Глава 5

Проводив отца семейства, я решила сразу приступить к делу. Негоже ходить кругами по этой кухне, если все за раз можно укомплектовать, как удобно хозяйке. Правда, хозяйка здесь сейчас была Мэри, и ее совсем не напрягала беготня. Ну, это ничего, обязательно оценит. Главное, увидеть и попробовать, как это должно быть! Руки у меня чесались с первого дня пребывания в этом доме, но сегодня нам дали зеленый свет официально.

Плита располагалась по центру, и ее, само собой, невозможно было передвинуть. Да и не хотелось лишать дом этой атмосферы. А вот разномастные шкафчики и полки с занавесками, что занимали аж три стены…

– Гарри, малыш, раз ты сегодня единственный мужчина в доме, и знаешь где у нас хранится молоток и гвозди, ждем от тебя инструмент и твои умелые руки. А мы с Мэри пока освободим полки. Половину вот этой стены нам нужно освободить и добавить к той, - я указала детям как я вижу перемены, а они только и успевали, что вертеть головами с открытыми ртами.

Разномастные мешочки с остатками круп мы отнесли в чулан к основному хранилищу, сняли занавески, выдернули маленькие гвоздики, к которым крепились шнурки с тканью, и отмыли все с мылом. Дерево было качественно обработано маслом на несколько раз.

– Дети, хочу провести с вами небольшой ликбез по оказанию первой помощи, чтобы не случилось, как тогда, - я махнула головой в сторону сарая. – Если ваша мать свалилась со стула или ушла и не вернулась в чулан, вы сходите и проверьте. Если я не буду говорить с вами, зовите взрослых, допустим, соседей. Иначе, потеряете вы мать и придется жить с мачехой, а Мэри уже знает какими бывают мачехи.

– Что она знает? – переспросил Гарри, помогая мне выдвинуть панель с полками от стены.

– Что мачехи используют детей для тяжелого труда и не дают шансов пробиться в люди, - ответила я.

– Это - как ты сегодня, правильно? Мы занимаемся тяжелым трудом, и мне пришлось остаться дома, а не поехать с отцом учиться его ремеслу, - вздохнув тяжело, сказал Гарри и продолжил тянуть полки.

– Мне кажется, или вы меня недолюбливаете? – я внимательно посмотрела на этих двоих, совершенно не похожих на брата и сестру, сорванцов.

– Не кажется, но ты знаешь, почему, - серьезно ответил мальчик.

– Гарри преувеличивает, Полка. Он хочет казаться старше и ведет себя как отец, - вступила со смешком Мэри.

– А вот и нет. Я, и правда, ему очень помогаю, - бросив все, Гарри выпрямился и зло посмотрел на сестру.

– Хорошо, все у нас молодцы, только вот, совета в нашей семье нет и взаимной любви тоже. Не кажется? – я посмотрела на Гарри

– Ничего у нас нет, потому что мы не такие, как все эти семьи, и ты прекрасно это знаешь, - выпалил он и принялся со злостью двигать полки ногами, упираясь спиной в стену.

– Так, давайте сядем и вы мне все расскажете. Почему это мы не такие? Иначе я с вами больше не стану разговаривать.

– Ни слова на эту тему. Ты знаешь. Ни сло-ва! – по слогам и с особой важностью ответил Гарри, но когда я схватила его за запястье и притянула к себе, чтобы расспросить, он выдернул руку и убежал из дома к конюшне.

– Полка, не спрашивай об этом, даже я не могу тебе ничего говорить. Мы все обещали друг другу, что наша тайна не будет обсуждаться ни с семьей, ни с чужими, и от этого зависит наша жизнь! – серьезно сказала девочка, выходя за братом. – Я попробую с ним поговорить, но ты тоже пойми… папа велел ни слова не говорить.

Она выбежала, а я осталась сидеть посреди раскуроченных шкафов в полном непонимании. Ну и ладно, подавитесь вы своей тайной. Больше ни слова. Хотите жить, как соседи в коммуналке? Я вам устрою!

