16. Избиение
Долго вылежать Матильда не смогла. Поворочалась какое-то время, а потом пошла в рубку, решив посмотреть с Риком ролики.
Но парнишки в кресле не оказалось. Постучав, Матильда заглянула в мужскую комнату. Тоже никого. Мучимая дурным предчувствием, она подкралась к машинному отсеку, откуда доносилось бубнение, и осторожно приоткрыла дверь.
На полу лежал Рик, а Шель сидел сверху, прижав руки парнишки коленями.
— …не позволю! — задыхаясь, выкрикнул Рик.
— Я могу свернуть тебе голову одним движением, — задумчиво проговорил Шель. — Что ты сделаешь против обученного телохранителя? Единственное, что меня останавливает, что госпожа расстроится.
— Я уже расстроилась, — объявила Матильда, распахивая дверь. — Нет, я зла как тысяча чертей. Что здесь происходит?
Эльф соскочил с Рика и упал на колени.
Паренек со стоном попытался подняться, но ему удалось только сесть. Губа у него была разбита, из носа тоже капала кровь.
Бешенство охватило Матильду, да такое, что перед глазами заплясали разноцветные пятна. Первый и единственный раз такое бешенство охватывало ее в пятнадцать лет, когда она готовилась к сдаче экзаменов на общефедеральные документы, а один из ее старших братьев презрительно сказал, что «такой курице место только на кухне». На общесемейном застолье, между прочим, на которое собрались семьи от 140 до 150! Тогда Матильду оттащили от брата только с откушенным куском его уха. Больше над мечтами и планами Матильды никто из родственников не смеялся.
Она подскочила к эльфу и отвесила ему оплеуху.
— Да как ты посмел! — заорала она. — Да как у тебя рука поднялась! Ах ты ж тварь ненормальная! Тебя подобрали, приютили, а ты такое творишь!!!
Она принялась пинать его ногами и дергать за волосы. Шель не сопротивлялся, закрыл глаза и только морщился при особо сильном ударе.
От избитого эльфа Матильду оттащили Бу и Натаниэль, а Кирилл — с огромным удовольствием — вылил на нее ведро ледяной воды.
Брыкающуюся и пытающуюся напоследок плюнуть на Шеля Матильду унесли в каюту и закутали в одеяло так, что торчала одна голова.
— Весело у нас тут, — сказал Кирилл, глядя на то, как Натаниэль безжалостно окунает лицо Матильды в полную раковину воды, а Бу пытается ее удержать в коконе. — Теперь знаю, насколько ты страшна в гневе, постараюсь не злить.
— Отпустите, — отфыркивалась Матильда. — Я уже успокоилась.
— Точно? — переспросил Натаниэль и на всякий случай окунул ее еще раз.
— Да точно! Руки прочь!
Капитан прошлепала к своей койке и уселась, откинув мокрое одеяло. С волос текла вода, после истерики наступил откат. Выглядела она сейчас как жалкий мокрый котенок.
— Что Рик? — спросила Матильда, клацая зубами.
Натаниэль что-то шепнул Бу, и тот ушел греметь посудой на кухне.
— Все с ним в порядке, уже лежит под медкомплексом, — ответил Кирилл. — Там такая ерунда, что даже капсулу ради этого включать не хочется. А вот эльфа ты хорошо отделала.
— А с ним что?
— Не знаю, лежит без сознания в машинном.
— Проклятье, — Матильда попробовала встать, но покачнулась от нахлынувшей слабости. — Натаниэль, пожалуйста, распакуйте медкапсулу для эльфа. Кто ж знал, что она так быстро понадобится. Черт, это я, конечно, дала лишку.
Поддерживаемая под локоть Кириллом, Матильда дотащилась до машинного и плюхнулась рядом с Шелем.
Он хрипло, со стонами дышал, одежда была залита кровью из разбитых губ и сломанного носа.
Матильде стало стыдно. Как бы там ни было, она же знала, что эльф псих! А она чем лучше? Он ведь даже не пытался прикрыться!
— Шель, — прошептала она.
Эльф открыл глаза, несколько раз моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд.
— Госпожа, — в уголке губ надулся и лопнул кровавый пузырь.
