Глава 9
Глава 9
Никогда не считала себя особой безрассудной. Все-таки я привыкла хоть немного прощупывать почву, прежде чем действовать, так что и сейчас, обернувшись, чтобы увидеть огромного, искрящегося серебром дракона, я не взобралась в панике на забор.
Нет-нет, попа моя уже отчетливо чувствовала неприятности, однако между голубым огнем, вырывающимся из пасти огромной зверюги, которая только взлетала с крыши замка, и забором, что находился прямо перед нами, я выбирала то, что именно сейчас несло наименьшие потери. Ну не хотелось мне снова улетать в сугроб, так что я со всей ответственностью обратилась к Беральду:
— Лезь первый! Я пока драконище отвлеку!
— Чем? — удивленно моргнул мужчина, чье лицо сейчас находилось на уровне моей головы. Присев, он пытался поставить мою ногу себе на колено. Старый ботинок на белоснежную штанину.
— Танцами с бубном! — рявкнула я, отбирая свою конечность. — Лезь, сказала. Потом меня затянешь!
Рев раздался повторно, но уже гораздо ближе. Струя драконьего пламени голубой волной пронеслась по крышам домов, оставляя на них ледяные скалы. Честно говоря, на этот раз я конкретно так убоялась. А учитывая то, что чем ближе был дракон, тем больше он становился, убоялось во мне абсолютно все, так что это уже я подталкивала забирающегося на деревянный забор мужчину.
В какую конкретно область подталкивала — история умалчивает, но жить захочешь — и не такой подвиг совершишь.
Мы не успели совсем немного. Я уже цеплялась за руку своего спасителя, когда позади меня на заснеженную землю спикировало нечто. Грохот был неописуемый — земля дрожала и тряслась, а я дрожала вместе с ней, предполагая, что еще одна ледяная статуя в Тауршире все-таки появится. И называться она будет “Перебежка”.
— Немедленно отпусти ее! — раздался разъяренный человеческий голос, а я все-таки обернулась, дабы узреть ящера в привычном для меня виде. У него даже камзол не помялся! — Я сказал, отпусти ее!
— Зачем? — все так же держали меня на весу, пока я отчаянно пыталась вскарабкаться наверх. — Она ведь все равно погибнет. Так какая тебе разница?
— Отпусти, — с нажимом произнес драконище, умудряясь прорычать слово, в котором не имелось ни намека на букву “р”. — Валерия, прекратите карабкаться на забор!
Наверное, дракон просто устал ждать. По-другому я его действия объяснить не могла. В первую секунду подумала, что это все-таки забор среагировал на правонарушителей, но нет. Деревяшки не светились и оставались безучастными, тогда как я ракетой улетала куда-то назад.
Ну как куда-то?
В лапы к настоящему драконищу! А точнее, в руки, которые запросто могут быть лапами.
— Итак… — начал было ящер, но его тут же перебили.
— Да она же все равно умрет! Тебе разве не осточертело сидеть здесь, словно в темнице? Я старался для всех!
— Итак, — с нажимом произнес дракон, обрывая чужую речь, смысл которой я не слишком-то понимала, — у меня только один вопрос, — ровным тоном продолжил он, удерживая меня на руках. — Где берут таких идиоток?!
Я подпрыгнула в его руках. Меня окатило такой волной ярости, что я немедленно пожелала встретиться с забором. И еще раз, и еще раз. И так до тех пор, пока не наступит рассвет, потому что где-то внутри меня наконец-то отряхнулся от спячки инстинкт самосохранения!
— Знаешь, что скрывается за этим забором? — наседал драконище, а я максимально отклонялась в его руках, стараясь держаться как можно дальше. — А я покажу!
Забор вспыхнул настолько ярко голубым сиянием, что я на несколько секунд ослепла.
Маг же продолжал сидеть на заборе как ни в чем не бывало. Только щерился зло, будто скалился, выражая тихую ярость.
— Раньше этого забора здесь не было. Но когда Тауршир настигло проклятие, его построили, чтобы всякие идиотки не пытались пройти через защитный купол! Этот купол не выпускает никого, кто проклят! Не выпускает, слышишь ты, чудовище?! Даже твой разлюбезный помощник сейчас сидит на деревяшках и не соприкасается с куполом, а иначе летел бы уже далеко и грустно!