Дети вернулись минут через пятнадцать и принялись помогать мне и дальше. У полок были боковые и задняя стенки, ножки сантиметров десять, а фасадов здесь, видимо, еще не знали или эта чума с занавесками была кусочком местной моды. Я решила, что пора ее менять. Просить Фила сделать дверцы? Да пошел он к черту!

Я сделаю одинакового размера корзины, и они мило будут смотреться на этих полках. Всю эту мелочь мы разложим по корзинам, а с лицевой стороны к корзинам можно прикрепить небольшие спилы с наименованиями продуктов.

Мозг работал как часы – я вернулась в свою стихию, и моя мания «все по полочкам», наконец, нашла выход.

Запасы газет нашлись в чулане, тонкие реечки были в огромном количестве в мастерской. Маленькие гвоздики и молоток, и вуа-ля! У меня есть все необходимое для создания первой формочки. Из газет я решила делать папье-маше. Это, конечно, не салфетки, которые клей себе и клей слоями на форму, но все же.

Массу из газет я делать не стала. Бумага не очень толстая и совсем не лощеная, а значит, ее можно смачивать обрывками в клейстере и прикладывать к форме. Дело пошло быстрее, когда Гарри понял, что мы делаем и что нам не хватает форм.

Он обращался с топором, как взрослый, и мне в какие-то минуты было даже страшно. Но он сделал нам несколько деревянных ящиков размером как раз, как моя первая форма. Мэри получала столько удовольствия от процесса, что аж язык высунула.

Только к поздней ночи мы сделали шестнадцать штук для одного шкафа, и сейчас они стояли на слабо затопленной печи и сушились.

– Отец! – вскинув руки, закричала девочка так неожиданно, что я чуть не упала.

– Что с ним? – спросила я, осмотревшись. Сначала я подумала, что он вернулся, и просто я его не увидела.

– Он должен вернуться, а у нас нет ничего на ужин!

– У нас осталась каша и жареные овощи с обеда, - попыталась я успокоить ребенка, который метался по кухне, не находя нигде запасов.

– Каша – утренняя пища, а одних овощей на ужин мало! – Мэри так искренне переживала, что ее отец не получит всего набора белков, жиров и углеводов, что я решила ей помочь:

– Милая, у нас есть соленое мясо или копчености?

– Да, конечно. И то и другое, - ответила она и, увидев во мне помощницу, расслабилась.

– Гарри, убирай формы с плиты, подкинь дров. Мэри, ставь кастрюлю и неси копчености и соленое мясо. Сейчас мы приготовим быстрый и вкусный ужин. Я отправилась в чулан, чтобы порыться в крупах, и нашла там перловку.

Как-то раз, данным давно, когда я только приобщалась к кулинарным началам, варила я рассольник. В итоге получила кашу с мясом и картошкой. Методом проб я таки довела это блюдо до совершенства, сделав что-то среднее между солянкой и перловой кашей. Секрет в том, что пока отваривается перловка, нужно пожарить много лука, спассеровать с томатом, добавить чуть рассола и морковки и тушить.

Потом к этому соусу нужно добавить копчености, потомить все вместе и за десять минут до готовности перловки всю эту красоту выложить в кастрюлю к перловке. Лавровый лист, столовая ложка топленого или просто сливочного масла, и вы просто себе не представляете что получается! За час, параллельно занимаясь нашей перестановкой, мы приготовили перловку с солониной, которую сначала промыли и варили вместе с перловкой, ну и копченостями… Запах в кухне был сногсшибательный, и я заметила, как ребятишки заводили носами. Да что там, я и сама с трудом могла договориться с желудком, что еще вот здесь протру и присяду к тарелке.

К приезду Фила мы закончили перестановку и сделали новые заготовки. Нам не хватало газет. Я впервые пожалела, что поблизости нет подъездов, заваленных рекламными газетенками. Часто в своем обучении я объясняла наставникам, что не нужно создавать велосипеда – он давно уже придуман. Газеты в торговых центрах, в метро, в почтовых ящиках всегда есть и, проходя мимо, прихвати стопку.

