Глава 23

Реальный мир встретил нас гомоном множества голосов. С трудом открыв глаза, я увидела синее небо, облака и кроны деревьев, с которых свисали плети болотного мха.

– М-м-м…

То, на чем я лежала, вдруг шевельнулось, и половину неба заслонило взволнованное лицо мужчины.

– Тейли, – проговорил он, огромной лапищей нежно скользнув по моему лицу. – Ты как?

– Мн-н-н…

Мужчина повернулся к кому-то невидимому.

– С ней все в порядке?

– Еще пару дней тебе, Рэд, придется потаскать ее на руках, пока мышцы не начнут работать как надо, – услышала я рядом голос Фей. – Мыслимое ли дело – почти полдня проторчать на изнанке в полном отрыве от собственного тела. Удивительно, что после такого она вообще помнит, как моргать и дышать.

– Д-да п-помн-ню я, – буркнула сердито, с трудом ворочая языком. – Все п-помню.

– Ага, – хмыкнула сестра. – Такое не забудешь.

О да…

Я помнила – может быть, даже слишком хорошо – вынужденное заточение во тьме изнанки. Сеанс, наблюдаемый со стороны. Спасение в лице Фей. Поединок с мистером Уиллардом, стоивший мне воспоминаний о доброй половине жизни. Погружение в чужой разум. Смерть матери. Горечь Кая. И золотого защитника, чьи кулаки оградили меня от ночного кошмара. Так же, как охраняли и сейчас…

– Рэд…

Объятия сильных рук стали крепче, а на лице прижимавшего меня к себе мужчины загорелась улыбка.

– Я здесь, Тейли. – Он аккуратно приподнял меня, усаживая на свое колено так, чтобы я могла видеть все, привалившись к его груди.

Фей, поддерживаемая за плечи не слишком-то довольной Эсси, насмешливо фыркнула.

– О, смотрите-ка, ты его все-таки помнишь. А я-то думала, от того золотого истукана ничего не осталось после того, как ты пробила им защитную стену.

– Нет, – улыбнулась в ответ. – Самое важное… я сохранила.

То, как сладко сжимается сердце, когда он держит меня в своих объятиях. Как спокойно, когда он рядом. Какие крепкие у него руки и обворожительная улыбка. И как сильно он нужен мне, пусть даже большая часть воспоминаний о нашем общем прошлом оказалась безвозвратно утрачена.

Неважно. Создадим новые.

Рэда же предсказуемо заинтересовало другое.

– Золотой истукан? – удивленно переспросил он. – Тейли пробила мной стену? Честное слово, Фей, пока мы вытаскивали вас с тонущей «Принцессы», головой о стены тебя никто не бил… ну, почти. Но то, что ты несешь, – полный бред.

– Да нет, – ответила я. – Все… примерно так и было. Единственное, что есть на изнанке, – это воспоминания. И чтобы победить мистера Уилларда, мне нужно было самое сильное из них. Самое важное. То, без которого я не представляла жизни. Так вышло, что это был ты.

– Ого. – На его лице появилось странное озадаченносчастливое выражение. – Даже… даже не знаю, что сказать. Спасибо… наверное.

– Это тебе спасибо. Ты спас нас, Рэд. И твои кулаки действительно оказались такими крепкими, как ты рассказывал.

Он рассмеялся, поцеловав меня в макушку.

– Вот видишь. Я же обещал, что защищу тебя. Хоть здесь, хоть на самой изнанке.

Эсси фыркнула. Фей закатила глаза.

– Постеснялись бы, что ли. Дождитесь берега и там уединяйтесь сколько душе угодно. А тут… люди же смотрят.

– Так отвернись.

– Не могу. Иди сам погуляй по изнанке, а мы с посудомойкой посмотрим, как ты потом будешь лежать, точно вяленая рыба. Ни плавником шевельнуть, ни хвостом махнуть. Только и остается, что ртом хлопать.

