Глава 38

Тропа тоже была выполнена в виде настила.

– Почему так? – удивилась Лена.

– Такие тропы проложены, чтобы не беспокоить корни деревьев, – ответил Элурэн. – Там, где почва каменистая, настил сменится обычной тропой. А на полянах устроены пункты кормления животных. Опасных хищников в этой зоне нет, так что сход с тропы безопасен, но в зоне заповедника все маршруты закрыты энергетическим полем.

Девушка покивала и с интересом стала осматривать подступающий к настилу лес. Деревья отличались от земных – листья были широкими, а ветки почему-то плоскими. Кора, гладкая и зеленоватая, походила на кору молодых яблонь, но листья – огромные, размером с тарелку – больше напоминали осиновые. Кое-где встречались и хвойные деревья, но тоже непривычного вида. Травы и кустов не было совсем – слишком плотный слой опада покрывал землю, зато через полчаса настил вывел путников на поляну, заросшую разнотравьем не хуже луга.

Здесь и располагался пункт прикорма зверей. Для мелких грызунов и птиц на столбиках настила красовались многоярусные кормушки. Шустрые пичуги подлетали к «столовой», прицеливались и выбирали себе незнакомые Лене зерна, и, трепеща крыльями, удирали. Зверьки, похожие на мелких шустрых белок с колючим хвостиком, выбирали семена покрупнее и уделяли внимание фруктам. Эрнарэн вынул из своего рюкзака пакетик с разноцветными гранулами и высыпал в кормушку, потом пригласил Лену подойти ближе:

– Взгляните, энна, сейчас прибегут шурхи.

– Шурхи?

– Очень забавные звери, – заверил лейтенант. Он по-прежнему был в своей форме космической полиции и выглядел строгим и подтянутым.

Элурэн приобнял Лену за талию и подтвердил:

– Да, за ними интересно наблюдать! Они очень любят эти гранулы и всегда прибегают на запах. Правда, служители заповедника не разрешают перекармливать зверьков, так что лакомство достается им нечасто.

Пока капитан говорил, в опаде мелькнуло что-то коричневое, и на столбик забралось очаровательное существо – пушистое, толстопопое, с милыми круглыми ушками, глазами-бусинками и коротким пушистым хвостом. Каждую гранулу зверек брал в передние лапки и, усевшись, как на стульчик, аккуратно отгрызал кусочки.

– Они и правда милашки! – согласилась Лена и попробовала сделать фотографию зверька на свой комм. Элурэн помог ей нажать нужные сенсоры, и, пока они крутились вокруг кормушки, выбирая достойный ракурс, на полянку вышли тонконогие зверьки, похожие на оленей. Их большие мягкие уши нервно трепетали, черные носы шевелились, осторожно принюхиваясь к людям, а копытца нервно топали, готовясь в любой момент унестись в лес.

Мужчины шепотом сказали, что им очень повезло. Тирны пугливы и не часто выходят к людям в благополучное и сытное время.

– Их появление многие пары считают хорошей приметой, – ровным тоном сказал Эрнарэн.

– Думаю, мы тоже так считаем, – лучезарно улыбнулся Элурэн, доставая из своего рюкзака подсоленное сено в брикете.

Тирнов получилось покормить с рук, и Лена получила массу впечатлений, осторожно подсовывая корм и поглаживая шелковистые лбы. Наконец сено закончилось, она аккуратно отряхнула руки и повернулась к мужчинам. Каждый стоял со своей стороны настила, прислонясь к перилам, и смотрел на нее с мечтательным выражением лица. Оба высокие брюнеты с яркими синими глазами, лейтенант даже чуть выше капитана, и похожи, как братья. Девушка невольно залюбовалась ими, не понимая, что в этой картинке царапает сознание.

В ответ на ее улыбку мужчины синхронно улыбнулись и двинулись к ней. В последний момент лейтенант чуть замешкался, пропуская вперед старшего по званию. Эл снова приобнял Лену и предложил двигаться дальше.

– Там есть небольшие открытые участки, на которых цветут редкие растения, – объяснял он, выводя ее на ту самую каменистую часть тропы, отмеченную светящейся краской. – Некоторые очень хороши, но нужно быть осторожными, цветение привлекает насекомых!

Тропа шла вверх, и Лена внезапно быстро устала. Впрочем, это было понятно – она много времени провела в закрытой атмосфере Фобоса, а потом было несколько серьезных гормональных встрясок, которые непросто пережить даже с поддержкой адаптора. Да и в спортзале она уделяла больше внимания подтянутости тела, а не ходьбе или бегу.

В какой-то момент девушка остановилась и уперлась локтями в бедра, принимая «стойку десантника» – так эту позу называл ее дядя, служивший когда-то именно в десанте.

– Энна, вам плохо? – лейтенант тотчас очутился рядом, выхватывая из рюкзака аптечку.

– Все в порядке, – покачала головой Лена, – просто я отвыкла от прогулок на свежем воздухе.

Однако Эрнарэн не унимался – нацепил ей на руку какой-то браслет, а когда тот пискнул, возмущенно заявил Элурэну:

– У энны повышены показатели давления, пульса, снижена наполняемость крови кислородом, плюс повышен уровень молочной кислоты! Вы плохо заботитесь о своей жене, капитан! – с этими словами он полез в аптечку, что-то там выискивая.

– А вы мешаете моей эгги отдохнуть! – строго сказал Эл, оттесняя космополицейского. – И запомните, старший лейтенант, моя супруга не принимает никаких лекарств, кроме тех, которые назначены бортовым медиком!

Эрнарэн отступил, проводив капитана недовольным взглядом, и девушка отчего-то поежилась. Этот космополицейский не внушал ей доверия, хотя всячески старался услужить. Снова какая-то мысль мелькнула у нее в голове и пропала, потому что ее отвлек Эл:

– Хочешь воды?

