Глава 10

Глава 10

— Мне кажется, это не выход из ситуации, — бубню себе под нос.

Мы в приехали в торговый центр, кстати самый большой, и сейчас в магазине, где Вера, кажется, решила перебрать и перемерить все, что у них есть.

У Веры возник просто отличный план отвлечься от проблем и повысить настроение — шопинг. Я не любитель тратить так много времени на то, чтобы тратить деньги. Я больше по части заработать. А дел у меня накопилось не мало. Все же не до работы было в последние дни. Но спорить с подругой бесполезно! Так что проще было согласится, чем весь день спорить с ней и все равно сделать так, как она хочет.

Вечером ты почувствуешь себя лучше, — рассматривая пестрые шарфы и примеряя их у зеркала, сказала мне Вера.

Не меньше получаса она меряет все аксессуары, что у них имеются. Не понимаю, к чему очки-то? Зима на носу, но скидки вещь коварная. Нам, конечно, ничего не подходит. Нам никогда ничего не подходит в этом магазине, но мы всегда идем сюда. В чем логика не понимаю, и не пойму уже никогда.

— Нам сюда! — показывает на меховой салон, — скоро зима, а мы не готовы!

Все же Вере удается меня вовлечь в эту кухню под названием “шопинг”. И вот я меряю модные меховые куртки. Я почти сразу влюбляюсь в шерстяную мягкую дубленку. Она такая приятная на ощупь. Цвета молока и кучерявая как аккуратный барашек. Она так хорошо на мне сидит, что решаю на ней и остановится. Вера выбирает более удлинённую модель красивого ультрамаринового цвета. Удивительно, но в этом магазине мы провели на много меньше времени, чем в остальных.

От обновки в пакете настроение само собой приподнимается. И уже не так, чтобы день и бесполезно прожит!

— Теперь в обувной, — бодро щебечет довольная подруга, выходя из очередного магазина.

Там все начинается и заканчивается куда быстрее. С обувью все просто, у нас есть несколько магазинов, в которых всегда есть шикарные сапожки или туфельки. Останавливаюсь на высоких сапогах со шнуровкой по всей их длине, также выбираю мягкие перчатки из тонкой кожи. И вот я уже готова к зиме.

— Дышится даже легче, — сидя в фуд корте торгового центра с кофе в руке признается Вера.

— Конечно легче, спустили пару зарплат за день, вот и легче, — я бы вполне хорошо прожила и без этих покупок. Но Вера права — иногда нужно вот так отдыхать. Если бы не Вера, мой гардероб был бы куда скромнее, а счет в банке длиннее.

— Даже не надейся, что мы не пройдемся по всем магазинам с бельем, это чуть ли не самое важное в гардеробе женщины, — таким образом рассказывает Вера о дальнейших наших планах. Мне остаётся только тяжело вздохнуть.

— У меня нет нужды в этом, а у тебя?

— Может быть, — загадочно улыбнулась подруга.

И что? Сейчас не будет рассказа о новом мужчине? Она молчит, лишь отводя глаза. Ладно я еще немного подожду, но мой интерес все больше. В первую очередь из-за того, что она уже давно не рассказывает мне, что у нее появился мужчина. Такого не было. А то, что он появился, я уверена на 100%. Ее глаза выдают влюбленность.

— Сиди ровно и не поворачивайся, — вдруг становится серьезнее Вера.

После ее слов мне жуть как хочется посмотреть, кого там она увидела. Вот зачем вообще такое говорить! Ведь проще было вообще смолчать, а сейчас у меня шея зудом пошла! Так захотелось повернуться и посмотреть, что там интересного она увидела.

— Кто там? — шиплю я как змея, требуя ответа.

Все-таки не выдерживаю и поворачиваюсь. Князев ведет под руку очередную девушку с ногами от ушей. Он, как всегда, красив и притягателен. С ним такая же красивая девушка. Позади них идет, как я понимаю носильщик. Дядька под два метра тащит как минимум дюжину пакетов. Девушка щебечет что-то на ухо Дмитрию, а он снисходительно улыбается в ответ. Ну, что за милейшая картина!