На этот раз рассмеялись уже вчетвером, фыркая и смаргивая проступившие слезы. А когда веселье немного схлынуло, я наконец почувствовала себя достаточно бодрой, чтобы оглядеться.

Посмотреть, надо признать, было на что.

Мы с Рэдом, Фей и Эсси находились в лодке, дрейфующей вдоль берега Манчи. Рядом плавало еще с десяток разномастных суденышек и примерно столько же спасательных шлюпок. А посреди русла…

Сначала мне показалось, что это был очередной небольшой остров, захваченный джунглями и зеленью болот, но, приглядевшись, я различила за переплетением корней белый остов парохода, завалившегося на бок. Палубы покрылись мхом, сквозь коридоры и холлы проросли высокие деревья, борта скрылись под лианами и плетистыми кустарниками. Лишь медные буквы надписи – «Принцесса Сиппи» – словно в насмешку просматривались сквозь плети болотного мха, да портрет Мэделин, неизвестно как уцелевший, печально глядел сквозь единственное сохранившееся окно.

Могло ли такое произойти в реальности за неполные сутки? Конечно же, нет. Но если в дело вмешались мистические силы болот Манчи…

– Никакой лесопилки, – услышала я невнятное бормотание, доносившееся с одной из соседних лодок. Говорил, судя по всему, промышленник Тимоти Торни. – Ноги моей больше не будет на этих болотах. Никогда! Ни за что!

Манчи одобрительно булькнуло, и бормотание, на мгновение затихнув, продолжилось с удвоенной силой. Болото ревностно оберегало себя от чужаков и ни в какой дополнительной защите не нуждалось.

Удивительно, каким же все-таки глупцом был мистер Уиллард, когда полагал, что сумеет подчинить себе древнюю силу. Удивительно и вместе с тем немножечко жутко.

– Ничего себе…

Рэд успокаивающе погладил меня по плечу.

– Когда это началось, мы сами пришли в ужас. Если бы Фей не предупредила, что высвобожденная Уиллардом в ходе сеанса энергия рано или поздно непременно выйдет из-под контроля, половина группы наверняка сбежала бы с именем Джулии Уайтинге на устах. Но, к счастью, мы были готовы и, когда пол пошел трещинами, быстро организовали эвакуацию, вытащив одурманенных гостей и экипаж с тонущего парохода.

Я невольно поежилась. Да уж, то еще, наверное, было зрелище.

Впрочем, кое-что взволновало меня больше разрушенной «Принцессы Сиппи».

– Мы? – переспросила я удивленно. – Кого ты имеешь в виду? Рэд, как тебе удалось выбраться из плена «Кулаков», найти Эсси и добраться до нас? И главное, когда вы успели поговорить с Фей?

– Ну, если отвечать по порядку, ни в каком плену я не был. Наемники, набросившиеся на меня в Чи-Тауле, как нетрудно догадаться, были наняты Уиллардом, чтобы инсценировать столкновение с «Кулаками», устроить переполох и ускорить отплытие «Принцессы» без меня на борту. И, скажем честно, план прекрасно сработал… – Рэд помрачнел, словно на секунду мысленно перенесся в то жуткое утро. – Чего наш злой гений не мог ожидать, так это того, что настоящие «Красные кулаки» вместе с Оззи и Эсси объявятся на пристани, едва только «Принцесса» скроется за горизонтом. Так что мы, не тратя времени, реквизировали у местных все лодки и поплыли за вами. Благо, когда надо, люди Оззи умеют быть убедительными.

– Люди Оззи?

Рэд хмыкнул.

– А кто, по-твоему, мог быть достаточно крут, чтобы отправиться в самоубийственную погоню по болотам Манчи? Конечно, пришлось применить красноречие, но, когда Оззи узнал, что творится у него под боком, он сам предложил перехватить вас на лодках.

