Глава 5-2

Столик в местном ресторане был забронирован Карповым заранее, что не удивило. На такой должности нереспектабельно стоять на входе в час пик и ждать своей очереди.

Карпов, не спросив моего мнения, заказал нам обоим стейк из говядины, салат с руколой и виноградный сок. Мой взгляд, полный разочарования проигнорировал, принимаясь за еду.

— Итак, Мариша. Что у вас случилось в период болезни Серёги, что он ведёт себя сейчас, как голодный лев в клетке?

Сравнение, надо сказать, такое себе. Поклонский по поведению напоминает скорее ленивца. Видимых причин боятся нет, но эта зверюга в любой момент может оттяпать от тебя кусочек тебя же и даже не поморщится.

— Ну-у-у, — протянула я, быстро перебирая все события в памяти. — Вроде, ничего такого.

— Вроде? — не поверил Карпов. — Когда ты говоришь «вроде», обычно это означает, что было овердофига серьёзных моментов, о которых следовало бы рассказать.

Я поджала губы, припоминая последний разговор.

— Никита Михайлович, я понимаю, что вы лучший друг Сергея Андреевича, и хотите как лучше, но позвольте заметить, что сам Сергей Андреевич радовать вас информацией не спешит, а значит…

— А значит, ею порадовать меня поспешишь ты, Мариша, — перебил Карпов и широко улыбнулся. — Давай мы минуем стадию твоей обиды, моего давления, признания поражения с твоей стороны, и сразу перейдём к сливу информации, рыбка моя зубастая.

Иногда, особенно вот в такие моменты, мне хочется ему врезать. Желательно хрустальным кувшином с соком, что так маняще сверкает в свете дневных ламп. Он словно шепчет: «Ну давай, возьми меня и… вмажь сволочи красноречивой».

— Ты невыносим! — фыркнула я.

— Прости, это говоришь мне ты? — рассмеялся мужчина. — Учитывая, чья ты помощница уже восемь лет, мне трудно принять твои слова за истину, — перевёл дыхание, видя, что мне совсем несмешно, отпил из бокала сок и, поправив галстук, снова взял в руки вилку. — Ладно, давай мир.

— Я с тобой не ругалась. Просто ты вечно выводишь меня из себя своей гиперопекой. Он не маленький мальчик и вполне способен сам разобраться со своими проблемами.

Карпов ответил не сразу. Насмешливо смотрел и, видимо, размышлял о чём-то.

— Я уже говорил, что у него было очень непростое детство, — говорил. Вот именно этими двумя словами и говорил, не вдаваясь в подробности. — Пока ты нежилась в материнской любви и ласке, он пребывал в аду. В том аду, когда мать ненавидит собственное дитя только за то, что его отец неправильно поступает по отношению к ней.

Я замерла, сжав стакан. Сердце вмиг прыгнуло в горло и застучало там барабанной дробью.

— Только не кидайся его утешать, ладно? — усмехнулся мужчина. — Есть вероятность, что, зайдя ко льву в клетку, чтобы того приласкать, вытаскивать тебя будут по кускам.

Сглотнув, я попыталась перевести дух.

— Он поэтому такой?..

— Закрытый? Тиран? Перфекционист? Я знаю его таким со школы, акула моя ненаглядная.

Я внимательно посмотрела мужчине в глаза. Мне казалось, что они хоть и лучшие друзья, но не настолько давно друг друга знают. Карпов впервые ведёт со мной столь откровенную беседу. Обычно, если требовалось угомонить как-то шефа, он расспрашивал что и как, но никогда ничего не рассказывал о них самих.

— Я не знала, — ответила, поднимая стакан с соком.

— Я не видел смысла обсуждать подобное.

— А сейчас разве что-то изменилось? — вскинула я бровь.

Он усмехнулся, сунул кусочек стейка в рот и откинулся на спинку стула, как сытый кот после последнего в жизни обеда. Но так только казалось.

— Ты же и сама прекрасно всё видишь, иначе не стала бы гоняться за мной по всему офису на прошлой неделе. Расскажи мне, что случилось, Мариша. Я попытаюсь его образумить, иначе тебе с ним несладко придётся в Ялте, — Никита кивнул на меня и задал вопрос, от которого я оторопела. — Это он тебя так приложил?