Глава 18

Элизабет

— Завтра в семь вечера у нас свидание.

Сказал и покинул мою комнату, оставляя меня один на один со своими мыслями. А их была чертова куча! Я откинулась на кровати и закрыла руками глаза. Боже мой, это был сон? Тогда я не хочу просыпаться, хочу и дальше наслаждаться этим мгновением.

Сегодняшний день стал настоящим марафоном в плане испытываемых мною эмоций. Они сменялись одна за другой, и каждая из них напрямую была связана с Эйданом. Леденящий душу страх, когда я наблюдала за родео. А когда он упал…

Тогда мне казалось, что прямо сейчас грохнусь в обморок. Я испугалась за него, отчетливо почувствовала, как сердце остановилось в ужасе. А затем, в тот момент, когда он поднялся, стало грохотать так, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Но что поразило меня еще больше, так это то, что такой ужас и страх испытывала только я! Для остальных в этом не было ничего необычного, лишь миссис Тайлер вздрогнула и сцепила руки, волнуясь за сына. А для всех других это было не более чем ярким представлением.

И тогда на меня накатила злость. На всех этих людей, которые так жаждали зрелища, на Эйдана, который так рисковал собой и в данный момент направлялся к нам с торжествующей улыбкой на лице. И на себя, за то, что до сих пор тряслась от страха за него, хотя и видела, что он в порядке. Но мне до боли хотелось дотронуться до него и проверить, нет ли у него серьезных повреждений.

А он будто знал, что мне нужно. Когда обнял, почувствовала, как напряжение, сковавшее меня, отпускает. Теперь я чувствовала себя глупо, повела себя словно идиотка, причем на виду у всех. Миссис Тайлер улыбалась мне загадочной улыбкой, и явно была чем-то довольна.

Но я не стала заострять на этом внимание. Ведь Эйдан устроил мне праздник, и это было просто незабываемо. Чувствовала себя счастливым ребенком, радуясь каждому мгновению, проведенному рядом с ним. Недавний страх был забыт, я просто наслаждалась весельем.

Мне казалось, я вижу перед собой совершенно другого человека. Эйдан был таким веселым, довольным, он оказался прекрасным собеседником, и я слушала его чуть ли не с открытым ртом. Он постоянно касался меня, сначала мне казалось, это случайно, но потом поняла, он делает это намеренно. И, черт возьми, это было до того приятно, что я каждый раз едва прятала довольную улыбку.

Затем этот поцелуй. Я и сама ждала его, хотелось вспомнить вкус его губ, это зарождение тепла в груди. И снова меня переполнял восторг, мне нравилось это ощущение, хотелось, чтобы поцелуй никогда не заканчивался… и именно это и напугало меня. То, что я начинаю чувствовать к этому мужчине. Я была сбита с толку. И сделала единственное верное решение — убежала. Позорно скрылась от него, боясь, что все мои эмоции он может прочитать у меня на лице.

Всю дорогу миссис Тайлер щебетала со мной без умолка. Казалось, она была счастлива, и я подозревала, что это не только сам праздник так на нее повлиял. Я думала, она видит меня насквозь, потому и отвечала невпопад на ее вопросы, а уж когда она начала расспрашивать меня о прошлом, настроение упало на несколько пунктов вниз. Мне снова приходилось врать и изворачиваться. Я старалась говорить как можно меньше лжи, используя полуправду.

Детство? Да, прекрасное, спасибо. Единственная дочь у родителей, в которой они души не чаяли. Школа? Конечно же, самая обычная, рядом с домом. Но никак не частная элитная гимназия, в которой обучались лишь дети знаменитостей и политиков. Таких как я. Но разве это можно считать ложью? Друзья? О да, их было много. Ключевое слово "было", ведь на самом деле и друзей-то не было. Лишь знакомые, которые хотели похвастаться дружбой с дочкой известных ученых. Когда она спросила про родителей, я на автомате рассказала ей ту версию, что рассказывала и остальным.

Обычные люди, погибли много лет назад в автокатастрофе, после этого меня забрал к себе дядя. И в этот момент меня напугало до мурашек и кома в горле, что ложь так легко слетала с губ, что я так спокойно врала и, казалось, сама верила своим словам.