От мысли о том, чего будет стоить Рэдхенду помощь бандитов, по телу прокатилась дрожь. Я слышала, сколько Оззи просил за покровительство и информацию для сеанса. А ведь это были сущие мелочи в сравнении с тем, что пришлось проделать сейчас. Страшно было даже представить сумму долга, которую Оззи выставит бывшему приятелю по банде.

Сколько же ради этого придется работать…

– Рэд… – осторожно спросила я, тщательно подбирая слова. – А ты уверен… Уверен, что это была хорошая идея?

– Что именно? – Он нахмурился. – Спасать тебя? Объединяться с Оззи?

Я попыталась кивнуть, но удалось лишь чуть-чуть качнуть головой.

– Другого варианта не было.

– Когда Рэд в Биг-Руже пересказал историю твоей матери, – вступила в разговор Эсси, – мы сразу поняли, что дело тут нечисто. Я сошла в порту, начала копать. И выяснила много интересного. Про профессора Бертрама, мальчика по имени Корри Доннели, который когда-то был его помощником, и ирейку Мэделин Уайтинге. Множество следов было затерто, но в наше время газет, фотокарточек и бумажных архивов ни один человек не может исчезнуть бесследно. И если знать, куда именно смотреть, можно легко обнаружить сходство между Корри Доннели и Хантером Уиллардом, появившимся в Биг-Руже подозрительно близко к тому моменту, когда произошел инцидент с Мэделин Уайтинге.

Фей, опиравшаяся на плечо Эсси, присвистнула.

– Ну надо же, как глубоко, оказывается, может сунуть нос простая служанка. А я-то думала, ты только и умеешь, что дергать меня за волосы, закрепляя маску.

– Прекрати! – вмешалась я, пока сестра не наговорила бывшей помощнице еще каких-нибудь гадостей. – Продолжишь в том же духе, и я попрошу Эсси пересесть к нам, а тебя оставим лежать на палубе в одиночестве и захлебываться собственным ядом.

– Ну ты и злюка, – нисколько не испугавшись, фыркнула Фей. – Я тут комплименты раздаю, а меня угрожают чуть ли не за борт бросить. Ужас! Ладно, раз ты так просишь, попытаюсь еще раз. Хорошая работа, Эсси.

– Спасибо.

Сестра неловко замолчала. Было видно, что благодарили ее нечасто.

– Да ладно уж, брось, – отмахнулась она. – Зато теперь мы с посудомойкой знаем, как по-настоящему звали нашего недопапулю. Корри, кто бы мог подумать! Вот так имечко!

– На этом я не остановилась. Куда важнее было прояснить другие детали. Ты, Тейли, утверждала, что сенатор Гастингс и его друзья якобы убили твою мать. Однако на самом деле никакого убийства не было. Дом Гастингсов пострадал во время шторма и был частично разрушен, но никто не погиб. А той же ночью уже знакомый нам мистер Уиллард принес в полицию заявление об исчезновении жены и двух дочерей. Их искали, но тела так и не были найдены.

Я мрачно выдохнула. Теперь мы знали, что именно тогда случилось.

– Выяснив все что можно, я поспешила в Чи-Таулу, чтобы рассказать обо всем Рэду. Однако по дороге меня перехватил Оззи. Так как бежать было некуда, мы поговорили, и выяснилось, что Фей не подставляла нас, наведя «Кулаков» на склад в Нью-Эрли. Их подкупил мистер Уиллард, и план был как раз заманить нас на корабль, на случай, если мы вдруг передумаем и решим сбежать.

– Эй! – надулась Фей. – Вы что, реально считали, что это я вас подставила? Думаете, мне заняться больше нечем, кроме как осложнять жизнь своим бывшим?

– Ну… – Эсси пристыженно замялась. – Просто… Ты всегда была такой…

– Какой?

– Н… непредсказуемой.

– Ну-ну, так я и поверила, что ты именно это хотела сказать. Между прочим, заметь, даже сбежав перед шоу, я оставила вам замену, которая прекрасно справилась с ролью духовидицы. И что-то не вижу, чтобы кто-то из вас жаловался или скучал, несмотря на все годы тесной работы.

