*20*
— М-м… Тут, значит… Явилась? — уже по голосу стало понятно, что он не в духе. — Я. А ты кого ждала?
Он шагнул внутрь, опуская вниз руку с зажигалкой и пытаясь осветить себе путь.
Я приподнялась на локте, наблюдая за его приближением. Всё-таки я безумно рада его видеть — по крайней мере именно сейчас Костино общество в разы лучше пугающего одиночества. А то, что злой — ну его проблемы, перебесится…
— Тебя где черти весь день носили, а?! — Костик с ходу неожиданно с силой вцепился в мой локоть…
Меньше всего ждала подобных действий… Как-то растерялась от такого обращения…
Костя сплюнул под ноги. Грубо дёрнул меня с места, заставляя скатиться с лежанки вниз… Удержал в последний момент, не позволяя упасть на пол…
Зажигалка погасла, погружая помещение в кромешный мрак…
Он нормальный вообще?!
— Ты, блять, понимаешь, что я все окрестные дома и сараи вдоль и поперёк на животе прополз — вдруг ты в подвал провалилась или придавило тебя чем… — ревущая ярость в его голосе только набирала обороты. — Ты мне ничего сказать не хочешь?! Ин? Нет?!
Я с испуганным недоумением всматривалась в темноту, различая лишь нечёткие контуры его лица и слушая шумное надсадное дыхание. Нет, я, конечно, тоже за него и за всех остальных переживала и волновалась, но не до такой же степени, чтобы так орать при встрече…
— Не хочу, Кость… — я попыталась произнести это спокойно и холодно, но, как назло, дрожавший с перепугу голос сорвался, и получилось скорее пренебрежительно и высокомерно. — Мог бы не искать, тебя никто не заставлял…
— Да твою мать… — Костя с остервенением рванул мою руку в сторону, заставляя меня по инерции описать полукруг в пространстве… — Сучка неблагодарная…
Я всё-таки полетела на пол, зацепив кроссовком загремевшую банку с железными болтами и больно ударившись лодыжкой об колёсный барабан… Завизжала, прокатываясь бедром по бетону и машинально сама цепляясь за Костину руку, так и продолжавшую тисками сдавливать мой локоть…
В темноте от этих резких тычков закружилась голова, сердце застучало где-то в горле, живот свело судорогой. Больно же! Тварь…
— Ты вообще озверел? — я неосознанно попыталась подняться, тоже переходя на крик. — Зачем искал? За этим? Или что, трахать больше некого?
Костя снова дёрнул меня за руку, одним движением заставляя встать на ноги…
— Просто обьясни, Ин… — он, похоже, честно старался взять себя в руки, но выходило у него до омерзения плохо. — Ты вроде пошла к воде, как ты сама тут сказала… Где ты была всё это время?
Дико раздражал этот его требовательный тон, его отвратительные манеры, эти неуместные вопросы и слишком явная попытка надавить на меня. Наверное, если бы он мог видеть моё лицо, то даже без слов догадался бы, что я думаю о нём и его повадках…
— Где была — там уже нет, — я напрягла руку, достаточно прозрачно намекая на то, что пора меня отпустить. — Я ничего не обязана тебе объяснять…
Костя лишь сильнее стиснул пальцы на моём локте, встряхнул меня так, что голова запрокинулась назад…
— Не тупи, Ин, — в его повышенном голосе звенела вкрадчивая угроза. — Давно смелая-то такая стала? Не обязана она…
— Это ты не тупи, Костя! — я попыталась отлепить от себя его каменную ладонь, в сердцах впилась ногтями в грубую кожу, от души стремясь причинить этому охреневшему придурку хоть немного болезненного дискомфорта. — Я не хочу ничего объяснять! И не собираюсь! Тем более тебе…
Левую щеку внезапно ужалила резкая боль…
Затрещина прилетела слишком неожиданно, и я больше испугалась, чем в полной мере ощутила на своём лице пылающий след, оставленный Костиной огромной тяжёлой лапищей… Наверное, в темноте рассчитать меткость было проблематично, и пощёчина зацепила ухо, обожгла скулу, оставила горячий след на губах, но звенящее жжение осталось только на щеке…
Повело в сторону, и если бы Костя не держал меня так крепко, я, наверное, не устояла бы на ногах и снова рухнула на пол…
Задохнулась от обиды… Секундный шум в голове сменился тупой холодной злостью…
— Да как ты… Ублюдок…
Я молниеносно вскинула руку, наугад ударила в ответ… Но тонкий звонкий звук нелепого шлепка по щетинистому мужскому подбородку неожиданно вызвал у Кости лишь тихий лающий смех.
