Глава 31

ЕВА

— Хреновый был план, — прошептала Подвигалкина, оглядываясь по сторонам. Да уж, посмотреть то было на что. Вокруг нас сомкнулось кольцо из десятка бритых, похожих на однояйцевых близнецов, амбалов вооруженных до зубов. Но меня они сейчас интересовали постольку — поскольку. Мой взгляд был прикован к маленькой фигурке, стоящей между наряженной в алый костюим Альбиной и огромным мужиком, самого зверского вида. Ванька. Он смотрел на меня потухшими, полными слез, глазенками. Мой мальчик был страшно напуган, и я ничем не могла ему помочь.

— Ев, слушай. Я обещала, что сдохну но тебе не скажу один секрет. Теперь, чувствую, можно. Ибо мы видимо обе тут поляжем. А унсить с собой в могилу такую бомбу, верх идиотизма. Не смогу найти упокоения. И буду веки вечные бродить по земле, пугая несчестных людишек, — выдала Галка. Дура, ей жить осталось пару минут, а она шутит. — В общем, Вольский — отец Ваньки. Он донор тринадцать — тринадцать. И он с ума по тебе сходит. И Ваньку любит. Так что, хочу чтобы ты это знала. Фух. Вот. Эй, я понимаю, что ты в шоке, но могла бы и отреагирвать хоть как то.

— Я знаю, — спокойно ответила я. — Только вот ты ошибаешься. Вольского след давно простыл. Ему Ванюшка нужен был только чтобы деньги отца к рукам прибрать.

— Ну ты и дура, — простонала Галюня и полезла в карман. — Он же с ума по тебе сходит. Только ты этого до сих пор не видишь, слепая обезьяна.

— Ну, что вы там, наговорились? — насмешливый голос Альбины разбил звенящую в воздухе тишину. Дуболомы, похожие на деревянных солдат Урфина Джюса, встрепенулись, ощетинившись стволами вавтоматов. — Показывайте, что вы там привезли. Знаете, я думала что в своей жизни дураков повидала дай боже, но вы просто разрушили все мои шаблоны. Сделали за меня грязную работенку грохнули моего дорогого пасынка. Неужели вы и вправду думали, что я выпущу вас живыми отсюда?

— Да, мы так и думали, — выкрикнула я. — Я пришла за сыном. Тебе ведь не известно, что такое материнский инстинкт. И я уйду отсюда, забрав своего ребенка. Отпусти Ванюшку. Я тебе обещаю, что мы не будем претендовать на наследство.

— Боже. Ева, заткнись, — простонала Подвигалкина. — Теперь нам точно кранты.

— Права твоя подружка, — хихикнула Альбина, медленно подходя ко мне. Она явно ничего не опасалась, надеясь на своих нукеров. Только вот не учла одного фактора — мы отбитые по жизни идиотки, которым терять нечего, кроме разве что собственных идиотских жизней. Я диким взглядом посмотрела на сына и мне показалось, что за спиной Ваньки и Амбала, в кустах, промелькнула чья — то цветастая тень. Ухмыльнулась, и сделала легкий выпад. Альбина удивленно уставилась на меня, плучив чувстыительный тычок. И начала заваливаться на Галку. Бойцы вздернули автоматы.

— Эй, а ну пушки вниз, — хихикнула Галка, одной рукой хватая за горло похожую на кровяной сгусток, противенную бабу, другую руку вздымая вверх. Словно приснопамятная статуя свободы. Я уставилась на зажатую в ее пальцах гранату и захрипела. Ничего себе поворотец. Моя подруга полна неожиданностей.

— Твою мать, Подвигалкина, — прорычала я, — если выживем, я тебя четвертую. Ты где лимонку надыбала?

— Основное тут «Если выживем» — хохотнула Галюня. Так, что, теперь на равных будем общаться? Отпускайте ребенка, если хотите получить обратно красотку. Я дура, у меня даже есть справка.

Альбина побелела, обвисла в Подвигалкинском захвате, судорожно вдыхая воздух, словно астматик. Я поняла, что Галка едва ее держит. Действовать нужно было срочно.

— Бросайте оружие, падлы, — нервно взвыла я. Бойцы занервничалти, явно не зная, то делать.6dfffc

— Быстро, — взвизгнула Альбина. Ее приказу они подчинились. Нехотя, по очереди один за другим начали бросать на траву свои автоматы.

Я подхватила один из короткоствольных узи и, как заправский Рембо начала озираться по сторонам, и наконец направила ствол на держащего моего сына мужика. Он криво усмехнулся.

— Пусти мальчика и поговорим, — прорычала я. — Ребенок в обмен на твою сестрицу.

— А нахрена она мне? — дернул плечом амбал. — У меня есть целый наследник империи. Эта истеричка будет только мешать. Пацан наследник империи, я наследник Альки.

— Сука, — взвыла наша с Галкой пленница, и дернулась вперед. Подвигалкина с трудом ее удержала. — Тварь, гаденыш.

