Глава 11. О страстных объятиях и пылких признаниях. И обломах

Лунный свет лился сквозь огромные окна, и на стеклах серебром вспыхивали защитные плетения. Они же едва заметно искрились на стенах и вокруг некоторых постаментов, где очевидно хранились особо ценные вещи.

Но сегодня мне было не до любования коллекцией редкостей, подхватив юбки, я целенаправленно шла к одному из дальних шкафов. Там, за тонким стеклом хранилась серебристая круглая пластина со старинными рунами по краю. Словно волшебное блюдо из старых сказок, которое может показать все, что ты захочешь.

К счастью, Найджел считал эту вещь практически бесполезной. Вернее, в его руках она была бесполезна, ведь для того, чтобы активировать “блюдечко”, нужна была не только кровь изначальная, но и инструкция по эксплуатации. У Орла ее не было. А у моего отца в кабинете в свое время стояла именно такая вещь, и я прекрасно знала, как ею пользоваться.

Быстро открыв шкаф, я схватила заветный артефакт, аккуратно засунула в мешочек и, задрав верхнюю юбку платья, прикрепила завязки мешка к специальному крючку на поясе.

Отлично… ничего не видно!

А теперь нужно как можно скорее вернуться в зал!

Я поправила воланы на платье, расправляя их как можно аккуратнее, и круто развернувшись на пятках, двинулась на выход.

Когда до дверей оставалось всего несколько метров, за моей спиной раздался тихий, бархатный голос, от которого мороз продрал по коже:

— Надо же… мне казалось, что в прошлый раз у тебя от этого места остались исключительно негативные воспоминания.

Я замерла как истукан.

Ужас плескался в крови, разливался онемением по телу и сворачивался колючим клубком в животе. Я не могла пошевелиться. Не могла развернуться. Я даже дышать по нормальному не могла, казалось, что воздух внезапно стал тягучим и густым, с трудом вливаясь в легкие, шипами впиваясь в альвеолы.

— М-м-м… что же ты так замерла? Как пугливый зверек перед хищником, — за спиной послышались шаги. Крадущиеся, легкие… Он остановился практически вплотную ко мне, и горячее дыхание коснулось обнаженных плеч. — До встречи с тобой мне было скорее лестно, когда меня боятся. До встречи с тобой я всегда считал, что женское “нет”- это не более чем кокетство, и нужно лишь нажать и получить желаемое. До встречи с тобой мне нравилось ломать чужое сопротивление. Идиль-Динь… отвратительно прекрасное исключение из правил.

А после он вдруг стиснул предплечья ладонями и порывисто развернул меня к себе.

Мне никогда не нравилось долго смотреть в глаза Найджела Орла.

Было в них что-то затягивающее и завораживающее. Так змеи смотрят на добычу. Лишая воли и очаровывая.

Голодные такие змеи. Жадные. Заглотят без остатка и даже косточек не выплюнут.

— Отпусти меня, — выдохнула я, широко распахнув глаза глядя на крокодила.

— Нет, — медленно покачал он головой и добавил. — Я пытался, Идиль. Я действительно пытался оставить тебя в покое. Не получилось.

— Я чужая жена!

— Вот только мне пудрить мозги не нужно, милая, — Орл кривовато усмехнулся и, продолжая удерживать меня одной ладонью, второй скользнул вверх по руке, с какой-то ужасающей меня жадностью касаясь обнаженной кожи. То самыми подушечками рисуя невесомые узоры, то с силой сжимая пальцы. Он рывком притянул меня к себе и, уткнувшись носом в висок, хрипло сказал. — Не знаю чего во мне сейчас больше, желания ласкать тебя до исступления или придушить ко всем чертям Темнейшего, чтобы не мучала больше. Что же касается твоего замужества… Идиль, у меня много шпионов. Я много знаю и еще о большем догадываюсь. Так что фиктивность твоего брака для меня не секрет.

Эти слова произвели эффект разорвавшегося энергетического плетения. Ослепили и шокировали. А после… разозлили.

— Свечку держал? — рывком попыталась отстраниться я. Вырваться не получилось, хватка Орла была слишком сильной, но отступить на полшага все же вышло. — С чего ты взял, что наш брак не консумирован? А все остальные нюансы совсем не твоего ума дела.

— Ты про якобы сложные отношения, про которые вы втираете обществу? — глумливо переспросил Найджел. — Нет, феечка, не пытайся отпираться.

— Чудесно, я рада за твою осведомленность или то, что ты таковым считаешь. И убери руки, наконец!

