Глава 31
Маршрутка, электричка, автобус – эта цепочка оказалась для меня короче и легче, не смотря на то, что пришлось провести ночь на вокзале, так как ближайшая электричка до нужного мне автобуса выезжает только в шесть утра.
Ночь на твердом стуле с постоянной симуляцией перед охранником того, что вот-вот должен подъехать мой поезд или электричка. Затем больше восьми часов на продавленных сиденьях электрички и автобуса. Снова маршрутка и я, наконец, почти в четыре часа дня оказалась у общаги. Предварительно купила кофе, потому что ушла-то я за ним, и телефон с сим-кой. Сбережений, к счастью, хватило на эту большую совершенно незапланированную покупку.
На проходной внутри общаги никого не оказалось. Зря только пропуск подготовила.
В коридорах и на лестнице тоже было тихо. Основная масса народа сейчас находилась на парах, либо ехали на место подработки.
Чёрт! Теперь придется искать новое место работы. За прогул мне, скорее всего, дадут под зад и не станут слушать каких-либо объяснений. Да и я сама вряд ли смогу объяснить всю ситуацию так, чтобы меня не начали препарировать, выясняя все подробности.
Легко устроилась и так же легко вылечу.
В нашей с Кариной комнате никого не оказалось. Только на обеденном столе была упаковка с овсяным печеньем и кружка с недопитым соседкой чаем. Всё как обычно.
Скинула ботинки. Кофе оставила на столе, телефон вместе с сим-картой положила в тумбочку.
Желание лечь и просто вырубиться увеличилось в разы, стоило мне посмотреть на свою кровать.
Я уже забыла, когда последний раз спала расслабленно, не боясь того, что кто-то меня потревожит. Все мечты выспаться в электричке или автобусе пошли прахом, когда рядом оказались шумные, галдящие попутчики. Общаться с ними мне не пришлось, но и отдохнуть тоже не удалось. Да и вряд ли можно назвать сном или отдыхом беспрерывное восьмичасовое сидение в трясущемся общественном транспорте.
Проспать бы с этого момента и до завтрашнего будильника, который разбудит меня в универ.
Но сначала душ. Я провоняла грязными событиями прошлых дней и всю эту мерзость хотелось сцарапать с кожи металлической щеткой как можно скорее.
Рефлекторно потянулась к глазам и поняла, что линзы я давно потеряла, уже даже не помня, где именно.
Ладно. Плевать. Всё равно я просплю большую часть суток, а Карина и так в курсе моей особенности. Линзы можно будет купить завтра перед парами.
Кажется, у меня появилось новое любимое время для принятия душа. Правда, вряд ли я смогу мыться днем, пока все на парах, так как и сама тоже в этот момент буду на парах. Зато мне теперь известно, что в четыре часа дня душ абсолютно свободен и даже чист (насколько это возможно).
Вернулась в комнату, взлохматила влажные волосы полотенцем, которое затем оставила на спинке кровати, которая была ближе к батарее.
Завязала шнурок на пижамных штанах. Хотела было проверить телефон на наличие звонков и смс, но вспомнила, что новый телефон ещё даже не покидал коробку. Решила оставить его распаковку на завтра. Мне казалось, что глаза уже начали моргать по очереди, а в событиях последних тридцати минут явно были пробелы.
Срочно спать.
Откинула одеяло и застыла, услышав громкие голоса из коридора. Говорила, в основном, Карина.
Поспала, блин.
– … перекусим и пойдём еще смотреть по камерам, может… – дверь открылась и речь моей соседки сразу оборвалась. Но рот её так и остался открытым. – Яся, – выдохнула она едва слышно.
– Обалдеть! – оживился за её спиной Женя и поправил очки на переносице.
Оба смотрели на меня так, будто призрака увидели.
– Что? – не выдержала их вида статуй с раскрытыми ртами.
– Ты!… – первой очнулась Карина. Нижняя губа ее задрожала, глаза наполнились неожиданными для меня слезами. Девушка сорвалась с места и буквально врезалась в меня, обвив руками шею так сильно, что могла сломать мне ее. – Мы тут чуть с ума не сошли! – всхлипывала она, цепляясь за меня, словно за спасательный круг. – Я на полицейского накричала и чуть не подралась с ним ради тебя!
Карина так сильно крепко сжимала меня в объятиях, что шанса дышать нормально у меня попросту не осталось.
Не зная точно, можно ли и стоит ли, приобняла её и вопросительно посмотрела на Женю. Парень в ответ лишь сместил очки на макушку, сжал кончиками пальцев переносицу и тоже бросился мне на шею, обняв сразу и меня, и Карину.
Карина громко неприкрыто плакала, продолжая то ли отчитывать меня, то ли умолять о чем-то. Женя в это же время странно сопел, но молчал.
Не понимая, что, вообще, здесь происходит и что такого могло случится за чуть больше двух дней моего отсутствия, обнимала их двоих в состоянии полной растерянности.
Видимо, мозг мой уснул, едва я откинула одеяло, чтобы завалиться в постель.
– Что случилось-то? – спросила я, наконец.
Двое висящих на мне застыли. Рыдание и сопение резко оборвалось.
– Что случилось?! – как-то уж слишком агрессивно спросила Карина, отстранившись от меня. – Это мы хотим спросить, что случилось?! Ты куда пропала? Где ты была? Больше двух дней, Яся!
– Ты за кофе в Бразилию, что ли, ходила? – поддержал её Женя.
