Глава 22

Он бесит, но его поведение подкупает. Просто размазывает мою силу воли. Потому что я вижу все меньше причин ему сопротивляться. И в то же время все равно противостою чисто из принципа.

От слов Архипа о том, что он гордится моими достижениями, по коже бегут мурашки. Никто никогда не говорил мне этого. Даже родители, от которых дети обычно именно таких слов и ждут. Папа просто кивнул и сказал “хорошо”, когда я открыла свой фитнес-клуб. Мама вообще считает, что бизнес — это не женское дело. Они с отцом давно в разводе, и меня воспитывал именно он, пока мама металась от одного мужика к другому.

Так что поддержка у меня была так себе. И сейчас слова Архипа пробуждают внутри что-то такое тягуче-сладкое. Теплое и в то же время немного болезненное.

— Не согласна, — справившись с накатившими эмоциями, отвечаю на его вопрос.

— А в баню пойти?

— Ты серьезно?

— Еще бы. Только ее сначала растопить нужно. Пойдем, я дам тебе во что переодеться, а сам пойду подготовлю для нас баню.

Я решаю отнестись к предложению Архипа как к маленькой передышке в нашей войне. Отдохну, попарюсь в баньке, а ночью, когда он уснет, я свалю. Убивать его, конечно, не стану. Даже если не смогу выехать своей машиной, плевать. Главное добраться до телефона и позвонить Марго. Может, она попросит своего мужа вытащить меня из цепких лап Архипа.

Мы поднимаемся наверх, где Земцов вручает мне свои спортивные штаны и футболку.

Я не могу не провоцировать его, поэтому прямо перед ним сбрасываю с себя лохмотья, в которые превратилась моя одежда, и надеваю его шмотки на обнаженное тело.

Точно! Лучше позвонить моему помощнику Сергею. Только сейчас додумалась. Захар может набрать Архипа, и тот проснется. А Сережка у меня парень способный. Он все сделает тихо и так, что комар носа не подточит.

— Красавица, — говорит Архип севшим голосом, и я перевожу на него взгляд. Он улыбается, не сводя глаз с моего тела. Потом перемещается на лицо. — Косметику надо смыть, малыш.

— Легко. Иди уже растапливай баню.

Кивнув, Архип уходит, а я сначала иду в ванную, чтобы смыть макияж и заплести косу. А потом брожу по дому Земцова. Надо сказать, он и правда крутой. Только вот вряд ли его можно назвать семейным. Для детей он не адаптирован. Балюстрада из куска стекла со слишком большим зазором понизу. Ребенок легко туда проскочит. Ступеньки крутоваты и состоят только из перекладин, что тоже рискованно. Еще и эта игровая зона в подвале. Там столько мест, чтобы ребенок мог пораниться.

Торможу в гостиной и смотрю сквозь стеклянные двери на то, как из трубы стоящего в стороне деревянного строения начинает идти дым. Это и есть баня, полагаю.

Обнимаю себя за плечи. Понимаю, что согласись я на предложение Земцова, он бы весь дом отстроил заново, если бы я этого захотела. Но я не хочу. Или хочу?..

Как подумаю, что Архип — или любой мужчина, за которого я соглашусь выйти замуж — решит запереть меня в четырех стенах, по коже проходит дрожь. Я так не смогу. Мне нужна самореализация. Нужны достижения. Быстрее, выше, сильнее. Мне нужно самой себе доказывать, что могу достичь любых вершин.

Мужчинам не нравятся сильные женщины. Исключения составляют такие, как Захар Земцов. Но, уверена, в глубине души он лелеет мысль о том, что это он сделал Марго той, кем она является. Мне кажется, Архип тоже врет сам себе, думая, что сможет легко ужиться с такой, как я.

Сейчас ему азартно, вкусно. Он относится к нашему противостоянию как к игре. Но если дело дойдет до семьи, правила поменяются. И существует риск, что новые мне не понравятся, но я уже буду в этой кабале. Так что я вряд ли соглашусь на его предложение. Даже если Земцов прикует меня к батарее.

Но в некоторые моменты… когда я полностью обнажена перед самой собой… В такие моменты я хочу выйти замуж.

В минуты слабости я представляла себе дом, подобный этому. На улице снег и вьюга. А в доме уютно потрескивают дрова в камине. По телевизору идет какой-нибудь мультфильм, и мои дети его внимательно смотрят. А я в это время готовлю для них вкусный суп или варю какао. А потом мы носимся по двору, играя в снежки, или лепим снежную бабу. Летом мы могли бы стрелять друг в друга из водяных пистолетов. За нами носился бы наш пес. А вечером мой муж читал бы им сказки на ночь.

Иногда хочется именно такого счастья. Семейного, уютного. Хочется всего того, чего не было у меня.

Только вот у семьи есть и обратная сторона медали. Я не могу делать все, что пожелаю. Не всегда, по крайней мере. Выйдя замуж, я буду вынуждена подстраивать свою жизнь под другого человека. Что, если наши желания не будут совпадать? Ругаться друг с другом? Тогда в моих глазах сразу рушится идиллическая картинка безупречного союза. А я хочу, чтобы было идеально. Только так, наверное, не бывает.

— Инга, давай собираться в баню, — раздается голос Архипа за моей спиной, и я резко оборачиваюсь.

Нахмурившись, рассматриваю Земцова.

— Ты откуда взялся? — спрашиваю, прищурившись

— В смысле — откуда? Баню растапливал.

— Так баня там, — показываю пальцем за плечо на стеклянные двери, ведущие на террасу и задний двор. — А ты — тут.

— Я тут, — кивает он, но на мой вопрос не отвечает.

У меня в голове раздается тихий “дзынь”, когда я понимаю, что происходит. Если у Архипа в доме стоит система “умный дом”, то все двери и окна он может централизованно блокировать. Как, например, дверь на террасу. Конечно, я ее подергала, пока хозяин дома был в бане. Она оказалась заперта.

Но Архип появился откуда-то из недр дома, а щелчка разблокировки двери я не слышала. Значит, с другой стороны есть еще один вход в дом, управление которым происходит не с центральной панели. Интересно, та дверь вообще подключена к ней или открывается отдельно?

Чтобы не привлекать внимания Архипа к моей задумчивости, направляюсь к нему.

— Конечно, идем. Не терпится испробовать, что такое баня.

А ночью, пока ты будешь спать, я обыщу каждый закуток этого дома, но найду гребаную дверь!