— Шель… прости меня…
Эльф закрыл глаза. То ли потерял сознание, то ли не хотел даже на нее смотреть.
Лютая ненависть к себя и стыд за содеянное охватили все существо Матильды. Она сжалась на полу в комочек, не обращая внимания на парней, погрузивших Шеля в медкапсулу, на кружку горячего чая, поставленную перед ней Бу.
Она всю жизнь, всю свою жизнь шла к цели — собственной транспортной компании. Вот она, пожалуйста. С членами экипажа, людьми со своими слабостями, плюсами и минусами. И что? Неделя в роли руководительницы, и она уже срывается так, что избивает Шеля до полусмерти! Кто доверит грузы капитану, не умеющему держать себя в руках? Да если бы она такое учудила с любым наемным работником, то ее уже бы паковали во флайер полиции! А репутация была бы погублена навсегда. Может, прав Зейн в том, что капитанство — не ее стезя? Пока она летала сама, все было хорошо, а стоило появиться кому-то рядом, все испортилось.
— Мэм, — рядом сел Рик. — Капитан…
Она стряхнула его руку со своего плеча, медленно вынырнула из пучины самоуничтожения.
— Как ты?
— Нормально, — сказал Рик, взъерошил короткие платиновые волосы, грустно посмотрел на Матильду. — Мэм, это я виноват в том, что произошло… Я первым накинулся на Шеля, ударил его. Он не хотел меня бить, мэм, и только когда я попробовал сломать ему руку, повалил на пол.
— О, Господи… — простонала Матильда. — Зачем ты к нему полез?
— А чего он, — насупился паренек. — Чего он постоянно вас доводит? С ребенком этим прицепился, и вообще! Он вскрывал вашу каюту и собирался лечь спать под койку! Чтобы вы его не увидели!
Матильда какое-то время изумленно смотрела на Рика. До нее медленно доходила ситуация.
— Рик, ты что же… ревнуешь?
Он насупился, спрятал взгляд.
— Я сплю с вами, мэм. И каюту для этого мне вскрывать не нужно!
Матильда обхватила голову руками и спрятала лицо между коленей.
— Иди отсюда, — глухо сказала она Рику.
— Но, мэм…
— Иди отсюда!
Сколько она так просидела в одиночестве — неизвестно, но тело успело затечь, и Матильда не удержалась от стона, когда потянулась за остывшим чаем. После принятого решения ей значительно полегчало. Она прилетит на Кайли, продаст корабль и позвонит Зейну. Примет его предложение, кого-то из парней оставит Ване, Рика Карат точно разрешит взять с собой, эльф тоже не обсуждается… Как же Шелю в глаза теперь смотреть?
Бесшумно подошел и сел рядом Кирилл.
— Вот не надо сейчас надумывать себе кошмары, — сказал он ворчливо. — И принимать поспешные решения — тоже. Завтра встанет твой эльф из капсулы как новенький. Подумаешь, пара переломов, Зейн твой меня похуже поколотил и ничего. У нас идеальные гены и здоровье. Поверь, мы и не такое переживали.
— Слабое утешение, — хмыкнула Матильда.
— Какое есть. Вообще, к тебе Натан хотел пойти, развести психологию. Но я не пустил. Вы с ним слишком много думаете. Нас — и эльфа в том числе — побоями не удивишь. Хозяйка вправе хоть на кусочки порезать, надо при этом улыбаться и говорить «спасибо, госпожа».
— Не могу понять, ты что же, хочешь, чтобы я себя еще больше возненавидела? Думаешь, я мало себя ругаю?
— Матильда! — Кирилл легонько хлопнул ее по лбу. — Я не хочу, чтобы ты себя ненавидела. Я хочу, чтобы ты поняла, что в произошедшем нет ничего сверхъестественного. Тем более, что у нас теперь аж две медкапсулы есть!
— Я несправедливо на него накинулась, — сказала Матильда. — И я не ваша хозяйка!
— Для меня — нет. Но для эльфа ты — свет в окошке. Если побила, значит, так надо. Вот увидишь, завтра он еще страдать будет, что ты могла ножки об его твердое тело поранить, и не стоит ли ему есть побольше, чтобы быть помягче?
— Это какое-то Зазеркалье, — сказала Матильда. — Так же неправильно. Неправильно!