— Да что ж ты за баба такая… — он оскалился уже без гнева, скорее с азартом, безошибочно в темноте перехватывая моё запястье…
Резкий разворот, боль в плече… Мощное хриплое дыхание прямо над ухом…
Я налетела бёдрами на широкий железный верстак, ощущая, как сзади прижимается массивное разгорячённое мужское тело… На смену мучившему меня всю ночь холоду вдоль позвоночника стремительно прокатилась огненная волна опаляющего жара… Чужие пальцы капканом обхватили затылок, сдавили голову до хруста, другая ладонь вывернула моё запястье до ломоты…
Прошипела сквозь зубы:
— Костя, отпусти… Сука…
Беспомощность била по вискам слепой яростью, вызывая приступ бешенства. Я бы поняла, если бы меня ударил кто-то из охотников, но этот…
Жёсткие пальцы впились только сильнее, заставляя меня наклониться, распластаться животом на холодной грязной поверхности металлического стола…
— Трахалась с кем-то, Ин? — Костя задал вопрос обманчиво-равнодушным голосом, будто интересуясь расценками на организацию показа каких-то ювелирных побрякушек.
В животе внезапно скрутился тугой спазм, пульсом отозвался в ногах… Под языком занемело, дыхание перешло в едва слышный стон… Возбуждение?! Вашу мать, я однозначно схожу с ума…
— Иди к чёрту… — просипела на выдохе, кусая губы и закрывая глаза, утыкаясь лбом в собственный локоть, лежащий на столе.
Мне было лень отвечать что-то вразумительное. Почему-то хотелось просто удержать этот момент, не ослаблять густое искрящееся напряжение в атмосфере, сохранить давление между нашими плотно прижатыми телами.
Едва уловимо напрягла ягодицы, нарочно выгибаясь в спине и неосознанно сильнее впечатываясь в мужской пах…
Костя замер на несколько секунд. Знала, что почувствовал… Чёрт, и стыдно от этого, и как-то одновременно легче…
— Разозлить пытаешься, Ин? — хриплый шёпот вызвал тянущий зуд внизу живота. — Зря-я… И без твоих подначек тошно…
Сильнее закусила губу…
— Ни с кем… не трахалась… — уступила, понимая, что правда только вывожу его из себя…
Шумное прерывистое дыхание на несколько мгновений стало единственным звуком в тишине помещения…
— Поверю. На этот раз… — хватка на затылке ослабла, пальцы медленно погрузились в мои волосы, беспощадно путая их и болезненно стягивая. — Сразу бы так…
Ждала, что сейчас Костя успокоится, сбавит натиск, выпустит меня из этих безумных объятий… И понимала, что не хочу этого. Но не намекать же… Чёрт, бесит только!
— Отпусти уже! — отчаянно мотнула головой, пытаясь увернуться из его ладони…
— Тихо ты, — он надавил сильнее, вжимая меня в стол.
Сука…
Испытала удовлетворение, граничащее с удовольствием, понимая, что Костя не собирается отстраняться, лишь крепче прижимается к моим бёдрам. Шумно выдохнула, ощущая, как широкие ладони стискивают мои плечи, словно проверяя тело на прочность…
— Допросилась… — Костя решительно дотянулся до воротника, и я незаметно задрала подбородок, не мешая ему расстёгивать молнию.
Тут же взвизгнула, когда он одним рывком содрал с моих плеч кофту…
— М-м… Без лифчика?! — Костя недобро усмехнулся, грубо ощупывая грудь. — Меня ждала?
— Не исключала… возможности… — я попыталась оттолкнуть его руки, причиняющие слишком ощутимый дискомфорт, но стянутые до локтей рукава кофты мешали и ограничивали движения.