А затем Эйдан пришел ко мне ночью. Я испытала самый настоящий шок от того, что последовало далее. И сейчас, лежа в своей кровати, не в силах заснуть, постоянно прокручивала в голове эту сцену. Вспоминала свою реакцию. То, как мое тело среагировало и откликнулось на прикосновения Эйдана…

На следующий день я была вся, как на иголках. Все мои мысли были заняты предстоящим свиданием. Даже не верила до конца в реальность происходящего. Сомневалась, не приснилось ли мне все, что было вчера. Потому с самого утра решила загрузить себя работой, под недовольное ворчание мистера Гибсона. Он, видимо, заметил моё взвинченное состояние, но комментировать не стал.

Помогала ему с готовкой, на этот раз результат превзошёл мои ожидания. Лепешки, которые я приготовила, получились вполне съедобными, и мистер Гибсон даже похвалил мои старания, сказав, что скоро я стану настоящим Гордоном Рамзи. Я долго смеялась на эти слова.

Меня удивило, что старый ковбой знает про этого знаменитого повара. Гордон был знаком с моей семьёй и даже пару давал мне мастер-класс, что не принесло никакого результата. Овсяные лепешки — вот мой кулинарный предел.

Я боялась встретиться с миссис Тайлер, но как оказалось, она уехала в гости к своей давней подруге и обещала вернуться лишь через два дня. Глупо, но я радовалась этому. Мне казалось, если бы она посмотрела на меня, то тут же поняла, чем мы занималась с её сыном у неё под боком.

Во время ланча мне предстояло ещё одно испытание. Как обычно, все работники собрались в гостиной, Эйдан тоже был там. Как только мы встретились с ним глазами, почувствовала, что к моим щекам прилила краска. Его вспыхнули на мгновение чисто мужским взглядом, в котором я распознала голод, и внутри меня все затрепетало в непривычном предвкушении. Эйдан улыбнулся краешком губ и отвернулся к одному из работников. На меня он больше внимания не обращал, но потом во время обеда я, то и дело, чувствовала его взгляд на себе.

Позже, когда с ланчем было покончено и мужчины стали расходиться, я пошла на кухню, чтобы отнести грязную посуду. Мистер Гибсон поднялся в свою комнату, сославшись на то, что его старым костям нужен отдых. Уходя, он подмигнул мне, и я так и не смогла распознать, что означал этот жест. Стояла около раковины, отмывая посуду, когда почувствовала прикосновение рук к своей талии. Резко повернулась и не удивилась, увидев перед собой ухмыляющегося Эйдана. Он продолжал держать меня за талию, а у меня даже мысли не возникало отодвинуться.

— Как спалось? — спросил он, вкладывая в свой вопрос особый смысл.

В его глазах промелькнуло нечто, непонятное мне, и хватка на моей талии усилилась.

— Отлично, — ответила, очень надеясь, что мой голос не дрожит.

От его вопроса я вспыхнула, сразу вспомнив, что произошло между нами. Его близость стала подавлять, и я попыталась отодвинуться, но Эйдан не дал этого сделать, наоборот, осторожно прижал к себе, будто боясь, что могу убежать. Инстинктивно уперлась руками ему в грудь, только сейчас сообразив, что ладони мокрые и покрыты пеной.

Эйдан стал наклоняться к моему лицу, я была почти уверена, что сейчас он поцелует меня. Но он лишь прижался теснее и прошептал на ухо.

— Будь готова через час, Эли. Я буду тебя ждать.

От его низкого голоса и обещания, которое в нем прозвучало, я почувствовала, что начинаю дрожать. Даже не успела ничего ответить, как Тайлер отодвинулся и сделал шаг назад. Окинул меня с ног до головы медленным взглядом и, посмотрев в глаза, тепло улыбнулся. На его майке расползались два мокрых пятна от моих ладоней, пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться.

— Куда мы пойдем? — спросила, чтобы сказать хоть что-то, а не стоять перед ним с глупым видом.

Эйдан подошел к холодильнику, достал бутылку содовой и стал пить прямо из горлышка. Посмотрел на меня, приподняв бровь.

— Узнаешь, но не сейчас. Кстати, будет лучше, если ты наденешь джинсы, Элизабет.

Он поставил бутылку обратно в холодильник и направился к выходу. Поравнявшись со мной, остановился.