– Прости.

Вдоволь насладившись моральными терзаниями Эсси, Фей фыркнула.

– Ладно. Расслабьтесь, я умею отпускать людей.

– Как бы там ни было, к моменту прибытия в Чи-Таулу стало ясно, что Уилларду нельзя доверять, – продолжил Рэд. – И тогда мы объединили силы. Бросились за вами в погоню, настигли пароход. Когда нам удалось подняться на борт, на палубах царило странное оживление. Первый же схваченный матрос сознался, что капитан и хозяин парохода ищут какую-то девушку с котом, и им как раз удалось ее поймать и посадить под замок. По описанию я решил, что это Тейли.

– А наткнулся на меня и Ши, который в образе змеи прополз по воздуховоду и уже наполовину сломал замок, – фыркнула Фей. – Так что мы немного поговорили и разработали план, как вывести папулю на чистую воду. Но получилось даже лучше, чем планировалось.

– Кстати, где он? – спросила я встревоженно. – Мистер Уиллард. Вы вытащили его или?..

– Пришлось забрать его с собой, – ответил Рэдхенд нехотя. – Фей вкратце объяснила мне принцип путешествия на изнанку, и на всякий случай мы не стали разлучать вас, пока она не пришла в себя. Так что…

Рэд помог мне повернуться, и в лодке, более роскошной и удобной, чем наша, я заметила Большого Оззи и мистера Уилларда. Последний смотрел в одну точку, ни на что не реагируя.

С ними же под надзором главаря «Красных кулаков» обнаружился и мистер Гастингс. Несмотря на мокрый и потертый вид, кандидат в президенты Эльской республики держался с достоинством и старался вести себя так, будто все идет по его плану. На Оззи он косился с явной брезгливостью, но в открытую эмоций не проявлял. Стойкость и выдержку сенатора документировала съемочная группа.

Неплохое, наверное, получится предвыборное видео. И грустно, что такому изворотливому политику все снова сойдет с рук.

Что-то мяукнуло в ногах. Скосив взгляд, я увидела трущегося о мое бедро Ши.

– Мяу? – вопросительно склонил голову кот.

Фей усмехнулась.

– Ладно, посудомойка. Только сегодня и только ради тебя. Привнесем в этот мир немного справедливости. Ши, фитц-а.

Кот обратился туманом. Один конец его намотался на безвольную руку Фей, другой же скользнул к соседней лодке и прикоснулся к запястью сенатора.

На мгновение все затихло.

Мужчина вздрогнул, шмыгнув носом, из которого едва заметно выступила капелька крови. А затем откашлялся и произнес четко поставленным голосом:

– Я хочу сделать признание. Когда мне было двадцать три года, я и три моих друга – Руперт Андерс, Эндрю Сэвидж и Тимоти Торни – надругались над молодой ирейкой Мэделин Уайтинге. А чтобы она не пошла в суд, припугнули ее, угрожая убийством. Дело замяли, и до этого дня никто не знал о случившемся. А еще я терпеть не могу ирейцев и всех остальных, кому лучше было никогда не давать конституционные права. Если бы не избирательная кампания, ноги бы моей не было в этих вонючих болотах. Никакие купленные голоса не стоят такого унижения.

В наступившей тишине оглушительно громко щелкнула камера. Из рук журналистки, спасенной с тонущей «Принцессы Сиппи», выпал диктофон и ударился о дно лодки с глухим стуком.

– Ой… – только и успела сказать побледневшая девушка.

Камера щелкнула снова, ослепив вспышкой растерявшегося от собственной откровенности кандидата в президенты Эльской республики. А затем к журналистам добавились бандиты и прибывшие с ними местные репортеры.

Щелк. Щелк. Щелк.

Политической карьере Хардина Гастингса пришел конец.

