Я выдержала взгляд золотых глаз, сейчас полных мягкой насмешки.

– Обязательно, ягодка. Выберу время и местечко, что очень сложно – слишком многие мне нравятся.

Боги, он неисправим! И это кромешник и техномаг, которому сама магия диктует быть серьезным!

Фыркнув, я отошла к шкафчику, где хранила зелье, присланное Мадлен. Пора возобновить прием, и так слишком часто пропускаем.

– Пока готовится завтрак, выпейте ложечку.

– Выпей, – поправил Виктрэм и, взглянув на браслет, который все еще сжимал в руке, помрачнел. – И не уходи от вопроса, ягодка. Ты принимаешь его?

Несмотря на то что все вокруг твердили о симпатиях Виктрэма, о том, что я «его женщина», я не верила. Глупости. Давелийский лорд не женится на простой магичке без титула, а быть любовницей… Нет, не смогу. Совесть меня съест без соли. Будь мы с Виктрэмом равны, я бы рискнула и согласилась на интрижку в надежде на большее. Но я прислуга, пусть и не нанятая им самим, а он аристократ и даже не соотечественник. Вдобавок болен и, чего уж говорить, неадекватен. Что будет, когда он придет в себя и увидит рядом безродную латорийку? Ничего хорошего, твердо убеждена.

Да и некрасиво это – пользоваться чужой слабостью, доверием.

– Рэм, давай ты полностью выздоровеешь и мы вернемся к этому вопросу?

На скулах Виктрэма заиграли желваки. Миг – и он уже солнечно улыбается.

– Виола, а давай прогуляемся?

Неожиданная смена темы разговора сбила с толку. Я даже засомневалась, что увидела его недовольство. Показалось?

– Кстати, день обещает быть жарким, можно искупаться в озере.

Предложение обрадовало и одновременно испугало. Я обожала воду и чувство легкости, которое возникает, когда плывешь. И в то же время лишаться большей части одежды рядом с кромешником не хотелось. Я знала, он не позволит себе лишнего, мне не стоит бояться принуждения. И все же мне было неловко.

Может, в первую очередь я не доверяла самой себе?

– Так что? Купаться будем? – повторил вопрос Виктрэм.

– Хорошо, давай сходим на озеро. Только подожди, позавтракаем, и я испеку хлеб.

Последующие несколько часов пролетели быстро. Приготовив обед, я собрала корзинку для легкого перекуса на берегу озера.

И все это время меня не оставляло ощущение волшебства.