Илья

Каждый день она была рядом с ним. Или он рядом с ней. Роль молчаливого свидетеля доводила до белого каления, но этот выбор он сделал сам. В ресторане, в машине… Контроль… Маска безразличия. Нужно отдать ей должное, она красиво игнорировала его, словно он был пустым местом. Кирилл Андреевич был весьма щедрым работодателем. – Как тебе твой водитель? – спрашивал он её во время обеда в пустом ресторане. – Водит аккуратно. Не болтлив. Что ещё?.. – Он молод. – с ноткой злой ревности добавил Кирилл. – Красив. – Смешная шутка, – прищурилась девушка. – Или ты ему доплачиваешь ещё за… – Прекрати! – оборвал он девушку на полуслове. – Мне нужно работать. Она поднялась, демонстративно бросив столовые приборы. Кирилл ухватил её за руку, притягивая к себе и усаживая на колени. – Ты моя маленькая девочка… Совсем маленькая девочка. Руками он сжимает её туго обтянутую грудь, зарываясь лицом в волосы. Она в ответ ёрзает на его коленях. И от трения её ягодиц у мужчины путаются все мысли. Она чувствует его готовность. Одним движением усадил на стол, раздвигая её ноги. Шумное дыхание в унисон. Расстёгивая его брюки, скользит губами по его гладковыбритой щеке. Мужские руки под платьем. Осознание, что на ней нет белья. – Что ты делаешь со мной! – взвывает в голос, входя в её лоно с силой. Вскрикивает, закрывая глаза. Ещё крепче обнимая его за шею, окончательно расслабляясь. Движения его резкие, отрывистые. Он делает это специально, не в силах сдержать горячего стона блаженства. Им плевать на персонал кухни. Сам момент неожиданной страсти дурманит их головы. Став Его, она открывает в себе то, что раньше казалось ей чем-то из ряда вон… Чувства открывают в ней какие-то потайные инстинкты. Уверенность в нём, которую он доказывает каждый день. Иногда она забывается, всецело отдаваясь происходящему с ними. Стоя на сцене, она пела. Пела не голосом, а своей душой, выкладываясь по полной. Чем дольше она работала, тем большей славой обрастала. Всё чаще появлялись дерзкие подвыпившие гости, которым хотелось всего и сразу. Охранники были неумолимы и безжалостны. Нравилось ли это ей?.. Кирилл называл это издержками профессии. И когда он так говорил, Настя всегда ощущала себя проституткой, хотя и сама не могла объяснить, почему. Часто он проводил свои рабочие встречи в ресторане, чтобы наслаждаться своей любимой. Ему нравилось видеть голодные и завистливые взгляды, когда он обнимал её. Ведь она принадлежала ему, в этом ни у кого не было сомнений. И мужчина был готов расшибаться в лепёшку, чтобы переплюнуть самого себя. Иногда он всерьёз об этом задумывался. В плане личной жизни у него не было конкурентов на горизонте, но окружая её романтикой, заботой, теплом и нежностью, он всё увеличивал свои обороты. Зачем он это делал?.. Она неоднократно просила его остановиться… Но это был лишь один из способов выражения его пылающих чувств. Расчёсывала волосы, сидя перед зеркалом в его спальне. Она собиралась домой. Кирилл появился у неё за спиной. Смотрела на него в отражении. – Дай мне руку, – сказал он. И она повиновалась, а в горле встал ком предчувствия. Он надевал ей на палец кольцо невероятной красоты. Россыпь камней переливалась живыми огнями. Она смотрела на кольцо, а у самой дрожали губы, и она невольно их поджала. Это украшение стоило дороже, чем она сама, подумала она в тот момент. – Зачем?.. – всё, что она смогла из себя выдавить. И он, встав на колени, обнял её, заглядывая через глаза в самую душу. – Подарок. А ещё. Я хочу, чтобы ты подумала. До завтрашнего вечера. – О чём?.. – сняла она кольцо с пальца, и теперь оно лежало в её раскрытой ладони. – Ты должна решить. Либо ты переезжаешь ко мне. И мы будем жить с тобой вместе, как нормальные люди. Либо… – Либо что?.. – спросила она, снимая очки с его носа, а он вновь надел кольцо на её палец. – Либо я перееду в твою каморку! И мы всё равно будем жить, как нормальные люди! То есть, сегодня последний день, когда я отпускаю тебя куда-то там, на ночь глядя. И хочу заметить, что это угроза. – А кольцо зачем? – в глазах её прыгали игривые чёртики. – Затем. Что я так хочу. Он посадил девушку