Глава 8

— Давай играть, — прямо в лоб непосредственно заявила девочка. — А почему ты молчишь? Ты боишься? Нас? Или зомби? Правда, что ты помог Лерке? А как там на улице? Страшно? А во что мы будем играть? А ты расскажешь мне сказку? А какую сказку ты знаешь? А ты видел драконов? Давай я тебе сказку расскажу, если ты не знаешь. Или знаешь?

Сказать, что мне стало страшно, это ничего не сказать…

Она все говорила и говорила, а я стоял и не понимал, что мне с этим всем делать. Ее мать просто смотрела на нас со стороны, абсолютно не мешая своей дочери разбирать ее новую жертву на мелкие кусочки своей психической атакой.

— Зачем тебе столько всего знать? — не выдержал я уже того потока вопросов, который буквально смывал мое сознание.

— О-оо, так ты не глухой, хорошо, а то я уже начала бояться за тебя, — обрадовалась девочка, и я понял, что опять сглупил.

— Спаси, — едва шевеля губами, прошептал в сторону девушки.

А та уже не скрывала свою довольную улыбку.

— Лиза, а ты уроки сделала? — решила пожалеть девушка странного парня.

— Мама, ты че?! — выпучила от ужаса девочка. — Какие уроки в зомби — апокалипсис. Урокам хана, школе хана, да и всему миру хана. НЕТ УРОКАМ! — встав в гордую позу, заявила девочка, вызывающе смотря на мать.

— А если я найду ремень? — пригрозила девушка своей дочери.

— А если не найдешь? — приняла вызов девчушка, не желая сдаваться.

Они так и стояли, смотря друг друга, ожидая, кто уступит первой.

— Можно я пойду? — как же я устал…

— Куда? — резко развернулась в мою сторону Полина.

— Куда? — точно так же, как и ее мать, поступила девочка.

— Застрелюсь, наверное…

— Какой ранимый, ой-ой-ой… — улыбнулась девушка.

Больше я и слова не успел сказать, как меня взяли за две руки и потащили к столу в гостиной. Полина, так ее звали, пошла на кухню, а мелкая сидела рядом и сверлила меня своим задумчивым взглядом, словно нашла себе новую интересную зверушку, при этом размышляя, что с ней сделать.

— Лиза, накрой на стол, пожалуйста, — крикнула из кухоньки Полина.

— Сейчас, мама, — мигом убежала девчонка.

Оставшись в одиночестве, я мог нормально рассмотреть, куда же боги или система закинули меня. Небольшая квартирка, не похожая на коммуналку. Две комнаты, миниатюрная кухня. На стене висел небольшой телевизор, но плоский. Окна пластиковые, что радует, хоть не слышны звуки зомби. Их вой и хрипение, однозначно, не лучшая музыка для ушей ребенка.

На стенах обои в мультяшном стиле с разными детскими героями. Женщина или девушка, хрен знает сколько ей лет, видимо специально наклеила их для дочери. Мебель не новая, но добротная, а сама квартира ухоженная и чистая. Сразу видно женскую руку. Или, в данном случае, четыре руки.

К моему удивлению, Лиза реально положила еду на стол. Если пару пряников и полбуханки хлеба можно назвать едой.

Подошла и Полина, принеся горячий чайник, и они тоже уселись за стол.

— Угощайся, не стесняйся, — кивнула женщина на пряники, которые они не тронули, а сами начали жевать хлеб. Просто без ничего,… пустой хлеб, даже без масла. И это в то время, когда с зомби можно выбить коробок на целый шведский стол.

— Да, берфи пряныфкы, офни фкуфные…

— Лиза, сколько раз я тебе повторяла, нельзя разговаривать с набитым ртом, — насупилась девушка…

— Полина, верно? Сколько тебе лет? — не понимаю, почему девочка поперхнулась, а ее мать так странно на меня смотрит. Простой вопрос. Подумаешь, нельзя спрашивать о возрасте. Глупые традиции, а как же мне тогда узнать?