– Сейчас лучше не надо, – уже уверенней улыбнулась девушка, – отдышусь и немного глотну.

– Ты очень грамотно себя ведешь, – одобрил Элурэн.

– Я раньше любила долгие прогулки и часто ездила на пленэры летом, – припомнила Лена, – вот и привыкла экономить силы и воду. Жаль, давно не гуляла.

– Ничего, мы сейчас объявили отпуск, заказы брать не будем, так что ты сможешь понемногу гулять каждый день – в парке или в сквере.

– Это будет здорово! – улыбнулась девушка, выпрямляясь.

Она приняла флягу из рук мужа, сделала пару скупых глотков воды, прислушалась к ощущениям и кивнула:

– Можем идти дальше! Ты обещал мне красивые цветы!

Цветы нашлись выше по склону. Неяркие, но действительно душистые. Лена шла не спеша, наслаждаясь свежим воздухом, видом и ароматом растений. Вокруг летало немало насекомых, но все они стремились к цветам, не замечая людей.

Пока Лена наслаждалась пейзажами, Элурэн делал вид, что фотографирует жену, а сам, сделав несколько снимков, отправил их Талану и Лираму. Ответы пришли быстро, капитан на секунду сжал губы, потом улыбнулся и попросил Лену встать к другому склону, чтобы сделать еще несколько фото.

– Отправишь всем? – спросила она, заметив, что он долго возится с коммом.

– Конечно! Парни скучают по тебе, им будет приятно! – ответил Эл, действительно рассылая братьям фотографии жены.

Внимательный взгляд полицейского капитан встретил безмятежной улыбкой:

– Пойдем дальше, эгги, здесь слишком жарко. Лирам нас уже ждет!

Лена улыбнулась и довольно бодро спустилась с возвышенности, а после с довольным вздохом ступила на настил – все же по гладкому дереву ходить было приятнее.

Третий кусок тропы вывел их на желанную полянку-кафе. Здесь тоже стоял ажурный щит, а на нем прилавок с готовой продукцией, столики, плетеные кресла с яркими подушками и даже качели и диванчики. Лирам сидел в густой тени окружающих поляну деревьев и что-то читал в своем комме. Увидев Лену, просиял, встал, шагнул вперед, собираясь, должно быть, церемонно поприветствовать девушку, но она внезапно ощутила прилив эмоций, поэтому торопливо сбежала с настила и бросилась альфинеанину в объятия:

– Лирам! Как я рада тебя видеть!

Опешивший блондин подхватил девушку, уткнулся лицом в ее волосы и растаял, как масло на солнце, под одобрительным взглядом капитана.

– Энн Элурэн, это безответственно! – прошипел лейтенант. – Вы позволяете посторонним мужчинам обнимать вашу жену.

– Лирам мой брат – и один из нашего брачного круга. Я доверяю ему как себе, – сухо сказал капитан. – Лейтенант, мы собираемся перекусить, прошу вас занять соседний столик. Вы будете нас стеснять.

На прямую просьбу космополицейский не мог ответить отказом, но выбрал кресло в максимальной близости от Лены.

Узнав, чем эгги желает подкрепиться, Элурэн ушел к прилавку и провел там довольно много времени, то и дело возвращаясь к столику с новостями:

– Мэгги порекомендовала свежие овощи для клетчатки, нежирное мясо для белка и булочки ми-ши с артоновым маслом. Из всего этого есть ми-ши с маслом, зеленью и копченым беконом. Еще есть стейк, мясные шарики, мясо, запеченное на шпажках…

Лена и Лирам, шутливо препираясь, выбирали блюдо, капитан уходил, делал заказ, лез в комм и снова возвращался:

– Мэгги сказала, что мороженое тебе можно, тут восемь сортов, какое ты предпочитаешь? – после чего перечислял девушке варианты абсолютно ей незнакомых вкусов. Приходилось долго выяснять и обсуждать, что и как, потом снова идти к стойке.

Наконец стол был накрыт – мясо, овощи, ми-ши, напиток, десерт и даже пакетик с орешками. Проголодавшись, девушка набросилась на еду, впрочем, мужчины от нее не отставали, а вот лейтенант мрачно грыз плитку сухого рациона и запивал водой из походной фляги.

Лена наелась до изумления и лениво потянулась, мечтая подремать. Элурэн, тут же угадав ее желание, пересадил жену на диванчик, помог ей снять тяжелые ботинки, уложил белые стопы с неярко накрашенными ноготками себе на колени и принялся поглаживать. Лирам тотчас пересел к ним. Лейтенант вынужденно остался за столом, поскольку путники оставили свои сумки на креслах.

– Лирам, ты правда тут живешь? – Лена расслабилась, ей стало очень хорошо и лениво. – Не представляю, как это – жить на дереве! То есть у меня, конечно, в детстве был домик на дереве, но я там никогда не ночевала!

– У тебя был домик на дереве? – Лирам уложил себе на колени голову невесты и легонько поглаживал ее, наслаждаясь внезапной близостью.

– Когда мне было лет семь. Дядя сделал. Мы с ним играли в пиратов и в поиски клада, а еще я там устраивала чаепитие для кукол. В общем, такая большая игрушка для маленькой девочки, сколоченная из досок.

– Альфинеанские дома строятся из живых деревьев, – мягко сказал Лирам, – мы живем на деревьях, среди деревьев, умеем напитываться их силой и в свою очередь лечим их. Меня пускают в заповедник, чтобы я поддержал несколько реликтовых деревьев, посаженных первыми поселенцами. Они уже очень старые и не того вида, который может пережить тысячелетия. Поэтому я живу возле них, отдыхаю и поддерживаю…