Глава 15

Миссия: спрятать высохшую толстовку Климова в рюкзак, предварительно завернув в бумажный пакет, – прошла успешно.

Карина, как это обычно бывает любым утром, крепко спала. До первого её будильника было еще около пятнадцати минут, но уже минут десять я слышала тревожные звоночки.

Она как-то странно дышала. Словно периодически задыхалась.

Такое происходило впервые. Может, нужно ее разбудить? Вдруг что-то серьёзное? Или не будить? Может, она так реагирует на банальный кошмар?

Настороженно опустила ноги на пол и подалась чуть вперед, прислушиваясь к очередному приступу тяжелого дыхания, исходящего с соседней кровати.

Шумное дыхание стремительно замедлилось и вовсе исчезло.

Паника острыми иголками пробежала по позвонкам.

– Карина, – позвала я аккуратно.

Резкий вдох, будто она вынырнула из глубин, напугал меня и заставил сесть прямо.

Соседка же повернулась в мою сторону лицом и, не открывая глаз, потянулась к своему телефону, лежащему на тумбочке.

Провела какие-то манипуляции и вернула его на место.

Что-то здесь точно не так. Не могла Карина, которая любит спать больше, чем есть, просто так проснуться раньше будильника.

– Блин, – тяжело выдохнула она, пока я пыталась сделать вид, что занята чем-то интересным в телефоне.

Не пялиться же на человека, который только-только проснулся?!

– Только не это, – захныкала соседка и перевалилась на спину, шумно вдохнув воздух вместе с соплями.

– С тобой всё нормально? – спросила я так, будто это было формальностью, и не реальным беспокойством.

– Кажется, я простыла, – проговорила она в нос, и теперь всё стало ясным. – Добежала до такси и от такси до общаги, и вот тебе, – нервным взмахом руки указала на свое лицо, похоже, говоря таким образом о насморке. – Ты окно открывала, что ли?

– Нет. С чего ты взяла? – нахмурилась и рефлекторно посмотрела на окно, чтобы убедиться в том, что не открыла его машинально между делом. – Всё закрыто.

– Что-то холодно, – укуталась она в своё одеяло до самого подбородка. – Блин, нос вообще не дышит. И горло сушит.

– У тебя есть какие-нибудь лекарства? – спросила я обеспокоено и встала с кровати. – Типа, каплей в нос или противовирусных?

– Нет, – выдохнула она, словно засыпая. – У меня из аптеки есть только гигиеническая помада.

– У меня тоже, – нависла над Кариной, на что та распахнула глаза и посмотрела на меня уставшим взглядом красных глаз. – Температура есть?

– Не знаю, – снова прикрыла она глаза. – Знаю только то, что мне холодно и еще я хочу свернуться калачиком и проспать неделю.

– Можно? – спросила я, потянув руку в ее лбу.

– Конечно, – отозвалась соседка и даже потянулась к моей руке, пока я не коснулась ее лба. Горячего, как само солнце, лба.

– У тебя точно температура, – качнула я головой и вернулась к своей кровати, где взяла телефон. – Давай, я вызову скорую. Пусть тебя осмотрят.

– Нет! – вытянула она руку из-под одеяла, будто таким жестом могла остановить время. В темных глазах застыл неподдельный страх. – Я не хочу врача. Он будет ставить уколы.

– И что? Зато выздоровеешь

– Яся, пожалуйста, – на её глаза навернулись слёзы.

Серьёзно? Можно так сильно бояться уколов? Хотя, страх перед белыми халатами есть и у меня.

– И что ты предлагаешь делать? – опустила я руку и позволила телефону выскользнуть на подушку.

– Я просто посплю и всё пройдёт.

– Ну да. Ты сейчас спала, а я думала, что ты задыхаешься.

– Сейчас напишу девчонкам. Может, они чем-нибудь помогут.

– Угу, – кивнула я, уходя. Налила ей из чайника стакан теплой воды и поднесла. – Попей. Надо больше пить.

– Спасибо, Яся, – Карина с трудом села в постели. Дрожащей рукой обхватила стакан и мелкими глотками осушила его.

– Ещё?

– Если тебе не сложно.