— Мне двадцать пять, а что? Или ты решил начать знакомство с неудобных вопросов? Теперь моя очередь? Могу я спросить тебя о…

— Стоп, — перебил я ее с краснеющим лицом. — Я не хотел тебя обидеть. Просто не знаю, как к тебе обращаться.

— В смысле? — не дошло до нее. Глупая.

— Ну, на ты, или на вы.

— А он прикольный, — улыбнулась Лиза — Только с таким поведением долго в большом мире не протянет. Мама, а можно мы его оставим себе? А то жалко очень, прибьют ведь.

— А что, по мне не видно? — милая улыбка сквозь зубы. Голова набок. А в глазах пылает огонь. Мне показалось или я увидел там чертенка, который лупил лапками по стеклу, крича мне: «БЕГИ ОТСЮДА!!! Я ДЕРЖУ ЕЕ!!!».

— Ну, сначала я подумал, что тебе восемнадцать, — соврал я.

— Ясно.…Врешь.

— Вру, — выдал болезненный вздох.

— А зачем тебе это знать? — все же решилась спросить она, обдумывая месть.

Вот что ей ответить. Кажется только правду. А то боюсь, она натравит на меня дочку, если опять совру.

— Я не знаю, как к тебе обращаться в своих мыслях, понимаешь?

— Нет.

— Вот и я иногда не понимаю, — еще грустнее вздохнул. — Мне трудно общаться с людьми. Вот с зомби все намного проще и понятнее.

Теперь они обе посмотрели на меня как на придурошного, впрочем, как всегда, ничего нового.

— Как ты только выжил на улице? — она действительно была удивлена, как такой парень еще не погиб, он казался ей странным, но вроде безобидным.

— Кручусь — верчусь.

Наш разговор зашел в тупик. И Полина решила сменить тему. Она рассказала мне, как тут живут люди, что слышно из новостей, и еще много вещей, от которых у меня уже начала болеть голова.

Боги, эта женщина умеет молчать? Она говорит и улыбается. Она понимает, как мне это не нравится. Она издевается? Ага, понятно, она мстит. Женщины страшные существа. Намного страшнее зомби.

Хотя женщина-зомби реально может мозг сожрать. А живая любой мозг просто вынесет. Да, живые пострашнее будут, это точно.

— Мам, а почему дядя, который до сих пор не назвал нам даже своего имени, не кушает? — неожиданно спросила молчавшая до этого времени Лиза.

— А может у него имени нет? Или ему попросту стыдно принимать еду у двух девушек? — с издевкой произнесла малявка, хитро посматривая в сторону парня.

Я сдался. Просто сдался.

— Меня зовут Варг, — как же тяжело им сопротивляться…

— А еда?

— Паршивая еда.

— А где взять лучше? — ирония в ее голосе мне не понравилась.

— На, — протянул ей серую коробку.

Наконец-то я смог сбить ее с толку и заставить замолчать. Сидит, смотрит на меня и не понимает, что происходит. В ней борется гордость с любопытством открыть ее. Они же голодные, у них, кроме хлеба, нет ничего. Это я, идиот, не подумал об этом. Мог бы и раньше угостить.

— Не стоит, забери, — протягивает коробку мне назад. — Еда сейчас слишком дорогая, чтобы тратить ее на чужих для тебя людей.

Я считал, что меня уже ничем невозможно удивить. Оказалось, еще можно. Что это? Гордость или жалость?

Ей или жалко меня, или воспитание не позволяет принимать еду от постороннего.

— Бери, — толкаю коробку назад.

Вот же глупая… Ей дочку нечем кормить, а она тут строит из себя не пойми кого. Так бы и выпустил ей стрелу в колено, может поумнеет..

— Ты не должен тратить свою еду на совершенно чужих тебе людей, — сказала она, не прикасаясь к коробке.

Гордая, однако,…не хочет принимать помощь от чужого человека.

— Я сам решаю, как мне поступать с моим имуществом, — начинаю закипать. Ну как закипать, просто мысленно психую. А на самом деле выражение моего лица не меняется. Возможно, только глаз начал дергаться.

— Что у тебя с глазом? — сразу спросила малявка, увидев, что глаз парня начал заметно подрагивать.

Блин, все же дергается, мне не показалось.

