ГЛАВА 8. Что то пошло не так

ГЛАВА 8. Что то пошло не так

Алёна впорхнула на кухню с пакетами и широкой улыбкой. Поставила пакеты на столешницу, окинула взглядом картину и сразу остановила Артёма, который всё ещё нависал над Максимом с салфеткой.

— Стоп, — сказала она деловито. — Это соевый соус?

— Он самый, — ответил Артём, всё не убирая руку.

— Тогда немедленно в ванну под холодную воду. Салфеткой только хуже делаешь — размазываешь.

Артём отступил, явно испытывая облегчение от того, что его наконец освободили от этой обязанности.

— Слышал? — повернулся он к Максиму с широкой улыбкой. — Иди в ванну, она лучше знает. Подруга Аси всё-таки. — Потом перевёл взгляд на Алёну и протянул руку: — Артём. А это Максим, мой партнёр и друг. Мы коллеги Аси. Очень рады, что ты пришла.

Алёна пожала руку.

— Алёна, — представилась она. — Ася мне рассказывала о вас. Но не говорила, что вы такие.

— Какие? — Артём вопросительно склонил голову.

— Живые, — сказала Алёна и, не дожидаясь ответа, взяла Максима за рукав. — Пошли, покажу, как правильно выводить пятна.

Ася стояла у входа на кухню и смотрела, как Алёна буквально уводит Максима в ванную, уже объясняя что-то про холодную воду и структуру ткани. Внутри что-то кольнуло — остро и неприятно. Она одёрнула себя, зашла на кухню и начала разбирать пакеты. Артём подошёл почти сразу — воспользовавшись тем, что они наконец остались вдвоём.

— Давай помогу, — сказал он, вставая совсем рядом — так близко, что она почувствовала тепло его тела ещё до касания. Потянулся за контейнером в том же пакете, где уже была её ладонь, и его пальцы легли поверх её пальцев — не случайно, слишком уверенно для случайности. Задержались. Большим пальцем он почти неощутимо провёл по костяшкам её руки — едва заметное движение, от которого по коже мгновенно пробежали мурашки. Дыхание у него стало чуть прерывистым, и она услышала это дыхание совсем рядом с виском.

Ася почувствовала, как жар растёкся от ладони куда-то вверх по руке, оседая где-то в груди тёплым, тревожным комком. Пульс участился. Она напряглась — но руку не отдёрнула, просто медленно, с усилием, достала контейнер и отступила на полшага, чувствуя, как тепло от его пальцев ещё держится на коже.

— Заканчивай здесь, — сказала она ровно, стараясь, чтобы голос не выдал внутреннего смятения. — Я пойду посмотрю, что-нибудь для Максима. Не ходить же ему весь день с пятном.

Она вышла из кухни, чувствуя спиной, что он так и не отвёл от неё взгляда.

****

В ванной было тесновато. Алёна стояла у раковины рядом с Максимом и с азартом объясняла что-то про технику выведения пятен.

— Я раньше в садике работала, — говорила она. — Там знаешь, какие пятна бывают. Это просто соевый соус, ерунда. Вот пластилин — это уже испытание.

— Представляю, — сказал Максим вежливо.

— А ты детей любишь? — спросила Алёна.

— В целом да.

— Хорошо относишься или прямо любишь?

— Алён, — сказала Ася, появляясь в дверях.

Оба повернулись. Она держала в руках старую серую футболку с едва заметной дырочкой у ворота.

— Вот, нашла. Должна подойти по размеру.

Максим взял футболку, посмотрел на неё и вопросительно склонил голову набок.

— Не спрашивай, — сказала Ася. — Планировалась на тряпки. Но другого нет.

— Без обид, — сказал Максим и слегка улыбнулся. — Спасибо.

Он кивнул ей — коротко, вежливо, как кивают коллеге, — и прошёл мимо в сторону гостиной переодеваться.

Алёна тут же оказалась рядом, придвинувшись ближе, и заговорщически толкнула Асю локтем.

— Красавчик, — сказала она, понизив голос, хотя это и так было очевидно.

— Алён, — одёрнула её Ася, но спорить не стала.

— А он свободен?

— Не знаю, — ответила Ася коротко.