Я рванулась уже со всей силы, и крокодил наконец-то отпустил. Но выражение его лица мне в этот момент очень, просто дико не нравилось! Черты немного заострились, тонкие ноздри трепетали от злости, а на дне зеленых глаз начинало плясать пока еще тусклое пламя. Губительное, словно болотные огоньки.

— Выходи за меня замуж, — внезапно ошарашил меня Найджел Орл. — Я серьезно.

— Ты совсем сдурел? — почему-то шепотом поинтересовалась я, затравленно оглядываясь и начиная догадываться о том, что мои подозрения, что крокодил просто псих, имели под собой немало оснований.

— Нет, я не шучу, — и он щелкнул пальцами. От этого вспыхнули на стенах и окнах защитные плетения, а дверь за спиной с щелчком захлопнулась. — И в этот раз мы с тобой договорим, Идиль.

— Найджел, я замужем!

— У вас нет детей. Ты невинна. Даже не обязательно ждать три года.

Откуда он знает?!

Нет, действительно откуда эта истовая убежденность в фиктивности нашего брака с Шэр-Аном. Эта фанатичная уверенность могла бы быть смешной… если бы не была правдивой.

— Я вижу, ты настолько убежден, что логикой тебя не проймешь. Хорошо, зайдем со стороны эмоций. Я не хочу за тебя замуж. Вообще. Совсем. Ты мне не нравишься!

Оказывается, последнюю фразу я выкрикнула. Высокий голос взлетел под своды галереи и осыпался вниз тишиной.

Мне почему-то дико хотелось плакать. От боли в кулаках, стиснутых настолько сильно, что ногти впились в нежную кожу ладоней? От стресса? Мы с ним одни, совсем одни в закрытом зале.

Найджел Орл молчал, с какой-то злой обреченностью глядя на меня.

— Действительно не нравлюсь, — вдруг совершенно спокойно проговорил он. — Не нравлюсь и пугаю. Это обидно, Идиль.

— Ничем не могу помочь.

— Точно, — все с тем же показным равнодушием кивнул Орл. — Но я могу помочь себе сам. Тебе это, правда, не понравится.

— Ч-ч-что ты имеешь ввиду?

От испуга мой голос срывался и дрожал, я медленно отступала назад, а крокодил с той же скоростью шел вперед. Паника нарастала.

Мне не ответили. Орл оттолкнул меня к стене и, перехватив обе руки, прижал их к стене над головой.

— Ты же знаешь, что я оборотень, верно? — вкрадчиво поинтересовался Найджел, который казалось прилагал совсем мало сил для того, чтобы удержать меня. — Так вот я не простой, я малость… ядовитый. Но, как выяснилось, на женщин мои укусы влияют совершенно иначе, чем на мужчин. Появляется желание. И вот я думаю… ты, Идиль, настолько душевно цапнула меня в тот раз, что, как я считаю, теперь я имею право поступить также. И кто знает, может быть это именно тот толчок, который нужен, чтобы пробудить спящую в тебе чувственность?

— Н-н-нет, — я судорожно помотала головой. — Найджел, нет. Не нужно, не делай… это же все искусственно.

— Да нет, вполне себе естественно, — он улыбнулся, и я вздрогнула, увидев как медленно вытягиваются клыки. Тонкие, на кончиках почти полупрозрачные, а глаза Орла окончательно перестали напоминать человеческие, зрачок вытянулся, а радужка сверкала и переливалась. — Это физиологично, малыш. Мой вид именно так и размножается. Ты не поверишь, у нас самцы действительно, как правило, совсем не нравятся самкам нашего же вида. Впрочем, как вариант — привести их в охоту можем только мы. А в остальном они фригидные змеюки.

— Я же не змеюка!

— Нет, ты прекрасная феечка. Потому у нас нет вариантов, ибо просто так я тебя сегодня не выпущу. Не попробовав… Ну что, Идиль, куда кусать будем? Есть пожелания?

— Укуси себя за задницу! — психанула я, со всей силы вырываясь и понимая, впервые отчетливо понимая насколько мужчина сильнее. Как бы я не билась, как бы не выворачивалась, у меня не получалось освободиться.

— За задницу — это вариант, — показательно задумался демонов крокодил. — Но к сожалению, сложно Идиль кусать тебя за это, я уверен, восхитительное место. Пока юбки задерешь, пока панталоны стащишь… плюс я не уверен, что удержусь от дальнейших действий, если на самом деле сниму с тебя белье. Потому думаем дальше.

Он наклонился к моей шее и провел по ней носом, с силой втягивая в себя воздух.