* * *

Казалось бы, в нашем приключении было полным-полно удивительных вещей – выход на изнанку, животные-проводники, способные по собственному желанию менять обличье, пароход, за несколько часов поглощенный болотами Манчи, – но куда больше мистики оказалось для меня в работе адвоката по наследственным делам, нанятого Фей и Рэдхендом по возвращении в Нью-Эрли. За какой-то неполный месяц ему удалось раздобыть наши старые документы о рождении, а также десяток свидетелей, подтвердивших, что дочери Мэделин Уайтинге являются законными детьми Хантера Уилларда. И тот же судья, что немногим раньше признал нашего фиктивного отца невменяемым, в одночасье сделал нас с Фей наследницами огромного состояния и целого речного флота.

Сказать, что я ошалела от внезапно свалившегося богатства, – это не сказать ничего. Из здания городского суда я выходила на негнущихся ногах, опираясь на локоть Рэда, как в первые дни после возвращения с изнанки. Руки тряслись, в голове было пусто.

Я еще не придумала, что делать со своей жизнью, а тут еще и это! Так и с ума сойти недолго!

К счастью, Фей, как более умная из нас двоих, взяла решение денежных проблем в свои руки. В «Южную судоходную компанию», для руководства которой ни одна из нас совершенно не годилась, был назначен новый управляющий, а доходы, имущество, счета в банках и страховые выплаты за «Принцессу Сиппи» распределены поровну.

Первое, что я сделала со своим несметным богатством, несмотря на бурные протесты Рэда и Эсси, – закрыла долги друзей перед «Красными кулаками». Сумма, конечно, получилась немаленькой, но это того стоило. Мне хотелось сделать что-то хорошее для людей, спасших мою жизнь. А что могло быть лучше окончательной и полной свободы?

Забирая чемодан с деньгами, Оззи лучился благожелательностью и довольством. Рэд взял с него расписку, что у банды больше нет к нам претензий, и мужчины, скрепив договор парой подписей, пожали друг другу руки. А я еще раз тихо поразилась, насколько же много у этих двоих было общего. Как будто Оззи был для Рэдхенда кем-то большим, чем просто боссом, – приемным отцом или, может, старшим братом. Внешне не проявлявший особой приязни, он тем не менее оказался готов в трудной ситуации прийти на помощь.

За некоторое – очень даже неплохое – вознаграждение, само собой. Но кто же знал о будущей компенсации, когда Оззи по просьбе Рэда лихорадочно выкупал у рыбаков Чи-Таулы лодки?

Правильно, никто. Впрочем, эти догадки я мудро решила оставить при себе.

Когда с формальностями было покончено, Рэдхенд первым поднялся из-за стола.

– Что ж, пожалуй, нам пора. Не будем испытывать твое гостеприимство. Билеты уже куплены, поезд отправляется завтра. Больше на своей территории ты нас не увидишь.

– Мог бы и не суетиться, Рэд, – хмыкнул главарь «Красных кулаков», многозначительно кивая на договор и чемоданчик. – С учетом этой индульгенции в Нью-Эрли вы теперь желанные гости. Мой дом – ваш дом. Или как там говорят за океаном?

– Нет уж, спасибо, – хохотнул Рэдхенд, скопировав улыбку Оззи. – Я и от предыдущего визита еле откупился.

– С такой очаровательной подружкой, как мисс Мэддекс, у тебя хватит средств еще на десяток подобных. Ладно, ладно, шучу. – Бандит примирительно поднял руки, насмешливо глядя на подобравшегося Рэда. – Ни на что не претендую. Успокойся, герой-защитник. Поезжайте, куда вы там собрались, и живите счастливо. Но только попробуйте не пригласить на свадьбу.

Рэд фыркнул. А я…

Признаться честно, еще неделю назад я бы смутилась, услышав нечто подобное. Несмотря на то что между нами с Рэдом все было хорошо и даже прекрасно, первое время я не могла выкинуть из головы слова мистера Уилларда о том, что наше безумное сближение было не результатом взаимной приязни, а ответом на мое подсознательное желание обрести сильного защитника. Мне казалось, как только наваждение пройдет, Рэд оставит меня, и даже внезапно свалившееся богатство не удержит его. Да я и не хотела покупать чужую любовь.

