Глава 9

Элизабет

Прошло две недели после моего приезда на ранчо. Потихоньку я стала привыкать к своей новой жизни, хотя это было и непросто. Все здесь для меня было чужим и непривычным. Если бы полгода назад мне кто-нибудь заикнулся о том, что я буду жить на Богом забытом ранчо, в окружении кучи мужчин и такого же количества животных, да я бы первая посоветовала тому человеку обратиться к хорошему мозгоправу. И даже дала бы номер своей знакомой. Она отличный специалист, к ней ходят на прием даже знаменитости. В основном, придумывая дурацкие и нелепые проблемы в своей жизни, требующие немедленного решения.

Но сейчас я была готова и сама попасть к ней на прием. Нет, не для того, чтобы она начала копаться в моей голове. Но мне так хотелось с кем-то чисто по-человечески поговорить. Вот просто лечь на этот их диванчик, которые стоят у всех психологов. Лечь и рассказать все, что меня гложет. Чтобы выслушали. Просто выслушали. Наверное, мне бы полегчало. Здесь же у меня не было такой возможности. Я вынуждена играть чужую роль, и девочки Миранды больше не существует.

Поначалу я вообще всех сторонилась. Ковбоев боялась до жути. Они казались дикими. Когда мистер Гибсон говорил мне о том, что многие из них женаты и имеют семьи с кучей детишек, я вообще не могла поверить, что мы об одних и тех же людях. Да ладно!

А вот сам мистер Гибсон стал мне близок за эти дни. По сути, только с ним я и общалась. Помогала ему на кухне, в жизни бы не поверила, что смогу приготовить что-то серьезнее тоста с джемом. Но этот добродушный старик стал постепенно учить меня. Многому.

Первые лепешки, вышедшие из моих рук, оказались похожи на черные камни. Да и по консистенции не далеко ушли. Мистер Гибсон тогда мужественно пытался откусить кусочек от одной, а я стояла, сцепив пальцы за спиной. В тот момент, когда во рту у него что-то громко хрустнуло, и он болезненно скривился, я с отчаянием поняла — готовка не входит в список моих талантов. Хотелось разрыдаться и бросить все это к чертовой матери! А мистер Гибсон даже не ругался. Он лишь весело хмыкнул и пробурчал себе под нос "молодежь…". Больше такую работу он мне не поручал.

У меня же появилось глупое и детское желание доказать, что я смогу научиться. Кому я собиралась это доказывать, не знаю. Наверное, самой себе. Но я твердо решила, что в следующий свой визит в город, куплю книгу для начинающих поваров. А что… Одно пособие для чайников у меня уже есть, второе не помешает.

Стоило вспомнить про эту самую книгу, как я начинала думать о хозяине ранчо. После того ужасного случая с этим плющем, или как он там называется, я его практически не видела. В тот вечер он, как и обещал, пришел ко мне и снова смазал кожу вонючей мазью. И все. Остальные три дня я обрабатывала противные раны сама. Но ведь я же на этом и настояла, не так ли? Потому что просто не выдержала бы еще одного такого… сеанса.

Эйдан Тайлер. Его невозможно понять. В тот день я на не него взглянула будто под иным углом. И даже простила ему то, что он отвез меня не к кому-то, а к ветеринару. Немыслимо. Словно еще одно свое животное. Но отрицать нечего, мазь помогла. И что самое главное, не было огромных волдырей, которые появляются при аллергии. В это меня посвятил все тот же мистер Тайлер.

Я не понимала его. То он был груб, то проявлял участие, как тогда, то вообще не замечал моего существования. Я постоянно вспоминала тот день. Его забота поразила меня. Почему-то я ожидала, что он скорее посмеется надо мной, либо будет зол. Что же, и это было. Но когда он пришел ко мне в комнату, он был другой. Его руки были нежными. Никогда бы не подумала, что такие жесткие и грубые ладони могут быть настолько осторожными. А он еще и извинился за них. Почему-то именно это поразило меня до глубины души.