— А что в этой коробке? — не выдержало детское любопытство.

— Еда.

— А какая?

— Я не знаю…

— А кто знает?

— Система…

— И все?

— Не знаю…

— А может…

— Просто уже возьми эту коробку и отдай мысленную команду «Открыть», — не выдерживаю я, всунув в руки ей коробку.

Как же тяжело находиться среди людей. За последние полгода я все же привык к одиночеству. А тут такое, да еще и столько.

Девочка мигом сделала, как я сказал, и начала доставать из коробки продукты с удивленным лицом. Хм, кажется, система не обделила ее вниманием, первыми она достала упаковку конфет. Потом масло, паштет и колбасу.

— Крутая коробка, спасибо большое, — восторженно полезла обниматься к парню, а тот пытается ее оттолкнуть, словно надоедливого котенка. Аккуратно и беззлобно. — Ой как жалко, вот только попить чего-нибудь, и фруктов нет. Хитрюга…

Вот что она делает со мной…

— Держи, — протягиваю я ей связку апельсинов и несколько бутылок сока.

Теперь уже удивляется Полина.

— Откуда у тебя столько всего? — не сдержала своего интереса она.

— Убиваю зомби, — пожимаю плечами, словно это обычное дело. — Много зомби.

— Ты?! Хм, извини, но по внешнему виду ты не похож на того, кто убивает много зомби, скорее, людей.

— Тебе виднее, — вновь пожимаю плечами — Людей тоже приходилось.

Лиза тут же с восторгом поделилась едой с мамой, и даже мне предложила, при этом болтая без умолку. Так мы просидели еще час и отправились спать.

Спальня у них была одна, и это была пытка. Спать в одной комнате с другими людьми, даже ужасно представить для меня. Я сказал, что лягу на полу в гостиной, но меня, конечно же, не послушали.

В спальне было две кровати. Лизе сегодня пришлось спать вместе с мамой, а мне досталась целая кровать в мое единоличное пользование. Но прежде я принял душ. Не хотелось пачкать чужую кровать своим потным телом, а побегать за день мне довелось вдоволь.

Сон никак не приходил, я долго ворочался, а когда уснул, меня разбудил громкий детский плач. Плакала Лиза.

Ее плач был не единственным звуком, вдалеке слышны были выстрелы и знакомые мне крики, которые, как я понял, принадлежали летающим тварям.

— Что случилось? — спросонья решил узнать у Полины. Девушка тоже проснулась и сейчас прижимала дочку к груди, успокаивая и нежно гладя по голове.

— Кажется, на нас напали, — ее голос был взволнован. — Прости.… Лиза слишком испугалась и разбудила тебя.

— Ничего страшного.

Я посмотрел в темное окно, но там было плохо видно, что происходит, мелькали только силуэты летающих тварей. Они подлетали к окнам, пытаясь забраться внутрь, но их пока успешно отстреливали.

Плохо дело. Они ведь могут и в наше окно удариться, а здесь ребенок…

— Почему ваше окно не забаррикадировано, как у других? — недоумевал я такой беспечности.

— Еще не успели заложить, слишком много работы и мало рук, — спокойно проговорила Полина. Кажется, она даже не была возмущена таким положением дел.

Могу предположить, что первыми укрепили окна тем семьям, у кого мужья здесь.

— На тебя не хватило материалов, что ли?

— Угу…

Вот срань…

Почему меня это так задело? На секунду, но мне совсем не понравился такой расклад.

Мои размышления прервал громогласный визг и глухой удар.

Одна из летающих тварей заметила нас, решив пробить своим телом окно, и это у нее получилось. Уродец наполовину застрял в нем, при этом разрезая острыми краями свое тело, но продолжал проталкиваться вперед.

Девушки завизжали в унисон, оглушив меня, но этим привлекая еще больше внимания.

Блядство, я вижу, как к нам летят новые твари. Неужели они поняли, что здесь есть вход…умные твари …

— Взяла Лизу и бегом отсюда, — насильно выталкиваю их из комнаты. Вижу тварь, царапающую окно в гостиной. — Бегите отсюда побыстрее, а я их задержу.

