Часть 26

Конрад сидел в своем домашнем кабине при свете всего лишь одного торшера с теплым мягким желтым светом, падающим на темно-бардовое кресло и ноутбук. На нем были свободные серые брюки и черная рубашка поверх белой майки. Босые ноги были привычно закинуты на стол. Перед запуском смартфона, способного поднять «Шульц Индастрис» на новый уровень мирового господства, мужчина вдумчиво и дотошно проверял последние организационные, технические и документальные моменты…

Сразу после благотворительного вечера Шульц дал прямое распоряжение изъять все записи камер видеонаблюдения из зимнего сада и только недавно вдруг решил пересмотреть их сам. Покоя ему не давал один странный момент: зачем Филипп Майер забрал платье Эмми себе? Мужчина видел в этом жесте нечто больше, нечто настораживающее. Подозрения снова и снова отвлекали от серьезных задач, заставляя странное чувство внутри отзываться неприятной щекоткой.

Служба охраны «Шульц Индастрис» тайно наблюдала за Майером долгие месяцы, и вот последние дни он будто залег на дно и по оперативным данным не выходил на улицу. Конрад снова попытался вернуться мыслями в работу, но в этот раз ему захотелось проверить кое-что иное: что делает Эмми Браун?

Он криво усмехнулся, представляя ее в черных кружевных трусиках, закутанную почти голышом в одеяло, сладко сопящую в своей постели. Мужчина издал глухой звук и шире расставил ноги, ощущая, как член каменеет. Конрад отставил ноутбук, пройдясь ладонью по налитой кровью головке. От одной мысли, что еще недавно на ней были губы Эмми, член одобрительно вздрогнул, а дыхание мужчины ускорилось, будто после забега в марафоне.

Теперь Конрад хотел ее так часто, что это начинало сводить его с ума. Мужчину все чаще одолевала неправильная мысль: почему он раньше не замечал эту ее скрытую сексуальность? Ответ был прост: мужчине было невыгодно ее замечать. Отличный работник, высококлассный специалист. Личное всегда мешает деловому настрою, и он сам, не осознавая того, сдерживал внутри тайные желания. Но ровно в тот момент, когда Шульц увидел ее, извивающуюся на шесте, в ночном клубе «Алмазная Роща», понял, что теперь подобные танцы она будет показывать лишь одному человеку. Ему.

Мужчина зажмурился и плотнее сжал член в руке, жадно втягивая воздух легкими. Он вспомнил, как нахраписто зарылся носом в ее волосы и едва не задохнулся от головокружительного естественного аромата, сладкого до одури. Вкус ее возбуждения напоминал ему ваниль с орехом макадамия, такой же нежный, тонкий, неповторимый… Словно чертов изысканный коктейль в мишленовском ресторане.

Конраду нравилось смотреть в ее умные, наполненные мыслью светлые глаза, содержащие в себе невероятные объёмы информации, будто у живого компьютера. Нравилось, как, не задумываясь, Эмми нервно покусывала свои губы во время работы, а после скользила по ним языком, делая их не просто припухшими, но и маняще влажными. Нравилось ощущать ее тонкую талию под своими громоздкими пальцами, такую маленькую и хрупкую снаружи, но невероятно сильную внутри; видеть, как плавно покачиваются ее бедра при уверенной ходьбе на невозможно высоких шпильках; нравилось, какой фантастически ухоженной и стильной она была в своей тотальной небрежности. Нравилось будить в ней вызов, желание… Любые чувства! И нравилось ощущать ее язык на своем языке.

Шульц взорвался от этих мыслей, выгибаясь дугой и рыча что-то невнятное. Член его снова и снова сокращался, требуя продолжения. Требуя войти в Эмми. Снова заставить ее кончать от его нетерпеливых толчков.

Конрад вошел в написанную для него программу, где в ряд размещались все видеокамеры в доме Браун. Он решил, что если девушка все еще не спит, он навестит ее и больше не даст покоя до самого утра.

Но Эмми в спальне не оказалось, кровать была застелена, а свет, на удивление, выключен. Кухня пустовала так же, как и коридор.

— Босс? — дежурный охранник поднял трубку немедля, на что получил раздраженный рев:

— Скажи мне, что Эмми в ванной.

На том конце провода послышалась тишина, флюиды нервозности передались и Конраду, заставляя босса вскочить с места.

— Мистер Шульц, она уехала к подругам несколько часов назад. Сразу, как получила костыль.

— И почему я узнаю об этом только сейчас? — Конрад сжал зубы, с трудом удерживая самоконтроль. В глазах его плясало пламя, крышка ноутбука треснула под сжатыми пальцами. — ОТВЕЧАЙ.

