Глава 23. Ника

Мне казалось, что я никогда не смогу заснуть рядом с мужчиной. Когда его бедра прижимаются к моим, дыхание щекочет шею. А пальцы – эти проклятые пальцы – выводят узоры на животе.

Но я ошиблась. Вырубилась практически сразу, ни о чем не думая. Усталость и стресс прошедших дней взяли вверх. И мозги просто вырубились, требуя перезагрузки.

Удивительно, но спать вместе с Саидом было приятно. Легко и тепло, почти никакого дискомфорта. Его тело словно прижималось именно в тех местах, где нужно. И щетина колола приятно-остро, добавляя спокойствия в кровь.

Мне казалось, что я спала вечность или даже чуточку больше. Потому что, стоит мне проснуться, я понимаю – чувствую себя отдохнувшей. Ничего не болит, никакого дискомфорта.

Только так сложно оторвать голову от нагретой подушки. Хочется ещё дольше проваляться, под одеялом и в тишине. Но сильный шлепок по бедру заставляет встрепенутся.

– Саид! – возмущаюсь, потому что, даже сквозь одеяло, удар у него сильный. Потираю ягодицу, недовольно смотрю на мужчину. – Ты будешь меня постоянно бить?

– Не бить, пташка, а шлепать. Это разные вещи. Собирайся.

– Куда?

– Мне пора, позавтракаешь со мной.

Хаджиев стоит возле шкафа, на плечи накинута белоснежная рубашка. Права была мама, когда говорила, что бандиты скрываются за выглаженными костюмами. Если не знать, чем занимается Саид, можно решить, что он простой бизнесмен.

Просто размером со шкаф, огромными плечами и мышцами, которые едва обхватишь. Но это так, мелочь. Кому какое дело?

Откидываю одеяло, а после понимаю, что я раздета. Белье все ещё на мне, но вчерашней кофты нет. Брюки скинула я сама, это помню. А кофта? Неужели… Саид воспользовался мной, пока я спала?

Нет, бред. Потому что вряд ли он стал бы возвращать на меня трусики. Да и мышцы не ноют, как обычно после «вторжений» мужчины.

– Быстрее, пташка. У меня нет времени.

– С галстуком помочь?

Фраза срывается сама, потому что я не знаю, как нужно себя вести. Просто одеваться и выполнять приказы? Молча сидеть в кровати, пока Саид не решит мною воспользоваться?

– Я похож на того, кто носит галстуки, Ника?

– Нет. А моя одежда…

– В шкафу, найди себе что-то. И если так хочешь помочь, то запонки на столе.

Я не стремлюсь помогать, но отступать некуда. Подхватываю украшения, увесистые и с камнями. Медленно приближаюсь к мужчине, словно стараюсь оттянуть время.

Саид лишь вытягивает ладонь вперед, не спешит мне помочь. Приходится коснуться его запястья, провести пальцами по рукаву. Определенно, ему должны шить это всё на заказ. Не существует таких размеров, чтобы ещё и сидело идеально.

Пальцы подрагивают, когда справляюсь с первой запонкой. Поправляю её, рассматриваю, как переливаются камни. А после вздрагиваю, когда Саид прижимает к себе.

– Я… Ты мешаешь.

– Мешаю? – хищный оскал украшает лицо мужчины, из-за чего я задерживаю дыхание. – Это твои проблемы, пташка, что ты не можешь справиться с элементарной задачей.

– Саид! Господин Саид, - добавляю мягче, теряюсь от смены настроения. И как мне себя вести, называть? До этого был приказ этого глупого обращения, а после нет. Сама тяну ладонь мужчины вверх, чтобы закончить начатое. – Ты ведь спешишь.

– Спешу.

Но вместо того, чтобы продолжить собираться, Саид опускает руки на мою талию. Ведет по обнаженной коже, сминает мои ягодицы. Вжимаюсь в мужское тело, приятная дрожь спускается вдоль позвоночника.

От предвкушения, застывшего ожидания. Как Хаджиев наклоняется, чтобы стать ближе. Как его губы легко обхватывают мои, заставляют утонуть в поцелуе. И задрожать от напора.

