Часть 60

Глаза мои распахнулись, а в сердце будто кто-то сделал укол адреналина. Я ощутила, как слезы стекают по щекам вниз, и то, как позорно затряслись руки. Как легкие сдавило, будто кто-то ударил с разгона под дых.

Скажи он мне это вчера — поверила бы, как последняя идиотка. И, возможно, позволила бы этим странным бабочкам в желудке разлететься по всему телу, заполонить собой сознание. Но теперь между нами разверзлась пропасть размером в бесконечность. Аврора с ее не рожденным ребенком, моя почившая мать, умершая подруга Натали и сотни… Миллионы всего, что кричали изнутри: он лжет. Конрад Шульц испытывает тебя на прочность. Он не любит тебя, потому что не может. Не умеет.

Конрад накрыл мои губы своими, изучая языком их контур. Его указательный палец очертил мое лицо, а после сполз к шее, зацепил соски под толщей одежды, погладил пупок и оттянул резинку штанов, заползая в трусики.

«Он не отпустит тебя по-хорошему!» — в полной мере осознала я, больше не желая играть по правилам Конрада. Никогда и ни за что.

Поэтому обхватив шею мужчины своими ладонями, я углубила поцелуй со всей страстью, на какую только была способна. Затуманивая его сознание, заставляя потерять бдительность. Конрад хрипло вздохнул, вбиваясь налитым кровью членом мне в бедро, его указательный палец активно закружил на клиторе, но я была слишком далеко от того, что можно назвать возбуждением. В другой вселенной под названием «Месть» или «Возмездие».

Оторвавшись от губ Конрада, я прошлась языком вниз по его подбородку, а затем прикусила мочку уха. Мужчина закрыл глаза и зашипел. Немного расслабившись, он позволил мне обхватить ногами его талию, и тогда два его пальца вошли в меня, начиная медленно двигаться.

— Я хочу быть сверху, — томно прошептала я, и эти слова будто заставили его вздрогнуть, а мои волосы на голове — встать дыбом. — Позволишь?

Конрад резко, но плавно качнулся набок, утаскивая меня за собой. Теперь он лежал на соседней подушке, серые глаза стали мутными и заплывшими. Я оторвалась от его груди, и он с трудом, но все же отпустил меня, с жадностью проследив за тем, как одна моя рука медленно принялась спускаться вниз, по пути ущипнув сосок, очертив крупный ожог на его каменном прессе, а затем, наконец, сжав налитый кровью багровый член.

— Это оказалось намного проще, чем я думала, — мой голос слышался настолько же холодным, как и пистолет, уткнувшийся в висок Конрада. Пока мужчина следил за одной рукой, другая перехватила ствол и сняла его с предохранителя. Шульц понял это сразу, но все же слишком поздно, чтобы помешать, глядя на меня широко распахнутыми глазами. — Удивлен, что я и такое умею, верно? Одно время я снимала стресс в тире. Кто бы знал, что однажды мне это пригодится…

— Что же, — выдохнул он, накрывая мою руку своей и упираясь большим пальцем в спусковой рычаг. Даже сейчас он казался ненормально спокойным, будто все шло по его плану, а не моему. — Стреляй, Эмми. Надеюсь, тогда тебе полегчает. Ты ведь этого хочешь? Тогда дерзай.

— Нет, — я отмахнулась, стирая слезу внутренней частью ладони. Мне не хотелось, чтобы все закончилось так, но Он вынудил меня, припер к стенке. — Я — не ты. Мне не становится лучше, когда я делаю другим больно, Конрад.

— Тогда… чего ты хочешь, Эмми? — Шульц вопросительно выгнул бровь. Для человека на грани смерти он выглядел слишком расслабленным. Мне даже показалось, что он переживает за меня больше, чем за себя, что казалось даже нелепо.

— Выйти отсюда, наконец, и больше никогда тебя не видеть!