— Хотя мне нравится этот сарафанчик, — ухмыльнулся и провел рукой по бретельке, — так и хочется его снять с тебя.

Эти слова он произнес уже шепотом и, не дожидаясь ответа, покинул кухню…

Ровно через час я вышла из дома и сразу же увидела Эйдана. Он стоял, облокотившись на забор. При виде меня оттолкнулся и сделал шаг навстречу. Улыбнулся и окинул меня придирчивым взглядом, отчего мне стало не по себе.

— Отлично, — сказал он довольно, — ты похожа на маленькую ковбойшу.

В его взгляде было неприкрытое веселье, и я улыбнулась в ответ.

— Так куда мы направляемся, ковбой? — спросила его, поймав себя на мысли, что неосознанно начинаю флиртовать с ним.

Эйдан хмыкнул и взял меня за руку. На улице стояла удушающая жара, но я отчетливо ощутила, что покрылась мурашками от прикосновения его грубых пальцев.

— Пойдем, — потащил он меня за собой, — хочу кое-что тебе показать.

Он шел слишком быстро, мне приходилось едва ли не бежать за ним, чтобы не упасть. Но я была до такой степени заинтригована, что даже не стала возмущаться. Мы прошли через участок, обогнули дом, мимо мастерской, загона для животных и подошли к конюшням. Эйдан остановился и повернулся ко мне, загадочно улыбаясь.

— Ты умеешь ездить верхом? — спросил он меня.

Я растерянно перевела взгляд к двери, зная, что внутри в стойлах стоят несколько лошадей. Раньше мне не доводилось даже рядом находиться с этими животными, не то, что пытаться взобраться на них и трястись в седле, рискуя свернуть шею.

Отпустив руку Эйдана, сделала медленный шаг назад. Наверное, сейчас мои глаза стали похожи на два огромных блюдца, но я приходила в ужас, боясь, что мы пришли сюда не просто так.

— Нет, — ответила ему, — только не говори, что хочешь исправить это.

Эйдан тихо засмеялся низким грудным смехом.

— Именно этого я и хочу, трусиха, — сказал мне и подмигнул.

Наверное, он шутит… Я не боялась, что лошадь скинет меня с себя, стоит лишь сесть на нее. Нет, она просто покусает меня, как только подойду к ней. Где-то слышала, что эти животные кусаются.

— Я не буду даже пытаться, — сказала, как можно тверже, — это плохая идея, Эйдан.

Он картинно закатил глаза.

— Ты просто боишься, вот и все. Пойдем, — сказав это, он взял меня за руку и повел за собой внутрь амбара.

Мне хотелось вырвать свою руку, прирасти к земле и не двигаться с места, но я покорно пошла за ним, чувствуя, что прикосновение его руки окутывает меня неожиданной уверенностью.

Внутри пахло свежим сеном, стоял аромат, характерный для места, где держат животных. Неосознанно я наморщила нос и стала осматриваться по сторонам.

В четырех стойлах стояли лошади, никак не отреагировавшие на наш приход. Животные были просто огромные, и моя уверенность мгновенно пошатнулась. Эйдан подошел к одному из них и ласково погладил его по гриве.

— Это Рэйвен, — с гордостью представил он мне коня, — я приобрел его еще маленьким жеребенком. Он — чистокровный арабский скакун.

Мужчина достал из кармана кусочек сахара и скормил коню. Глядя на Рэйвена, не возникало сомнений, что имя ему дали за насыщенный черный окрас.

Медленно я подошла к стойлу и стала рассматривать животное. Сейчас, когда видела его вблизи, я не испытывали страха. Меня переполнял трепет и восхищение. Его грива, глубокого черного цвета, отливала синевой. Мне хотелось протянуть руку и дотронуться до нее, но я не решилась.

— Он прекрасен… — только и смогла выдавить из себя, на что Эйдан довольно улыбнулся.

— Сейчас ты познакомишься с ним поближе, — сказал он мне, не обращая внимания на то, что я сделала шаг назад, — иди на улицу, мы с Рэйвеном скоро к тебе присоединимся.