Секундная нежность сменяется страстью. Саид прикусывает мою нижнюю губу, оставляет метки. Хватка становится сильнее, ладонь в волосах направляет и не позволяет отстраниться.

Это даже не похоже на борьбу, потому что я не сопротивляюсь. Сразу сдаюсь, не позволяя себе спорить. Так надо, всё равно музыку заказывает Хаджиев.

Он отрывается в момент, когда у меня уже не остается воздуха. Только горячий поток под кожей, напряжение внизу живота. Как огненный шар, который пульсирует и отправляет лучи по всему телу.

– Собирайся.

Новый приказ и новый удар по ягодицам. Ловлю самодовольное выражение лица Саида, качаю головой. Кажется, когда-то настанет момент, и я не смогу даже сидеть.

Накидываю первое попавшееся платье, прикрывающее колени. Открытые руки и декольте смущает, но Саид ничего не говорит. Хотя я ожидала новых фраз о том, что я должна одеваться по-другому.

– Мне приготовить завтрак? – неловко мнусь, пока мы спускаемся по лестнице. Я ничего не знаю о таких отношениях, а мужчина не спешит объяснять. Хотя прекрасно видит, насколько я растеряна. – Саид?

– Уже всё готово. Домработница занимается готовкой, пока нас нет. Убирает тоже, пока я вне дома. Не терплю лишних людей.

– То есть, она приезжает утром, чтобы быстро приготовить завтрак и уехать? А если вы пересечетесь? 

– Не пересечемся. Это её условия работы.

– И мне тоже нужно сбегать, когда приезжает? Я не понимаю…

– Если она тебе не мешает, то проблемы не вижу.

Мне кажется, я никогда не смогу понять этого мужчину. У него огромная охрана, но людей он не любит. Гоняет бедную женщину лишь из-за того, что ему так хочется.

Хотя… В чем-то мы сходимся. Мне тоже не хочется видеть других людей. Беспокоиться, что они думают обо мне. Знают же, что я просто временная любовница. Как и другие, кто был до меня.

В столовой уже накрыто, несколько разных блюд на столе, графин с соком. Саид кивком указывает на стул рядом с собой, сам усаживается во главе стола.

– Знаешь, я могла бы готовить. Например, завтрак, чтобы никого не гонять… И мне нужно чем-то себя занять, Саид. Я от скуки буду сходить с ума.

– Придумай что-то. Я тебя не для готовки привез.

Саид не говорит ничего такого, лишь констатирует факт. Но почему-то это всё равно обидно. Как указание на мое место, что я здесь никто. Девушка, шлюха, содержанка – как бы кто не называл.

Мне нужно будет привыкнуть к этому. Но ещё неделю назад я мечтала сбежать от Саида и забыть о нем, спастись. А теперь делю с ним дом и постель. И новый статус мне совсем не нравится.

– Я поняла, - киваю, стараясь незаметно прокашляться. От обиды сжимает горло, щиплет в носу, пока я тянусь за соком. – Я просто не знаю, что мне делать.

– Выбери себе хобби. Запишись на какую-то йогу или чем обычно занимаются девушки. Не мне тебе рассказывать, Ника. У меня других забот хватает.

– Йогу?

– Да, или как называется та фигня, где странные позы и никакого смысла?

Прячу улыбку за кружкой, настроение стремиться вверх. Фигня и странные позы – это определенно про йогу. И хотя я никогда не была фанатом, но уже готова на что угодно.

Вчерашний день в одиночестве показал, что я сойду с ума, если не найду себе занятие. Хоть что-то. Пазлы собирать, рисовать по номерам, раскрашивать траву – любая безумная идея, которая позволит отвлечься.

– Подожди! – шокировано замираю, сжимая пальцами кусочек хлеба. – Записаться на йогу? То есть, ходить в студию? Мне можно выходить из дома?

– Я разве говорил, что нельзя? – Саид нарезает лепешку, а после перекладывает кусок мне. – Попробуй, тебе должно понравиться.