Наши взгляды встречаются, понимаю, что не могу отвести взгляда от него. Все же отворачиваюсь. Допиваю свой кофе залпом. Хорошо, что он успел остыть, обожгла бы себе язык. Этот день мог стать неплохим, но видно не судьба. Почему он все еще вызывает во мне такие чувства! Я не имею права, но все же ревную его к каждой женщине, которой он дарит свое внимание.

— Может поедем в другой магазин, — предлагает Вера.

— Нет уж! — говорю вставая. — Куда ты еще хотела?

Это конечно абсолютная случайность, но мы оказываемся в одном магазине нижнего белья. И я, конечно, не шла вслед за ними и не радовалась, когда длинноногая повернула в магазин нижнего белья. Между прочим, по моему мнению, самый дорогой в этом ТЦ.

С нами здороваются консультанты. Смотрю на комплекты и выбираю самые откровенные, какие у них только есть. Беру их и иду в примерочную, которая по случайности оказалась рядом с примерочной, в которой меряет белье пассия Князева. Случайность…

— Привет, кренделек, — слышу за ширмой. — Решила обновить ретузики?

— И тебе доброго дня, — натягивая сеточку на грудь говорю бодро. И я, конечно, не ожидала, что он поздоровается.

Конечно, я не куплю такой комплект, он не удобный для носки. Пока мне не для кого такое покупать. Но грудь в нем и правда отлично смотрится. Кружевом рикрыты лишь соски, все остальное дополнено сеткой. Смотрюсь на себя в зеркало. Красиво! И моя грудь смотрится в нем очень красиво. Я и забыла, что за ширмой стоит мужчина, очень надо сказать наглый.

— Дай оценю, что у тебя там, — говорит, нагло заходя в примерочную.

— Ты примерочные не перепутал? — отхожу к зеркалу, у меня даже нет мысли прикрыть грудь. — Выйди отсюда.

— Неплохо, надо сказать, ты сохранилась, — разглядывая мою грудь делает вывод Князев. В помещении не было холодно, но от взгляда наглых глаз по всему телу пробежали мурашки. Грудь отозвалась на его взгляд. Вот сейчас мне захотелось прикрыть торчащие соски. Мне показалось? Или бывший облизнулся? — Не знаю почему, — голос его охрип и говорил он тихо, — хочется снять этот лифчик и попробовать их на вкус.

Совершенно некстати представляю картину, как его рот смыкается на моей груди! И жаром обдает все тело. Где Вера или хотя бы консультант? Это ведь запрещено?! Чтобы в одной примерочной были двое. Сама я его не смогу выгнать.

— Мне все равно, что ты там хочешь, — слова приходится выдавливать из себя. Перед глазами картины более чем пошлого содержания со мной и Князевым в главной роли.

Мои слова не произвели никакого эффекта на него, он лишь делает шаг вперед, вынуждая меня прислонится почти голой спиной к зеркалу. Стараюсь не смотреть на него, но это почти невозможно. Он везде, в легких осел его запах, смешанный с туалетной водой, в голове образы и сны с ним в главной роли. Сердце гоняет по венам кровь с бешеной скоростью, чувствую слабость, хоть бы не упасть тут замертво.

— Ох, и врушка ты, кренделек, — последнее слово он тянет так долго, как это возможно, ласкает взглядом, — надо бы все-таки наказать тебя за вранье.

Он делает последний шаг вперед, мне же отступать некуда. Поднимаю на него глаза, в них страсть, злость и что-то еще. Не успеваю даже задуматься над тем, что надо бы его отпихнуть, как его губы накрывают мои.

Если это наказание, то я люблю, когда меня наказывают. Его губы мягко накрывают мои, язык врывается в мой рот и исследует каждый миллиметр моего рта. Он нежен настолько, насколько это возможно для него в целом. Что я чувствую? Нежность, возбуждение, кайф от любого действия этого мужчины… Нужно ли продолжать дальше?

Это ужасно! Но мне все больше кажется, что чувствую я подобное только тогда, когда рядом с ним. От переизбытка чувств ноги подкашиваются, хватаюсь за зеркало позади себя. Я в плену, и готова оставаться в нем навеки. Но вся проблема в том, что он пришел в этот магазин не меня одеть, чтобы потом раздеть, а девушку, которая стоит в соседней примерочной и подбирает белье. Для него. А тут он, рядом со мной, вспоминает молодость, или просто от скуки зашел.