— А з-з-зачем он тогда меня сюда привел? — нервно спросила я, уже полулежа в соседнем сугробе — настолько сильно отклонялась от мужчины.
— Да затем, что ничто не может существовать вечно! Тринадцатая попытка — последняя!
Тряхнув меня как мешок с картошкой, драконище поставил меня в сугроб, но я тут же начала неуклюже заваливаться по уже знакомой траектории. Это что же? Это же меня сейчас хотели убить! С моей смертью все закончится абсолютно для всех!
И для меня, и для них, запертых в этой временной межмировой петле!
Падая в сугроб и совершенно не пытаясь пошевелиться, я все-таки посмотрела на Беральда. Мужчина легко спрыгнул с забора, но подходить к нашей инсталляции “Пизанская и Эйфелева Башни” не спешил. Наоборот, его морда выглядела надменной и совсем не пристыженной, тогда как я все больше осознавала, что меня только что чуть не угробили.
Взгляд мой обещал этой Белоснежке все смертные муки разом на завтрак, обед и ужин. Я даже ненароком за снегом потянулась, чисто на автомате желая вылепить снежок поувесистее для этой холеной морды.
— А ну, быстро в замок! — рявкнули на меня, но, если бы я и могла, я бы с места не сдвинулась.
Тут и дураку было бы понятно, что они сейчас отношения выяснять начнут, а я за эту ночь, между прочим, узнала гораздо больше, чем за все предыдущие дни!
Погреть уши не получилось. Из сугроба меня вытащил снежный смерч, образовавшийся прямо в воздухе рядом со мной. Эта небольшая воронка за секунды разрослась до необъятных размеров и лихо потащила меня в сторону замка. А ведь драконище даже пальцами не щелкнул!
— Негодяи! Я вам все припомню! — возмущалась я, пытаясь обернуться. — Да отпусти же ты меня!
Но нет, снежный смерч меня не слушал. Тащил все дальше до тех пор, пока не затащил в бальный зал, в котором гости и не думали расходиться. Мое появление вызвало ажиотаж и треволнения. И вот пока здесь не было ни дракона, ни потенциального самоубийцы, я подумала о том, что план-то мой был не так уж и плох.
Исполнение только слегка подкачало.
А так… Как миленький откажется от меня в конце бального сезона, когда поймет, какое “счастье” свалилось ему на голову!
— Лера! Лера я тебя так искал! — выскочил из толпы гостей кот, подскакивая ко мне — бережно усаженной вихрем на ступеньки лестницы.
— Что, снова есть хочешь? — вздохнула я, думая, как бы покрасивше все обставить.
Сегодня я явно переборщила, так что нужно было определенно подумать над деталями, прежде чем приступать к разработке нового плана.
— Ага! — с радостью встретил мое понимание Айлиан, интенсивно закивав головой. — А пригласи всех к столу, а?
— К столу? — удивилась я.
— Ну в большую столовую, что предназначена для празднеств. Там знаешь какую рыбу запекли? Во такую! — показал он мне предполагаемые размеры, встав на две лапы. — Пойдем, а? Так кушать хочется…
— Что аж поспать негде, — рассмеялась я, беря этого обжору на руки. — Ну что с тобой делать? Дорогие гости, прошу к столу.
Гости расцветали энтузиазмом прямо на глазах. Я же, посмотрев на неприглядную действительность, то есть на себя, решила, что пора пойти и привести себя в порядок.
Действовать нахрапом определенно не стоит. Лучше уж потихоньку, помаленьку, отравляя жизнь дракона словно медленнодействующий яд, что накапливается в организме со временем, достигая смертельной дозы.
Проводив кота до ступенек, спустила это подпрыгивающее от нетерпения чудо на пол. Только его и видели, тогда как я, в отличие от гостей, не спустилась по лестнице на нулевой этаж, а отправилась к себе.
Умывалась недолго, переодевалась в брюки и белую рубашку еще быстрее. Этот парадно-выгребной наряд остался у меня еще с универа. Я в нем зачеты сдавать ходила, чтобы, так сказать, продемонстрировать ответственный подход.