— Мне кажется, это не очень хорошая идея…

Эйдан лишь помотал головой и мягко подтолкнул меня к выходу. Мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Да, я боялась до чертиков, но в глубине души уже разливалось острое чувство предвкушения. По венам потек адреналин

Через несколько минут Эйдан вышел из амбара, ведя под уздцы Рэйвена. Конь послушно брел за ним величественной походкой. Я сразу же обратила внимание, что он был без седла.

— Ну что, ты готова? — спросил меня Эйдан и ласково потрепал Рэйвена за бок.

Готова ли я? Конечно же, нет! Но будь я проклята, если признаюсь ему в своём страхе. Достаточно того, что он и так отлично о нем осведомлен.

— Вроде, да, — ответила, как можно увереннее.

— Отлично!

В следующую секунду я задохнулась от неожиданности. Эйдан легко подхватил меня за талию и усадил верхом на животное. На мгновение мне показалось, что прямо сейчас я потеряю сознание и свалюсь бесчувственный кучей аккурат под ноги мужчине. Сразу же вцепилась обеими руками в гриву Рэйвена, и он переступил на месте, показывая своё недовольство. Но даже это не заставило меня разжать руки, я боялась как никогда в жизни.

— Вот видишь, — улыбнулся мне Эйдан, — Рэйвен — очень спокойный конь.

Так непривычно было смотреть на него сверху вниз. Обычно мне приходилось запрокидывать голову вверх, чтобы посмотреть ему в глаза. Сейчас же это делал Эйдан, смотрел на меня, и его глаза светились теплом.

— Он же не скинет меня, да? — попыталась я пошутить, чтобы не показывать свою нервозность.

Эйдан не ответил, и через секунду с одного прыжка забрался и уселся позади меня. Его руки легли мне на талию и уверенно притянули ближе к себе, так, что я задержала дыхание.

— А ты боялась, — прошептал он мне на ухо.

Я уже хотела ответить, но в этот момент Рэйвен двинулся с места и сразу же побежал трусцой, будто только этого и ждал.

***

Это было невероятно. Просто непередаваемые ощущения. Мы скакали в поле, прямо навстречу ветру. Сначала я испытывала страх и вцепилась в гриву так, что костяшки пальцев моментально побелели. Конь набирал скорость, я чувствовала крепкое объятие Эйдана, его тело, прижавшееся ко мне, и это меня успокаивало. Я расслабилась и стала с интересом смотреть по сторонам, а посмотреть было на что.

Вокруг нас растянулись бескрайние поля, цветущие разными красками. На горизонте маячили горы, с нашего расстояния, казавшиеся не более спичечного коробка. Ветер бил прямо в лицо, но я даже не пыталась отвернуться. Это было приятно. Он дарил ощущение свободы, казалось, что в этом мире остались только мы вдвоем.

Эйдан наклонялся ко мне и рассказывал о местах, что мы проезжали. Вот за тем холмом, в нескольких километрах, находится охотничья хижина. А те самые горы, которые мне казались такими далекими, на самом деле являются одной из самых высоких точек южной части Америки. В то же время они стали границей между двумя штатами. Эйдан рассказал о том, что в тех местах до сих пор можно наткнуться на индейские племена со своими традициями и обычаями. Здесь их называют резервациями. И хотя эти люди пользуются всеми благами цивилизации, их привязанность к своим корням очень сильна.

Эйдан направил коня по направлению к одному из холмов. Он сказал, что это и есть конечный пункт нашей прогулки. Стоило лишь нам поравняться с этим местом, как у меня тут же захватило дух. Я даже вскрикнула от восторга, и пальцы Эйдана на моей талии усилили хватку.

Впереди растянулось огромное озеро, отливающее голубизной. Мы подъехали к самому краю, и я отчетливо увидела, что вода в нем практически прозрачна. Эйдан спустился на землю, и через два удара сердца я была подхвачена его сильными руками. Он прижал меня к себе и поцеловал.

Мимолетное прикосновение губ, но я тут же почувствовала привычное томление и положила ладони ему на плечи…

Но он отстраняется слишком быстро, я даже не успеваю насладиться. Эйдан уже хватает меня за руку и подводит вплотную к воде. Опустив голову вниз, я вижу наши отражения.

— На ближайшие мили вокруг это единственное озеро, в котором можно купаться, — говорит он мне.

