Глава 10 – Не хочу, не буду!

Нина

— Нина? Что-то ты сегодня рано, дочка, — мама открывает входную дверь нараспашку, а я пожимаю плечами, но тут же оказываюсь в её объятиях.

— У нас там какая-то авария произошла рядом с салоном: отключили до конца дня и свет, и воду. А у меня полная запись на сегодня была забита, представляешь? Так обидно.

— Ну ничего, где убыло, там и прибыло, Нинусь. Ты, главное, нос не вешай.

— Да что-то в последнее время у меня какая-то сплошная чёрная полоса, мам. Вон Танька замуж собралась. Камила сегодня сообщила, что забеременела и с будущего года уходит в декрет. А у меня одна беда со всех сторон.

— Да, да, помню — и сосед чудовище.

— Ага.

— Ладно, пошли, поедим борща с салом и чесночком и всё пройдёт.

— Мам, вот что ты за человек? Я тебе про свои беды поплакаться пришла, а ты мне про чеснок, — вздохнула я протяжно и горестно, но на кухню вслед за своей родительницей всё-таки потопала.

— Ребёночка бы тебе надобно, Нинусь, тогда все проблемы отойдут на задний план.

— Охотно верю, — фыркнула я, — потому что новые появятся. А я их с кем делить должна?

— Говорила тебе: присмотрись к своему соседу. Машина у него добротная, а это значит, что зарабатывает хорошо, и в салоне прибрано, да и за собой следит, чего уж там: ногти не погрызаны, обувь чистая, сам потом не воняет. Чистоплотный мужик на вес золота, дочка.

— Так! — форменно офигела я. — А это откуда такие познания?

— Ой, совсем забыла тебе рассказать, — зарделась мать и залихватски махнула ладонью в воздухе, — я когда прошлый раз от тебя уходила, так Михаила твоего…

— Не мой он! — но мать не обратила никакого внимания на эту ремарку и продолжила вещать.

— На выходе из подъезда встретила. Он мне сразу же предложил меня до дома довезти. И довёз, а я ему за это закруточек дала: патиссончики маринованные и огурчики ещё тоже.

— Интересно девки пляшут, — охнула я и шваркнулась задницей на табуретку, взирая на свою мать в полном недоумении.

— Он мне, кстати, отписался. Сказал, что всё очень вкусно было! Представляешь?

— Пока нет, — честно выдала я и скривилась.

Нет, ну вы посмотрите на эту неугомонную женщину! Она с моим врагом ещё и милые переписки ведёт.

И пока мать щебетала, и откровенно сватала мне Михаила, рассказывая о том, какой он расчудесный и замечательный, я всё больше и больше начинала закипать.

— Мама! — рявкнула я, когда Раиса Сергеевна начала повествование о том, что святой Михаил собственными руками построил дом, посадил дерево и теперь смиренно ждёт, какой бы дуре заделать сына.

— Ась? — вздрогнула мать, держа в одной руке тарелку, а в другой половник.

— Перестань говорить об этом мужчине, я очень тебя прошу.

— Но почему? Не люб он тебе, что ли, Нинка?

— Да при чём тут это, мам?

— Тогда в чём дело?

— С другой женщиной он живёт.

— Как с другой?

— Ну так. Дашей её зовут, регулярно ходит ко мне, то за содой, то за солью.

Мама тут же изменилась в лице. Даже как-то постарела в одночасье и осунулась. Глаза в пол опустила и печально вздохнула, кажется, даже всхлипывая.

— А это что же тогда получается, Нина? Этот мужик с одной живёт, а про тебя всю дорогу у меня расспрашивает?

— И ты ему, конечно же, сдала все явки и пароли, да? — охнула я, прижимая руку к колотящемуся в припадке сердцу.

— Ну да, — горестно призналась мама, — только про Стёпу не стала ничего рассказывать. Подумала, что нечего ему на берегу соревноваться с тем, кто уже давно лежит в земле сырой. А оно вон как оказывается…

— Увы.

— Эх, Миша, Миша…

— Только ты не пиши ему больше, я очень тебя прошу.

— Пф-ф-ф, много чести, — и на этой минорной ноте, мама все-таки налила мне полную тарелку борща, а затем выставила на стол нарезанное тоненькими ластиками сало, чеснок, хреновину и горчицу.

— Ой, — прижала я ладони к щекам, словно громом поражённая, — а я не могу есть, мама.

— Чего это?

— У меня сегодня тренировка! Должна была быть утром, но я её благополучно проспала. А теперь вот договорилась, что через полтора часа подъеду, — и кивнула в сторону прихожей, где оставила свою спортивную сумку.

— Ну и переварится у тебя всё за полтора часа, Нинк, ты не переживай.

— Во-первых, не переварится. А, во-вторых, тренировка индивидуальная. А я что? Приду человеку в лицо чесноком дышать?

