ГЛΑВА 2
Дарион лежал, развалившись на узком диванчике в кают-компании своего корабля, названного "Элем" в честь матери владельца. Женское имя мало подходило военному крейсеру, но команду это ничуть не смущало.
Его вахта закончилась ещё пару триз назад, но вместо того, чтобы хоть немного пoспать, он насильно заставлял себя бoдрствовать, снова и снова вспоминая свои ощущения в момент разрыва со своим рейвом.
Тогда он во второй раз отправился на Гару с арменейским посольством. А у гаранского министра внешней политики оказалась на редкость привлекательная дочь. Милая Сарифа буквально приворожила неопытного Дариона своим неиссякаемым юмором и лёгким кокетством. Юному рейву ещё не приходилось так близко сталкиваться с женским обаянием, не мудрено, что он не устоял.
Каждый арменейский рейв в посольстве имел несколько профессиональных харатских компаньонов. Эти синекожие мускулистые гиганты казались огромными на фоне изящных арменейцев и были не только отличными воинами, но и преданными телохранителями. В их обязанности входило не только охранять жизнь своих подопечных, но и ограждать их от опрометчивых встреч с противоположным полом. Суть pейва была такова, что на каком бы расстоянии друг от друга не находились близнецы, они всё равно ощущали себя единым целым. Вернее, двумя половинками одного целого. Но стоило одному из них испытать прелести физической любви, как эта связь обрывалась навеки. Но кто думает о таких вещах в пылу первой влюбленности!
Первое сексуальное удовлетворение молодого арменейца потерялось на фоне неожиданно затопившей его волны глубочайшего чувства потери и физической боли. Словно внезапно перекрыли кислород. Нечто жизненно важное, любимое всей душой, вдруг оказалось недоступным. То, без чего яркая, насыщенная жизнь становилась всего лишь жалким существованием.
Острая боль внезапной судорогой пронзила всё его тело, заставив выгнуться дугой, и угнездилась где-то в груди сосущей пустотой. Он больше не чувствовал присутствия Рениена. Ни его тепла, ни мыслей, ни эмоций... Словнo их никогда и не было. Всю жизнь он ощущал себя единым целым со своим братом, недаром же в их языке слово рейв означало и пару близнецов, и одного из них. И вот теперь из-за непростительной слабости он потерял самую важную часть своей души.
Уже позднее, спустя несколько оборотов, Дарион понял, что его энергетическая связь с матерью начала иссякать. Элем больше не могла питать его так, как прежде. Но первая любовь была столь сильна, что он не захотел даже думать о последствиях. Он решил, что ему не нужны тысячи циклов в одиночестве. Что лучше прожить короткую, но гoловокружительную жизнь с любимой женщиной, чем продолжать искать мифическую лерен. Правда, эта идиллия не продлилась и периода. Ветреная Сарифа не могла долго оставаться верной. На Гаре были совсем другие моральные принципы, а многочисленные любовные связи являлись своеобразным подтверждением статуса завидной невесты и не вызывали осуждения.
После этого Дариону пришлось резко повзрослеть. Любовная эйфория прошла, оставив после себя чувство неимоверной утраты. Поcле Сарифы он больше ни с одной женщиной не сходился так близко. Молодой арменеец встречался с ними время от времени, но ни одна из них ңе задерживалась в его постели дольше необходимого. Он постарался свести эти встречи к минимуму, потому как мимолетное удовлетворение каждый раз напоминало о том, что он потерял.
И вот теперь его корабль летит в неизвестность, и никто не даст гарантии, что эта сумасшедшая миссия увенчается успехом.
- Капитан на-Лор, - во внутреннем сенсоре раздался модифицированный голос "Элем" - био-интеллекта корабля, - до точки прибытия осталось ровно двадцать пять авр.
Дарион со вздохом потер глаза. Усталость никуда не исчезла, но он сам приказал кораблю вызвать его незадолго до рассчитанного столкновения с транс-туннелем. Ему хотелось лично провести "Элем" через возможные осложнения.
Оба пилота, навигатор и старший помощник уже лежали в астрофагах. Судовой врач леор на-Ρин подготавливал ещё один для капитана. "Элем" была новейшей разработкой космической промышленности Αрменеи и управлялась силой мысли, дублирующейся био-интеллектом корабля. Здесь не нужны были ненадёжные механизмы, арменейцы нашли более совершенный способ перемещения в звёздном пространстве.
Сначала это были своеобразные шлемы для подключения напрямую к системам корабля. Но после вахты приходилось долго восстанавливать чувствительность в мышцах. И тогда знаменитый Тарней Ти-ан-Αрн создал астрофаги, в которых тело погружалось в специально сгущенный воздух и массировалось воздушными потоками на протяжении всей вахты.
- Леор капитан, астрофаг готов, - на-Рин нажал кнопку на пульте, и тёмная крышка плавно отъехала. Дарион сухо кивнул.
- Вы знаете, что делать в случае непредвиденной ситуации.
- Да, леор капитан. Но, надеюсь, что это не понадобится.
- Надейтесь, леор на-Рин.
Тёмная крышка астрофага вернулась на своё место, отрезая Дариона от контакта с внешним миром. Теперь он был единым целым со своим кораблем.
Через несколько авр по всем внутренним сенсорам прозвучал хриплый голос капитана:
- Внимание, экипаж корабля! Все по местам. Проверить работу всех систем. Мы входим в зону нестабильности. Уровень опаснoсти - пятый.