Глава 3. Напарники

Я ожидала проволочек и бюрократических глупостей. Однако с меня лишь потребовали документ, полученный десятилетия назад дедом Релии, и велели заполнить электронную анкету с биографическими вопросами. На первый взгляд, ничего сложного. Но пришлось повозиться. Речь ведь не обо мне, а бесшабашной девчонке, в теле которой я поселилась стараниями профессора Лиира. Ответам полагалось соответствовать действительности, а их стилю не слишком отличаться от возможностей «оболочки».

Рядом над анкетой гневно пыхтел Квентин, коему предстояло превратиться в помощника вольного сыщика. Биография господина Аквамарина из Каменного Дола затруднений у него не вызывала. Все сведения хранились в виде файлов внутри искусственного разума. Просто роботу категорически не нравилась моя затея и факт нашего нахождения в здании районной Службы безопасности.

Однако главная проблема ждала впереди. Едва нам выдали удостоверения и заставили электронно расписаться в документе, обязывающем сообщать Службе безопасности о прорывах в расследовании, в дверях нарисовался инспектор Ислан Тим.

— Добрый день, госпожа Георгин, — поприветствовал он. Взгляд светлых глаз скользнул по лицу, но так цепко, что захотелось сигануть в окно.

— Инспектор, — улыбнулась я, протягивая ладонь. Рука не дрогнула, но сердце зачастило.

— А вы умеете удивлять, — продолжил Тим испытывать мои нервы на прочность. — Что вас заинтересовало: дело Лисы или работа сыщика сама по себе?

— И то, и другое, — соврала я. — После реабилитации не могла придумать, куда направить кипучую энергию, и вдруг эта девочка. Она произвела впечатление. Да и мой помощник Квентин Аквамарин обожает детективы, — я любовно взяла робота под руку и добавила, включив «режим» истинной Релии. — В конце концов, мы всегда можем бросить это занятие и придумать другое развлечение.

Губы инспектора сошлись в мрачную линию. Ему не понравилось последнее слово. Но именно на то и делался расчёт. Пускай не воспринимает меня всерьез. Так проще. Безопасней.

— Держите, — Тим протянул карту памяти. — Здесь информация по делу. Буду откровенен, госпожа Георгин. Я не считаю участие вольных сыщиков в расследованиях хорошей идеей. Но у начальства иной взгляд. Оно полагает, мелкими делами могут занимать и любители.

— Мелкими? — вырвалось у меня помимо воли. — Убийство — мелкое дело?

Квентин больно наступил мне на ногу, и я заткнулась.

— Несса Лиса и ее сестра Надин — лишь шестеренки в механизме, их легко заменить, — ответил Тим холодно. — Судьбы сестер ничего не значат во вселенском масштабе. Вот профессор Роджер Лиир, о котором мы недавно беседовали, рыба крупная.

Я поняла: инспектор нарочно меня провоцирует. Но промолчать подозрительнее и опаснее, чем сказать глупость.

— Мы же не посягаем на дело века, — пожала я плечами. — Наше дело — шестерёнки.

Нога робота повторно вдавилась в мою, но Тим сам завершил встречу.

— Постарайтесь не напортачить, — посоветовал он. — И не пострадать. У вас неделя. Потом начнется суд, и вы потеряете право вмешиваться.

…Всю дорогу до дома Квентин костерил мои упрямство и глупость, считая их синонимами. Призывал к благоразумию и напоминал, что я всенепременно превращусь в подопытную свинку, узнай кто о моей особенности. Пришлось включить плейер, чтобы не слышать ругани и красочных угроз новоиспеченного напарника. Если он всегда будет так ныть из-за работы, разберу на запчасти. При помощи биты!

Дома Квентин унесся в спальню — приходить в себя и поднимать настроение излюбленным способом. Принял в душ и обложился десятком кремов с лосьонами. Угодников «облачали» в искусственную плоть, приятную на ощупь, но отличающуюся от человеческой. Лица выглядели чересчур кукольными, лишенными индивидуальности. Неудивительно, что новое тело Квентин обожал и ухаживал за ним тщательно, получая удовольствие от процесса.

Я выбросила помощника из головы, уселась с ногами на любимый диван, воткнула карту в личный экран и принялась изучать подробности дела Лисы. Нессе было восемнадцать. На год меньше, чем мне, когда пришлось среди ночи уносить ноги из родного дома. Но в отличие от меня, выросшей в роскоши, Несса с детства хлебнула лиха. Деда сестричек-лисичек казнили за убийство волка. С тех пор все в семье превратились в изгоев. Родители девочек не могли найти постоянную работу, вынужденно переезжали с места на место, но не добились разрешения покинуть Зоологический Дол. По закону, взрослым не требовалось одобрение Службы безопасности, но вывезти детей самовольно родители права не имели.

Отца с матерью не стало три года назад. Погибли в аварии, когда ехали на временную работу в поле. Грузовик перевернулся, унеся жизни полторы дюжины рабочих. Трагедия произошла накануне совершеннолетия старшей дочери Надин. В свой день рождения она навсегда покинула родной Дол, оставив Нессу в приюте. Надин отказалась повторить подвиг родителей. Не пожелала мириться с гонениями и ждать, пока сестренка повзрослеет. Старшая Лиса занялась собственной жизнью.