Я честно рассказала о своих страхах. Но Рэд, услышав эту, по его мнению, несусветную чушь, лишь рассмеялся и обнял меня крепче. А потом объяснил – словами и делом, – что не собирается никуда уходить.

«Даже если изначально нас связала магия, кто сказал, что без нее мы непременно станем друг другу чужими людьми?

Необязательно решать все сейчас. У нас полно времени, чтобы во всем разобраться. А там… будет видно».

И так, постепенно узнавая Рэдхенда и проводя время с Фей, Каем, Ши и Эсси, я, кажется, начала понимать. Сила духовидицы могла многое. Но в мире было и то, что не создашь магией и не получишь ни за какие деньги.

Верность друзей. Искренность. Честность. Чувства столь сильные, что их не в состоянии разрушить даже чернота изнанки.

Потому-то ехидные слова Оззи не задели меня, вызвав лишь ответную усмешку.

– Не знаю, не знаю. Пока предложений не поступало.

Оззи хитро сощурился.

– Это пока. Держись за нее, Рэд. Эта девчонка не просто умопомрачительно богата. Она делает тебя лучше.

И – тьмой клянусь! – подмигнул мне украдкой. Как будто действительно что-то знал…

От этого меня все-таки бросило в краску. А Рэд рассмеялся, крепко притянув меня к себе за талию.

– Нам всем нужен тот, кто делает нас лучше, Оззи. Всем.

* * *

Поезд, связывавший Нью-Эрли на востоке и ЭльАнхелес на западе, отправлялся с центрального вокзала ровно в семь сорок пять, и уже с семи на перроне было не протолкнуться от желающих пересечь страну пассажиров. Сновали туда-сюда носильщики, обнимались семьи, торговцы пытались просунуть сквозь открытые окна вагонов лепешки и пирожки. Всюду царили ужасающий гвалт и гомон, иногда перекрываемый громким звуком паровозного гудка. У меня, не привыкшей к такому, голова немного шла кругом.

Наш вагон располагался в начале состава. Памятуя о Кае и Ши, Рэдхенд выкупил целое купе, так что можно было не переживать о ментальном здоровье потенциальных попутчиков. Багаж уже давно был загружен, билеты проверены. Оставалось дождаться лишь Фей, которая, разумеется, задерживалась.

– Да где там ее вообще носит? – буркнула Эсси, с раздражением поглядывая на часы, чья минутная стрелка неуклонно приближалась к назначенному времени отправления. – Она что, планирует, как главная звезда, объявиться в последний момент?

– Терпение. – Рэд единственный сохранял невозмутимое спокойствие. – У нее есть еще десять минут. Успеет.

Я нахмурилась. Если честно, я тоже уже начинала волноваться. Я понятия не имела, что делать, если Фей не придет. Отменять поездку? Пытаться задержать поезд?

Но за три минуты до отправления сестра наконец появилась.

Без чемодана.

При ней были Кай и Ши, невидимые для обычного взгляда, и никаких сумок. Не то чтобы ей нужны были какие-то особые вещи: с нашим состоянием все можно было купить уже на месте. Но я все равно сразу поняла, что это значит.

– Ты не едешь.

Фей иронично выгнула бровь – «ну надо же, какая сообразительность».

– Почему? Я думала, ты решила отправиться с нами.

Она дернула плечом.

– А зачем? Быть четвертой лишней в вашей странноватой идиллии? Налаживать сестринские отношения? Забыла, что ли, посудомойка, что из нас двоих все гадкое досталось мне? Вон, взгляни, как радостно вздохнула Эсси, когда поняла, что я не буду отравлять вам прекрасное путешествие.

Бывшая помощница духовидицы виновато потупилась.

