17.2

— Привет. Спасибо, что сняла трубку, — сразу благодарит он.

Я молчу.

— Прости, что так вышло на помолвке. Наверно, это было глупо и жестоко. Но ведь ты сама догадалась.

Я сглотнула, снова не находя слов для ответа. Что на такое ответишь? Да, ты садист и придурок? Он и так это понимает. Кажется.

— Сонь, мы можем увидеться? Давай я заеду.

Прежде, чем я успеваю отказать, он сам понимает, что дал маху.

— Или тебе комфортнее в общественном месте? Наверно, не стоит мне пока мечтать о свидании наедине.

— Не стоит, — хриплю я, наконец.

— Конечно. пообедаем в «Rыбе»?

— Тебе придется самому заказать столик, — не могу я удержаться от шутки.

Сережа смеется мне в трубку, и я тоже улыбаюсь. Сердце сжимается. Кажется, на глыбу льда только что упала горячий луч. Это еще не весна. Я не таю, но уже не кутаюсь в броню отрицания.

— Постараюсь справиться, — отвечает мне в тон Сергей. — Сегодня-завтра? Когда ты свободна?

— Сегодня после двух.

— Тогда в три? Встретимся там?

— Хорошо.

— Хорошо, — вторит эхом Сережа.

Немного странно, что он пытается вклиниться в моё расписание, когда сам обычно по уши в делах. Я не знаю, что из этого выйдет, но точно хочу получить ответы на свои вопросы. И как можно быстрее.

Мое утро занято финальным собеседованием у Егора Соловьёва. Энергичный и серьезный мужчина за пятьдесят мне импонирует. Я даю окончательное согласие, и мы просматриваем несколько дел. На работу нужно выйти завтра. С университетом он уже договорился, ведь лично знаком и дружит с моим куратором. Дел немного, но все уголовные и одно жутковатое. Убеждаю себя, что это хорошая проверка. Мне нужно быть готовой ко всему.

Но в глубине души я знаю, что не продержусь долго в такой специфике. Просто хотела устроить себе встряску. Шоковая терапия. Вместо Сережи мне теперь будут сниться кишки. Потрясающая альтернатива и методы борьбы с больной любовью.

Да, я продолжала любить его. Иначе не реагировала бы так на встречу и звонок. Я совершенно не знала, что делать с этими чувствами, но отрицать их не было смысла.

Встреча с Соловьевым очень помогает отвлечься от собственных переживаний. Я под впечатлением и почти не боюсь разговора с Сергеем. Вряд ли он придет обедать с топором и потом расчленит меня на заднем дворе ресторана. Все, кроме этого, уже кажется почти нормальным и терпимым.

Я называю хостесс фамилию Сергея, и меня ведут к столу. Он уже там, ждет и вскакивает, едва видит меня. Да, определенно это не очень похоже на Сергея Бельского, которого я знала. Он обычно не скачет и не потирает взволнованно ладони о брюки. Сергей делает ко мне шаг и, кажется, хочет поцеловать в щеку, но я всем своим видом показываю, что это неуместно. Он неловко улыбается и отодвигает мне стул.

— Рад тебя видеть. Спасибо, что согласилась прийти.

— Обед будет готов минуты через три. Напитки? — предлагает хостесс.

— Спасибо. Ничего не надо, — отвечаю я.

— Мне тоже.

Она уходит и Сергей объясняет:

— Я заказал для меня том ям, камбалу с овощами и черничный десерт.

Не могу не улыбнуться, потому что он помнит мои любимые блюда. Мы всего пару раз заказывали доставку в офис.

— Спасибо. Надеюсь, ты понимаешь, что вкусная еда не извиняет твоего отвратительного поведения.