Она сама себе соврала. Перед глазами тут же всплыла вчерашняя сцена — Максим на углу здания, и та девушка, державшая его за руку так, будто на это имела полное право.

Алёна, кажется, ничего не заметила и, довольная собой, направилась обратно на кухню.

****

За столом стало теснее и веселее одновременно. Артём уже разложил еду по тарелкам и выглядел глубоко удовлетворённым жизнью. Алёна села рядом с Асей. Максим — напротив. Артём — в торце, откуда было видно всех.

Ася украдкой посмотрела на Максима, вспоминая тот короткий кивок в коридоре.

Странно, — подумала она. Пару часов назад он сказал Артёму, что я ему нравлюсь. А сейчас взял футболку, вежливо поблагодарил — и всё. Ни взгляда лишнего, ни слова.

Она не знала, что с этим делать — то ли расстраиваться, то ли, наоборот, ценить его сдержанность.

Минуту ели молча. Потом Артём взял слово.

— Алёна, — сказал он, — расскажи про себя. Ася говорила, что у неё есть замечательная подруга, но подробностей мы не знали. А теперь видим, что замечательная — это мягко сказано.

Алёна засмеялась.

— Ну, я Алёна. Работаю в детском центре, раньше была воспитателем в садике. Живу в соседнем районе. С Асей знакомы лет десять — познакомились, когда вместе подрабатывали в кафе, ещё студентками.

— Десять лет, — повторил Артём с уважением. — Это серьёзно. Значит, ты знаешь Асю лучше всех.

— Можно сказать и так. — Алёна улыбнулась и положила ему ещё овощей. — Ешь, ешь. Ты на Асю не похож, ты явно не наелся супом.

— Я никогда не наедаюсь, — признал Артём.

Ася наблюдала за всем этим с ощущением, будто сидит в театре и смотрит, как актёры играют без малейшего усилия. Артём очаровывал Алёну. Алёна принимала очарование и подкладывала ему еду. Максим ел и молчал, но иногда добавлял что-то точное и короткое, и все трое смеялись.

Потом Алёна заговорила:

— Ася, кстати, вообще молодец, что пришла в вашу компанию. Она долго искала что-то по-настоящему интересное. — Тон был лёгким, будто между делом, но Ася почувствовала, куда это движется. — Прошлые отношения её здорово подкосили, честно говоря. Человек буквально изолировал её от всех, я вообще не понимаю, как она...

— Алён, — перебила Ася.

Алёна осеклась на полуслове. За столом повисла неловкая тишина — Максим на секунду опустил взгляд в тарелку, Артём тоже притих, явно не зная, куда деть глаза.

Алёна быстро сообразила, что сказала лишнее. Улыбка вернулась на её лицо чуть натянуто, и она тут же потянулась к третьему пакету, который до этого никто не открывал.

— Так, — сказала она бодро, явно пытаясь спасти положение. — А у меня для всех есть кое-что.

Она вытащила коробку с эклерами.

— Купила вообще-то себе, на вечер. Но сегодня особый случай.

— Особый случай — это какой? — поинтересовался Артём.

— Особый случай — это когда моя лучшая подруга наконец нашла работу, которая ей действительно нравится. — Алёна поставила коробку на стол с довольной улыбкой. — По-моему, это заслуживает эклера. Даже двух.

Максим хмыкнул — коротко, почти неслышно. Ася заметила это и улыбнулась.

Эклеры разошлись быстро. Разговор потёк дальше — легче, без напряжённости.

— А вы как познакомились вообще? — спросила Алёна, кивая на Артёма и Максима. — Сто лет вместе работаете или недавно?

— Со студенчества, — сказал Артём с удовольствием. — Общага, первый курс. У него гремела музыка после отбоя, вахтёрша рвалась внутрь с проверкой, а я подпёр дверь стулом, чтобы дать ему время убрать колонки.

— Подпёр стулом, — повторил Максим. — Ты прятал у меня в комнате колонки, которые тебе не разрешали держать.

— Это были детали.

— Детали, из-за которых меня чуть не отчислили.

Алёна засмеялась. Потом посмотрела на Максима.

— А руки у тебя интересные, — сказала она вдруг. — Длинные пальцы. Ты на чём-то играешь?