– Перестань, – чертыхнулась я. Взяла из ее рук стакан и снова наполнила. Поднесла его соседке и вручила из рук в руки. В этот раз она пила не так быстро и не такими частыми глотками. – Я пока схожу до вахтерши. Может, у нее что-нибудь есть.

– Спасибо, Яся, – долетела мне в спину благодарность севшего голоса, когда я вышла из комнаты.

У вахтерши в аптечке нашелся только старый эластичный бинт, нашатырь и ртутный градусник, за малейшую трещину на котором он пообещала мне выселение.

– Давай, температуру померим и решим, что дальше делать, – протянула Карине градусник, который она сразу упрятала под подмышку и накрылась одеялом, всё ещё не переставая мерзнуть.

– Слабость такая.

– Сейчас я тебе горячий сладкий чай сделаю. Должно немного полегчать.

– Спасибо, Яся, – сама многострадальная благодарность, а не соседка по комнате.

Вскипятила чайник, налила ей сладкий чай, предварительно обнаружив лимон в наших закромах, и поставила на ее тумбочку горячий напиток.

– Давай градусник.

– Ой, я забыла, что я его ставила, – всполошилась Карина и зашевелила руками под одеялом, высунув для меня градусник.

– Ты так не шути. А то меня за этот градусник выселить могут, – усмехнулась я и веселость слетела в лица, когда на градуснике обнаружилось тридцать восемь и четыре. – Капец!

– Всё плохо? – спросила Карина апатично.

– Тебе нужно жаропонижающее.

– Я написала девчонкам. Они сейчас придут, и попросим их сходить в аптеку перед парами. Или после них, – отчиталась соседка, напомнив мне о том, что есть кому, кроме меня, о ней позаботиться. И подружкам своим она, наверняка, своё здоровье доверит гораздо охотнее, чем мне.

– Тогда хорошо, – кивнула я ободряюще и вернулась на свою постель, ожидая часа, когда можно будет пойти на пары.

Минуты тянулись. Тревога за соседку только нарастала, особенно учитывая тот факт, что к заложенному носу, которым она вообще не могла дышать, присоединился кашель, с которым из нее едва не вылетали легкие.

Стук в дверь принес благую весть – пришли подружки моей соседки.

– Привет, – вошли они обе и нерешительно стали топтаться на коврике у двери.

Коротко им кивнула.

– Привет, девчонки! – оживилась Карина, искренно им обрадовавшись. Даже нашла в себе силы для того, чтобы сесть в постели. – Вы как после вчерашнего? Нормально?

– Нормально, – отозвалась эхом та, которая блондинка. – А ты, я смотрю, не очень.

Боже! Сама проницательность и адмирал очевидность снизошла до нас. С трудом удержалась от закатывания глаз. Вместо этого уткнулась в телефон.

– Ну, да, – хохотнула Карина, будто бы виновато. – Температура, нос заложен, еще и кашель этот…

– Ммм, – протянула вторая подружка. – Ну, ты выздоравливай. А мы в универ. Пиши, если что.

Судя по шуршанию, они собрались уходить.

– Девчонки, подождите, – позвала их Карина. – Зайдите, пожалуйста в аптеку. Можно после пар. Купите что-нибудь от простуды. Просто сама я вряд ли смогу сегодня уйти дальше туалета на этаже.

– Да, мы с радостью, – сожаление в голосе блондинки было максимально фальшивым. – Но у нас полно планов на сегодняшний день. Так что прости. Может, тебе через часок станет лучше и ты сама сможешь сходить.

– Гулять, кстати, при простуде полезно. Мама всегда мне так говорит, – отозвалась вторая подружка.

Серьёзно?! Сопли по колено и температура под тридцать девять – отличный повод для прогулок?

Ошалев от тупости и проявления истинной «дружбы», оторвалась от экрана телефона и не увидела на их намалеванных лицах ни капли сострадания. Только что-то схожее с брезгливостью мелькнуло на лице блондинки.

– Да ничего, девчонки, – хохотнула Карина, словно через боль. – Я всё понимаю. Может, и правда к обеду станет легче и сама схожу.

Боже! Ты еще извинись за то, что имела наглость простыть, не сверившись с их графиками.

– Ну, тогда пока, – махнула рукой вторая подружка и натужно улыбнулась.

– Пока, девчонки, – прошелестела Карина уже закрывшейся двери. Снова легла и спряталась под одеялом, отвернувшись к стене.