Я вздохнула, отодвигая экран. Понятно, почему сыщики вцепились в Нессу. У нее веский мотив для убийства. Сестра бросила её в приюте, думала только о себе. А едва Несса нашла Надин в Небесном Ирисе, выставила прочь, не пожелав общаться. Я бы тоже разозлилась и захотела поквитаться. Однако вряд ли бы стала ждать три месяца. Промедлению было бы оправдание, если б Несса тщательно и скрупулезно продумывала план мести. Но Надин убили дилетантски — закололи ножом в спину.

Нужно поговорить с Нессой. Сегодня же! Пока горю желанием свернуть ради неё горы. Я отыскала в сети номер изолятора, и после переговоров с несколькими собеседниками, лица которых бесконечно сменялись на экране, получила разрешение на посещение заключенной Лисы. Сунула ноги в сапожки с мудреной шнуровкой, накинула кожаную куртку идеально подходящую для сентябрьского вечера, и поднялась на крышу — к лёту. Квентина не позвала. Разговор предстоял «девичий».

Я вновь включила автопилот, чтобы вернуться к изучению первого и, вероятно, последнего дела в качестве вольного сыщика. Ознакомилась с описанием места преступления, мельком проглядела отчёт о вскрытии. Пролистала показания работодателей убитой девушки — Виктора и Катарины Васильков. Он руководил строительной компанией, она владела салоном красоты. Вечер супруги провели в ресторане, отмечали годовщину свадьбы. Вернувшись домой, обнаружили тело Надин.

По словам Васильков, девушка выполняла работу по дому, которую у большинства людей делали роботы-прислужники, вроде Сима. Супруги относились к немногочисленной группе железоненавистников и не желали держать у себя ни одного «разумного» агрегата. Надин жила у них постоянно, покидала квартиру исключительно для похода в магазин. Васильки полагали, что друзья в Небесном Ирисе у домработницы отсутствовали, на общение с ними, как и на личную жизнь, у девушки не хватало времени.

Звучало неправдоподобно. Прожив в Небесном Ирисе три с лишним года, Надин не могла не обзавестись кругом общения. Я попала сюда ещё раньше, постоянно скрывалась и избегала близких знакомств, однако пару приятелей среди бродяг и отщепенцев заимела. Мужчине в жизни Надин тоже полагалось присутствовать. Внешность, судя по фото, ей досталась притягательная. Жгучая красота, как у младшей сестры, но изысканней, аристократичней. Либо вторая половина тщательно скрывалась от работодателей, либо стоило присмотреться к Виктору Васильку.

Убили Надин холодным оружием хозяев. Васильки не досчитались кухонного ножа в наборе. В вещах Нессы оружия не нашли, как и следов крови на одежде. Для Службы безопасности это ничего не значило, но я считала иначе. Несса не специалист по криминалистике, а для бродяжки избавляться от немногочисленных вещей — расточительство. Она бы очистила кровь подручными средствами, и все дела.

В общем, закрывая файлы Лисы, я придумала нам с Квентином занятие на завтра. Отправимся к Василькам — присматриваться и задавать неудобные вопросы.

* * *

Опухшая от слёз Несса смотрела враждебно. Злословила и извергала проклятья в мой адрес. Зеленые глаза в обрамлении черноты метали молнии. Жаль, что ни тени, ни розу на щеке не смыть. Краска продержится несколько месяцев. Если девчонка предстанет перед судом, внешний вид популярности ей не прибавит. Что до отношения Нессы ко мне, я её не винила. Сама бы усомнилась в благих намерениях незнакомки, свалившейся на голову.

Однако безропотно слушать гадости в мои планы не входило.

— Закрой рот! — посоветовала я тоном, каким говорили девицы из уличных банд, с коими мне не раз доводилось сталкиваться в обличье Инги Брир. — Иначе сломаю нос. Ты даже защищаться не сможешь, дура. Удобно в наручниках?

Серые нарощенные ресницы Нессы изумленно захлопали. Рот, несмотря на распоряжение, открылся. Но ни единого звука не последовало.

— Замечательно, — процедила я, наклоняясь ближе к растерянной девчонке. — Теперь напряги тупую башку. Здесь всем на тебя плевать. Никто не станет искать настоящего убийцу Надин. Ты сдохнешь в тюрьме. Я — твой единственный шанс снова увидеть небо. Будь хорошей Лисой и отвечай на вопросы. Соврешь, я лично тебя закопаю.

В зеленых глазах промелькнула тень надежды. Несса хотела верить. Хоть кому-нибудь. Совсем как я когда-то.

— Почему? — спросила она хрипло.

Я пожала плечами.

— Моя жизнь — сплошная скука. Я развлекаюсь, работая вольным сыщиком. Не заставляй меня пожалеть, что выбрала такую идиотку, как ты. Могу передумать и найти другой объект.