Я смотрела на беснующуюся фурию, и понимала — мы проигрываем, по всем фронтам. Ванюшка тоненько плакал.

— Взять их. — приказал Альбинин брат. Сестрицу в расход.

Ванюшка вдруг дернулся, и вцепился зубами в огромную лапу Альбининого брата. От неожиданности тот разжал пальцы и мальчик получил свободу.

— Беги, — истерично заорала я. Ребенок зайцем метнулся, вот только нее в спасительную поросль зелени. Он побежал ко мне. Я расширившимися от ужаса глазами наблюдала, как огромный мужик достает из подмышечной кобуры пистолет и целится в моего сына.

— Да твою ж мать, — проорала Галюня и выдернув из гранаты чеку с силой метнула ее в стоящую чуть поотдаль дорогую машину. Грохнул взрыв, я едва удержалась на ногах. Бойцы в смятеннии заметались по площадке. Крики слились в адскую какофонию.

Ванька бежал, не чуя под собой ног, а я молилась всем богам. Орала Галка. И боги меня наверное услышали. Он появился стремительно. Словно огромный сильный болид. Вольский — собственной персоной. Врезался телом в вооруженного убийцу. Альбина заверещала, вырвалась из рук Гали и бросилась к борющимся на земле мужчинам. Из кустов появились люди в защитного цвета форме и с лицами закрытыми масками. Бойцы Альбининого брата бросились врассыпную. Я прижимала к себе сына, почти не видя творящегося вокруг, из — за застилающих глаза, слез.

— Мамочка, мама, — шептал мой мальчик. Мы стояли с ним посреди сумасшествия.- Я знал, что вы с Галкой меня спасете. Ждал каждую минуточку.

— Откуда маски — шоу? — проорала Подвигалкина, вертясь на месте, как боец кунг — фу. Евка, ну и влипли мы, мать твою. У нас труп в багажнике. Пойдем паровозом, блин.

— Вань, Руслан нам помог, — прошептала я сыну в теплую макушку, глядя на Вольского, бегущего в нашу сторону. Альбину скрутили два бойца, и потащили в невесть откуда взявшийся тентованный грузовик. Ее брат шел спокойно, на его лице играла улыбка. Он вдруг одним ударом сбил сопровождающего ее бойца. И с такой же дикой улыбкой резко развернулся в нашу сторону. Мне показалось, что время просто замерло на месте. В руке убийцы сверкнул пистолет. Выстрел.

Вольский услышал выстрел раньше. Посмотрел на меня, на Ваньку и одними губами прошептав "прости", обрушился на нас всем телом, сбивая с ног.

Я перестала видеть, слышать, думать. Смотрела в тускнеющие глаза мужчины, которому так и не успела сказать о том, что он для меня значит. Чувствовала жар его крови. Ванюшка уже даже не рыдал, просто тихо поскуливал.

Чьи — то руки помогли нам подняться, накинули на плечи одеяла. Я увидела Галку, которую вместе с бандитами поставили к стенке с заведенными за голову руками. И мужчину, стоящего на коленях возле поверженного Руслана- его отца. Он плакал. Ванюшка, словно повинуясь какому — то внутреннему приказу, вырвал свою ручонку из моих пальцев и медленно подошел к деду.

Старший Вольский порывисто прижал к себе внука. У него не было никаких сомнений, словно в зеркало смотрелся. И как же я сразу не заметила этого явного сходства? Даже анализ ДНК делать не нужно.

— С ним все будет хорошо, дочка, — твердо сказал Олег Евгеньевич, подходя ко мне. — Я тебе обещаю. Ева, ты прости нас, дураков. Все из — за того, что мы как ослы бодались.

Я больше не могла сдерживаться. Рыдания вырывались дикими криками из груди. Он жив. Жив. Свалилась на колени перед моим ненаглядным мерзавцем и судорожно зашептала.

— Дурак, только попробуй снова меня бросить. Я тебя…

— Что ты меня, Чита? — бескровными губами улыбнулся Вольский, с трудом приоткрывая мутные глаза, когда моя слеза упала на его щеку. — Убьешь?

— Люблю, — выдохнула я.

— Давно бы так. А то все идиотничала. Я хотел тебе сказать, — прохрипел Руслан. — Ванька…

— Я знаю. все знаю, — прервала я его. — Ты не говори. Не нужно.

— Ты моя девочка, — ухмыльнулся Вольский, своей фирменной улыбочкой. Но тут же поморщился от боли. — И знаешь. Я скоро выздоровлю, и сделаю тебя счастливой. Веришь?

— Конечно верю, — прошептала я.

Ванька вложил в мою руку свою ладошку, и посмотрел на скорую, которой уехал его спаситель.

— Ма, я все знаю. — по взрослому сказал сын. — Ты влюбилась в Руслана, а он в тебя. Я буду рад если он станет с нами жить. Он мне нравится.

— Ты не все знаешь, Ванька, — улыбнулась я, потрепав по вихрастой макушке моего маленького мальчика.