— Ты с ним килограммы собралась сбрасывать или целоваться, дочь моя?

— Так, не передёргивай. Ешь сама свой борщ, а я вот, — и схватила с тарелки кусок хлеба, — корочку погрызу.

— Чаем хоть запей, дурында ты моя худеющая, — рассмеялась мама.

— Давай, — согласно кивнула я, — только без сахара.

Перекусив и перемыв всем знакомым кости, я всё-таки попрощалась с мамой и двинула в сторону дома. Точнее, в сторону спортивного зала, будь он тысячу раз неладен. Ведь так хотелось завалиться на любимый скрипучий диван и врубить забористый сериал, а не вот это вот всё.

Но делать было нечего. Где-то глубоко внутри меня вопила логика, что-то по типу «Нинка, ты совсем сдурела, мы сколько с тобой вообще за этот абонемент отвалили, а ты в кусты?».

Пришлось, скрепя сердцем и зубами, идти в «Record-Gym» и сдаваться на поруки собственному тренеру, надеясь, что именно он слепит из меня знойную и стройную куклу. Нет, конечно, я сама себе нравилась, но какой с того прок, когда каноны красоты в нашем мире кардинально отличаются от моих собственных?

Вот-вот!

И вот она я — приехала на первое своё занятие, поздоровалась с администратором, получила пару полотенец и ключ от шкафчика и отправилась переодеваться. Закончив с этим делом, полюбовалась на себя в огромном зеркале от пола до потолка и нащелкала пару фотографий, чтобы похвастаться этим небывалым прогрессом перед лучшей подругой Танькой.

Тут же прилетел ответ:

«Удачи, красотка! Дойти до зала — это уже половина дела. И да, форма тебе идёт!»

Отож!

Вдохнула полными лёгкими, набрала в бутылочку воды и пошла: грудь вперёд, хвост пистолетом. Да и тренер уже отписался, что ждёт меня в релакс-зале для личного знакомства и установления дружеской, непринуждённой атмосферы — ведь это главное между тренером и его подопечным.

Что ж…

Стартуем!

Администратор указала мне на нужный зал, и я вошла в него, недоумённо озираясь по сторонам. Он был пуст. Но уже через минуту дверь позади меня открылась, а я повернулась, стараясь не нервничать и улыбаться естественно и приветственно.

Но уже через секунду улыбка на моём лице погасла, а я сама шокировано сделала шаг назад.

— Какого …?

— Это шутка такая? — произношу эти три слова с огромным трудом, потому что сердце за рёбрами колошматит как придурочное. Истошно. Натужно. И я эмоциями захлёбываюсь в этот момент, но главный из них — это страх.

— Нет, — плотно притворяет за собой дверь святой Михаил и вновь поворачивается ко мне.

На секунду выпадаю в астрал, разглядывая его с ног до головы. Вырядился-то как! Майку натянул на себя, которая больше показывает, чем скрывает его прокачанные грудные мышцы и татуировки. На ногах тайсы и поверх них шорты. Модные кроссовки. Напульсники. Весь такой на спорте, на стиле, на расслабоне.

Прищуриваюсь и замечаю — бороду чуть укоротил и подравнял. У-у, руку даю на отсечение, он под этой волосятиной безвольный подбородок скрывает. К гадалке не ходи так и есть!

— Ты, что ли, следишь за мной?

Этот вопрос, очевидно, ставит моего невозможного соседа в тупик. Он чуть опускает голову и смотрит на меня исподлобья, так, будто бы решает, как именно сожрать меня: с термической обработкой или без.

— Отвечай же, — вырывается из меня уже на панике.

— Допустим, да. Периодически.

— Это сюр какой-то! — всплёскиваю я руками. — Ты что специально сюда из-за меня сунулся, да?

— Нет, не из-за тебя.

— Тогда что ты тут делаешь? — но ответить я ему не даю возможности и выпаливаю. — Только не говори, что это простое совпадение, я ни в жизнь в эту чушь не поверю.

— Хорошо, не буду.

Он спокоен и собран, а ещё смотрит на меня так пристально, что мне хочется рычать, топать ногами и может быть даже что-то разбить мимоходом, так меня бесит этот персонаж. Чёрт его раздери!

— Уходи! — приказываю я себе не истерить, а вместо этого расправляю плечи и решаюсь повелительно указать святому гамадрилу на дверь.

— Нет.

— Что значит нет? У меня сейчас тут тренировка индивидуальная начнётся, вообще-то.

— Я знаю, — шаг ближе, я от него. Сердце прыгает к горлу. Тело покрывается мурашками.

— Ну ты и гад, Миша, — поджимаю я губы и в защитном жесте складываю руки на груди, — а с виду приличный мужик. Это, к слову, о том, как бывает обманчива внешность.