Я выдернула пистолет из рук Шульца и обхватила оружие крепче, медленно поднимаясь на постели и отступая назад. Конрад внимательно следил за каждым моим шагом, будто только и выжидал момента, когда сможет безопасно выбить ствол из моей хватки, но я не собиралась ему это позволить. Не сейчас, когда все зашло так далеко.

— Ты даже не попробуешь мне помешать? — протянула я, спрыгивая на твердый пол. Раскинувшийся на постели голый Шульц выглядел словно Аполлон, но я старательно вглядывалась лишь в его лицо, подсекая тот самый момент, когда он нападет.

— Зачем? У тебя все равно ничего не выйдет, детка. У тебя больной желудок, и ты даже не успеешь открыть дверь, как я прижму тебя к стенке. Или моя охрана. Или охрана дома. Вариантов масса, выбирай любой, — самоуверенно отчеканил он без злости и насмешки. Просто босс был уверен в себе на все сто, даже не рассматривая другого исхода событий. Словно он был Богом этой вселенной, пишущий судьбу таким наивным дурочкам, как я.

— Прости, — медленно опустив пистолет вниз, я увидела, как удивленно взметнулись брови мужчины, а мое дыхание застопорилось. — Я не хочу, но ты не оставляешь мне выбора. Мне очень, безумно жаль. Я не горжусь тем, что делаю.

И тогда я просто выстрелила ему в бедро. В то место, что не позволит Конраду подняться и остановить меня. Еще на курсах самообороны нам показывали те самые точки, куда можно ранить преступника, чтобы в будущем это никак не повлияло на его здоровье, если вовремя залечить рану. У Конрада был доктор Грин и в этом сложности не возникнет.

— Дьявол! — Шульц поднялся на локтях, сжавшись от боли. Вокруг его ноги разрослась лужица крови. — Очень метко, детка. Хочешь ко мне в службу охраны?

Я приняла решение за долю секунды и была полностью в нем уверена, но вид раненного Конрада напрочь лишил меня боевого настроя. Я была в шаге от того, чтобы бросить ружье и оправиться за помощью. Он нуждался во мне, и я хотела быть той, кто поможет ему встать на ноги.

— Выстрел слышали все в пентхаусе, Эмми, — спокойно рыкнул Шульц. — На что ты рассчитываешь?

Его повелевающий тон просушил мои слезы, и я закусила губу до крови, двигаясь назад мелкими перебежками. «Он не простит мне этого никогда!» — снова и снова взрывалось в голове, когда поспешно вышла из спальни и прикрыла за собой дверь. Я была полностью уверена, что если дам слабину сейчас и останусь в пентхаусе, то Шульц накажет меня самым зверским способом, что обвела его вокруг пальца и ранила голым в его же постели. Это значило лишь одно: если я не уйду сейчас, то он просто меня убьет. Морально или физически — уже не было важным.

— Мисс Эмми, я слышала выстрел, и, надеюсь, мне показалось, но… — Барбара оказалась рядом первой, в желтых резиновых перчатках в пене. Когда я повернулась с пистолетом в руке, она отшатнулась назад и замолчала. Секунду спустя в коридоре возникло множество охранников, окруживших нас, словно специальный отряд по захвату особо опасного преступника.

— Простите, Барбара, — шепнула я ей на ухо, притягивая к себе и демонстративно утыкая пистолет женщине в спину. Грань давно уже осталась позади, бояться и думать надо было раньше. — Доверьтесь мне и следуйте к выходу. Я просто хочу, чтобы мне дали уйти.

— Но, мисс Эмми… — в панике прошептала женщина, бросая взгляд из стороны в сторону.

— Вашему боссу нужна помощь, — кивнув в сторону спальни, я быстрым шагом повела повара к лифту. Часть мужчин кинулись в спальню, часть последовали за нами. Благо, они не пытались выбить оружие из рук, чего я боялась больше всего, ведь не владела им в совершенстве и совершенно не хотела навредить еще кому-то.