Мне было жутко неудобно. А уж то, что пришлось раздеться перед ним… Боже, наверное, в тот день я испытала все оттенки смущения. И хотя пыталась успокоить себя, что это то же самое, что и раздеться на пляже, это не помогало. Нет, черт возьми! Это было интимно. Я отчетливо видела в его глазах чисто мужской интерес. Тщательно прикрытый, но взгляд как будто касался моей кожи на физическом уровне. Это новое ощущение. Странное. Непривычное. Но мне было… приятно.

И еще меня поразили его глаза. Глубокие, цвета растопленного шоколада. Я даже рассмотрела яркие золотистые вкрапинки вокруг радужки. Но не это удивило. А то, что я увидела в них. Пустота, огромная пустота, спрятанная недостаточно глубоко. Она затягивала, манила, еще немного и поглотит полностью. В первое мгновение я едва смогла сдержать возглас удивления, настолько эта пустота была мне знакома.

Так проходили дни. Я все также помогала мистеру Гибсону не только на кухне. Периодически наведывалась в амбар, уже не устраивая битв с петухом. Но самой трудной и изматывающей работой для меня была уборка по дому. В прошлом я даже не задумывалась о таких вещах, у нас был полный штат прислуги, которая выполняла свою работу отлично.

Но здесь же… Эйдан Тайлер передавал свои поручения через мистера Гибсона. И я каждый раз поражалась тому, насколько они тяжелые. Первые несколько дней я потратила на уборку одной лишь комнаты. Одной! Вычищала всю грязь, выносила мусор, оставшийся после ремонта. Мыла, драила, чистила…

Моя кожа на руках была не готова к такому количеству чистящих средств, стала шелушиться, огрубела. Про маникюр я вообще молчу. Но я держалась. Стойко держалась. Ни разу не пролив ни слезинки. Хотя так хотелось психануть и свалить из этой дыры! Плевать куда, лишь бы подальше отсюда.

Но последней каплей стал стул. Простой деревянный стул. Который я решила переставить ближе к окну в той самой комнате. Засадила себе занозу и битых полчаса пыталась ее вытащить. В итоге пришлось просить помощи у мистера Гибсона.

Видимо, он понял мое состояние и всячески пытался отвлечь. Рассказывал смешные истории про своих внуков. В другое время я бы даже посмеялась. Но не в этот день. Вдобавок ко всему он стал расспрашивать меня о моем прошлом. Я на автомате отвечала заученными фразами, а потом и вовсе сбежала в свою комнату, чувствуя спиной его удивленный взгляд.

Тогда я впервые за эти дни не смогла заснуть. И даже усталость и ноющее от непривычной нагрузки тело не помогали. Вспоминала родителей, чего не делала в последнее время. Слишком больно. Но в ту ночь я могла себе это позволить.

Лежала в постели, обхватив колени, и тихо плакала. Мне раньше казалось, что я выплакала все свои слезы, но я обманывала сама себя. Просто запретила себе заново переживать тот кошмар, заново обнажать свою боль. Мистер Ньюман говорил, что нужно смириться и жить дальше. Смириться и жить дальше…

Это как?! Разве можно смириться с тем, что у тебя отняли самых дорогих тебе людей. Убили хладнокровно и беспощадно. За что, Господи, за что им это?!

Мистер Ньюман говорил мне, что я должна благодарить Бога за второй шанс. Что я должна быть благодарна судьбе за то, что в тот день он смог спасти хотя бы меня. Но я не собиралась никого благодарить. Ни за что. Я хотела, чтобы время вернулось вспять, тогда я бы не послушалась маму и…

Меня снова накрыли судорожные рыдания. Я уткнулась в подушку, стараясь заглушить эти звуки, хотя моя комната все равно находилась в другом крыле дома. В ту ночь заснула лишь под утро. Впала в забытье, в котором видела улыбающихся родителей. И мне становилось легче… теплее… казалось, что они рядом…

***

Я проспала. Впервые за все эти дни. И даже местный пернатый будильник не смог меня разбудить. С ужасом увидела, что уже почти полдень. Лицо было опухшим от слез, глаза неприятно щипало. Приняла душ практически за несколько минут, умылась ледяной водой и посмотрела в зеркало. Мда… физиономия оставляла желать лучшего. Но что поделать. Быстро одевшись, направилась на кухню.