— Ужасно, — с придыханием прокомментировал Орл. — Детка, это просто преступление — настолько восхитительно пахнуть.

А после… после он как-то слишком быстро определился с тем, куда именно кусать. Просто рывком спустил чуть ниже уровень декольте и впился в верхнюю часть груди. В этот же момент я все же сумела выдрать одну руку из хватки крокодила и вцепилась ему в волосы, отдирая от себя.

Первое, что изумило — его глаза. Затуманенные, шальные, словно немного пьяные.

А еще было дико и немного странно видеть свою кровь на чужих губах.

Мы замерли, тяжело дыша и глядя друг на друга.

Я напряженно прислушивалась к собственным ощущениям и ничего странного не замечала. Потому спустя минутку усмехнулась и ледяным тоном проговорила:

— Хочу разочаровать, кажется, яд испортился и не работает. Ты по-прежнему не вызываешь во мне желания… прости Светлейший, размножения.

— Ну пока нет, а сейчас начну, — также холодно и спокойно ответил мне Найджел, а после подался вперед и впился в губы поцелуем.

Это оказалось совсем не так, как в прошлый раз.

Проклятый яд действовал правильно.

Он словно расползался жаром от груди по всему телу и рождал странную лихорадку. Мне было жарко, так жарко, а Орл казался настолько притягательно прохладным, что это туманило голову.

А остатки разума поглощало осознание того, насколько жадно он меня касается.

Найджел Орл целовал меня как в последний раз. То страстно настолько, что мне начинало мешать платье, то так нежно, что кажется, я вот-вот превращусь в мороженое и растаю, стекая в туфельки.

Это шокировало. И подкупало.

Он сжимал меня в объятиях и властно стискивал шею, не позволяя отстраниться даже на сантиметр, а в следующий миг ослабляя хватку и лихорадочно-нежно поглаживая кожу. То шею, то плечи, то руки, словно в попытке ухватить как можно больше тактильности за малое время.

И я таяла.

Прекрасно все осознавая, я все равно таяла.

Неумело отвечала, а его трясло от вожделения и моей неопытности, которая заводила еще больше. И это так пленяло — осознание власти над мужчиной.

— Ос-с-становись, — простонала я, запрокидывая голову и невидяще глядя на полную луну за окном, пока мужчина целовал мою шею.

— Остановиться сейчас? Когда ты впервые отвечаешь мне взаимностью?

— Это не я, — всхлип вырвался против воли, и я слабыми руками уперлась в широкую грудь, из последних сил пытаясь оттолкнуть Орла. Все во мне протестовало против этого, и я сдалась, сдалась почти сразу, смыкая руки замком на шее и прижимаясь всем телом, едва не мурлыкая от ощущения ЕГО так близко, настолько рядом. Как слепой котенок уткнулась носом в шею мужчины, с наслаждением вдыхая его запах. Вкус-с-сный. Пахнет лесом и нагретыми камнями. Природой и мужчиной. Без следа парфюмерной химии и, Светлейший, мне это настолько нравилось, что кружилась голова. Кружилась настолько сильно, что я никак не могла вспомнить, где я еще ощущала такой запах. От кого?

Сконцентрироваться никак не получалось, расшалившееся либидо совсем не интересовали воспоминания, но очень даже привлекал самец рядом. Не удержавшись, я высунула кончик языка и лизнула теплую кожу.

На секунду Орл замер, а после с тихим рыком подхватил меня под бедра, и посадив на подоконник, вновь поцеловал. И не только поцеловал. Руки мужчины осмелели настолько, что легли на холмики груди, властно сжали и даже потянули платье вниз.

Это заставило меня очнуться.

— Нет-нет-нет! — лихорадочно шептала я, отодвигаясь как можно дальше и уже ни капли не боясь выдавить спиной окно и выпасть из него. Наоборот, это казалось желанным освобождением.

Он притянул меня к себе, уткнулся в изгиб плеча и еще раз прикусил, но уже не так сильно как раньше. Просто… укусил.

— Сиди смирно, я сейчас успокоюсь.

Сильные руки соскользнули с моего тела и упали на подоконник по обе стороны от моих бедер. Хриплое, громкое дыхание теплым бархатом проходило по моей коже, посылая по всему телу дрожь, которую я была не в силах погасить.

Наконец он выпрямился и сдвинулся влево, открывая мне путь к столь желанной свободе. Найджел по прежнему не смотрел на меня, пялясь на серебристый диск в небе.

Щелчок пальцев и символы на двери вспыхнули, а одна из створок тихо скрипнула.

