28. Близнецы

Где можно срочно заработать деньги? Этим вопросом Кирилл задавался недолго.

— Мы едем в город, — сказал он брату. — Нужно найти какой-нибудь ночной клуб покрупнее.

— Хорошо, — кивнул Кирк.

Они сели в таксо-флайер, и Кирилл первым не выдержал молчания.

— Ты так ничего и не спросишь? — спросил он.

— О чем? — пожал плечами Кирк. — Куда мы летим? Ты сказал — в город. Зачем? Заработать деньги. Зачем нам деньги? Чтобы ты мог устроить госпоже праздник и извиниться за свое поведение. Как мы их заработаем? В ночном клубе. Каким именно образом? Раз мы туда летим, значит, у тебя есть какая-то идея.

— Бесишь! — прошипел Кирилл. — Бесишь, бесишь, бесишь!!!

Кирк сочувствующе посмотрел на брата. Кирилл несколько раз глубоко вздохнул, а потом сообщил:

— Я собираюсь там потанцевать и собрать денег. Либо позволить себя снять какой-нибудь скучающей дамочке.

— И после этого ты меня называешь мазохистом? — спросил Кирк. — Ты сам полчаса назад отказался просто поиграть с госпожой, а теперь добровольно идешь продаваться? Где логика?

— Я уже говорил, что ты меня бесишь? — рыкнул Кирилл. — Повторюсь.

Его брат слабо улыбнулся.

— Бешу? Это я еще даже не начал. Поверь, я могу тебе много чего сказать относительно твоего поведения и молчу только потому, что ты мой брат и я признаю за тобой право вести себя так, как ты хочешь.

— Я тоже молчал, когда ты продавался на корабле, — напомнил Кирилл. — Хотя тоже считал, что ты идиот.

— Это у нас семейное, — заверил его Кирк. — А мне что делать? Танцевать я не умею, да и как любовник тоже не очень…

— Я придумаю, — пообещал Кирилл.

— Вот этого я и боюсь, — вздохнул Кирк. — Но я все равно буду рядом, чтобы хотя бы попробовать тебя уберечь от совсем уж глупых поступков.

Когда они приземлились, Кирилл, включив на всю мощь обаяние, быстро разузнал все, что ему нужно, и решительно направился вдоль по улице. Кирк, стараясь не терять брата из виду, крутил головой по сторонам, с интересом разглядывая архитектуру города.

— О! — Кирилл остановился так резко, что Кирк влетел в его спину. — Кого я вижу!

— Кого? — удивился Кирк, а потом и он признал в эффектном молодом мужчине в джинсах и белой футболке с ярким принтом Натаниэля. Он-то привык видеть его в серых мешковатых штанах и футболке из дешевого автомата, а вот для Кирилла, иногда работавшего с черноволосым интриганом в паре, узнавание проблем не составило.

— Нат! — крикнул Кирилл и помахал рукой.

Натаниэль обернулся, увидел их и подошел, искренне улыбаясь.

— Привет, что вы здесь делаете?

— Работу ищем, — ответил Кирилл. — Ты, случайно, не знаешь, где тут можно быстро и хорошо подзаработать?

— Совершенно случайно знаю, — Натаниэль кивнул в сторону здания большого развлекательного клуба. — Составить вам протекцию?

— Поверить не могу! — изумился Кирилл. — Ты ушел от Матильды ради того, чтобы торговать своим телом? Ты же это ненавидишь!

— С чего ты взял, что я торгую своим телом? — удивился Натаниэль. — Я постановщик развлекательных программ.

— Это с каких пор?

— С первого дня.

— Как это? — спросил Кирк. — Вот так прям с первого дня? А куда делся предыдущий постановщик, ты его убил что ли?

Натаниэль холодно улыбнулся, и Кирк заткнулся, поняв, что есть вопросы, которые задавать не стоит.

— Составляй протекцию, — поспешно сказал Кирилл. — Я на все готов, ты же знаешь. Мне нужны деньги, и их нужно много.

— Это от тебя будет зависеть, — Натаниэль пошел к клубу, а рыжие за ним. — Дамочки тут элитниками не избалованы, все наши при хозяевах.