— Куда…как… а ты? — от страха она не знала, что ей делать и куда бежать.

— Бегом, — на манер Комбата гаркнул я и это сработало, она схватила дочку на руки и выбежала из квартиры.

Теперь я могу не бояться за них.

Как же это все плохо. И почему вся эта фигня должна случиться именно со мной…

В гостиной твари уже облепили окна и скоро прорвутся. В спальне тварь уже почти пролезла, если бы не моя стрела. Невидимость мне тут не поможет и это очень плохо. Наверное, мне тоже стоит убежать, но как назло, странные мысли крутятся у меня в голове. В этом здании много женщин и детей, а если твари прорвутся внутрь, то соберут богатую кровавую жатву.

Ну почему именно в ее квартире такая хилая дверь. Они же вмиг разнесут ее в щепки.

Не знаю, чем я думал, но решил остаться и задержать зомби до прихода подмоги.

Бля, да кого я обманываю…Какая подмога, у них сейчас и так проблемы, они отстреливают зомби в других местах. Выстрелы не прекращаются, а патронов у них не так уж и много. Понятно, что я здесь остаюсь один на один с зомби.

Первого я убил по привычке из старого лука, но он для помещений совершенно неудобен, слишком громоздкий. Достаю свою новую «прелесть» и отправляю первую стрелу в голову твари, что копошится в окне.

Да, совсем неплохо, заценил, как стрела вошла в голову летучке. Убойная сила выше, чем у моего старенького и это только короткий лук…Что же тогда такое для системы длинный лук, даже страшно представить, но я уже хочу его, если выживу.

Одна из тварей решилась влететь на скорости, попутно своим телом делая дыру в окне еще шире.

Выпускаю в нее стрелу и промазываю, стрела вместо головы пробивает ей грудную клетку, пригвоздив к стене. Хм, думаю, стены тут не очень крепкие.

Вдруг в другой комнате слышу звон разбитого стекла. Не раздумывая, бегу туда, на ходу доставая копье. Летающая тварь пробила лапой окно и застряла в ловушке. Одним сильным ударом отсекаю лапу и сразу же пробиваю грудь копьем. Не убиваю, но сталкиваю с карниза и она камнем падает вниз, а там уже не мои проблемы.

Бегу назад к твари, пригвожденной моей стрелой к стене и одним ударом сношу голову копьем. Не помню, насколько долго по времени я так отбивался от зомби, но в этой комнате больше жить нельзя. Не удивлюсь, если кровь, которой здесь по щиколотку, начала капать с потолка на соседей внизу.

Я попал в некий транс, в котором на автомате стрелял, рубил, колол. Моя голова стала пустой и легкой, лишние мысли испарились, оставив за собой лишь призыв к убийству.

В какой-то момент все закончилось, я и сам не понял. Осознал себя стоявшим посередине горы трупов, заляпанный кровью и мерзкой зеленой жижей, в которой, как мне казалось, я искупался. Копье представляло собой музей мозгов, на котором было много маленьких прилипших кусочков.

Сил у меня осталось совсем немного, и, убедившись, что нападения можно больше не ждать, направился в коридор.

Открыв дверь, увидел наставленное на меня оружие.

— Стойте! — раздался сдвоенный крик Полины и Шатуна. — Это Варг, он жив.

Вояки не особо спешили убрать оружие, а у меня уже не было сил на эти игры.

— Не уберете оружия, я отрежу руки, которые его держат, — почему-то в этот миг я был уверен, что смогу это сделать.

— А силенок хватит? — оскалился коротко стриженый парень с кинжалом в руке.

— Именно для тебя у меня новая акция, — устало произнес я ему — Сейчас твой кинжальчик окажется у тебя в заднице, если не опустишь его.

Парень хотел что-то сказать, но его схватил за шиворот Шатун и утащил, потом все услышали громкий звук затрещины.

Народ на меня смотрел очень странно.

— Ты цел? Тебя не укусили и не поцарапали? — задала вполне резонный вопрос Полина, которая стояла за спинами парней.

— Цел, жив. Горд, орел, очень хочу в душ, а еще жрать!

— Все хотят жрать, — раздались голоса со всех сторон.