Спросите, зачем? А вот как раз для того, чтобы у вас был запас на творчество. Они подходят не только для папье маше, но и для изготовления трубочек, из которых тоже можно плести короба, корзины. В нашем мире в моду вошло энергосбережение, бережное отношение к ресурсам, а значит, оборот этих материалов не только украсит дом доступными для любого человека средствами, но и сбережет планету.

Здесь эта тема, думаю, была еще не сильно актуальна, но из материала - только дерево и железо. Ах да, еще медь!

Я привыкла к тому, что каждый кусочек материала может оказаться сверхнужным, а в профессии, которая мне пришлась по душе, я стала профи. Организатор пространства — это человек, который любой дом сделает сверхудобным. Понаблюдав за хозяйкой несколько минут или попросив сделать вид, что хозяйке нужно приготовить пару блюд и сделать уборку, можно найти множество решений для оптимизации пространства. Я владела техникой идеального расчета, и весь секрет был лишь в том, что это индивидуально.

Нельзя для двух с виду одинаковых домохозяек поставить плиту или холодильник одинаково, потому что тело не обманешь. Первое время будет неудобно, а со временем человек просто смиряется. Так вот, я делала так, чтобы хорошо было с первого дня!

За этим нас и застал Фил. Он прошел в кухню, осмотрелся и иронично цыкнул.

– Тебе не нравится? – я не стала обнимать его, но подошла и улыбнулась. Если он не верит, что я не помню прошлого с ним, пусть продолжает. Коли мне придется жить здесь и с ним, пусть попробует привыкнуть к изменившейся Полке.

– Думаю, если поменять мебель местами жизнь не станет проще, Полка, - огоньки в его глазах говорили о том, что называть меня этим дурацким именем он не перестанет.

– Хочешь, чтобы я тебе доказала? Разреши поставить в твоей мастерской все ящики и инструмент так, как я хочу, и ты поймешь, - фыркнув, ответила и повернулась к Мэри, которая раскладывала перловку по тарелкам.

– Запах просто волшебный! Что ты готовила, Мэри? – спросил Фил и подошел к девочке, чтобы поцеловать ее в щеку. Она обняла его за шею и зажмурилась от удовольствия. Да уж, здесь, похоже, его любят сильнее, чем меня.

– Это новая каша, и рецепт дала мамочка. Я попробовала и, спешу заверить, это вкусно! – Мэри поражала своим умением рассуждать и говорить, как взрослая, и меня это пугало.

– Вы занимались сегодня? – спросил ее Фил, присаживаясь к столу.

– Нет, сегодня у нас были дела поинтереснее. Ты представляешь, вот эти штуки мама делала из газет, а мы ей помогали! Когда они досохнут, в них можно хранить разные крупы. Мама сказала, что мешочки мы составим в эти корзинки и поставим их на полки. А еще, мы вынесли в чулан то, что не используется часто. Завтра мы закончим и вот тогда примемся за обучение, - Мэри ставила на стол тарелки с кашей, потом нарезала хлеб, а я наблюдала за ней, как раньше это делала с клиентками. Каждый шаг в кухне должен быть удобен и обоснован.

– На нижних шкафчиках нужно сделать фасады, Фил, - не смотря на него, нарезая зелень, сказала я.

– Фасады? Это как? – Фил не донес ложку до рта.

– Ну, дверцы из тонких досочек, как на шкафах, - не сдавалась я.

– А для чего? Ведь есть занавески!  - искренне удивился он.

– Тогда, может, в гостиной тоже на шкафах повесим занавески? – каша была вкусной, а я продолжала «прощупывать» мужчину на лояльность, только вот, не стоило его сильно уж доводить до кипения!

– Мне кажется, в нашем доме живет какой-то незнакомый человек, - ответил он и продолжил жевать.

– Завтра ты едешь в город?

– Да, нужно закончить лестницу, а потом заехать к коре Фаусте – она заказала кухонный шкаф, и очень переживает, что кухонька маленькая. Говорит, что не сможет вместить там все необходимое, - Фил, похоже, рад был, что мы сменили тему разговора.