— Что правильно, что неправильно, решают сами люди. Вон эта, забыл, как ее, внучка твоей подружки, отдала нам партию пива за бесценок. Сама же говорила, что благодаря этому у нас медкапсулы появились! Правильно ли то, что она отдала нам пиво за несколько оргазмов? Я думаю — да, и ее бабушка думает, что да. А вот старпом считает, что нет. Или то, что эльф достался тебе, а не стерве из Зинегро.
— Она бы его не била.
Кирилл горько рассмеялся.
— Ты такая наивная иногда, Матильда. То, что бы она с ним делала, значительно хуже, уж поверь мне. Я на таких насмотрелся и напробовался их «любви» от и до. Прекрати рефлексировать, короче. И корабль не продавай, и замуж за Зейна не стоит выходить.
У Матильды от удивления челюсть отвисла.
— Откуда ты знаешь, о чем я думала???
— Оттуда, — Кирилл снова постучал ее по лбу. — У тебя на лице все написано. Фу-у-ух, — он сделал вид, что вытирает пот. — Тяжело с вами, правильными девочками.
Матильда грустно кивнула. Ей самой с собой было тяжело, а уж как остальным — тяжело представить.
— Не начинай, — Кирилл дернул ее за ухо.
— Что — не начинать?
— Не начинай опять думать. Это вредно. О! Есть идея!
Он властно развернул Матильду к себе и поцеловал. Точнее, впился в ее губы требовательным резким поцелуем.
А потом началось безумство. Кажется, Матильда потянулась к нему и рванула рубашку на груди. Кажется, ее собственная одежда слетела почти со скоростью света. Кажется, они, так и не разомкнув губы, упали на пол. Кажется, она кричит: сильнее, резче, быстрее! И Кирилл, с совершенно шальными глазами, вбивается в ее тело, быстрее, сильнее, до боли сжимает ее плечи, а она обхватывает его ногами, задавая ритм и колотя пятками по ягодицам, стоит ему только чуть замедлиться. Кажется, она даже впивается зубами в его плечо, рычит, вцепляется в его волосы, едва не снимая с него скальп.
И Кирилл, дождавшись ее оргазма, мощного, быстрого, с коротким рыком кончает сам, на какой-то миг теряет концентрацию и падает сверху, выбивая воздух из ее груди. Потом перекатывается, не выходя из нее, укладывает Матильду на себя поудобнее и замирает, машинально перебирая ее короткие волосы.
А Матильда всхлипывает, и со слезами из нее выходит ненависть к себе.
* * *
Натаниэль следил за показаниями медкапсулы, в которой спал Шель. В принципе, этого не нужно было делать, но надо же было чем-то себя занять. Он действительно хотел пойти утешать Матильду, но рыжий прохвост успел раньше. Что он ей наговорит? И, главное, чем это закончится?
В промежуточном звене, то есть в сексе, Натаниэль был уверен. Женщина в расстроенных чувствах — прекрасный объект для соблазнения. Но Кирилл не думает о последствиях. Вдруг после этого Матильда еще глубже погрузится в самобичевание? А ему лишь бы член пристроить!
Завтра утром вылет, и к этому моменту и Матильду, и Рика нужно привести в порядок. Потому что график! Пока парни шатались по парковке, Натаниэль внимательно слушал разговоры космоторговцев, потом уговорил Кирилла и Бу подсесть в один круг. Пока друзья играли в карты, Натан успел перемолвиться по делу то с тем, то с тем. И теперь у него появилась идея, но для этого необходимо вовремя появиться на Кайли. А для этого нужен капитан и помощник в хорошем состоянии.
Натаниэль заглянул в машинное. Матильда ревела на груди Кирилла, а тот валялся на полу с удовлетворенной рожей.
Бу кромсал капусту на кухне, нашинковал уже, кажется, несколько килограммов.
— Надо же что-то делать, — объяснил он Натаниэлю.
Рик сидел, скукожившись, в своем кресле.
— Что она со мной сделает? — испуганно спросил он у Натаниэля.
Тот почувствовал себя нянечкой в питомничном «малышатнике».
— Ничего она с тобой не сделает. А то ты не успел в ней разобраться. Матильда вспыльчивая, но отходит быстро. Спать иди, завтра взлет.