— Кто не убивает зомби, тот не кушает, — проворчал я, плевать мне было на них.

Меня не отпускали, пока не прибежал Комбат и не попросил подождать еще немного. Сказал, что мне надо смыть всю грязь, чтобы меня проверили на возможные укусы или царапины. Они не рискнут оставить в общаге потенциального зомби.

Пока Комбат раздавал приказы, мы с парнями успели перекинуться парой слов.

Сегодня летающие твари решили взять здание штурмом с воздуха. Прорыв случился не только в моей комнате, но еще в двух местах, куда стянули всех людей с оружием.

Среди гражданских и военных потери составили шесть человек. Им еще очень повезло, что я подкинул патронов. В мою комнату они не рискнули зайти, предполагая, что я мертв, и время, пока меня жрут, как они думали, было потрачено для укрепления позиций. Вояки забаррикадировали коридор, готовясь там воевать с тварями. В комнатах сражаться им было не с руки.

— Товарищ полковник, вам надо увидеть это, — выбежал из моей временной квартирки бледный как мел парень.

— Что там? Иду.

Военные матерятся профессионально. Они всегда умудряются придумать такие заковыристые слова, что обычный человек об их существовании даже не догадался бы.

Вот и сейчас я стал свидетелем такого монолога.

Комбат вышел слегка побледневший. И сразу пожал мне руку.

— Что там случилось?

— Что там?

— Как там обстановка? — не унимался заинтересованный народ.

— Варг устроил мясорубку, — дал ответ, повидавший всякое мужчина, но такое он видел первый раз. Зомби, очень много зомби, которых убил один человек. Это не он был закрыт в комнате с зомби, а они с ним.

Полина удивленно посмотрела на меня и решила сама проверить, что там такое и зашла вместе с другими людьми. А потом тоже выскочила вся бледная.

— Теперь у меня нет квартиры, — грустно произнесла она, смотря куда-то вдаль.

И мне стало не по себе. Выходит, я опять, хотя и не специально, стал причиной чужого горя. Где она теперь будет жить вместе с дочкой? Выделят ей квартиру или подселят в кладовку. У нее нет мужа и добытчика, а это значит, что для общества она не очень полезна. Разве что ляжет под кого-то, при этом будет считаться подстилкой.

— Товарищ полковник, я там насчитал трупов не меньше тридцати, а трофеев нет, — нашелся ушлый товарищ, который заметил это.

— Конечно, их нет, я их забрал, — не понимаю причину его недовольства.

— Там ведь там было много коробок? — прищуривает глаза и задает мне вопрос.

— Очень — скалюсь я.

— Надобно поделиться, ты ведь живешь на нашей территории, — мужчине не нравился парень, да и все трофеи достались ему, а почему его семья должна голодать, питаясь один раз в два дня.

— Ну, попробуй, забери, — специально провоцирую его, призывая коробку в свою руку.

— ОТСТАВИТЬ! — от этого крика мне захотелось вытянутся по струнке и отдать честь, причем двумя руками сразу. Комбат умеет убеждать.

— Есть отставить! — закричал испуганный мужик.

— Василенко, завтра мы с тобой поговорим о твоем поведении с нашим гостем. Он в одиночку сдерживал атаку монстров, пока ты жопу мял в подсобке. С этого момента ты записан в очередь на вылазку, понял? — Комбат был зол за такой позор перед гостем. Он дал ему слово офицера, а эта канцелярская крыса решила устроить тут дедовщину и подставила начальство. Ведь в общаге с самого начала боевые офицеры взяли все управление в свои руки.

Наконец-то меня отвели в общую душевую, где я смог нормально отмыться, потом проверили и, убедившись в отсутствии заражения, отпустили.

На часах 2:00, опять захотелось спать, адреналин пропал и я почувствовал, как сильно устал.

А общага жужжала как улей. Люди бегали, выполняя команды Комбата. Разбирали мебель на доски, таскали листы металла и забивали окна.

От автора.

Я всем благодарен, кто читаем мою книгу, спасибо вам)

Если понравилось, не против лайка, тогда с меня завтра прода, а может и две)