– А у тебя нет размеров кухни? – с интересом спросила я.

– Пока нет. Завтра мы с Гарри все замерим, и уже дома начнем строить шкафы, - настроение Фила налаживалось. Ага! Значит, здесь та же проблема, что и у нас – сапожник без сапог.

– Да, я же не нужен пока вам! – с надеждой посмотрел на меня Гарри.

– Ты нам всегда нужен, но отцу нужно помочь. Ты сегодня молодец, и вполне заменял взрослого мужчину – сделал все необходимое, - похвалила я мальчишку, и он тут же залился краской.

Все заснули быстро – физическая усталость, она такая! Я снова лежала перед сном и перебирала в голове все варианты. Пришла к тому, что Гарри – сын Фила, а Мэри – наша общая. Что там говорила Мэри? «Я родилась, когда Гарри уже был»? Может быть, в семье не принято вспоминать о том, что мальчик не родной обоим родителям. Я видела, как мальчик любит Мэри, как заботится о ней, да и она не отставала в любви и заботе. С виду семья казалась идеальной.

Я засыпала, обняв Мэри, и чувствовала, как моя любовь к ней растет и крепнет. А может, это тело помнит своего ребенка? Я выдохнула и решила попробовать быть счастливой здесь, раз там, в моем прошлом это оказалось невозможным. Я надеялась на то, что мои привычки не станут проблемой для всей семьи.

Утром, когда я проснулась, Мэри в постели не было. Я тихонько встала и прокралась в коридор, а оттуда в кухню. На плите что-то жарилось, закипал чайник, а девочка, сидя на диванчике, что-то выводила карандашом на бумаге. Она выглядела мило с высунутым от усердия языком, и я в душе радовалась, что оказалось ее мамой.

– О! Ты проснулась! Готова каша с молоком и чай, - она бросила бумагу и засуетилась, а я подошла к ней и обняла ее.

– Я сама позавтракаю, милая. Ты что-то рисовала, продолжай, - я хотела за чаем наблюдать за ребенком, а не маленькой хозяюшкой.

– Нет, я не рисовала. Кор Альберт принес свежие газеты, а отец к этому времени уже уехал. Принцесса научилась чертить фигуры и вычислять их. Наш учитель приедет только завтра, а я-то знаю, что не засну, если не узнаю все это, - расстроенно выдохнула она.

– Давай свою бумагу и карандаш. Я расскажу тебе обо всех фигурах, хорошо? – я налила кофе, что стоял на краю плиты, положила чуть масла на булку, и присела за стол.

– Это фигура не имеет ни одного угла, это круг, - начала я с простого, но Мэри уже была рада новому. Она могла бы стать ученым с ее то пытливым умом и жаждой знаний, и оставалось только надеяться, что жизнь и время предоставят ей возможности.

После вполне развернутого двухчасового урока мы вернулись к нашим коробочкам из папье-маше. Они просохли и могли уже занять свое место на полках.

Мэри с радостью перекладывала в них тканевые мешочки с крупами и задвигала на полки. Меня расстраивало то, что из-за недостатка газет мы не закончили сегодня начатое, но у нас была возможность познакомиться с деревней, в которой мы жили.

Несмотря на пасмурный день, было тепло. Мэри настояла, чтобы я оделась нарядно и даже прихватила зонтик от солнца. Все мои доводы на отсутствия солнца не работали. Мэри продолжала утверждать, что так надо!

Длинная юбка шоколадного цвета, белая сорочка с жабо и бежевый жакет были бы хороши даже в моем прежнем мире. Юбка была чуть свободной, но я не расстраивалась, потому что аппетит имела недетский, и скоро, думаю, она будет впору. Волосы сзади я заколола шпильками, а красивые волнистые пряди, что выпали из прически я решила оставить. Девочка заплела себе две косички, отказавшись от моей помощи, надела синее платье и короткую безрукавку цвета горчицы. Подала мне зонт и присела в шуточном реверансе, но вышло у нее это так красиво и органично, словно делала это всегда.