Если говорить откровенно, спускаться обратно вниз мне не хотелось совершенно. Больше того, я бы лучше спать легла, но нужно было довести дело до конца. Раз уж взялась портить нервы дракону, то делать это необходимо исключительно на ежедневной основе.
— А вы меня ждете? Как приятно, — улыбнулась я присутствующим.
Абсолютно все гости из бального зала уже перебрались в большую столовую, которая своими размерами, прямо скажем, впечатляла. Да и назвали ее праздничной не зря. Тяжелые золотые портьеры украшали стены и собой скрывали отсутствие окон. Большая люстра состояла из сотен хрусталиков и ярко освещала самый центр комнаты, тогда как настенные канделябры давали мягкое свечение.
За длинным массивным деревянным столом сидели уважаемые дамы и господа, однако при моем появлении все они поднялись. Ближе ко мне стоял еще один небольшой стол, образуя букву Т, и два места по центру за ним пустовали. Остальные четыре занимали драконы.
Золотую скатерть сейчас запросто можно было бы назвать скатертью-самобранкой. Чего тут только не было, но из знакомого я могла идентифицировать только целиком запеченные птицу, рыбу и свинью. Все остальное оставалось тайной, покрытой мраком.
— Думается мне, что ждали они совсем не вас, — раздалось за моей спиной тем самым голосом, от которого мурашки слонами скакали по коже.
— Конечно. Они ждали меня, — объявился и еще один. К моему великому сожалению, даже не побитый. — Моя милая маркиза, простите мне мою вольность, — нагло сцапал Беральд мою руку, припадая к ней губами. — Сами понимаете, за столько веков в заточении характер безвозвратно портится, но обещаю, что подобного с моей стороны больше не повторится.
Эту бессовестную улыбку с холеной рожи хотелось немедленно стереть, а потому конечность свою я у него отобрала, чтобы демонстративно вытереть о штанину, изображая всю степень брезгливости.
Если следовать логике, мы вместе с драконом должны были сесть к его собратьям за стол — видимо, там были места хозяев и почетных гостей, — однако на данный момент пустовало еще одно место. Туда-то я и пошла под недоуменными взглядами, но сесть не села.
Собрав пустые тарелки, столовые приборы и бокалы, положила все это на стул и понесла в другой конец стола, размещаясь там с комфортом, потому что ничьи локти мне не мешали и ничьи взгляды к стулу не пригвождали. Ну как ничьи?
— Ваша Светлость, вы, кажется, немного ошиблись, — обратился ко мне дракон, что продолжал стоять, как, собственно, и остальные гости.
Я же накладывала себе в тарелку какую-то коричневую дрянь, делая вид, что прекрасно знаю, что творю.
— Боюсь, что это именно вы ошибаетесь… — нарочито медленно протянула я, снова вспоминая о том, что имя дракона так до сих пор и не знаю. — Теперь место хозяйки будет там, где она сама пожелает. Что же касается почетных гостей… Лично я никого не приглашала. Приятного аппетита!
Именно с этими словами я поднесла к губам коричневую дрянь, наколотую на вилку. Лицо удержала с трудом. Не знала, что это было, но настолько противной гадости я еще ни разу не ела. Создавалось стойкое ощущение, что…
— Я так понимаю, морские слизни в собственном соку вам пришлись по вкусу? — громко спросил драконище через весь зал, занимая свое место. Беральд оставался стоять, хмуро оглядывая картину “Пир почти для всех”.
— Определенно, вам стоит это попробовать, — подавила я приступ тошноты, благодарно кивая пожилому мужчине, что наполнил мой бокал.
Глоток я сделала щедрый. Исключительно для того, чтобы протолкнуть эту дрянь. Прохладный, чуть сладковатый напиток напоминал по вкусу воду с лимоном, так что осушила я все до самого дна. Мне тут же услужливо налили еще.