Завтрак я пропустила, но у ковбоев скоро обед, и я знала, что работы мне хватит. Мистер Гибсон сидел за столом и пил кофе. При моем появлении он улыбнулся.

— Ну что, Лиззи, ты выспалась? — спросил он.

Мне было неудобно, что я так долго спала, в то время как должна была помогать ему. Наверное, я даже немного покраснела, но ответила спокойно.

— Почему вы меня не разбудили? — подошла к кофеварке и налила себе напитка.

— Потому что тебе нужно было отдохнуть, — он сделал серьезное лицо, и я уже знала, что последует дальше, — ты слишком усердно приступила к работе. Ты же не привыкла к такому, я прав, мисси?

— Но я быстро учусь, — села напротив него и сделала первый глоток кофе, чувствуя, как организм начинает оживать, — я не собираюсь жить здесь на правах приживалки.

Мистер Гибсон странно крякнул и выпучил на меня глаза.

— Ты опять за старое, Лиззи? — нахмурил он брови, — ты же знаешь, это не так.

Ответить мне было нечего, и потому я сидела, уткнувшись в чашку.

— Сегодня на кухне твоя помощь не потребуется, — продолжил мистер Гибсон, — Эйдан про тебя тоже ничего не говорил. Так что отдыхай.

— Может, мне убраться в другом крыле дома? Как думаете?

Я не хотела сидеть без дела. Боялась, что на меня навалятся те же кошмары, что и вчера. И я просто не выдержу. Мне нужно чем-то себя занять. Я настолько погрузилась в свои мысли, что не сразу заметила, что мистер Гибсон слишком долго не отвечает. Посмотрела на него удивленно. Он будто вмиг помрачнел и отвел взгляд.

— Не стоит тебе ходить туда, Лиззи. Хозяину это не понравится.

— Почему? — во мне проснулось странное любопытство.

Мистер Гибсон встал из-за стола и стал собирать посуду.

— Ну же, мистер Гибсон, — настаивала я, — что там такое?

— Ничего, — ответил он чересчур резко, — это нежилое крыло. Там никто не живёт и не жил. Все, мисси, попила кофе, иди, погуляй.

Вот так совсем ненавязчиво он закрыл эту тему. Ну что ж, хорошо. Отлично! Я встала и, поблагодарив старика за кофе, отправилась в свою комнату. Если у меня выходной, так воспользуюсь им сполна.

Я достала из шкафа свою косметичку и решила заняться своими руками. Нанесла крем, даже смогла привести в божеский вид ногти. Так я просидела безвылазно больше часа. Но стены давили на меня. Они напоминали о моём одиночестве. Может, глупо, но это так.

И тогда я решила пойти прогуляться. Сама не заметила, как ноги привели меня именно в ту часть дома, про которую говорил мистер Гибсон. Странно. Он сказал, что это крыло нежилое, но оно не выглядело таким. Чистый коридор, освещенный яркими светильниками по бокам. Несколько дверей. Видимо, комнаты. Я оглянулась назад, удостовериться, что рядом никого нет, и стала двигаться вперёд осторожными шажками. Подергала ручки на дверях, все они были заперты. Оставалась лишь одна, в самом конце, и я, не раздумывая, направилась к ней.

Не заперто. Я с некоторой опаской стала открывать эту дверь. Не знаю, что ожидала там увидеть. Но это оказалась самая обычная комната, заставленная резной деревянной мебелью. Тут был и комод, и шкаф, и стол… даже детская кроватка. Я, как завороженная, ходила и касалась всего руками. Осторожно, будто боясь повредить. Здесь не было кровати, такое ощущение, что это склад мебели. Красивой мебели. На ней были вырезаны завораживающие узоры, с такой точностью, что все казалось живым. Невероятно…

Улыбаясь сама себе, я подошла к детской кроватке и осторожно провела ладонью по вырезанному медвежонку у изголовья. Он был такой милый, будто и правда живой.

— Какого черта вы здесь забыли?!

От неожиданности я вздрогнула и тут же отдернула руку, словно обжегшись. Этот голос невозможно спутать с другим.

Повернулась к двери и отшатнулась от яростного взгляда тёмно-коричневых глаз.