— Вы просили оповещать только в случае возникшей опасности. Таковой не было обнаружено, — нервно протараторил охранник, а затем дрожащим голосом добавил: — Почти…

— Почти? — от угрозы в голосе Шульца воздух вокруг наэлектризовался. Сжав челюсти до хруста зубов, мужчина пытался найти хоть одну причину не превратить жизнь этого охранника в ад.

— Кажется, Джек Браун оставил мисс Эмми Браун какую-то записку, после которой она сбежала из дома, словно ошпаренная, — нехотя признался мужчина, жизнь которого уже висела на волоске.

— Что за записка? — Конрад пялился перед собой, стараясь вернуться к здравому равнодушию. Случись что-то с Эмми — ему бы уже доложили. Но лишь одна мысль, что кто-то мог напугать ее, приносила ему странное, неиспытанное ранее чувство. Он не находил ему определение, но было неприятно.

— Мы не знаем, в ванной комнате нет скрытых камер. Хотите — обыщем квартиру в ее отсутствие? — голос охранника теперь казался немым эхом, будто он из последних сил сдерживался.

— Позже, — отрезал Шульц. — Вы вернули Джека Брауна туда, куда следовало?

— Так точно, босс. Возможно, он успел отправить ей весточку до этого… Иного объяснения мы не находим.

— Что насчет матери? — Конрад нахмурился, складывая руки на груди. Внезапно его же идея показалась не такой уж гениальной, а наоборот — стала прямой угрозой. Он был готов свернуть все на корню, отменить, пока не произошло нечто неисправимое.

— Мери Браун выпущена из психиатрической клиники, — короткий ответ. И как бы Конрад не ждал продолжения, его не последовало.

— И? — взорвался Шульц, больше не пытаясь сдерживаться. — Где она сейчас? Вы ее ведете? Подробности быстро.

Гробовое молчание в трубке, оглушающее квартиру звенящей тишиной в ушах мужчины.

— Но, босс… Подобного указания не поступало… — в полголоса протянул охранник, будто пытаясь раствориться в пространстве. — Мы просто выпустили ее, дали адрес Эмми Браун и…

Удар кулака по столу оставил на нем громоздкую трещину. Старинная антикварная ваза упала на мраморный пол, раскалываясь на сотни крохотных частичек. Ноутбук разломился на части, капли кофе попали прямо в розетку, устраивая короткое замыкание.

— Если через пару часов вы не найдете Мери Браун… Нет, я не убью вас, нет… Я сделаю вашу жизнь невыносимой. И, в отличие от вас, я никогда не теряю людей, ясно? — отчеканил по слогам Шульц, не замечая, как позади него загорелась занавеска, а после сработала пожарная сигнализация. Капли воды стекали по его лбу, плечами, губам… Ноутбук вспыхнул, позади невероятно дорогой гобелен «Осень во тьме» на стене медленно промокал до нитки, черная краска стекала на персидский ковер. Но мир вокруг будто потерял свою ценность. Растворился в колотящемся сердце и пульсирующих висках. — Где сейчас Эмми Браун?

— Мистер, — жалобно проскулил охранник, будто раненый пес, нервно сглатывая. Слова давались ему так тяжело, будто приходилось прилагать физическую силу. — Мисс Браун… Она отправилась в клуб с подругой Надей Фиркман. Простите, мы ведь…

— К черту оправдания! Кто-то следит за ней? Жду быстрых и кратких ответов, — направляясь к входной двери, Конрад не глядя нажал кнопку вызова водителя на пульте управления рядом с лифтом. Затем быстро натянул беговые кроссовки на босую ногу. — Попробуй сказать, что и здесь вы ждали дополнительных указаний.

— Босс… Оливер наблюдал, пока она танцевала с каким-то пожилым мужчиной в черном костюме. Кажется, директором банка «Инвест Кроун Холдинг». Мы не уверены наверняка… Пока… То есть… — охранник замялся, будто следующее признание могло определить его судьбу, которая решилась еще пару опрометчивых реплик назад. — Пока они не уединились в туалетной кабинке, а после вместе отправились перекурить, мистер Конрад. До сего момента новостей не было.

— Адрес клуба, — ледяным тоном рявкнул Конрад.

— Босс, вы не просили оттаскивать от нее мужчин, — пробормотал охранник, будто пытаясь сбросить с себя хоть часть вины, но делал лишь хуже. — Мы следим за ее безопасностью и стараемся не допустить нападения, ведь это наша основная задача…

— Адрес. Клуба! — четко отчеканил Шульц, глаза которого уже застелила не то слепая злость, не то убийственная ярость.