Я отпустила его руку и присела на корточки. Окунула ладонь в воду и зажмурилась от удовольствия. Вода была прохладной, настолько прозрачной, что я увидела, как от моего движения маленькие рыбки в панике скрылись на глубине.

— У вас тут много озер, да? — спросила я Эйдана.

Он махнул рукой влево и ответил.

— В той стороне находится Кровавое озеро. Ты слышала о нем? — на мой отрицательный ответ он продолжил, — люди прозвали его так, потому что в один из дней его воды окрасились в кроваво-красный цвет. На самом деле, это произошло из-за засухи и действия каких-то бактерий. Но фанатики стали кричать на каждом шагу о конце света. Даже приезжали репортеры с CNN, и озеро прозвали Ящик Пандоры.

— Надо же, — тихо проговорила я и поднялась, — мы поедем к нему?

— Сегодня нет. Но, если ты хочешь, мы устроим прогулку позже.

Еще около получаса мы бродили с ним вдоль берега, пока Рэйвен спокойно жевал траву, не обращая ни на кого внимания. И, как ни странно, я поняла, что это стало лучшим свиданием, что были у меня до этого. Эта девственная природа, которая раньше меня практически не привлекала, сейчас же просто завораживала. Было ощущение, что мы находимся на краю света, хотя это совсем не так.

Мы болтали обо всем и ни о чем одновременно. Я поразилась, насколько мне легко в общении с этим мужчиной, его низкий голос я была готова слушать, наверное, вечно. Он рассказывал о том, как прошло его детство в этих краях. Оказалось, у него есть две сестры, старше его. Школа, юность… я слушала, запоминая каждое его слово.

Но Эйдан все свои рассказы сводил именно к этому времени. Я заметила, что начиная с того момента, как закончил старшую школу, он постоянно замолкает и переводит тему. Неужели и у него есть своя тайна?

Сложнее всего было отвечать на его вопросы о себе. И я неизменно, так же, как и он, рассказывала лишь о своем детстве, не вдаваясь в подробности.

Увидев покосившуюся корягу на берегу, Эйдан направился к ней. Усевшись на нее, он притянул меня к себе, так, что я встала как раз у него между ног. Наши глаза оказались на одном уровне. Он приподнял ладонь и отвел волосы, упавшие мне на лицо.

— Ты очень красивая, Элизабет, — тихо проговорил он и провел костяшками пальцев по моей щеке, — такая нежная, будто девушка с другой планеты в наших краях.

— У вас все девушки грубые, так что ли? — спросила я, пытаясь перевести разговор в шутку, понимая, что мой голос меня выдает.

— Просто ты особенная.

Я не успела ничего ответить, как он резко притянул меня к себе и стал целовать. На этот раз поцелуй был совершенно иным. Жарким, страстным, я боялась, что буквально задохнусь от нахлынувших чувств. Одна рука Эйдана гладила меня по спине, прижимая еще ближе. Второй же он зарылся мне в волосы, намотав хвост на кулак.

Мне казалось, это длилось вечность. Но Эйдан все же оторвался от меня, тяжело дыша. А я, взглянув в его потемневшие глаза, задержала дыхание и не могла даже вздохнуть — сила желания в них меня поразила.

— Нам пора возвращаться, Дюймовочка — сказал он хрипло, но не сдвинулся с места, наоборот, опустил руки мне на бедра и стал поглаживать, — я не предупредил тебя, но завтра твои ноги будут чертовски болеть после этой поездки.

— Это не страшно, — ответила, испытывая дикое желание забраться к нему на колени и продолжить начатое. Я точно схожу с ума…

Отвела взгляд в сторону, чтобы он не смог прочесть в нем мои мысли.

— Эли, — мягко взяв меня за подбородок, он повернул мое лицо к себе, — мы же попытаемся?

Не знаю, почему, но я сразу поняла, что он имеет в виду. Он говорит о нас, о том, что это все может перерасти в нечто большее. Во всяком случае, я очень хочу в это верить.

— Да, — ответила ему, не отводя взгляда, — я готова рискнуть.

И он снова стал целовать меня с еще большим напором, его руки исследовали каждый дюйм моего тела. Сердце колотилось, как сумасшедшее, еще немного и выпрыгнет из груди. И снова я потерялась во времени и пространстве. Был только он и я в этом мире. И мне хотелось, чтобы так длилось вечность…