Глава 4-3

— Послушай, тебе нужно успокоится, — начала я мягко, чтобы не привлекать внимание жильцов дома.

— Хватит указывать, что мне делать! — взвизгнула она.

Пожалуй, именно в этот миг я поняла, что дела очень плохи. Глаза девушки лихорадочно блестели, а руки тряслись, но больше всего меня пугало то, каким взглядом он смотрел на меня. Желание выдрать мне волосы читалось настолько отчётливо, что я даже опешила на секунду.

— С самого начала только и делаешь, что командуешь… Знаешь, что? — на пухлых губах растянулась злая улыбка. — Иди ты в задницу, Марина! — и сказала так, что я сразу поняла, сколько она мечтала это сделать.

Лиза развернулась и направилась к подъезду, пока я просчитывала в голове различные варианты дальнейших событий. По всему выходило, что влетит опять мне, возможно, даже прямо по премии, которая мне, как воздух нужна, учитывая, что мне осталось всего ничего. Хуже только увольнение!

Я настигла бабочку Поклонского в несколько шагов и ухватила за руку, не позволяя ей двигаться дальше.

— Ты только хуже делаешь, — предупредила я. — Он не потерпит своеволия, Лиза. Вышвырнет, и знать забудет. Езжай домой, как сказал, тогда всё обойдётся.

— Пошла вон, дрянь!

На этот раз взгляд девушки был злым, а через мгновение я ощутила обжигающую пощёчину, от которой у меня мир перед глазами кувыркнулся. Я схватилась за щёку ошарашенно, глядя на неё. Как же больно, мать вашу!

— Если Поклонский позволяет тебе подтирать ему задницу, то это его проблемы, — девушка угрожающе выставила передо мной указательный палец. — Не смей лезть ко мне, иначе лохмы повыдираю!

Угроза вполне могла стать реальностью, учитывая, что пускать её к шефу я не собиралась. Но блин! Вот лучше мы друг друга от души потреплем, чем он премии меня лишит за невозможность без лишнего шума разобраться с его шлюхой!

— Я вызываю охрану, — только сказала, уже выхватывая из кармана телефон, как эта бестолочь с рёвом одичавшей кошки бросилась на меня.

Толкнула в плечо и вцепилась, убивая идеально уложенные в пучок волосы. Честно признаюсь, не ожидала, что эта хрупкая на вид «девочка» окажется такой сильной. Чтобы отцепить её от себя мне потребовалось минут пять. Ответные дёрганья, рычания и оскорбления вывели меня окончательно, а когда я всё же умудрилась заехать ей под рёбра и повалить на землю, меня словно котёнка вздёрнули за шиворот пиджака, развернули и окатили отрезвляющим ледяным тоном:

— Какого чёрта, Марина?! Я сказал отправить её домой, а не устраивать здесь бабские скандалы!

С губ едва не сорвалось «я не виновата», но меня опередила Лиза.

— Серёжа, она меня избила, — девушка самым натуральным образом разревелась, когда Поклонский посмотрел на неё, а затем перевёл на меня гневный взгляд, будто это действительно я решила её поколотить.

— Я…

— Лучше молчи, — выдохнул, отпуская мой пиджак. — Бегом в квартиру. Разберусь сам.

И он повернулся к девушке и протянул той руку, чтобы помочь подняться. Я же почувствовала себя в этот момент несуразным ничтожеством, срывающимся на других.

— Ты в порядке? — вопрос звучит не для меня, но я всё равно оборачиваюсь, чтобы лучше видеть его лицо в этот момент. — Когда я говорю «ехать домой», я хочу, чтобы ты ехала домой, понятно? — шеф повернулся и посмотрел на меня. Ничего, кроме гнева, в его стальном взгляде не читалось. — Я. Сказал. В квартиру!

Я закусила саднящую губу, тут же ощутив металлический привкус, кивнула и резко развернувшись направилась в подъезд.

Чего я ожидала? Это же вечно жёсткий, как пласт стали Поклонский, а я всего лишь та, кто не выполнил его требование. Сейчас будет отчитывать за всё и сразу. Вероятно, ещё и злость сорвёт за свою потрёпанную бабочку.

Стоя на площадке, я не решалась войти. В носу щипало от подступающих слёз, и я чисто в силу привычки не могла толкнуть входную дверь, хотя и понимала, что босс будет подниматься практически следом. Но, как это всегда и происходит, я сделала несколько глубоких вдохов и вошла, чувствуя, то подступающая к глазам влага сходит на нет.

Дальше прихожей пройти не решилась, наивно полагая, что сразу после выговора уйду прочь. Зачем разуваться и делать лишние телодвижения?

Когда дверь открылась, моё несчастное сердце с таким грохотом стало долбиться о рёбра, что разогнанная кровь просто кипятком заструилась по венам. Поклонский закрыл за собой дверь, посмотрел на меня исподлобья, бросил ключи на тумбу и разулся. Молча. Не понимая, как на меня давит такое его внимание, режущее словно скальпелем по нервам.

Сделал два шага и встал настолько близко, что я ощутила его дыхание на своём лице.

— Ты просто не представляешь себе, как сильно я хочу сейчас придушить тебя, Вавилова. Куда подевались твои мозги? — я хотела ответить, но почувствовала, как сжимается спазмом горло. Посмотрела в стальные глаза полные гнева и замерла, когда уголка губ коснулся его палец, чуть поморщилась от неприятной рези. — Больно? — спросил он.

Спросил настолько тихо, что я внезапно поняла, что гнева там не было и в помине.