– Спасибо. Но… Я здесь не взаперти? Я думала…

– Спрашивай, пташка, а не думай.

– Ты сам сказал, что мне пора возвращаться в клетку. Поэтому я не ждала, что мне можно будет ездить в город или с кем-то видеться.

– Ты знаешь, что такое метафора? Конечно, если захочешь уехать – я должен дать добро. С тобой будет охрана, если йога или прочие развлечения, то сначала проверят весь персонал. Но да, Ника, ты можешь развлекаться. Главное условие, чтобы была дома до моего возвращения.

– И как мне узнать об этом?

– Тебе не зачем знать, охрана просто сообщит, что пора возвращаться.

Киваю, стараясь переварить услышанное. Всё кажется слишком нереальным. Саид словно противится самой идеи быть предсказуемым. Я ожидала, что он будет постоянно заниматься со мной сексом, но он не стал настаивать вчера.

Думала, что буду взаперти и вечной пленницей, но Саид и здесь удивил. Дал больше, чем я могла рассчитывать.

– Тогда можно мне съездить к маме?

– Не сегодня, поедешь вместе со мной.

– Тогда…

– Не сегодня, Ника. Сегодня посидишь дома, я скоро вернусь.

И вот снова. Никакой предсказуемости. Как только я понадеялась, что смогу улизнуть, как мужчина рушит и эту надежду. Просто разбивает её в прах. Напоминает, что рядом с ним нельзя ничего ожидать.

Саид уезжает спустя минут десять, как только у него звонит телефон. А я остаюсь в одиночестве в абсолютно пустом доме. Знаю, что на улице толпа охраны, которая не позволит никуда уйти.

Неспешно доедаю завтрак, стараясь растянуть удовольствие. Может, так время пролетит быстрее? И Хаджиев был прав, лепешка с сыром мне очень нравится.

Мою посуду несмотря на то, что скоро должна вернуться домработница. Но мне несложно, хоть какое-то развлечение. Убираю продукты в холодильник, изучаю первый этаж.

В гостиной нахожу книжную полку, выбирая классику. И сбегаю обратно в спальню. Чувствую себя, словно в дне сурка. Но лучше так, чем с кем-то столкнуться.

В комнате Саида широкие подоконники и огромные окна. Усаживаюсь там, рассматривая улицу. Вижу, как возле ворот останавливается старенькая машина, из неё выбирается женщина. Скольжу взглядом по ней, охране, проверяющей сумку.

Насколько же всё серьезно, если даже персонал постоянно подозревают?

Жалею, что не обсудила с Саидом звонки. Он не запрещал, но и не разрешал. А мне хочется набрать маму. Сейчас, когда я могу не бояться за неё, накрывает тоска. По родному голосу, разговорам. Спокойствию, которое всегда возникает в душе после разговоров.

Никогда не думала, что буду так сильно ждать возвращения Хаджиева. Но спустя несколько часов, домработница спешно несется по улице. Совсем не похоже на размеренный шаг.

И причина становится ясна почти сразу. Стоит её машине отъехать, как появляется другая. Саид выбирается наружу, безошибочно находит меня взглядом. Смотрит несколько секунд, а после направляется в дом.

Я же соскакиваю с подоконника, жалея, что попалась. Может, трюк со сном прокатил бы ещё раз? Откладываю книжку в сторону и спешу на выход. Нужно узнать о звонках, а после провести вечер за разговорами с мамой.

– Разберись с этим! – суровый голос Саида заставляет притормозить в прихожей. – Всё, Лютый, у меня дела.

Я даже не успеваю поздороваться или задать вопрос. Саид просто тянет на себя, вжимает в стену. Накидывается на меня, словно оголодавший. Рывком поднимает меня в воздух, сдавливая пальцы на бедрах. Обхватываю его торс ногами, испуганно озираюсь.

От напора мужчины меня сносит. Толкает в пропасть, из которой не выбраться.

– Саид…

– Потом, пташка. Сейчас я не настроен на разговоры.