в машину, склоняясь, чтобы поцеловать на прощание. Они выехали на ночную дорогу. Перелезла с заднего сидения вперёд на ходу. Илья удивился, но воздержался от комментариев. – Купи мне выпить, – произнесла она. – А папочка не отругает? – съязвил Илья. Машина остановилась почти на выезде из города. Над ними возвышалась старая водонапорная башня. Огромный диск луны освещал заросшую травой поляну, какие-то постройки. В лунном свете всё казалось серебряным. Она пила вино из пластикового стаканчика. А он молча наблюдал, терпеливо ожидая объяснений. Бутылка быстро закончилась. Вторая. Девушка, одурманенная алкоголем, хорошо захмелевшая, смотрела на ночной пейзаж. Потом, допив очередной стакан, вышла из машины с бутылкой в руке. Ночь была прохладной, воздух – чистым и свежим. Немного посидев один, мужчина тоже вышел, усаживаясь на капот. – Ты скажешь что-нибудь? – Здесь так хорошо… Так тихо. И так чисто. У меня такое ощущение, что сегодня у меня последний день… – Как это понять? – удивился Илья. – А вот так… Словно есть сегодня. А завтра уже нет. Словно край. А за ним – ничего. – Мне не нравится ход твоих мыслей. – Поцелуй меня! – резко обернулась она к собеседнику, который растерялся от неожиданности. Но с места не двинулся. После чего она громко рассмеялась. Приложилась к горлышку и пила, не отрываясь. Пока Илья не выхватил бутылку. – Хорош! – появилось у него ощущение дежавю. – Стася… – Ну, что? – закружилась она, отдаваясь во власть опьянения. – Что ты хочешь от меня? Ну, что?.. – Объяснить можешь по-человечески? Что происходит? Что за разговоры такие? – Нормальные разговоры! – танцевала девушка по мокрой траве. – Нормальные! Какие ощущения, такие и разговоры! Знаешь, как это… Когда у тебя кто-то забирает твою жизнь… Просто забирает! Руководит твоим телом, заставляя тебя делать всё, что ему вздумается! Он даже душу твою забирает… И ты живёшь… Так… Словно Ты… Но на самом деле… Нет! Ты только выглядишь, как ты… Хотя даже и не выглядишь… Я уже сама не понимаю… Живая ли я… У меня есть всё! ВСЁ! И в то же время ничего. Я даже сама себе не принадлежу… Вот за что ты меня любишь? Или уже нет? – Любят без причин. И ты прекрасно знаешь, что я люблю тебя. Поэтому я здесь. Я рядом. – Глупый… Какой же ты глупый! – подошла она к нему вплотную. И вновь это жгучее неконтролируемое чувство вышибло его из колеи. – Ты ведь ничего не знаешь! Поцелуй меня… Ты ведь так этого хочешь… – Ты даже представить себе не можешь… как я этого хочу… Девушка выхватила бутылку, вновь отхлебнув из горла. Бросилась бежать. По мокрой высокой траве. Она, скользнув в сломанную дверь, поднималась по узкой винтовой лестнице внутри водонапорной башни. Он отставал на пролёт. А мысли были в голове ужасные. Там, на самом верху, она допила горячительное. И теперь перед глазами мир стал таким красивым и таким расплывающимся. Прижалась спиной к обшарпанной стене. – Ты ненормальная! – тяжело дышал водитель, пытаясь прийти в чувство. – Я знаю! С нормальной девочкой такого бы не произошло! Мужчина подошёл к спутнице. Она смотрела на него пьяными глазами. Свет луны проникал через окна. – Какой же ты красивый… – прошептала обречённо. И не выдержав напора, сдавшись собственным чувствам, он схватил её, припадая к её влажным губам. Целовал жадно, а она легко отдавалась его рукам, стягивая его футболку, обнажая его крепкую грудь. Ласкала его набухшие соски. Задрав юбку, он рвал её бельё. Потому что по-другому не получалось. Пуговицы блузки с треском рассыпались по полу. Шифон скрывал под собой нежное кружевное бюстье, аккуратно поддерживающее её грудь. Илья от возбуждения превратился в голодного зверя. Перед глазами всё расплывалось, словно и он был пьян. Ненасытен, словно никогда не знал женщин. Руками пыталась ухватиться за ободранную стену. Пальцы соскальзывали по штукатурке. Он делал ей больно, заставляя кричать, крепко сжимая светлые волосы на её затылке. В глотке пересохло. Мужчина только набирал обороты. А ей казалось, что разноцветные искры вылетают из её глаз. Этот необузданный, дикий, спонтанный, но такой феерический секс она вряд ли сможет забыть. Низ живота разрывало жгучим пламенем. Не могла сориентироваться, настолько ей больно, или настолько хорошо… Крепко сжимал девичьи бёдра, взвывая от удовольствия. – Тебе нравится?! – то ли шептал, то ли кричал он. А она, задыхаясь, не могла ответить. Оргазм был ярким и ударил сразу в голову. Тело её вдруг обмякло. Забыла, что нужно вдыхать. Припал к её губам. Стоять она уже не смогла, медленно сползая вниз по стенке. Что он говорил ей? Не помнила… Порванная блузка, юбка. Илья надевал на неё свою футболку. Видела его сквозь густой туман. С голым торсом, в расстёгнутых джинсах. Поднимал её на руки. Блузка осталась там немым напоминанием их присутствия. Уже в квартире обратил внимание, что хозяйка осталась ещё и без туфель. Укладывал на кровать тело, почти бездыханное. Снимал остатки одежды. Сел на стул у кровати. Схватившись за виски, смотрел на неё. А мысли – коршуны!.. Она сводила с ума… Знал, что она не любит… Ничего не мог с собой поделать. Готов был пойти за ней на край света. Готов был сдохнуть, если она попросит. Одно лишь её желание. Умывался холодной водой, а спину пощипывали свежие следы от её ногтей. Телефон разрывался, оглушая своим рингтоном. – Да… – ответила, сама не узнав свой голос. – Почему я не могу до тебя дозвониться всё утро?! – срывающимся тоном кричал Кирилл. – На работе тебя нет! Что с тобой произошло?!! Илья сказал, что из квартиры ты не выходила! – Я сплю, – пробормотала она. – Как – «сплю»… Время – полдень… Что с тобой? – истеричный тон сменился испуганным. – Ты заболела? – Я не могла вчера уснуть всю ночь. Потому что я думала о Ваших словах… И уснула под утро. Может, из-за переживаний… Не знаю… Вообще ничего не слышала… – Девочка моя маленькая… – шептал он. – Я приеду в ресторан, но позже. Немного. Бросила телефон. С трудом поднялась, продирая глаза. Вздрогнула. Напротив, на стуле сидел Илья и потягивал кофе из пластикового стаканчика. – Твою мать! – выругалась она. – Фу, как некрасиво. Кофе будешь? – Нет. – рухнула она обратно на подушку. Только через полчаса смогла выбраться из-под одеяла. В его футболке прошла в ванную. Стоя под душем, наблюдала трофеи вчерашней ночи. Чёрные синяки между ног на внутренней стороне бёдер. Ныла поясница. Мелкие ссадины на спине, видимо от неровностей стены. Смывала с себя остатки ночного греха. А кольцо обжигало палец. Ей не было стыдно. Ей было страшно. – Ты там вены не вскрываешь? – постучал в дверь Илья, который после вчерашнего решил придерживаться тактики плохого парня. Резко вышла, ударив мужчину дверями. Он смотрел на девушку в одном лишь полотенце, понимая, что между ног начинает пульсировать. – Что ты делаешь в моей квартире? – спросила она, моментально раскусив его планы, относительно плохого парня. – Тебе не положено по субординации! – Вчера тебя это не останавливало! – злил он её. – Знаешь, в чём разница между тобой и мной? – в глазах её пылала откровенная злоба. И девушка вполне была готова защищаться. – Ты меня хочешь! И всегда будешь хотеть! – Не преувеличивай! – это совсем не то, что он хотел сказать. Но разговор их складывался именно так. – Да? – полотенце упало на пол, обнажая девичий стан. Она стояла перед ним полностью голой. Ни грамма стеснения. Она смотрела Илье прямо в глаза. А у него всё встало дыбом, так, что джинсы готовы были затрещать. – Запомни это! Потому что больше такого не повторится. Никогда! А если ты захочешь меня утопить, я потяну тебя за собой! Настя говорила это даже не своим голосом. И этот последний жест с полотенцем. Словно в неё вселился другой человек. Ничего общего. Илья сидел в машине, и эти размышления не давали ему покоя. Даже взгляд её был совсем другим. Вспомнил вчерашний её монолог о том, что она – это словно не она… В тот день Кирилла она так и не увидела. Чему, признаться, была безумно рада. Его закрутили какие-то дела, а она под шумок уехала домой, чтобы спрятаться и просто побыть с собой. Кофе. Телефон. Кровать. Её спутники. Кирилл приехал на следующий день днём, когда она снова не появилась в ресторане. Изображая жертву, была весьма убедительна. Больной умирающий лебедь. А страх хватал за горло.