Глава 42

Глава 42

И время вновь полетело вперёд…

Осень закончилась, наступила зима. Скоро должны были начаться семестровые экзамены, и почти все мои мысли занимала лишь учёба. Хотя мне не о чем было переживать. В группе я справедливо считалась лучшей студенткой, практикумы все давно сдала. По большинству дисциплин у меня стояли автоматом высшие баллы.

На самом деле, экзамены меня не пугали совсем. Куда больше неприятных мыслей вызывало время после них. Ведь когда все разъедутся на новогодние каникулы, мне предстояло остаться в академии. И в этом году, увы, одной.

Ниру выписали три недели назад. Она вернулась к занятиям, и теоретические предметы должна была сдавать наравне с остальными. В госпитале она много занималась, и в общем-то была подготовлена к сдаче получше многих. А на праздники Эверли пригласил её в родовое имение его семьи. Собирался познакомить с родителями. И, как я поняла из его оговорок, решил сделать Данире предложение.

Теперь я уже не сомневалась, что эти двое любят друг друга. Тут не требовались слова или какие-то доказательства. Достаточно было просто посмотреть на них вместе, и всё сразу становилось ясно. От них будто исходило магическое тепло, а когда они смотрели друг на друга, вокруг словно разливалось невидимое сияние.

На самом деле Тазирский приглашал меня поехать с ними на каникулах, но я отказалась. Зачем им третий лишний? Нет, лучше наберу на распродажах книг и буду две недели их читать. Благо денег у меня теперь хватило бы, чтобы скупить половину книжного магазина.

Я почти смирилась с тем, что проведу праздники одна, даже почти перестала огорчаться по этому поводу. Зато окружающие, будто сговорившись, считали своим долгом не допустить моего одиночества. Вита приглашала поехать с ней, Бруна — с ней, даже бабушка написала, что вернулась в Карилию и горит желанием встретиться.

Но с леди Лестой я видеться не хотела совершенно. Так ей и написала. Вот только она вряд ли так просто отступит. Увы, упрямство мне явно досталось именно от неё.

Услышав от Эверли, что я отказалась ехать с ними на север, Мико долго выспрашивал о моих планах. Но в отличие от других, звать с собой не стал. Просто сказал, что ему на этих праздниках предстоит много работы и забот, и что с радостью тоже остался бы в академии один.

Знаем мы его заботы. Одна в чулках, другая без чулок. Я до сих пор прекрасно помнила, с каким довольным и потрёпанным видом от него уходила Марлена, и даже думать не хочу, что он с ней делал.

Артефакт связи, который непонятным образом снова оказался в моей комнате, я засунула в футляр и спрятала далеко в шкафу. Носить его не собиралась. Хотела как-нибудь потом передать Вайсесу через Тазирского. Но так этого и не сделала.

Почти две недели после того случая мне удавалось мастерски избегать встреч с Мико. Но потом он просто заявился в наше общежитие и при всех позвал меня на свидание. Тогда на вечерние посиделки в гостиной собрались и парни, и девушки, а услышав слова Мико, даже говорить перестали, внимательно наблюдая за нами.

Я понимала, что он сделал это специально. Знал, что откажу, и позволил мне сделать это вот так, прилюдно. Будто хотел тем самым дать мне возможность отомстить за свою обиду.

В тот момент мне даже захотелось согласиться, просто чтобы разбить его замысел. Тогда-то я и поняла, что именно на это Вайсес и рассчитывал.

Хитрый лис. Просчитал меня на раз. Решил, что знает, как я поступлю.

— Прости, Мико, — сказала тогда, изобразив искреннее сожаление. — Но буквально пару недель назад я твёрдо решила, что после окончания академии стану служительницей в храме Светлых Богов. Теперь вот блюду целомудрие и чистоту помыслов. И близкое общение с мужчинами для меня под запретом.

Он после такого ответа на несколько мгновений опешил. А потом пересёк гостиную, подошёл ближе и сказал, чтобы слышала только я:

— Врёшь.

Кажется, нас даже накрыл полог безмолвия. Удивительно, но Мико умел активировать его лишь по щелчку пальцев.

— Вру, — не стала отрицать я.

— Зачем?

— Захотелось, — пожала плечами.

— И долго будешь от меня бегать?

— Сколько потребуется.

— Для чего потребуется? — не понял он.

— Чтобы выбросить тебя из головы, — выдала совершенно честно.

Вайсес явно не ожидал такой откровенности.

— А может, этого не стóит делать? — спросил, чуть склонив голову набок.

— Стóит, Мико. Стóит, — заверила его. — Давай останемся просто приятелями. Увы, совсем не общаться у нас не получится из-за Ниры и Эверли. Предлагаю забыть мой к тебе глупый визит и этот разговор.

Он пристально посмотрел мне в глаза, будто искал там ответы. Но потом медленно выдохнул и кивнул.

— Хорошо. Но не приятели, а друзья. Будешь, Арфелия, моей подругой.

После чего развернулся и ушёл.

Правда, несмотря на его заявление, дружить у нас всё-таки не получилось. Хотя мы не особенно и старались. Мне даже иногда казалось, что теперь Мико специально избегает встреч со мной.

Так, в общем-то, и жили. Всё постепенно успокоилось, наладилось, вошло в колею. Потому сообщение о новом этапе Игр стало для меня сюрпризом и ворвалось в спокойную жизнь, подобно штормовому вихрю.

С того дня, когда мы украли у не такой уж прекрасной Алисии её чудный артефакт, как-то незаметно минуло больше двух месяцев, и я уже почти забыла об Играх. Но организаторы о нас не забыли. Сообщение об очередном этапе стало для меня полной неожиданностью, пусть и довольно приятной.

Узнав, что уже в субботу меня ждёт новое задание, я испытала искреннюю радость. Даже страха не было, только предвкушение грядущих интересных приключений и авантюр. Ох, кажется, эти игры обнажили тёмную сторону моей натуры. Но теперь я бы точно не отказалась от участия, даже если бы у меня была такая возможность.

К тому же в сообщении значилось, что на этот раз испытание начнётся утром, и продлится почти два дня. Нам надлежало предупредить тех, с кем живём, что будем отсутствовать до воскресенья, чтобы нас не разыскивали.

Эта информация только сильнее распалила мой интерес. И назначенного дня теперь я ждала с искренним нетерпением.