В беседах я очень даже участвовала. В основном, конечно, слушала, но кое-что и добавляла от себя. Темы были проще не придумаешь — погода, природа, чьи-то скакуны, чем лучше засеивать земли, чтобы получить наибольшую прибыль…
В общем, ела я много и не всегда вкусно, все больше прикладываясь к лимонной водичке и напрочь игнорируя пристальные взгляды одного конкретного чешуйчатого. Лично мне не было никакого дела до его вздернутой в немом вопросе брови и жестов, которые неизвестно что демонстрировали.
Я, между прочим, тоже знала один любопытный жест, состоящий всего из одного пальца, но ему же не показывала! Вот что значит отсутствие воспитания!
— А не спе-е-еть ли нам песню? О-о-о любви, — вдруг подумала я, но подумала почему-то исключительно вслух.
Больше того, я не только подумала — я еще и петь начала, тогда как картинка перед глазами то и дело тормозила, а то и вовсе плыла, смазывая в пятна и чужие лица, и всю столовую в целом.
Пару раз я даже промахнулась мимо бокала, пока распевалась.
— Кхм-кхм… — разбила я к чертям вилкой бокал. — Прошу внимания! Исполняется ария “Дохлой русалки”.
На одного конкретного дракона было страшно смотреть, а потому я на него и не смотрела, чтобы не портить себе замечательное настроение. Я смотрела на других, пока выплывала в центр свободного пространства, аки белая лебедь на середину озера.
Внезапно вспомнив о вежливости, хотела сделать реверанс, но, не нащупав юбки, нащупала шторы. Дернув за одну, оторвала ее к чертовой матери, наматывая на себя подобно тоге. Вот теперь можно и выступать.
— Ария “Дохлой русалки”, — напомнила я, если вдруг кто-то забыл, и сделала загадочный вид, нагнав в голос побольше жути.
— В темно-синем лесу, где трепещут мужчины,
Где двоих колдунов доедает сова,
В одном озере зомби под русалок косили
И при этом напевали странные слова…
А нам все равно, а нам все равно!
Переварим мы и волка, и сову!
Дело есть у нас — в самый темный час
Из дракона мы варим пахлаву!
Там-там-таратам, там-там-таратам, — пустилась я в пляс, лихо отплясывая кан-кан и вытаскивая на импровизированный танцпол остальных гостей.
Ноги они, между прочим, задирали не чета мне, но я слишком быстро устала. Да и вело меня то в одну сторону, то в другую, так что пришлось продолжать концерт по заявкам следующим гвоздем программы в крышку одного конкретного голубоглазого гроба.
— Внимание! Смертельный номер! — громко объявила я, хватаясь за край скатерти.
Дернула я от всей души, едва не свалившись на пол, однако всего одна положенная на стол для почетных гостей рука удержала всю посуду на месте.
— Такое шоу испортили, — укоризненно поцокала я языком, осуждая испепеляющего взглядом ящера всем своим независимым видом.
— Может быть, уже достаточно? — произнес он с нажимом и даже намеком, но я его намеки категорически не понимала.
— Уважаемые гости, не расходимся! После хоровода будем практиковаться в метании ножей! У нас художник есть?
— Есть! — отозвался довольно-таки крупный представитель сильного пола, который уже дважды на этот самый пол сваливался в бальном зале.
— Ваша задача — нарисовать его! И его! — указала я на драконище и сидящего с краю Беральда. — Нам нужны мишени! Отставить обморок! — приказала я, но поздно. — Ладно, нарисуем сами!
Следующие полчаса я руководила художественным кружком, который разместился прямо на полу в столовой. Одна группа рисовала прикрывающего ладонью глаза ящера, а вторая Беральда, который откровенно насмехался, то и дело сползая под стол.
Еще полчаса мы метали ножи, которые психанувший драконище самолично у меня отобрал. Но я не унывала: вилки тоже годились, а если очень постараться — то и ложки. Потом был обещанный хоровод с элементами стриптиза. По крайней мере, тога моя свалилась на пол. А потом у одного ящера закончились нервные клетки.
С гордостью могла сказать, что их все истребила именно я!
— Отпусти меня, ящер-переросток! — ругалась я, будучи закинутая на одно конкретное плечо.
— Кто выйдет отсюда — убью. Услышу хоть один писк — убью всех, — произнес дракон, обращаясь к затихшим гостям.