Мое сердце бешено вырывалось из груди во время ожидания лифта, а Барбара спокойно молчала. Когда мы оказались внутри, и створки, наконец, закрылись, женщина неловко проронила:

— Вы уверены, что поступаете правильно, мисс Эмми?

— «Правильно»? Я поступаю, как ненормальная, — прыснула я от истерического смеха. Кто бы мог подумать, что ТАК закончится этот самый ужасный день в моей жизни?

— Тогда… зачем? — растерялась она, глубоко вздыхая.

— Я не вижу другого выбора. Некоторые события происходят… как снежный ком, — вежливо и честно вынуждена была признаться я, после чего совершенно нелепо в который раз добавила: — Простите, что втягиваю вас в это, Барбара. Вы были очень добры ко мне, и я хотела бы ответить вам тем же. Надеюсь, Конрад не уволит вас после этого, и вы не потеряете работу.

— Вы тоже мне нравитесь, — призналась она, и я уставилась в отражение ее лица через стеклянную панель зеркала. Не обнаружив там фальши, я робко улыбнулась, что она не использовала прошедшее время в своем смелом утверждении. Но улыбка моя тут же поникла, а сердце болезненно кольнуло от воспоминания других слов. «Я тебя люблю», — шептали губы Конрада. Человека, которому пару минут назад я нагло прострелила бедро! — Надеюсь, вам удастся осуществить то, что вы задумали и, самое главное, добиться счастья. Вы этого достойны. Жаль, что не вместе с мистером Шульцем. Поверьте, это не слепая преданность боссу… Он кажется мне хорошим человеком, но решать только вам.

Я робко кивнула ей и замолчала, глядя, пока створки отворяются. Как и ожидалось, внизу было около двадцати охранников. Они оцепили выход и вели меня до самой улицы, как какую-то преступницу. «Именно ею ты и стала, когда выстрелила в живого человека и похитила заложника!» — подсказал внутренний голос, но я пока запрещала себе ему поддаваться, потому как тогда начиналась паника. Действовать на инстинктах сейчас казалось вернее и безопаснее.

— Когда я отпущу вас, они сразу меня схватят. Не могли бы вы пройти со мной пару кварталов? — спросила я женщину, и та нервно кивнула. У нее не было выбора так же, как теперь и у меня.

Спрятав пистолет под ее широкой кофтой, я вышагивала вперед по заснеженной улице, не желая пугать прохожих. Только это казалось не к месту, потому как местность была полностью оцеплена охранниками Конрада. Они, как чайки, окружили меня со всех сторон. И чем больше кварталов я проходила, тем отчетливее понимала: у меня нет выхода. Нет плана. Нет варианта сбежать. На улице было невообразимо холодно, обильный снегопад, а из одежды на мне — лишь костюм. Нет налички, сотового, ключей от квартиры… Ни-че-го.

«Конрад был прав с самого начала. Только после подобной выходки последствия будут более масштабными!» — вынуждена была признать я и готова была уже отпустить Барбару, сдаваясь, как рядом со мной, прямо на проезжей дороге, остановился спортивный желтый автомобиль. Машины позади сигналили ему, чем привлекли мое внимание, и когда я повернулась, задняя дверь авто отворилась, будто посылая мне негласное приглашение. Или я просто хотела в это поверить.

— Куда уж хуже? Моя жизнь и так — чертов сюрреалистичный квест! — задавшись этим вопросом, я глухо выдохнула и потянула Барбару в противоположную сторону так быстро, как могла. До того, как охрана успела бы нам помешать. — Прокатимся?

— Мисс Браун? — спросил водитель в черных очках, лица которого я совершенно не видела. — Рад, что успел вам помочь. А теперь держитесь крепче.

Авто двинулось с места с диким рыком, как пантера… Пантера, уносящая меня в полную неизвестность. И осталось лишь надеяться, что она понравится мне больше, чем жизнь рядом с Конрадом Шульцем.