– Да ничего такого… – пробормотала она. – Делай что хочешь.

Впрочем, не нужно было уметь читать чужие мысли, чтобы понять, что Эсси не более чем отговорка.

Я повернулась к сестре.

– Мистер Уиллард… Корри Доннели больше не имеет над тобой власти, Фей. Ты можешь выбрать другой путь.

– Могу. – Она пожала плечами. – Но зачем? Мне нравится моя жизнь. В отличие от тебя, я люблю быть в центре внимания. Так что, пожалуй, продолжу делать, что делаю. Наберу команду, организую представление, благо финансы позволяют ни на чем не экономить. После того, что Корри устроил на болотах Манчи, интерес к магии как никогда высок по всему южному побережью. Самое время подхватить то, что вы, бездари, бросили.

– Заберешь себе шоу? – поинтересовался Рэд.

– Пф, – фыркнула Фей. – Оно и так было моим. Высоко бы ты забрался без настоящей талантливой духовидицы, милый? Так что довольствуйтесь тем, что осталось. Поступите в университет, откройте ресторан на берегу океана, чтобы нашей посудомойке было где применять свои исключительные таланты. Обзаведитесь выводком детишек – или живите в свое удовольствие, греясь на солнце. Радуйтесь жизни. А я, так уж и быть, пришлю вам открыточку на День примирения.

Рэдхенд нахмурился.

– А как же Кай и Ши? Кого из них ты оставишь Тейли?

Крокодил и кот, невидимые для простого глаза, переглянулись, и я поняла, что проводники уже сделали выбор.

– Никого, – ответила за них я. – Кай и Ши решили остаться с Фей. Оба. И… пусть так оно и будет. Я не очень хочу быть духовидицей, Рэд. Лучше уж и правда держать ресторан и каждый день купаться в океане. Спокойно спать по ночам. Трогать людей, не боясь случайно узнать, что они думают.

– Что ж… – Мне показалось, Рэдхенд даже немного обрадовался. – Решение за тобой. Если ты считаешь, что так лучше, пусть.

– Ну, раз мы обо всем договорились, – прервала нас Фей, – пора прощаться. Не поминайте меня слишком уж грубыми словами, исправно платите налоги и иногда пролистывайте газеты в поисках статей с моими портретами. И, Рэд, постарайся сделать все, что в твоих силах, чтобы у посудомойки никогда не появилось своего проводника.

Я тихо хмыкнула про себя. Да… это, наверное, был самый милый способ сказать «не разбивай моей сестре сердце», на который была способна Фей.

– Будь счастлива. – Я обняла сестру, прикрыв глаза, и почувствовала, как Кай и Ши с двух сторон незримо прижались ко мне во мраке изнанки. Кот потерся спиной о лодыжки, а крокодил низко заурчал, что, вероятно, было своеобразным выражением признательности.

«Будь счастлива, Фей».

«Ты тоже, посудомойка».

Объятия разжались, возвращая меня на солнечный перрон Нью-Эрли. Сестра отступила на шаг, позволяя Рэду, уже стоявшему на подножке, обхватить меня за талию и поднять в вагон. Громкий сигнал – и состав тронулся. Маленькая фигурка Фей быстро потерялась среди других провожающих. Растворились в воздухе гудки духового оркестра, исполнявшего знаменитую композицию о другом поезде, точно так же едущем сквозь страну. Пронеслись мимо людные улочки рабочих кварталов, заполненные автомобилями. Мелькнули над черепичными крышами разноцветные огни Карнивал-лейн. На секунду в просвете домов показался и пропал широкий полумесяц залива.

Нью-Эрли, город, где я провела практически всю свою жизнь, остался позади.

Я отвернулась от окна и улыбнулась Рэду и Эсси, новой семье, которую я выбрала для себя сама, без магии и принуждения.

А потом поезд, следовавший за солнцем на западный берег огромной Эльской республики, повернул – и у нас началась новая жизнь.