— Я прекрасно понимаю, Сонь. — Он опять смотрит на меня глазами побитой собаки. — Но я могу попытаться. И я буду пытаться всеми возможными способами загладить свою вину. Едой, словами, поступками. Если ты позволишь…

— Я ведь уже позволила. И для начала ответь, ты с самого начала знал, что был моим первым? Тем самым…

— Нет, конечно, нет. — Сергей истово мотает головой и хмурится. — Я думал, что переспал с Аминой на вечеринке у Лешки.

Приподнимаю бровь, и ему приходится объяснить.

— С той самой, которая ждала меня в офисе на столе.

— А.

Я невольно закатываю глаза. Мне немного обидно. Как он мог меня с ней перепутать? Идиотская девичья гордыня.

Нам приносят первое блюдо, и Сергей продолжает, когда официант ударяется.

— Я назначил ей встречу на вечеринке. Леша мне сам предложил использовать дом. Мне показалось интересным поиграть в секс с незнакомцем.

Киваю, склонившись над тарелкой. Да, мне тоже понравился этот сценарий. Хотя я не играла. Суп отличный. Мне жжёт рот, но кривлюсь я точно не от чили.

— Я понял, что был с девственницей только, когда вернулся домой и встал под душ. Позвонил Амине, оказалось, она не смогла приехать. Запаниковал. Я ведь не предохранялся.

Вспоминаю свои страхи о беременности. Как будто это было в прошлой жизни. Но одно в словах Сергея меня радует.

— То есть, ты взял меня стажером, не зная, что мы переспали.

— Разумеется, — подтверждает он. — Ты думала иначе?

Вспыхиваю моментально и цежу сквозь зубы:

— Чего я только тебе не думала, Сережа. После…

Бельский не дает мне договорить.

— Да, понимаю. Ты имела на это право.

— И сейчас имею. То, что я пришла не значит, что я все забыла. Это очень сложно забыть.

— Знаю, малышка. Я знаю. Я ведь сразу хотел сказать, я виноват. Очень виноват, Сонь.

Я не собираюсь его жалеть, но и казнить не хочу. Лишь подтверждаю:

— Так и есть. Ты сделал все, чтобы я ушла.

— Я вынудил тебя уйти.

— Ты врал, что это была игра.

— Врал. Тебе в глаза. Бессовестно.

— Почему, Сереж? За что?

— Не знаю. — Он кладет ложку и смотрит куда-то в сторону. Словно там написан ответ на мой вопрос. — Все наши отношения были ложью. Я врал тебе постоянно. Сначала не говорил, что был с тобой на вечеринке из-за работы. Думал, ты сразу уволишься. Потом не говорил, потому что Лешка давил. Он что-то сложил у себя в голове и догадался, увидел нас в офисе и решил тебя защищать.

— Белов знал? — выдыхаю я.

— Да. И молчал. Ждал, что я сам тебе расскажу. А я не смог, Сонь. Сам уже забыл, почему. Думал, пройдет все, мы поиграем и остынем. Зачем портить отношения странными подробностями? Работа, командировка, секс. Я не остывал. Ты, кажется, тоже. Я понял, что ничего не кончится само собой. Я полюбил тебя, Сонь, и понятия не имел, что с этим делать.

— И ты заставил меня уйти, — подвела я итог.

Сердце снова разрывается от боли. Я как будто переживаю все заново.

— Да. Мне показалось это идеально верное решение. Оставить между нами только игру и работу. Я не думал, что ты уволишься. — Он усмехается. — И меня уволишь.

— Это на тебя похоже. Потрясающая непрошибаемая самоуверенность.

Сережа кладет руку на мою, и я опять замираю. Первый порыв выдернуть пальцы, но я заставляю себя потерпеть. Через секунду обида отступает, и я снова чувствую только тепло, которое растекается от руки по всему телу, до самого сердца.

Я убираю руку только, когда нам приносят второе блюдо. Едва официант уходит, я поднимаю глаза и честно говорю:

— Я люблю тебя, Сережа. Даже после всего, что ты натворил. Но я не знаю, что со всем этим делать.