— И где мне спать? — дрожащим голосом спросил Рик.
— В мужской. Сегодня ты свой шанс упустил, и с Матильдой спит Кирилл.
На скулах Рика заходили желваки.
— Ясно, — выдавил он. — Конечно, куда мне до него…
Натаниэль поймал его за волосы и потянул, заставив запрокинуть голову до предела.
— Думай, малыш, думай. Сегодня ты уже одну ошибку совершил. Лимит до прилета на Кайли вычерпан. Тебе нужно быть милой, ласковой кошечкой, а не зубастым щеночком. Поэтому завтра утром ты будешь ластиться, мурлыкать и извиняться за все. И вести себя будешь идеально! А если в твою бестолковую голову придет еще какая-нибудь самоубийственная идея типа накинуться на Шеля или ревновать к Кириллу, ты идешь ко мне, и я ее выколачиваю, понятно?
Таким Натаниэля Рик видел впервые, поэтому лишь испуганно заморгал, только сейчас поняв, почему его слушаются и опасаются остальные рабы.
В ту ночь, когда они летели на Хот, всех рабов пассажиров скинули в одну большую каюту. Как-то так получилось, что через полчаса у их четверки были лучшие места. И позаботился об этом именно Натаниэль.
Рик вдруг понял, что, если он попробует стать зубастым щеночком, то мгновенно окажется в лапах огромного клыкастого волкодава, который с внимательной, мудрой улыбкой мгновенно перегрызет ему шею. Только потому, что милый щенок нарушил его планы.
— Вот и отлично, — удовлетворенно вздохнул Натаниэль. — Спать, Рик!
Ослабевшую от истерики, оргазма и слез Матильду Кирилл принес в каюту и уложил на койку. Сам расположился рядом, укрыл их обоих одним одеялом и заснул с чистой совестью.
Спать с Кириллом было не так удобно, как с Риком, но видеть платиноволосого Матильда сейчас не могла, а в человеческом тепле нуждалась. Поэтому, немного повертевшись, заснула, прижавшись спиной к боку Кирилла.
* * *
Открыв глаза утром, Матильда увидела Шеля, сидевшего на краю ее койки. Выглядел эльф хорошо, хоть и сидел слишком ровно, скованный медицинским корсетом.
— Шель, — прошептала Матильда, потом схватила его ладонь и прижала к своей щеке. — Прости меня. Пожалуйста. Прости.
— Конечно… Матильда.
— Ого… — удивилась она. — А где же твое вечное «госпожа»?
— Я не хочу, чтобы вы думали, что я вас прощаю потому, что вы моя госпожа. Я вас прощаю потому, что мы все, бывает, ошибаемся.
Он поймал взгляд Матильды и улыбнулся. Она с облегчением поняла, что Шель действительно ее простил, и что он действительно чувствует себя если не хорошо, то нормально.
— Мы приготовили завтрак, госпожа, — вернулся к привычному поведению Шель. — У нас же взлет. Рик уже проверил трассу.
— Да, — соскочила с кровати Матильда. — Проклятье, Шель, отвернись, я же совсем голая! Чертов Кирилл, мог бы хотя бы футболку на меня надеть!
Выпалив это, она испуганно покосилась на эльфа. Еще сцен ревности ей не хватало! Но Шель сидел, честно зажмурившись, и недовольства на его лице не было.
Конечно, Матильда не знала, что утром Натаниэль провел серьезный инструктаж со всеми разом и с каждым по отдельности.
«Сырок» оторвался от Тиронги и вышел на трассу.
Шель привычно сидел за креслом Матильды, Кирилл и Бу, матерясь, ползали по грузовому отсеку — во время взлета в одной из посылок что-то взорвалось, испортив соседние упаковки. Теперь, сверяясь со списком, приложенным к каждой посылке, парни разыскивали разлетевшиеся вещи и заново их перепаковывали.
Матильда и Рик перекидывались рабочими фразами, вдвоем управлять кораблем куда проще.
А Натаниэль, выполнивший свою часть работы, отсыпался после всех треволнений. И снилась ему Матильда, почему-то сидящая на трапе с ребенком. Длинные пшеничные волосы малышки трепал ветер от взлетающего рядом корабля.