— И вовсе нет, — чуть улыбается он криво, — это ты меня просто плохо знаешь.

— И слава богу! — выдаю, а сама опять отступаю, потому что этот бородач не перестаёт теснить меня.

— Грубиянка, — оскорбляет он меня и тихо смеётся.

Нет, ну вы посмотрите, весело ему!

— Ладно, если не уходишь ты, значит, я уйду! — задираю нос как можно выше и направляюсь в сторону выхода из зала. Во-первых, чтобы больше не видеть эту наглую морду, а, во-вторых, чтобы отчитать администратора клуба. Нет ну, где это видано, чтобы тренер, за которого я отвалила невиданные тыщи, вдруг решил опоздать аж на целых десять минут.

Безобразие!

— Стоять! — неожиданно сурово прилетело мне в спину, и я замерла, как истукан, боясь пошевелиться.

— Допустим, стою. Дальше-то что?

— А то! — святой Михаил догнал меня и вновь встал передо мной, а затем зачем-то протянул мне руку и заговорил, выдавая такую дикую дичь, что мне с каждой минутой хотелось, ни то плакать, ни то смеяться. — Начнём всё сначала, ладно? Итак. Здравствуй, Булочка. Я — твой личный тренер. И зовут меня не сволочь, не гад и даже не собака сутулая. Я, Михаил Валецкий. Для тебя просто Миша. Будем знакомы?

Рукопожатие я, естественно, проигнорировала.

Минуты текли мимо и насквозь меня. Я честно пыталась постичь сакральный смысл сказанного мне, но он категорически не хотел укладываться в мою черепную коробку. Нет, отдельные слова я понимала, но все вместе — увольте.

— Что… что ты сейчас сказал?

— Так, давай водички попьём, ок? Кажется, у тебя шок.

— Шок? Это не шок, просто Миша! Это грёбаный аффект!

— Как скажешь, — а сам меня к кулеру подталкивает, да так осторожно, словно бы я была душевнобольной или калечной.

— Интересно, если я убью тебя сейчас в этом состоянии, мне скостят срок?

— Скорее всего, но точно отправят в психушку, — и на лице этого бессовестного мужика вдруг расцвела такая довольная ухмылочка, что мне даже стало не по себе.

— Это того стоит, — киваю я и жадно накидываюсь на воду, смотря на человека, который только что спустил на ветер целое состояние, которое я откладывала на что-то нужное и стоящее несколько месяцев.

А теперь вот — ни деньги вернуть нельзя, ни этого просто Мишу замочить с особой жестокостью. Ну что за жизнь, а? Сплошные расстройства.

— Успокоилась?

— Угу, — кивнула я, — только в туалет захотелось. На нервной почве, видимо.

— Ладно, иди. Буду ждать тебя здесь.

И я припустила скорее, вот только не в уборную, а в раздевалку. Где быстро-быстро похватала из шкафчика свои вещи и бежать. Мимо администратора. Мимо турникета и охраны. Мимо той самой блондинки, что вновь с боем пыталась пробиться в клуб.

Дурная баба! И чего она там забыла — одни же чудовища водятся!

Покачала головой и домой, где окопалась на любимом скрипучем диване и принялась шмыгать носом, ругая себя почём зря.

— Ну кто же так абонементы годовые покупает, Нина? Ведь сначала с тренером встречаются, знакомятся, приходят к пониманию, что именно с ним всё получится и сработается. И уж потом… А я что? Меня же развели, как тупицу стоеросовую! И ради чего, спрашивается? Зачем???

Телефон ещё на журнальном столике истошно вопил от входящих звонков и сообщений от «лучшего тренера на свете».

Но окончательно я озверела спустя несколько часов, когда в мою дверь вновь позвонила тонкая и звонкая Дашенька. На этот раз, чтобы вернуть соль, сахар и соду, которые она у меня до этого занимала. Открывать не стала.

Видеть их всех желания более не было никакого.

Под вечер обиженно задрожала губа и за рёбрами устало, как-то даже стыло заныло. Но я предпочла всю эту хандру проигнорировать и лечь спать. А утром проснуться непозволительно рано, потому что телефон вновь завозился на столике от входящего сообщения.

«Карполь» — именно так я переименовала этого гада вчера в контактах.

«Где ты? Тренировка началась уже пять минут назад!»

Смотрю вяло на часы и понимаю, что да, так оно и есть. Но разве мне не плевать? Я вчера решительно настроилась феерично покончить с похудением. Так-то! Я и без него баба — хоть куда. А потому смело беру телефон в руки и мстительно жму на кнопки:

«Я, наверное, не приду сегодня на тренировку, просто Миша. Мне так похер».

«Ой…»

«Похер…»

«Ой, плохо! Т-9 шалит, прости».