Конечно, ей было обидно. Да, что там?! Даже мне было обидно за девчонку, которая ждала помощи от тех, кого наивно считала подругами. И могу поклясться, до сих пор таковыми их считает.

Молча качнула головой, не желая хоть как-то комментировать эту ситуацию. Подробности чужой дружбы меня не касаются.

Мне тоже пора в универ и возиться с больной соседкой – не входило в мои планы.

Накинула куртку, ботинки, прихватила рюкзак и тихо вышла из комнаты, почти бесшумно прикрыв за собой дверь.

Выйдя из общаги, сразу застегнула куртку до самого подбородка. Дождя хоть и не было, но лужи и холодный ветер всё ещё остались.

Опустила голову и широкими шагами пошла в сторону универа, надеясь, что мою голову не сдует с плеч при очередном порыве.

Повернула на центральную улицу. Взгляд сам собой зацепился за зеленый крест над входом в аптеку.

Ай, пофиг!

Не в моих правилах навязываться кому бы то ни было со своей заботой и желанием помочь. Но и бросать Карину только потому, что мы не считаем друг друга подругами, мне не хотелось. Вряд ли я смогла бы сегодня спокойно сидеть на парах, зная, что в своей кровати задыхается наивная девчонка, верящая в святость дружбы.

Взяв в аптеке все необходимое по совету фармацевта, вернулась в общагу. Тихо открыла дверь, но Карина всё равно проснулась, резко подняв голову на звук.

– Ты чего? – нахмурилась она, выглядывая из-под одеяла. – Что-то забыла?

Она не злилась. Совсем. Это была все та же доброжелательная Карина, просто в разы спокойнее и менее эмоциональнее обычного.

Я бы на ее месте огрызалась и старалась бы уколоть побольнее всех тех, кто свалил из комнаты, кинув меня.

– Забыла, – кивнула я. Сняла куртку, ботинки, закатала рукава своей толстовки и достала из рюкзака целлофановый пакетик со всеми лекарствами. – Полечить тебя забыла. Садись, сейчас будет невкусно, но полезно.

– Ты… ты сходила ради меня в аптеку? – карие глаза шокировано распахнулись.

– Угу, – протянула я, не видя в своих действиях ничего необычного. – Надеюсь, у тебя нет аллергии ни на какие компоненты лекарств?

– Нет. Никогда не было, – продолжала Карина хлопать ресницами и смотреть на меня, как на новое чудо света. – А пары? Ты же опоздаешь!

– Пойду ко второй, – повела я плечом. – Или к третьей, если ты не поторопишься. Садись, говорю.

Будто не веря своим глазам, Карина села в постели, поочередно глядя то на меня, то на лекарства, которые я раскладывала по ее тумбочке.

– Спасибо, Яся, – хлюпнула она неожиданно, заставив присмотреться к ее лицу.

– Ты плачешь, что ли? – нахмурилась я, настороженно за ней следя.

– Нет! – часто-часто заморгала соседка и смахнула с щеки слезу. – Это из-за простуды… глаза слезятся.

Согласно кивнула, так как у самой порой такое бывало при простуде: когда по всем ощущениям кажется, что глаза сохнут, а они, на самом деле, слезятся.

– Вот, – открыла я коробку с противовирусным. – Фармацевт сказала, что этих таблеток нужно сразу выпить шесть штук, а потом по инструкции. Поняла?

– Угу, – закивала Карина часто, но, судя по глазам, ничего она не поняла. – Так. я сейчас налью тебе стакан воды и поставлю полный чайник, чтобы пока буду на парах, тебе было что пить. А ты пока отсчитай шесть таблеток. Жаропонижающее, вот… – вручила ей упаковку. – … тоже прими. И спрей в нос прямо сейчас напшикай. Поняла?

– Угу, – растерянный взгляд метался по тумбочке от лекарства к лекарству. – Спасибо, Яся. Большое тебе спасибо! Правда.

– Хватит, – отмахнулась я. – Больше пей и больше спи. Вечером вернусь, сварю тебе какой-нибудь бульон.

– Спасибо, Яся, – снова оказалось брошено мне в спину, пока я надевала ботинки. – Сколько я тебе должна за всё это?

– Отстань. Потом об этом подумаешь. Лечись давай. Приду – проверю.