— И Кирку тоже что-нибудь придумай, только чтобы без боли, — попросил Кирилл. — А то знаю я его…

Нат кивнул.

Они вошли со служебного входа, и черноволосый указал Кириллу на одну из гримерок.

— Там — одежда, варианты музыки в проигрывателе, придумай что-нибудь. Приватную комнату покажу. Двадцать процентов клубу, десять мне.

— А тебе-то за что?

— Улица — там, — указал Натаниэль.

— Понял, не дурак, был бы дурак, не понял, — пробормотал Кирилл и скрылся в гримерке.

— Так… теперь ты… — черноволосый задумался.

— Нат, ты даже не спросишь, как она? — тихо сказал Кирк.

— Зачем? — пожал плечами Натаниэль. — Я и так знаю все лучше, чем вы. Немного улыбок, немного внимания — и человек расскажет все, что ты хочешь знать. Горничные в вашем отеле, охранник при входе, специальные люди, занимающиеся сбором информации, им, правда, платить пришлось… Знаешь ли ты, что сегодня Матильда встретилась с мужчиной из своего прошлого, и Шель сломал ему руки?

— То-то она пришла в таком взвинченном настроении, — понял Кирк.

— Вот видишь. Могу предположить, что она попросила Кирилла ее утешить, а тот взбрыкнул по своему обыкновению, а теперь собирается заработать денег, чтобы красиво извиниться. Дурак, Матильде не это нужно.

— Я ему пытался это сказать, — вздохнул Кирк. — Нат, Шель тебя не пустит обратно.

Натаниэль улыбнулся пугающей улыбкой.

— Посмотрим, — сказал он.

— Правда, Нат, там все серьезно, он при госпоже круглосуточно, и может ее настроить против тебя.

— Как настроит, так и расстроим. Так, я придумал. Сейчас наряжу тебя в официанта, будешь разносить по залу коктейли и прислуживать дамочкам. Чем лучше прислуживаешь и жалобнее смотришь, тем больше получишь чаевых. А жалобно смотреть ты умеешь. Если что, комнаты для приватных заказов — здесь, процентаж ты понял.

— Думаешь, меня кто-то закажет?

— Кирк, запомни одну вещь. Людям не хватает тепла и внимания настолько, что они готовы за это платить. Если будешь милым мальчиком, то тебя закажут еще как.

— Я плохой любовник…

— Кто говорит о сексе? Ты смотри на дамочку, как на статую божества, позволяй ей щебетать о себе и кивай в нужных местах. Для нее это куда приятнее, чем секс.

Кирк кивнул и смело вошел в гардеробную для персонала.

* * *

Парни заявились под утро. Шель уже проснулся и изучал курс по навигации. Матильда и Рик спали — из-под тела госпожи торчала только платиноволосая голова, все остальное женщина подмяла под себя.

Эльф окинул уставших близнецов неодобрительным взглядом. Кирк просто кивнул, он так устал, что едва переставлял ноги. У Кирилла еще оставались силы показать Шелю неприличный жест.

Заработали парни неплохо, но и выложились так, что даже дышать было тяжело. Зато — Кирк считал это великим достижением Натаниэля — они не попали в неприятности.

Так называемый постановщик развлекательных шоу действительно развлекал гостей. Он был одновременно везде, мотивируя персонал на работу с полной самоотдачей только своим присутствием (как рассказали Кирку, в свой первый день Нат ввел такую систему штрафов, что работать на «отлично» стало просто вопросом выживания). От его улыбок таяли не только скандальные женщины, но даже воинствующие мужчины были не в силах устоять перед обаянием профессионального элитника. А те, кому Натаниэля было мало, косились на огромного амбала-охранника за его спиной и успокаивались сами.

После душа парни залезли на общую огромную кровать, стараясь держаться максимально далеко от Шеля, и отключились.

Матильду разбудил звонок Зейна.

— Слушаю, — сказала она, приоткрыв один глаз.

Зейн, как обычно, валялся обнаженным на кровати и разговаривал с ней не по браслету, а по терминалу.