— Беги, — тихо сказал Орл, и когда я замешкалась всего на секунду, сползая со своего импровизированного сидения, вдруг развернулся и, сверкнув горящими в полумраке глазами, уже с большим нажимом повторил. — Уходи, Идиль, немедленно уходи.

Не сводя с него взгляда, я, пятясь, практически бегом рванула к выходу. Когда поняла, что преследовать меня не собираются, то подхватила юбки и опрометью бросилась наутек.

Сердце колотилось где-то в горле, настолько часто, что его ритм оглушал.

Или это были звуки ударов кулаков по стене где-то там, позади меня?

Глухой стук и тихий рык.

Мороз по коже.

Я бежала по коридорам дома с затянутыми пеленой слез глазами и даже не соображала, что я делаю.

Где-то на периферии сознания маячила мысль, что надо остановиться, успокоиться, поправить одежду и вообще привести себя в порядок. Так как, если свет увидит меня в подобном виде, то на репутации можно ставить жирный крест.

Владевшее мной недавно безумие отступило. Теперь мне было жутко от осознания власти оборотня надо мной.

Что случилось? Почему он так сделал?! Это низко — принуждать женщину к связи!

И почему… почему отпустил? Любое мое сопротивление в тот момент ломалось его напором.

Мне нравилась эта сила. Мне нравилось ей покоряться.

Тогда.

Это действительно низводило до животного уровня.

От скандала меня уберегла случайность.

Выбегая из-за очередного поворота, я налетела на высокую мужскую фигуру и, испугавшись, сначала забилась в руках поймавшего меня лорда, а после, услышав знакомый голос, обессиленно повисла в его объятиях.

— Идиль, что случилось? — обеспокоенно спрашивал Шэр-Ан, осторожно прижимая меня к себе.

— Ничего, — я судорожно мотала головой, четко понимая, что не смогу сейчас про это говорить. Не смогу и все! — Отвези меня домой, Шэр, пожалуйста, отвези меня домой!

К чести мужа, он не стал сразу прижимать меня к стенке и рычать *Что случилось-кому бить морду”.

Он с нажимом провел руками по моим волосам и, взяв лицо в ладони, заставил посмотреть на него.

— Выдохни, — тихо попросил муж, стирая большими пальцами слезы с моих щек. — Что бы там не случилось, теперь я с тобой и все будет хорошо. Слышишь?

— Слышу, — судорожно втянув в себя воздух, кивнула я.

— Отлично, — Шэр-Ан взял меня за руку и потянул куда-то в сторону.

Минуту я шла за ним, просто бездумно передвигая ноги, а когда в душе вяло шевельнулось любопытство, то мы уже достигли точки назначения.

Остановившись у неприметной двери, такой же большой и узорчатой как и все остальные на этаже, первый лорд тайной канцелярии наклонился к замку и коснулся темного металла засветившимися пальцами. В глубине механизма что-то едва слышно щелкнуло, и дверь открылась.

— Где мы? — спросила я, когда Шэр-Ан затащил меня в темную комнату и створка захлопнулась за спиной, отрезая от остального дома.

Как ни странно, несмотря на пережитое, с Шэром я не боялась оставаться наедине.

— Гостевые апартаменты. Я тут не единожды останавливался, когда ночевал у Найджела.

Упоминание крокодила откликнулось дрожью во всем теле. Странной смесью жара, испуга и отвращения к самой себе. В голове кадрами мелькали сцены того, что произошло совсем недавно, и по коже рассыпались мурашки.

Как я могла ему позволить? СТОЛЬКО позволить!

— Мне надо умыться, — охрипшим голосом проговорила я, зябко обхватывая себя за обнаженные плечи.

Да, умыться. Вода-вода-вода. Смыть все это!

Муж показал где тут ванная комната и оставил наедине с собой.

Я подошла к зеркалу, и уперевшись руками о мраморную мойку, пристально посмотрела в глаза своему отражению.

Надо сказать, я думала, что выгляжу как жертва насилия. Которой я себя и ощущала. И то, что в объятиях сволочного крокодила мое тело горело так, что не было ничего желаннее его прикосновений, лишь все усугубляло.

У меня было ощущение, что в тихий мирок моей души с аккуратными домиками пришла страсть и не оставила даже камня на камне. И теперь на развалинах царило смятение.

Оно металось по обугленными камням душевного равновесия и заламывало руки, не зная, что делать дальше.

Вопреки ожиданиям девушка в отражении была разве что несколько бледна, а глаза сверкали слишком уж лихорадочно. Волосы слегка растрёпанны, но в пределах допустимого, так же я могла бы выглядеть после нескольких быстрых танцев. На белоснежном лице выделялся ярко-алый рот. Я коснулась его кончиками пальцев и тотчас отдернула руку, словно обожглась. Перед внутренним взором вновь полыхнула картина, где Найджел властно покусывал губы, тотчас заглаживая свою грубость легкими и нежными поцелуями.

Никто и никогда ко мне так не прикасался. Разве это вообще можно?! Вот так вот с женщиной.

И как мне могло это понравиться?

Хотя… разгадка проста. Я оттянула край платья и недоуменно уставилась на кожу. Совершенно чистую кожу, если не считать двух едва заметных красных точек.

Как?! Я же не владею ускоренной регенерацией!

Но почти сразу в голове полыхнула догадка — я ничего не знаю о расе Найджела Орла. Даже не слышала о виде животных, которые именно так привлекают своих самок. Может у них слюна лечебная?

Что это за чудище такое?

И самое главное, как сказать Шэр-Ану?

Твой закадычный дружок на оставил попыток меня добиться и в стремлении получить желаемое не стесняется никаких методов?

Я уже говорила мужу после первого поцелуя Найджела, что тот ведёт себя непозволительно.

И что ответил мне Шэр-Ан? Не может быть, скорее всего я просто неправильно поняла.

После того раза я была настолько зла на мужа, что даже не стала рассказывать подробности этого “неправильно”.

В конце концов, в тот раз все приставание заняло три секунды. Орл быстро наклонился, прижимаясь ко мне губами, а я отпрянула и сразу же дала ему по морде.

Сегодня все было иначе. И я не знаю, что будет потом.

Как поступить?!

Страх того, что муж высмеет, а не поможет, не отпускал.

В конце концов, кто ему я? Обуза длиной в два года, что ставит палки в колеса и уже надоела своими мелкими пакостями.

А Найджел Орл у нас друг, коллега и доверенное лицо! Которое, разумеется, никогда бы не повело себя не по-джентльменски.

Я резко открыла оба крана на максимум, и вода с шумом полилась в раковину. Засунув под струю обе руки, я сгорбилась, тупо смотря как стекают по ладоням теплые потоки. Пузырьки воздуха щекотали кожу, и я прислушивалась к этим приятным в общем-то ощущениям, концентрировалась на них. И думала-думала-думала.

Что делать?

Когда я наконец-то нашла в себе силы выйти из ванной комнаты, то была уже в идеальном порядке. Платье, прическа, даже выражение лица. Разве что глаза немного покрасневшие, но мало ли отчего могла скатиться хрустальная слеза у барышни тонкой душевной организации.

— Идиль? — стоящий у окна Шэр-Ан развернулся на звук открываемой двери.

— Шэр, — моей улыбке могли бы позавидовать самые искусные лицедеи. Ровная, доброжелательная, спокойная. Никакая.

— Что случилось? — супруг склонил голову на бок.

Я несколько секунд смотрела ему в глаза, а после решительно ответила:

— Ничего страшного. Я просто расстроилась.

— Расстроилась, — эхом повторил муж, и кривовато усмехнувшись, добавил. — Да, именно поэтому ты с выражением шока и паники неслась по коридору и страстно просила увезти тебя домой.

— И я по прежнему прошу это сделать. Что касается моего состояния — действительно все в порядке.

Супруг дернул уголком рта и, запустив руку в волосы, с неожиданной злостью признался:

— Терпеть не могу, когда вы, женщины, так себя ведете. Я не менталист, я не могу понять, что у тебя в голове, если ты не скажешь! И решить твою проблему, если ты ее замалчиваешь, не смогу тоже. Идиль, иногда, если тебя что-то не устраивает, про это нужно говорить, а не рассчитывать, что все догадаются сами!

— Шэр-Ан, поехали домой, — упрямо повторила я и часто-часто заморгала, потому что в глазах предательски вскипели слезы, в любой момент грозя пролиться.

Да, милый, можно рассказывать о своей проблеме. Но как быть, если ты ее таковой не считаешь?!

— Хорошо. У меня нет желания с тобой спорить. Если образумишься — я всегда открыт для диалога.

И он резкими, порывистыми движениями натянул сюртук, который снял пока меня ждал, и пошел к выходу из комнаты. А я, мелко переступая ногами, двинулась за ним, ощущая лютую, просто ужасную неправильность происходящего.

Словно я совершаю глупость и ошибку.

Но я уже рассказывала ему о приставаниях Найджела, и он ничего не сделал! Сейчас мне по прежнему нечем подкрепить свои слова.

Но горько, почему же все равно так горько…