Максим на секунду замер.

— Играл, — сказал он. — Давно.

— На пианино?

— На фортепиано, — машинально поправил он.

— Музыкальная школа?

— Да. Потом ещё пара лет. Бросил после школы.

— Почему?

Максим помолчал.

— Родители считали, что это хобби, — сказал он спокойно. — А мне нужно было выбирать что-то «серьёзное». Музыка в эту траекторию не вписывалась.

— И ты просто бросил? Совсем? — Ася не заметила, как сама задала вопрос.

— Инструмент продали, — сказал он. — Тогда казалось логичным.

— А сейчас?

— Сейчас иногда жалею. — Он посмотрел на свою чашку. — Руки помнят больше, чем кажется. Иногда в гостях вижу фортепиано и хочется подойти.

В комнате стало тихо — но это была другая тишина, не неловкая. Артём смотрел на партнёра с лёгким удивлением — он услышал то, чего раньше не знал, хотя знал Максима давно.

— А ты что молчишь? — спросила Алёна, поворачиваясь к Артёму. — Тоже что-то бросил?

— Я ничего не бросал, — сказал Артём с достоинством. — Я наоборот всё подряд начинал. Карате, гитара, бальные танцы.

— И как успехи?

— Карате — пояс красный, гитара — пара мелодий, бальные танцы... — он сделал паузу для эффекта, — там я продержался дольше всех, потому что партнёрша была очень красивая.

— Ну разумеется, — протянула Ася, изо всех сил стараясь сохранить серьёзное лицо.

— Это была честная мотивация, — невозмутимо ответил Артём.

****

Обед давно закончился, но никто не спешил вставать. Разговор перетекал сам собой — легко, без пауз, как будто они знали друг друга не несколько часов, а гораздо дольше.

Ася в какой-то момент поймала себя на мысли, что об уборке уже никто и не вспоминает — швабра так и осталась стоять прислонённой к стене в ванной, а тряпки давно высохли на балконе. Она мысленно махнула рукой на оставшиеся полки и решила, что доделает их как-нибудь в другой раз.

Позже Алёна предложила сыграть в «Имаджинариум» — в её телефоне нашлось приложение с похожей механикой. Следующий час прошёл в смехе и абсурдных ассоциациях. Артём оказался неожиданно плох в этой игре и неожиданно хорош в том, чтобы превращать свои провалы в представление. Максим, напротив, выигрывал тихо и без усилий. Артём прокомментировал это как «нечестное преимущество человека с математическим складом ума». Максим ответил, что это преимущество человека, который умеет слушать.

Время прошло незаметно. Когда Ася взглянула на часы, было почти семь.

— Так, — сказала она, — кажется, пора заканчивать этот марафон.

— Уже? — Артём посмотрел на часы с искренним удивлением. — Я давно так не отдыхал. — Он помолчал и добавил с улыбкой: — С пользой.

Ася тепло улыбнулась. Она направилась в ванную за вещами Артёма и рубашкой Максима. Сняв их с батареи, повернулась к выходу — и едва не столкнулась с Максимом, который появился в дверях.

— Спасибо за день, — сказал он. — Всё было замечательно.

Она передала ему одежду.

— Гости — это хорошо, — сказала она. — А гости с практической пользой — ещё лучше.

Максим забрал вещи и позвал Артёма. Оба направились в спальню переодеваться.

При Алёне он переодевается за закрытыми дверьми, — подумала Ася, едва сдерживая улыбку при воспоминании о сегодняшних показательных выступлениях Артёма.

— Я пойду, подруга, — сказала Алёна, обнимая Асю одной рукой, а второй пытаясь попасть в рукав куртки.

— Если что — звони.

— Если вдруг нужна помощь — окна, полки, пол — звони в любое время, — сказал Артём, уже выходя из спальни. Следом шёл Максим, поправляя рубашку.

— В любое время? — Алёна приподняла бровь с лёгкой улыбкой, завязывая шнурок на кроссовке. — А есть кто-то, кому такое предложение может не понравиться? Девушка, например?

— У меня сейчас никого нет, — сказал Артём, надевая куртку, явно наслаждаясь моментом. — Так что предложение в силе.