– У меня чуть крыша не поехала! Я не сплю уже двое суток, мониторю соцсети на тот случай, если ты появишься хоть где-то! – почти кричала на меня Карина, утирая неожиданно бледные щеки от потоков слёз. – Дверь постоянно держу открытой… Никита, вообще, весь универ на уши поставил. С отцом своим связался, весь город объездил… Кстати, – повернулась она к Жене. – Напиши ему и Данику, что Яся нашлась и сейчас в общаге под нашим присмотром, – скомандовала она коротко и Женя тут же достал телефон из кармана и начал торопливо печатать.
– Вы меня… – сглотнула болезненный ком, застрявший в горле. – …искали?
– А как ты хотела?! – глаза Карины стали еще шире. – Мы волновались за тебя! Ты – наш друг, наша подруга, наша… Яся. Как мы можем не искать тебя если ты пропала, не предупредив. Ты, блин, за кофе вышла и исчезла больше чем на два дня! Что нам нужно было делать? Сделать вид, что ничего не произошло и жить дальше, пока нашу подругу, возможно, в каком-нибудь подвале на запчасти разбирают?!
Меня отчитывали, на меня кричали, возможно, даже хотели ударить, но от всего этого стало так хорошо и тепло внутри, что хотелось обнять этих двоих психованных и поплакать вместе с ними, но…
– Я в туалет. Ненадолго, – оповестила я их севшим голосом, выходя из комнаты.
– Я с тобой! – потопала Карина следом. – Чтобы ты опять никуда не свинтила.
– Карина, – с трудом натянула улыбку. – Я никуда не денусь.
– Смотри мне, – сузила она глаза. – Я буду стоять здесь и смотреть за тем, чтобы ты зашла в туалет и вышла из него через две минуты.
– Хорошо, – выдавила я, улыбаясь.
Дамба с трудом сдерживала поток слёз. Влетев в кабинку туалета, зажала рот двумя ладонями и просто позволила себе разрыдаться, сев на крышку унитаза.
Они меня искали. Меня!
Волновались.
«Ты – наш друг, наша подруга, наша… Яся.»
Горячие слезы жгли щёки. Каждое слово, сказанное Кариной врезалось в память и теперь останется там навсегда.
Так вот, каково это – когда у тебя есть друзья…
Никогда раньше я не знала и не представляла, что можно рыдать от чувства абсолютного счастья. От чувства обретения смысла. От чувства обретения… друзей.
Две минуты. Карина дала мне две минуты, иначе придет с проверкой и увидит, что я как дура реву на толчке.
С трудом собрала себя в кучку, вышла из кабинки и умыла лицо холодной водой, чтобы придать себе хоть какую-то свежесть.
Вышла из туалета и обнаружила в другом конце коридора Карину, выглядывающую из комнаты.
– Прошло больше двух минут, – ворчала она на меня, когда я вошла в комнату.
Её красные глаза и опухший нос, должно быть, являлись отражением моих глаз и носа. Но ни Женя, ни она мне ничего не сказали.
– Иди сюда, – буркнула Карина недовольно и снова обвила мою шею руками. – Я буду привязывать тебя к кровати, чтобы ты больше никогда и никуда не пропала.
– Как скажешь, – усмехнулась я, обнимая её в ответ.
– Голодная? – спросил Женя, нарезая бутерброды.
– Что ты её спрашиваешь? – фыркнула Карина, выпустив меня из объятий. – Конечно она голодная. И я голодная. Режь на всех. Сейчас Даник с Никитой ещё приедут.
– Я пока чайник наполню, – отозвалась я торопливо.
Просто мне нужно было еще немного побыть наедине с собой. Уложить все в голове и прийти к полному осознанию того факта, что меня потеряли, меня искали.
А ещё хотелось избежать словесного потока от парней, которым, наверняка, тоже есть что мне сказать. И, возможно, в этот раз я уже не успею спрятаться в кабинке туалета, чтобы там поплакать. Потому что дамба уже сломалась и слёзы уже ни что не могло бы удержать.
Взяла почти пустой чайник и вышла с ним из комнаты, в которой Карина и Женя активно «соображали» на стол.
В умывальне наполнила чайник и оставила его на подоконнике, чтобы дать себе немного времени отдышаться, глядя в окно.
Вдох-выдох.
Глубокий вдох и плавный выдох.
Всё хорошо. Ведь так?
Поправила всё ещё влажные после душа волосы, закинув их за плечи. За спиной по коридору послышались резкие торопливые шаги.
Повернула голову на вход в умывальню и забыла, как дышать, когда в дверном проеме появился Никита. Взлохмаченный, с темными кругами под глазами и до ужаса злой.
Остановившись лишь на секунду, он пошёл прямо на меня. Взгляд голубых глаз отдавал трескучим льдом. Стало страшно.
Но всё закончилось в тот момент, когда он подошёл вплотную ко мне, положил ладонь на мой затылок и заставил уткнуться лбом в его широкую грудь, где сердце стучало так громко и часто, что его биение можно было услышать даже на расстоянии.
Вцепилась в его куртку. Ощутила тепло и протяжный выдох в волосах, когда Никита обнял меня обеими руками. Уткнулся носом и губами в макушку и прижал меня к себе так крепко, что едва не сломал кости.
– Никогда больше так не делай, – шепнул он почти отчаянно.
– Я никогда так больше не сделаю, – отозвалась я тихо.