Выбираюсь из водоворота чувств и все-таки прерываю поцелуй. Князев не сразу понимает, что случилось, ведь его руки уже вовсю ласкают мою грудь, спустив чашечки лифчика. От его потерянного лица, я окончательно прихожу в себя.

Начинаю без слов отталкивать его. От того, что он немного дезориентирован, мне удается это сделать. Поправляю лифчик смотрю на него зло, но слов нет.

— У нас запрещено находится в примерочной более одного человека, — слышу спасительную речь консультанта. — Я вхожу, — предупреждает она, на случай если мы тут в пикантной позе, что думаю они не раз лицезрели. Все же это магазин белья.

Ширма отодвигается и на нас смотрят три пары глаз. Вера еще и рот от удивления открыла, консультант смотрит с пониманием. И, еще не отводя от меня растерянного взгляда, смотрит длинноногая девушка, которая пришла сюда с Князевым. Князев же выглядит как всегда неотразимо и абсолютно спокойно.

— Держите своего мужчину при себе, — отмираю, и с усмешкой смотрю на девушку. — Здесь, кажется, продаются красивые ошейники. Советую прикупить.

Еще раз смотрю на молчаливого как никогда бывшего, который, кажется, немного не понимает, куда ему смотреть: на мои сиськи или все-таки на девушку свою. Закрываю ширму и выдыхаю.

Переодеваюсь зная, что Вера теперь не отойдет от меня ни на шаг. Она пытается меня отвлечь каким-то разговором, но я не слушаю. Мне немного не по себе от слов, которые я сказала девушке, ведь она не при чем. Это мои проблемы, что я ревную бывшего. Должно быть жалко я выглядела сейчас.

— Что он делал у тебя в примерочной? — спрашивает осторожно на кассе Вера.

— Оценивал меня, — бубню. Пылу поубавилось, и теперь мне стало еще более стыдно.

— Не из-за этого ли ты решила все-таки прикупить его? — Вера показывает на тот самый комплект, который был на мне недавно.

Ну, конечно из-за этого! Этот комплект очень непрактичный, но красивый и одному мужчине определенно понравился! Но он никогда меня в нем не увидит, и дело не во мне. Он же бросил меня, а сейчас я даже не знаю, почему он так ведет себя. В его глазах была страсть, я может ему и не нравлюсь, но он определенно все еще правильно на меня реагирует. Да и неправильно все это. Каждый должен идти своей дорогой. У нас не получилось ничего тогда, сейчас на это шансов ещё меньше.

Этот комплект будет служить мне памятью о том, каким взглядом смотрел на меня бывший. У Веры пакет более полный. Ей определенно есть, кому все это добро демонстрировать.

— На сегодня, думаю, программу максимум мы выполнили, — на выходе говорю я подруге. — Тебя подвезти? Или ты к таинственному мужчине, про которого не хочешь мне рассказывать?

— Да нет никакого таинственного мужчины, — отмахивается Вера. А я даже не делаю вид, что верю, усмехаюсь, целую подругу в щеку и иду к машине.

******

Я уже почти и забыла про то, что у меня хотели отнять мое по праву. Это было похоже на сон какой-то. О том, что это все же не сон, мне напоминал охранник, к которому я никак не могла привыкнуть. Ну, и электрошокер в сумке.

Сегодня у меня так много работы, которую я давно должна была выполнить, что я сама не замечаю, как остаюсь почти одна на работе.

Поднимаю глаза, и замечаю, что за окном уже давно стемнело, да и нет никого. Меня отвлек какой-то посторонний шум. Кто же еще такой трудоголик кроме меня. Все тело затекло от одной позы, в которой я сижу уже не один час. Встаю, медленно и иду к двери. Мне становится интересно, кто же еще не покинул офис. Охранник точно не стал бы скитаться по помещениям. Слышу определено несколько голосов и решаю выяснить, кто кроме меня еще тут есть.

На мысочках иду на голос, чувствую себя детективом в каком-нибудь романе. Настроение поднимается и становится все любопытнее, ведь определенно один голос принадлежит женщине, а второй мужчине. Чем дальше, тем интереснее!

Сама того не подозревая, оказываюсь у кабинета своего зама, из-за двери струится приглушенный свет, и голоса. Разговаривают тихо и эмоционально, но разобрать невозможно, о чем там речь.

