Глава 33. Кого-то пустят на шашлык
Как Сашка ни мнется, а у меня есть аргумент: не скажет она сейчас, я залезу в интернет и узнаю все равно, пусть и парой минут позже, но у нее появится клеймо редиски.
– Ты вообще на чьей стороне? – возмущенно спрашиваю я.
Коза дипломатично отвечает:
– Я на стороне здорового секса. Жанр у меня такой, сечешь? Чего ты дергаешься? Ты же хотела размяться перед поиском мужа…
– Я хотела перспективный вариант, – поправляю я ее, – чтобы разминка перешла в продуктивные занятия с пользой для здоровья! А не чтобы меня использовал в своих целях тот, кому я даже не нравлюсь!
Сашка приподнимает бровь.
– Когда мужику женщина не нравится, его хрен заставишь собой жертвовать. Теоретически, конечно, можно, воображение ему в помощь, но энтузиазма не дождешься. А судя по твоему внешнему виду, можно сказать, что Артемьев все ночь героически и самоотверженно прикрывал тебя телом от невидимого врага, который, походу, вообще никогда не дремлет…
Черт!
Внешний вид!
Я шурую в ванную. Надо устранить наконец то, что осталось от косметики. Но дверку оставляю открытой, чтобы было удобнее переругиваться с подругой.
Перекрикивая шум воды, я вопию:
– Так ты мне ответь на вопрос: на чьей ты стороне?
Я судорожно перетрясаю косметичку в поисках средства для снятия макияжа.
– Да на твоей, конечно, – отзывается Саша. – Что ж я жить, что ли, не хочу?
– Тогда колись, как называется шарага Артемьева, – требую я, выдавливая пасту на щетку.
– «Артспейс», – вздыхает она, подкравшись и зависнув в дверях.
Я сурово начинаю чистить зубы, кипя и негодуя.
Тьфу. Перепутала зубную пасту и умывалку.
– Ну и чего ты насупилась? Что дает тебе эта информация? – Сашка складывает руки на груди.
– Именно «Артспейс» вместе с «Инженю» сделали мне оффер. И Демид всячески ставит палки в колеса Ване. То есть, Артемьев со мной переспал, чтобы я размякла и пошла к нему на работу!
– А может, наоборот? Он позвал тебя на работу, чтобы переспать? – предполагает подруга.
Я задумываюсь.
– Так было бы, разумеется, приятнее, но увы. Предложение от «Артспейс» поступило раньше, чем мы с Демидом познакомились. Я чувствую себя использованной! – ругаюсь я. Попадись он мне прямо сейчас, я порву его на клочки. От того, чтобы ломануться к нему в номер и устроить армаггедец меня останавливает только то, что Сашка еще тут.
– Использованной? – удивляется она. – С чего вдруг? Он тебе пока ничего такого не озвучивал. И ты до сих прямо из гостиницы не побежала к нему в офис с воплем: «Я согласная». Или ты купилась на его обрезанную удочку? Может, Артемьев ничего и не предложит такого?
– Он рассчитывает!
– Знаешь, Фрося, – смеется Саша. – Любой, кто тебя знает хоть немного, не будет ни на что такое рассчитывать. Вот у вас с Макарушкой идиллия была, а ты ему мозг своим непостоянством напрочь вынесла. Так что я думаю, Демид не особо обольщается.
– Да ладно, – фыркаю я. – У него же самомнение и куры!
– Какие еще куры? – офигивает подруга. – Яйца знаю, но куры…
– Та же Козина! Вот что между ними? – я агрессивно леплю на умытую морду тканевую маску.
– Да ничего там нет уже. Она вообще специфическая.
– Но ты же с ней общаешься! – обвиняю я.
Саша разводит руками.
– Мне нужны сплетни, страсти, страдания… А я на сухом пайке, и от вас толку никакого! Ничего из вас не вытянешь! Приходится под дверью гостиницы уши развешивать, – ворчит она.
– Только не говори, что ты…
– Да нет! – отпирается писательница хренова. – Как ты могла подумать, что я тебя подслушивала? У тебя было очень тихо… Пять минут целых. Я устала и ушла.
– Ну ты и… жопа!
– Что поделать? Работа такая, – пожимает она плечами. – Ну и что ты думаешь делать с Артемьевым?
– Ничего не буду делать.
Придушу. Просто придушу.
– Ну и отлично. Тогда Демид все сделает сам.
Кажется, кто-то таки намылился поразвлечься за мой счет. Саня Николаевна нарывается. По краю ходит. Экстремалка.
– Ничего он сделает! Только все портит. Выискался хрен с горы, – кипячусь я.
– Да ты не пори горячку! Может, у вас все само собой сойдет на нет. Или не сойдет, но Артемьев и не заикнется про работу…
– Это все пустая трата времени, – отрезаю я. – А ведь я хотела раскинуть сети на Ваню…
– Ну и работай в этом направлении, – Сашка не видит проблемы.
А она есть. Морально-этическая.
– Это непорядочно!
– Кто тебе такую глупость сказал? Мама? – широко распахнутые глаза подруги заставляют меня прыснуть со смеху. – Это не непорядочно. Это практично. Пока мужик ничего серьезного не предложил, может быть послан лесом в любую минуту при появлении достойного конкурента. А все эти поездки в лифте… Кстати, что там было?
– Поцелуй там был.
– Вот! И поцелуи в лифте – это все баловство. Пусть старается лучше. И как тебе с Ваней целоваться? – без перехода пытает меня Саша.
– Нормально.
Еще я не давала ей сравнительный анализ.
– Ага, – и морда у нее хитрая. – А переспала ты с Артемьевым!
– Саша! Ну я же просила!
– И что? Если я не буду произносить вслух, что-то изменится? – изумляется она.
– Все, что было в Вегасе, остается в Вегасе. Ясно?
Мне показывают язык.
– Ты обещала!
– Да ладно-ладно… Раз ничего пикантного ты мне не рассказываешь, пойду я к шашлыкам готовиться.
– Каким шашлыкам? – обалдеваю я.
– Телефон надо проверять. Стах снял там какую-то беседку и летнюю кухню. Будет мясо на свежем воздухе.
Проводив, почетную шпионку номер два нашего бабьего сообщества вон, я крепко задумываюсь.
Нет, ну в том, что кто-то козел сомнений нет никаких.
И мало того, что имеет корыстный интерес, так еще и досталась я ему слишком легко. Все это заслуживает самого сурового наказания.
Я не позволю никому так с собой поступать.
Или я не Фрося Перцевая.
Хрен тебе Демидушка, а не продолжение банкета.