глава тринадцатая

«Что ж, – тоскливо бродили мысли в моей голове, пока я шагала по коридорам в сторону сидов, – между гномами и данами счет один-один. Ушастые убили гномьего Хранителя Пути, на долгие века лишив этот народ магии, а бородатые пеньки, оказывается, устроили им ту самую аукающуюся до сих катастрофу. Бессмысленно теперь считаться кто из них пострадал больше – одно вполне стоит другого. Равновесие – великая вещь, обмануть его не получается никогда и ни у кого. Но мне теперь что со всем этим делать? И почему именно мне? Лишь потому, что одинаково чужая как одним, так и другим просто по факту своего рождения? Как же я устала делать выбор между добром и… добром. И как же устала бояться ошибиться. Какое добро здесь и сейчас добрее? Нужнее? Справедливее? Ох, лаэда Судьба, сочтемся ведь еще».

Вернувшись в сид, я удивилась – похоже, за почти час моего отсутствия никто из данов даже позу не сменил, словно и выскочила-то всего на секундочку. Напряжение, разлитое в воздухе, пропало только после того, как я дала полный отчет о проделанной работе и заверила всех, что предложение помощи будет встречено гномами благосклонно. Почти наверняка. Затем подумала немного о равновесии, вздохнула, но все-таки решилась и рассказала им о Сииргеле и Хранителе. Напряжение после того, как я закончила, сгустилось вновь.

– Кроме Балайета, кто еще знает об этом? – ледяным тоном спросила Лавириэль, а Тавель, мысли которого на этот раз прочитать было совсем несложно, деловито проверил свои кинжалы.

– Никто, – стараясь говорить ровно заверила я, – но он будет молчать. Не стоит усугублять ситуацию, наворачивая новые глупости. Повторяю, он будет молчать, я более чем уверена.

Тавель спокойно встретил мой взгляд, но руки с железа все-таки убрал и едва ощутимо расслабился, а вот Вессаэль посмотрел мне в глаза весьма пристально, дернулся, словно хотел спросить… и передумал. Похоже, что-то заподозрил, никак я не научусь прятать от него свои мысли. Остальные молчали тоже, и я сочла за лучшее сменить тему:

– Слушайте, вот вы все от гномаэ добиваетесь информации об их переходах, но ведь она и у вас самих где-то должна быть, нет? Когда прокладывали эти тоннели, мастера зависели от вас весьма плотно и планы своих подземелий передать должны были, причем самые подробные.

– Если что-то такое и было, то давно погибло, – не стал скрывать скептицизма Вессаэль. – Когда шла Война Кланов. Или еще раньше, на Хрустальном, во время катастрофы.

– Но ведь не могло пропасть все, – не поверила я. – Если после взрыва выжили даже даны, ну те, что потом мутировали, то кристаллы-то – тем более. Вдруг еще что-нибудь осталось? Кто проверял?

– Никто. Проверить это невозможно, – вмешался Вокэнни. – Будь хоть малейшая зацепка – мы бы нашли как ею воспользоваться. Но хранилища хрустальных совершенно недоступны для нас, Тавель подтвердит.

Стальной лишь молча кивнул, не оставляя надежды. Всем, кроме упрямых дикарей:

– А где они были, эти ваши хранилища, что вы так заботливо и окончательно похоронили?

– На Острове Камня, разумеется, – без особого энтузиазма пояснил Вокэнни. – Там, в долине, была их школа. Теперь название этого места воспринимается как издевательство, но когда-то была настоящая…

– «Тир Инни» – я сама не узнала свой голос, севший от удивления – откуда это ко мне пришло?

– Да, «Земля Цветов», – а вот Вессаэль, напротив, не удивился ни капли. – Кому, как ни тебе это и знать?

Остальные медленно, очень медленно осознавали, что же такое они сейчас услышали. Но дураков здесь не было – поняли все. Абсолютно. А итог подвела Лавириэль, взрезав тишину последних минут:

– Значит, все-таки нессэ.

– Охренели? – взорвалась я, совершенно не осознавая, что и кому сейчас говорю. – Чушь собачья! Какая нессэ? Я здесь без году неделя! Вессаэль, по-моему, пора уже сказать.