Я же решительно цеплялась руками за его спину, больше всего на свете желая оказаться на полу. Перед глазами все мелькало, съеденная гадость перевариваться отказывалась, но драконище меня куда-то упорно тащил. Как первобытный человек в пещеру!
Честное слово, мне не оставалось ничего иного, как ущипнуть его за…
— Да чтоб ты здорова всегда была! — подпрыгнул дракон, не иначе как от неожиданности.
А вместе с ним подпрыгнул и мой желудок, однако очень быстро вернулся обратно на место, потому что, ускорившись, ящер пнул одну из дверей на втором этаже и бросил меня на кровать.
Причем именно бросил, тогда как до кровати оставалось как минимум шагов семь-восемь. Да у меня вся жизнь перед глазами промелькнула!
— Достала! — высказался ящер, громко хлопнув дверью, но, подумав немного, так же эмоционально добавил: — Чудовище!
— От чудовища слышу, — проворчала я, внезапно осознав, что кровать очень даже мягкая, а подушку так вообще можно обнимать. — У меня, между прочим, между ног ничего лишнего не болтается!
Тишина была какой-то звенящей. Слегка приподнявшись, я с трудом разлепила веки, мечтающие о здоровом, крепком восьмичасовом сне, чтобы глянуть на композицию “Дракон в шоке”.
— Если что, я про хвост, — уточнила на всякий случай, ибо каждый думает в меру своей распущенности.
— Спать ложись, — посоветовали мне, с явной неохотой подходя к кровати.
Тяжелый вздох я расслышала отчетливо. И вот так радостно на душе стало, что улыбка сама собой скользнула на губы. Я даже о драконе на время забыла, а вот он обо мне прекрасно помнил. Одеялком не только накрыл, но и подоткнул его под меня, зачем-то усаживаясь рядом.
Глаза открывать было откровенно лень, как и ворочать языком, но один вопрос я все же задала. Ну как задала?
— Между прочим, хорошо бы было представиться.
— Между прочим, хорошо бы было замолчать и уснуть, — парировал драконище, но на этот раз я и вправду промолчала.
Уже почти провалилась в такую желанную темноту, когда вдруг почувствовала, как прогибается постель по сторонам от меня. Весь сон как рукой сняло, а сердце грохнулось в пятки. Чужое дыхание коснулось моего лица. Даже с закрытыми глазами отчетливо ощущала, как мужчина склонился надо мной.
Еще немного, еще чуть-чуть. Кожа покрылась мурашками гораздо раньше, чем меня все-таки мягко поцеловали, совсем невесомо прикасаясь к губам, но дальше…
Я пропала. Просто утонула в собственных эмоциях, буквально разрываясь между желанием дать в наглую морду или и дальше притворяться, чтобы понять, что он будет делать потом. Победили любопытство и попа, жаждущая приключений. Правда, на землю грешную меня буквально скинули.
— Не сработало, — глухо произнес любитель обменяться бактериями.
— Если что, “Поцелуй любви” помогает исключительно в сказках, — внесла и я свою лепту в наши реалии, напрочь разбивая чужие надежды. — Мне кажется, для снятия проклятия нужно что-нибудь повесомее. Как насчет “Кувалды любви”? Если что, я могу и ударить.
— Думаешь, так легко от меня отделаешься? — раздался издевательский смешок совсем рядом.
— Пф-ф! Это я еще даже не пыталась, — перевернулась я на бок, пряча руки от греха подальше под подушку.
— Спи, чудовище, — поправили мне одеяло и наконец-то поднялись с кровати.
Тихие шаги дарили умиротворение, однако где-то у двери драконище остановился, чтобы едва различимым шепотом произнести:
— Мое имя Рейалин. Наместник первого ледяного королевства.
— Зря сказал, — отозвалась я спустя мгновение, заслышав, как открывается дверь. — Теперь я точно сделаю куклу Вуду и буду тыкать в нее иголки. Или гвозди. Или арматуру. В общем, над деталями я еще подумаю…
Этим утром, плавно переходящим в день, мне снился огромный серебристый дракон. А еще именно во сне я вдруг поняла, что этот наглый ящер и сам не знает, как снять это чертово проклятие.