Несса испуганно дернулась.

— Нет. Я буду… — она запнулась, губы задрожали. — Буду сотрудничать.

— Отлично, — я незаметным движением включила кнопку аудиозаписи на лежащем передо мной экране. — Тогда рассказывай: зачем снова попёрлась к Надин? Она однажды тебя выставила, дала понять, что не хочет иметь ничего общего.

На лице Нессы отразилась обида. Почти детская.

— Надин — моя сестра.

— Верно. Та самая, которая бросила тебя на произвол судьбы в родном Доле.

— Я её не винила, — Несса посмотрела с вызовом.

— Неужели?

— Вы мне не верите! — возмутилась девчонка, попыталась всплеснуть руками, но электронные наручники, реагирующие на любое движение, впились в плоть. — Какой смысл защищать меня?

— Так сделай, чтобы я поверила. Перестань нападать. И не строй из себя оскорбленную невинность. Я читала историю твой семьи. Пора бы привыкнуть к чужой грубости. Не сомневаюсь, что внучка убийцы наслушалась о себе чего-то посерьезней.

Лицо Нессы исказила ярость, но девчонка обошлась без криков.

— Мой дед не сделал ничего дурного, — отчеканила она назидательно. — Треклятый волк сбежал из заповедной зоны. Зверь разорвал бы их с Надин, если б дед не выстрелил. Он был сыщиком, между прочим. Но кого волновали его заслуги. И то, что он защищался.

Ого! Я едва не присвистнула. О самозащите в досье не говорилось ни слова. С другой стороны, чему я удивляюсь? В Зоологическом Доле жили фанатики, ценившие хищников больше людей.

— Очень хорошо, — улыбнулась я.

Несса отшатнулась, насколько позволяли оковы и привинченный к полу стул. Её потрясла моя реакция.

— Начало положено, — пояснила я. — Продолжай в том же духе, и диалог получится. Но не смей утверждать, что не злилась из-за отъезда Надин.

Несса тяжело вздохнула.

— Злилась, — призналась она через силу. — Поначалу. Но потом поняла, почему она это сделала. Я бы тоже не осталась ради неё.

— Реакцию Надин на твое появление в Небесном Ирисе ты тоже поняла?

Девчонка покачала головой.

— Нет. Это был шок. Надин сказала, каждая сама по себе. Велела убираться и не ломать ей жизнь. Какую жизнь? Она же была простой домработницей!

— Однако в покое ты её не оставила.

— Я надеялась, Надин передумает. Мы же семья!

Я мастерски спрятала гнев. Слова Нессы напомнили о моем прошлом. Я тоже была наивной. Верила в семью. Хотя предпосылок для недоверия имелось предостаточно.

— Что произошло в последнюю встречу? — я с трудом заставила лица родственников сгинуть.

— Надин была взвинченной, — Несса хмуро посмотрела на скованные руки. — Не из-за меня. Мне показалось, у неё проблемы. Но стоило спросить, она разъярилась. Накричала. Я тоже не сдержалась. Не могла больше жить на улице, понимаете? Хотя нет, не понимаете…

Несса усмехнулась, ведь перед ней сидела девица, никогда ни в чем не нуждавшаяся.

— Дальше, — велела я.

— Мне пришлось уйти. Кажется, Надин кого-то ждала, а я ей мешала, отрывала от важного занятия. Она сунула мне сотню и велела исчезнуть. Целую сотню! В первую встречу и медяка не предложила!

Я поджала губы. В деле о «взятке» не упоминалось.

— Сыщики нашли деньги?

— У меня их уже не было. Пришлось отдать… ну… заплатить… в «Черной розе».

Я остановила девочку движением руки. Дальше можно не объяснять. Я знала правила уличных банд. За защиту от чужаков взималась дань.

— Всё к лучшему, — вздохнула я с облегчением. — Если б тебя взяли с этими деньгами и нашли отпечатки Надин, придумали бы новый мотив для убийства.

— Я бы никогда… — возмутилась Несса.

— Помолчи! — велела я. — Лучше расскажи, кого видела в здании по дороге к Надин и обратно.

Девчонка задумалась.

— Консьержа. Он не хотел меня пускать. Но отвлекся на жильца с собакой, и я юркнула внутрь. На этаже Надин три квартиры. Из-за одной двери играла музыка — слева от Васильков. В другой квартире — справа — мигнула камера. За мной наблюдали.

— Надин что-нибудь говорила о своей жизни?

Вопрос бесполезный, учитывая количество и продолжительность встреч сестер, но я не могла не спросить. В запале ссор люди нередко говорят лишнее.

Несса покачала головой, но вдруг встрепенулась.

— В первый раз было кое-что странное. Надин велела мне не портить ей жизнь, и я сказала гадость про её работу. Она усмехнулась и заявила, что это не навсегда. Посмотрела с превосходством. Надин делала так в детстве, когда что-то узнавала о планах родителей. Ей нравилось, что она знала больше меня. Может, в этот раз она хорохорилась. Или…

— Собиралась серьезно изменить жизнь, — закончила я.