Он понял, и не стал притворяться, что это не так. Молча кивнул, соглашаясь, что мол, да, пора. И мы рассказали. Про Вокэнни, конечно, нашего скромного библиотекаря, который, оказывается, еще и прекрасно владеет клинком, в чем я лично убедилась пару часов назад. И имеет очень интересную мать, передавшую ему свой дар. Дар шестого, вроде бы навсегда утраченного клана. Рассказали всем присутствующим. Ему тоже.

– И что мы теперь с этим делать будем? – первым из прострации вышел Суинни.

– Мы? – искренне удивилась я. – А при чем здесь мы? Насколько понимаю, решение о том, что с этим делать, будет принимать Вокэнни. Именно его оно касается прежде всего.

Все взгляды синхронно повернулись в сторону библиотекаря, сидевшего, по обыкновению, в самом дальнем углу.

– Я бы хотел подумать. Можно? – поднял он голову под нашими напряженными взглядами.

Разумеется, возражать никто не стал. Ежику ж понятно, что с налету такие дела не делаются. Подумать действительно было над чем, и очень серьезно.

А напоследок это «высокое собрание» приняло еще одно решение – довести, наконец, мое обучение до хоть сколько-нибудь приличного уровня, чтобы в следующий раз, вляпавшись в подобное, я могла за себя постоять. Ага, как будто сейчас не смогла. Хорошо хоть сама постановка вопроса говорила о том, что перевоспитать меня уже отчаялись, и просто запретить мне ввязываться во всякие авантюры никто даже не пытался. Ей-ей такое понимание сильно меня утешило.

Когда все потихоньку начали расходиться по спальням, Вессаэль, ненавязчиво, но очень твердо вознамерился проводить мою драгоценную персону до комнаты. Можно подумать, здесь этой персоне действительно что-то могло угрожать. У меня заныло под ложечкой от плохих предчувствий, и они не подвели – оправдались полностью. Допрос с пристрастием сьеррин начал, едва закрыв за нами дверь:

– А теперь рассказывай, как ты сумела убедить Балайета не только принять нашу помощь, но и молчать о Хранителе. Что ты пообещала ему в ответ?

– Ничего, – искренне удивилась я, – мне бы в голову не пришло подкупать его.

– А что тогда? Шантаж? Чем ты на него надавила?

– Не скажу, – обозлилась я вконец, – и не могу назвать это шантажом. Мы просто договорились взаимно похранить кое-какие тайны.

– Это что же за тайны такие у тебя с гномаэ?

– Ничего, что стоило бы знать вам, данааэ.

– И ты всерьез взялась решать, что нам стоит знать, а что нет? – сверкнул он глазами.

– Вессаэль, – проговорила я очень серьезно и даже проникновенно, – выслушай меня внимательно и постарайся понять. Как ты считаешь, я способна пакостить данам?

– Н-нет… Наверное, нет.

– А теперь просто поверь – вам этого знать действительно не стоит.

Вессаэль долго смотрел мне в глаза, но я выдержала. Затем задумался.

– Не могу понять в чем тут дело, разве… – его лицо приобрело совершенно непередаваемое выражение, но продержалось оно всего пару мгновений, сменившись на крайнюю серьезность. – Так ты действительно уверена, что это только твое и гномаэ дело, а нам этого знать не стоит?

– Абсолютно.

– Что ж, клан хрустальных вправе иметь свои тайны.

Вот и скрой от него хоть что-нибудь! Но разговор все же снял огромную тяжесть с моей души. Как бы ни была я уверена в том, что делаю, но разделить ответственность со сьеррином оказалось большим облегчением.

– Слушай, – тряхнула я головой, разгоняя невеселые мысли, – а как тебе идея получить не шесть, а семь кланов? Включая гномий.

– Инна, думай, что говоришь! – ужаснулся он. – У меня от твоих идей уже хронический ступор! Почему ты хочешь непременно все и сразу?

– Видимо, по привычке, – покаялась я, – до сих пор еще тороплюсь жить.

– Ну так притормози!

– Ладно, отредактирую вопрос: «Как ты смотришь не перспективу получить седьмой клан? В будущем?»