Какое-то время стою прислушиваясь, узнаю только голос Степана, а женский очень тихий. Придумываю повод открыть эту дверь. В моей голове возникает идея. Так же тихо возвращаюсь в свой кабинет, беру первую попавшуюся папку, и крадусь обратно. Конечно, можно было и просто зайти, имею право. Но это не штатный сотрудник, а мой друг, так что решаю все же зайти под каким-то предлогом.

Папка в руке, любопытство на максимуме, и я на выдохе стучу три раза в дверь и захожу во внутрь.

— У меня тут пару вопросов… — слова застревают, и не знаю, смогу ли я когда-нибудь заговорить, ибо немею от увиденного.

На рабочем месте у моего зама сидит никто иной, как моя подруга Вера. И не просто сидит рядом — она у него на коленях почти лежит. Застала я их в очень интересном положении. Моя подруга, которая, как мне казалось, не может терпеть Степана, сидит у него на коленях, явно что-то рассказывая. Сейчас она, конечно, смотрит на меня с таким же охреневшим видом, как и у меня. Степан, который пару секунд назад улыбался, тоже стал более чем серьезным.

У меня нет сил, и я плюхаюсь на стул. Вера пытается встать с колен Степана, но он ее удерживает, понимая, что это теперь не поможет.

— Значит, Степан тот счастливчик, для которого ты сегодня покупала белье, — и все же голос вернулся ко мне, — Ну, дела!

Я, грешным делом, даже ущипнула себя, чтобы быть уверенной, что это не сон. Я ожидала чего угодно, но не этого! Удивили!

— Да, Света, — говорит Степан, когда все-таки отпустил свою добычу в лице Веры, — мы вместе и хотели тебе сказать, но Вера никак не могла найти время для этого, — говорит с некоторым укором глядя на Веру.

Они научились ругаться взглядом, потому что именно сейчас у них молчаливая перепалка.

— Могли бы просто сказать. Когда это у вас началось?

Вера подходит ко мне и обнимает за плечи. Ей стыдно, а мне ее ни капли не жаль, нашла что скрывать.

— Свет, столько проблем навалилось, вот мы не знали, как правильно преподнести тебе эту новость.

— И решили все скрывать, — опускаю голову на стол. — А я ведь задумывалась, почему вы перестали ругаться. Вы перешли в другую плоскость отношений.

Я рада, что теперь они не будут ругаться. Ну, или хотя бы не так сильно. Зная темперамент Веры, вряд ли жизнь Степана будет намного спокойнее. Но точно интереснее!

— Спасибо хоть не перед алтарем мне это сообщили, — мягко убираю руки Веры вставая. — Я пошла дальше работать, а вы езжайте домой.

— Так я за ним и приехала, а он решил задержаться, — начинает не понятно зачем оправдываться Вера.

— И еще, — у самой двери повернулась к Вере, — у нас запрещено заниматься сексом на рабочем месте, — выхожу с чувством выполненного долга. Я ведь все знаю про подругу и о ее желаниях и мечтах тоже.

Работать не получается, я просто сижу и улыбаюсь. Я рада за Веру, и точно рада за Степана.

Закидываю вещи в сумку, прощаюсь с охранником, скорее для себя, проверяю кабинет зама. В кабинете темно, а значит можно уходить спокойно.

Прощаюсь с охранником, и выхожу. На улице почти ночь. Сегодня я и правда очень задержалась, но сделала много дел и о многом узнала.

Воздух уже осенний, а значит пора утепляться.

Не успеваю дойти до машины, как слышу позади себя шаги. Становится не по себе, и я прибавляю шаг. За спиной шаги становятся все ближе, я срываюсь на бег, но все равно не успеваю добежать до машины. Лезть за шокером еще дольше. Нужно было держать его в руке! Какой от него толк в сумке!

Меня грубо хватают за талию, таким образом останавливая. Ко рту подносят какую-то мокрую ткань. Стараюсь не дышать, но из-за страха и паники делаю пару глубоких вздохов и теряю контроль над телом. Понимаю, что отключаюсь, оседаю на асфальт. Глаза тяжелеют, и я проваливаюсь в очень беспокойный сон, из которого нет выхода.