— Ти-ти, ты даже смотреть на меня не хочешь? — обиженно спросил он.

— Меня тошнит, — честно сказала Матильда. — И ты тут не при чем.

Шель ловко перепрыгнул через тела Матильды и Рика, лежащих с краю кровати, и пошел делать любимой тонизирующий чай.

— Я хотел с тобой поговорить, — посерьезнел Зейн.

— Мы уже все сказали друг другу, — ответила Матильда. — Зачем повторяться?

— Ти-ти, ответь, просто ответь, что из того, что дали тебе они, не дал я? Почему ты с ними, а не со мной? Почему ты забеременела от… полагаю, Натаниэля?

— Я не знаю, от кого беременна, — ответила Матильда. — И я этого не планировала, поэтому не стоит посыпать себе голову пеплом, вопрошая, что не так. Мы с тобой расстались, да, но моя беременность с твоими качествами как мужчины совсем не связана.

— Если ты не планировала беременность, то почему не избавилась от плода? Если хочешь ребенка, то… я ведь могу дать ему больше, значительно больше, чем любой из твоих рабов.

— Этот разговор не имеет смысла, — сказала Матильда, принимая чашку с чаем и глядя, как Рик растирает затекшее от долгих объятий тело. — Между нами все кончено, Зейн. Почему ты не оставишь меня в покое?

— Потому что я тебя люблю!

— Ты любишь только свое ущемленное самолюбие.

— Ти-ти!

Матильда не стала слушать дальше и отключилась.

— О! — сказала она, наконец-то заметив близнецов. — Явились! Давно?

— Два часа назад, — сказал Шель.

— Целые?

— Вроде, да.

— Ну и ладно, — Матильда слезла с кровати и пошла в санузел и завопила. — Вот же ж!

Шель кинулся за ней, боясь, что она упала, ударилась, или у нее закружилась голова, или… тысячи разных вариантов, один другого хуже, промелькнули в его голове за те несколько секунд, пока он бежал в санузел из комнаты.

Матильда стояла в душевой кабинке, мрачно глядя на пустой флакон из-под геля для душа.

— Это Кирилл все на себя вылил, уверена! — сказала она. — А мне чем мыться? Эти гаденыши даже жидкое мыло все использовали.

— Схожу, куплю, — сказал Шель. — Я быстро.

— Что-то такое, без запаха, — попросила Матильда.

— Конечно. Может, что-то еще?

— И жидкое мыло. Вот… и шампунь… Слушай, они что, в болоте лазили, что так пришлось отмываться?

— Думаю, они мылись после других женщин, — ответил Шель. — Когда рыжие явились, то от них так и несло духами.

— Надеюсь, Кирк не принялся за старое, — сказала Матильда. — А Кирилл… ожидаемо. Со мной, значит, он играть не захотел, пошел по другим бабам.

— Да, госпожа, — сказал Шель, сдерживая внутреннее ликование. Попались, красавчики! Думаете, Матильда вас простит? Сейчас! Теперь, главное, увести ее до того, как они проснутся, и привести только вечером, предварительно как бы случайно поговорив о свинском поведении рыжих.

Надеждам Шеля было не суждено сбыться. Когда он вернулся с косметикой, то обнаружил Кирилла, сидящего на опущенной крышке унитаза. Матильда стояла под струями теплой воды и смеялась — рыжий гад рассказывал что-то забавное.

— Госпожа, — Шель открыл кабинку душа. — Вам помочь помыться?

— Нет, спасибо. Кирилл, а дальше что было?

— Я не думал, что ты так быстро проснешься, — не дал ему раскрыть рот эльф. — Судя по всему, вы устали за ночь.

— Устали, но я-то тренированный, хотя, конечно, за последние месяцы расслабился. Кирк спит, бедняга.

— Зачем это вообще было нужно? — спросила Матильда, выходя из кабинки. Шель подал ей полотенце, осторожно промокнул.

— Ты знаешь, что у тебя грудь увеличилась? — спросил Кирилл. — Беременность тебе к лицу.

— Не уходи от темы, — посуровела Матильда. — Итак?..