– Я же прошу…

– И я тебя прошу – подумай на досуге об этом. Ей-ей стоит, на мой непредвзятый взгляд.

– Но…

– Просто подумай! Ничего больше. А тогда уже поговорим. Кстати, заодно уж подумай над тем, за каким вы вообще меня сюда притащили, если собираетесь отмахиваться от каждого моего слова.

И вежливо пожелав ему положенных по протоколу «снов о небе», выставила за дверь. Думать.

На состоявшемся утром Совете двух Советов и Вессаэль, и Балайет, к удивлению своих, сидели притихшие. Остальные, озадаченные этим, тоже вели себя прилично, так, что образцово-показательной драчки между «бородатыми пеньками» и «ушастыми крысами» не случилось. Собрание получилось кратким, плотным и очень деловым, без излишних эмоций и совсем без разборок. Похоже, Балайет все-таки сумел донести до мастеров, что ежели чего – шуток не будет.

Кстати, я туда, конечно, пришла, причем даже вопросов о том, имею ли я на это право, не возникло. Ни у гномаэ (Хранитель, как-никак), ни у данов (здесь, наверное, я «прошла по спискам» как представитель шестого клана). А ведь неплохо все-таки устроилась!

Тему о том, принимать или нет помощь данов, мастера даже не поднимали, оказалось как-то не нужно – вроде бы это подразумевалось само собой. Перешли сразу к конкретным вопросам ее организации. Тавель пообещал выделить не меньше сотни стальных и поставить гарнизон прямо на Пикте, чтобы всегда были поблизости от возможного эпицентра событий, Лавириэль и Ассиль (от имени морских) взялись устроить их снабжение, а воздушные и Солнечные обещали помочь со связью и кое-какими исследованиями, там, внизу, в драконьих пещерах.

– Как быстро это можно будет сделать? – спросил мастер-оружейник.

– Как только вы расширите гостевые сиды. Настолько, чтобы они могли принять необходимое количество народу, – ответил ему хисстэ. – Все зависит только от вас. Мы-то готовы начать уже сейчас. Кстати, как скоро вы ожидаете очередное нападение? В них есть хоть какая-то система?

– Есть, – согласился Балайет, – хотя и не абсолютная. Но если приблизительно, то раз в два-три месяца.

– За такой срок мы не успеем переделать сиды, – безапелляционно заявил глава цеха каменщиков.

– И что тогда? – уточнился Тавель. – Вы готовы выделить место наверху для временного лагеря и организовать нашу доставку вниз по тревоге?

– Подождите, – влезла в разговор я, – а зачем вообще что-то переделывать? Ведь есть же старые сиды, и в них, насколько я знаю, можно разместить кучу народа. Уж сотню-другую наверняка.

– Но ведь там нельзя жить, – возразила Лавириэль.

– Почему? – удивилась я. – После того как гворсы любезно починили вход, а Шикон их так славно простерилизовал – можно. К тому же гномаэ ведь не откажутся убрать там за собой?

– Не откажемся, – согласился Балайет.

– И мы кое-чем поможем, – добавил Вессаэль.

На том, собственно, и договорились. Обрадованные такой неожиданной покладистостью со стороны бородатых, даны разогнались было решить вопрос и с гномьей присягой на верность, но тут уж уперлись в совершенно глухую стену – такие вопросы без Великого Мастера не решались, не решаются, и решаться никогда не будут. Вот появится он, тогда и будет разговор. Вессаэль сильно на них давить не стал, и все разошлись тихо-мирно, готовить прибытие сторожевого гарнизона стальных – гномаэ к себе в пещеры, даны к себе на острова. «Подаренного» мне Овестига мы, конечно, забрать с собой не забыли.

Между прочим, за всеми этими заморочками я чуть не забыла вручить рождественские подарки. И, конечно, они не произвели того впечатления, на которое я рассчитывала. Да, меня поблагодарили, но и только. А я даже не обиделась. Действительно, в заварившейся каше разве что Вокэнни находил время полистать полученные книги, и то потому, что оно было нужно для дела. Значит, будем считать это поводом придумать в следующий раз что-нибудь совсем уж сногсшибательное, способное пробрать наверняка, при любом раскладе. Думаю, у меня получится – времени-то навалом.