Он кивнул в сторону Максима, который застёгивал пальто, — жест вышел лёгким, но явно неспроста.

— А вот с ним сложнее. У него девушка.

Максим на секунду замер.

— Девушки нет, — сказал он наконец — коротко, будто слово далось ему с трудом, будто он сам не до конца привык к этой формулировке.

— Точно нет? — Артём с самым невинным видом почесал затылок. — А то мне вчера вечером показалось, что видел Вику у входа в офис. Когда мы уходили.

— Это знакомая, — сказал Максим.

Ответив, он поднял взгляд — но не на Алёну. Ася почувствовала этот взгляд боковым зрением и не повернулась.

Вчера вечером у входа в офис стояла его девушка. А теперь — «знакомая» . И «свободен».

Она ничего не сказала. Просто отметила про себя — не позволяя себе делать поспешные выводы.

— Прекрасно, — сказала Алёна, уже открывая входную дверь. — Хорошо, что ещё есть такие отзывчивые люди. В наше время это редкость.

Артём подошёл к Асе и крепко, обеими руками, пожал её ладонь — тепло, искренне, с тем едва уловимым сожалением, которое бывает у человека, так и не дождавшегося момента остаться наедине.

— Спасибо за день, — сказал он. — Жаль, что так и не удалось...

— Артём, — окликнул его Максим, уже стоя у порога.

— Иду, иду, — шикнул на него Артём.

— Артём.

Артём, уже начиная раздражаться, обернулся и бросил на Максима убийственный взгляд.

— Я иду!

Он ещё раз коротко улыбнулся Асе и наконец вышел, увлекая за собой Алёну, которая уже помахала на прощание.

Максим задержался в дверях последним.

— Спасибо за день, — сказал он тихо. — Хорошего вечера.

Дверь закрылась.

****

Ася постояла секунду в опустевшей прихожей, потом пошла в спальню и упала на кровать лицом вниз — не раздеваясь, просто рухнула, как падают только в конце длинного дня.

В голове крутилась эта неделя — разом, без порядка. Артём с банками пасты. Максим, открывающий крышку. Коробки на складе. Швабра. Алёна с эклерами. И две фразы, которые она услышала и которые теперь никуда не девались.

Мне тоже. Пусть победит лучший.

Ася перевернулась на спину и уставилась в потолок.

Глупость, — подумала она. Полнейшая глупость. Ровно в тот момент, когда решила жить для себя — без оглядки, полностью в работе, — появляются двое мужчин. И оба — моё непосредственное начальство.

Она понимала, к чему это идёт. К тому, что долго в этой компании не задержится. Работа была интересной, проект только начинался, но рано или поздно придётся выбирать между работой, которая нравится, и спокойствием, которое нужно.

Она закрыла глаза.

Артём был рядом всё время — шутил, подходил, помогал. Но в голове застрял Максим.

Ну почему он? — спросила она себя.

И тут же себя одёрнула:

Всё. Хватит на сегодня.

Ей нужен был один день. Просто один день без них обоих. Без разговоров, без взглядов, без случайных касаний. Слишком много всего случилось за одну неделю. Слишком много для человека, который последние два года учился не позволять себе вот это — чувство, когда кто-то начинает значить больше, чем просто коллега.

Она уже почти провалилась в сон, когда телефон на тумбочке требовательно завибрировал.

Ася приоткрыла один глаз, не сразу сообразив, что происходит. Нашарила телефон на ощупь, поднесла к уху, толком не взглянув на экран.

— Алло, — сказала она сонно.

Тишина. Не гудки — именно тишина, живая, будто на том конце кто-то есть.

— Алло? — повторила она, уже более настороженно, приподнимаясь на локте.

Дыхание. Тихое, едва уловимое, но точно чьё-то дыхание — не помехи на линии.

Ася резко села в кровати, окончательно проснувшись, и наконец взглянула на экран.

Номер был незнакомым.

— Кто это? — сказала она уже громче, в голосе прорезалась тревога.

В трубке щёлкнуло. Связь оборвалась.

Ася сидела в темноте, сжимая телефон рукой, и чувствовала, как сон отступает окончательно, уступая место чему-то куда менее приятному.