— Матильда, я вчера выставил себя полным идиотом, — откровенно признался Кирилл. — Прости меня.

— Нет, — сказала она. — Ты меня обидел.

— Я готов загладить свою вину. Для этого я заработал деньги и у меня есть план…

— Мне не нужны ни твои деньги, ни твой план! — вышла из себя Матильда. — Вчера мне нужен был ты, а ты, ты, ты…

— Да, я был идиотом! — Кирилл поднялся с унитаза, закусил губу, отводя взгляд. — Идиотом. Но я готов исправиться, готов извиниться…

— Проведя всю ночь в чужих объятиях, — сказал Шель.

— А ты заткнись, — рыкнул Кирилл.

— А ты не закрывай ему рот! — рявкнула Матильда. — Это же правда? Ушел от меня шляться по чужим теткам, а теперь еще и вякаешь!

— Да, ушел! Ушел, потому что хотел заработать денег, и делал то, что умею лучше всего! Ну что, казни меня за прошлое!

— Меня не интересует твое прошлое! А вот в настоящем ты еще тот козел!

— Матильда, прости меня…

— Не хочу. Ты и дальше будешь меня обижать, а потом, после ночи разврата, смотреть грустными глазами? Ты за кого меня принимаешь, за свою клиентку?

— Матильда, ты не права!

— Не прав ты, и только ты!

— Послушай, давай я поклянусь, что больше никогда не притронусь к чужой женщине…

— Вау, какие жертвы! — съязвил Шель. — А мне для этого клятвы не нужны!

— Не вмешивайся! — крикнула на него Матильда. — Без тебя разберемся!

— А я хочу вмешаться! Хочу! Вы его сейчас опять простите, а потом что? Все по кругу? — Шель чувствовал, как его понесло, и уже не мог остановиться. Он всегда рядом, он ее любит, а она… она… «Ах, Кирилл, ты мне вчера был нужен!»

— Я же сказал, что исправлюсь! — возразил Кирилл.

— Нет, госпожа, не прощайте его!

— Иначе — что? — Матильда сложила руки на груди. — Ты что же это, вздумал мне указывать, что делать?

— Я прошу вас только посмотреть на ситуацию здраво! Кирилл не достоин быть рядом с вами!

— А кто это решает? Достоин — не достоин! Все мы хороши, — сказала Матильда зло. — Кирилл, я на тебя обижена. Шель, замолчи и принеси мне сухариков.

— Не принесу, — огрызнулся Шель. — Я вам не служанка! Ему, значит, «Кирилл, ты мне нужен», а мне, значит — принеси сухариков? Он, значит, всю ночь с кем-то трахался, а я должен покупать шампунь? Ему, значит, костюм принца, а мне — вас утешать? Почему такая несправедливость, госпожа?

— Господи, — тоскливо сказала Матильда. — Как же вы мне все надоели! Видеть вас не могу!

Она вышла в комнату. Рик и Кирк сидели на кровати, прижавшись друг к другу, как два испуганных воробушка.

— Валите все отсюда, — попросила Матильда. — И чтобы до вечера я вас не видела. А то я кого-нибудь убью. И, если кто-то решит не возвращаться, буду только рада.

— Вы не ответили на мои вопросы, госпожа, — Шель не собирался уходить так просто.

— Уходи.

— Нет!

— Уходи, я сказала! — она швырнула в него подушкой.

Кирк и Рик подхватили Шеля под руки и попытались вытащить его в коридор. Он их легко стряхнул, точными ударами отправляя в углы комнаты.

— Я требую ответа!

— Сейчас не лучшее время, — заметил Кирилл, стоящий в дверях ванной. — Смотри, она сейчас рыдать начнет.

— Не дождетесь! — заорала Матильда. — Шель, вы все разные, и отношусь я к вам по-разному, ясно? Есть претензии — прошу, в письменной форме скинуть мне на браслет. А сейчас убирайтесь отсюда! И только попробуй хоть пальцем тронуть Кирилла!

Парни посчитали за лучшее уйти, оставив Матильду успокаиваться в одиночестве.