Глава 20

Я проснулась от какого-то шума. Залаял пес, затем скрипнула дверь, а через минуту в прихожей раздался звонкий голос Тамары Михайловны. Почуяв неладное, я вскочила с постели и выбежала в коридор.

– Ой, Любушка! – Как-то наигранно и чересчур громко воскликнула она. – Уже проснулась!

Я остановилась, заметив стоящего рядом с ней Алекса. Тот как-то виновато мялся и прятал взгляд.

– А я иду из магазина и смотрю: кто это тут у нас?! – Продолжила тетя Тамара. – А это Санечка наш! – Она зыркнула на Алекса. – Живой и здоровый! Я ж его не видала после больницы. Дай, думаю, обниму, а он шарахнулся от меня, как от огня!

Я перевела взгляд на своего «жениха»:

– А что ты делал на улице, дорогой?

Он потянул верх от спортивного костюма и затем нервно почесался.

– Я это… с собакой гулять пошел.

– В тапках? – Прищурилась я, потирая глаза.

– Ой. – Неловко улыбнулся Алекс.

– А чего Тумака дома оставил?

Он был окончательно приперт к стенке и покраснел:

– Совсем мысли спутались…

– Сашка-то мой, теть Тамар, память потерял. – Повернувшись к соседке, траурно поведала я. – Ничего не помнит.

– Да ты шо! – Схватилась за сердце женщина. – А я-то думаю, чего это он меня не узнал! Решила, что прикидывается!

– Упал, очнулся – гипс. – Разведя руками, констатировала я. – Вернее, шишка на голове и амнезия.

– Ой, беда-а… – Запричитала Тамара. – Опять все из-за синьки, да? – Она глянула на него с жалостью. – Я как фофан у него под глазом увидала, так сразу все и поняла! Опять ужрался!

Алекс, хлопая глазами, смотрел на каждую из нас по очереди.

– А ведь божился, что не будет больше. – Крякнула соседка. – Ты чего, Сань? – Она пихнула его в бок.

– Так я… я… – замычал он.

– А Аркадьич чего? – Вдруг забеспокоилась тетя Тамара. – Поди, опять огрел парня-то?

– Нет. Пощадил. – Отмахнулась я. – Любит он его. Опять простил.

– Любит окаянного. – Закивала она. – Да, уж который раз прощает! – И повернувшись к Алексу, сурово выдала: – Ну что, Санька, завяжешь на этот раз? Вишь, до чего твоя бухара доводит? Ничего в тебе от успешного писаки-то и не осталось!

– Так я…

– И взять нечего, кроме анализов!

– Я… – Окончательно растерялся он.

– Иди уж, выгуляй пса своего. – Она взяла с полки ошейник, ловко накинула на опешившего от такой наглости Тумака, защелкнула крепление и вместе с поводком вручила Алексу. – Только дальше двора не уходи, потеряешься теперь без памяти-то! И к алкомаркету не сворачивай! Ты, Люб, денег ему не дала? – Хитро посмотрела она на меня.

– Не-а.

– Правильно! Чтобы не остограммился! С этого запой и начинается. – Тетя Тамара подтолкнула его к выходу. – Ну, иди, Санек, иди мой дорогой. Повезло тебе с Любкой: столько нахеровертил, а она все еще с тобой возится.

Вытолкав за дверь Алекса с собакой, соседка деловито потерла руки.

– Фух… – Принялась обмахиваться ладонями я.

– Сбежать хотел? – Тихо спросила она.

– Наверное. – Кисло ответила я.

– Хорошо, что ты его фото мне заранее показала! Я как его рожу холеную заприметила у подъезда, так сразу и поняла, что дело не ладно, и обратно его погнала!

– Спасибо, теть Тамар! – Облегченно вздохнула я. – Видимо, проснулся и хотел дать деру, пока остальные спят.

– Чего спасибо-то, ты мне лучше корицы на плюшки отсыпь. – Хмыкнула соседка, доставая из кармана халата пакетик.

– Без проблем. – Я отправилась на кухню.

– Как дед отреагировал? – Направилась она за мной.

И осеклась, застав деда сидящим за столом с газетой в руках. Он сдвинул очки с толстенными линзами, чтобы зыркнуть на нее и недовольно цокнуть языком.

– Опять ты.

– Чегой-то? – Обиженно поджала губы соседка.

– Тебе-то какая выгода от этого спектакля? – Хмуро спросил дед.

– Я, может, помочь хочу! – Она выкатила грудь и вскинула подбородок.

– Ой, бабы… – Покачал он головой.

– Опять заладил!

Пока они кусали друг друга словесно, я подошла к окну, чтобы проследить за Алексом.

На мгновение в голове даже промелькнула мысль: «сбежит, так сбежит», все равно правда однажды вылезет наружу. Но тот стоял под деревом, послушно ожидая, когда собака сделает свои «дела», и, кажется, больше не пытался скрыться.

«Далеко в розовых тапочках все равно не уйдет», – подумала я и улыбнулась.

Возможно, я как раз начала входить во вкус.