Слышала учащённое сбивчивое дыхание над головой, в полной мере осознавая тот факт, что возбуждаю этого человека… Возбуждаю здесь, сейчас, даже несмотря на угрозу жизни, на мой внешний вид, на дикую обстановку… Он сказал, что если мы выберемся отсюда, то не станет меня удерживать… Почему-то в эту минуту поняла, что Костя вполне может передумать, если мы продолжим трахаться подобным образом — ему не нужна женщина, ему нужна вещь. Личная. Которую можно использовать любым удобным способом. И я вполне осознанно позволяю ему это.
Но так не должно быть… Он мне не нравится! Совсем! И я не хочу никого. Я просто хочу кончить под ним, а после снова стать чужими людьми…
— Зачем ты… меня искал, Кость? — чисто женская дурацкая манера задавать вопросы проявилась, как всегда, совершенно не вовремя.
Костя помолчал, тяжело дыша и сосредоточенно стягивая с моих бёдер штаны, жадно шарясь ладонями по голым ягодицам, привычно без церемоний погружая сразу несколько пальцев в мокрую промежность, безжалостно вдавливая их внутрь…
Я почти забыла о своем вопросе, со стоном кусая занемевшие губы, когда насмешливый тихий хрипловатый голос зашептал прямо над ухом:
— Забавная ты, Ин. Не хочу, чтобы сейчас, пока тебе горло не перерезали, другие тобой пользовались… — он чуть отстранился, избавляясь от собственных мешающих штанов. — Мне самому пока охота…
Горячий живот вжался в мою поясницу, успевшую покрыться колкими мурашками на холодном сквозняке…
Наверное, я должна была бы обидеться на его слова. Но вместо этого мне почему-то стало легче… В принципе, я поняла их так, как мне удобнее — горло перережут или просто выпустят отсюда, по сути, почти одно и тоже в нашем случае…
— Больно! — я резко испуганно дёрнулась, внезапно почувствовав, как одновременно с несколькими пальцами внутрь входит член… — Прекрати…
Скорее, не больно, но весьма неприятно от непривычного давления и слишком тугой тянущей наполненности, вызывающей онемение и протестующие сокращения внутренних мышц…
— Да брось, — Костя тяжело захрипел мне в висок, нарочно глубже проталкивая пальцы. — Не девочка же, растянешься…
— Не хочу так… — я попыталась приподняться на локтях, с отвращением осознавая, что всё это переходит какие-то личные допустимые границы. — Убери руку…
— Будешь скулить — по локоть затолкаю, — он со злостью прижался ладонью к покалывающей от напряжения промежности, небрежно пнул коленом мои сжатые бёдра. — Не выводи. Расслабься лучше.
Сука…
Закусила губу до крови, послушно раздвигая ноги на ту ширину, которую позволяли спущенные штаны. Задохнулась вдохом на первом резком толчке члена…
Слишком тесно… Мокро так, что по бёдрам стекает остывающая влага… Мерзко до тошноты от осознания полной потери контроля над собственными ощущениями…
Хотелось сжаться, напрячь мышцы, привычно почувствовать движение внутри, а не эту беспомощность и навязанную чужую волю…
Стерпела ещё несколько глубоких толчков, блокирующих внутренние спазмы, пытаясь расслабиться и привыкнуть к ощущению распирающего изнутри жара…
Оргазм накрыл неожиданно. Где-то в самой глубине живота вдруг сорвалась мощная лавина, скручивающая покрывшееся испариной тело, вызывающая незнакомый страх, панику, дикое одуряющее перевозбуждение и резкое, жестокое, лишающее разума удовольствие… Слишком долгое, до судорог, до потери сознания, до остановки пульса, до погружения в бездну безумия и безвременья…
Смутно понимала, что Костина ладонь зажимает мне рот, мешая дышать, что он навалился сверху всем весом, пытаясь удержать меня на столе и не позволяя биться в конвульсиях, что мои пальцы до крови сжали край мелаллической столешницы, что по щекам текут обильные слёзы…
До края слуха долетали злые обрывочные фразы, но я не могла понять их смысл…
— Ну-у… Тише… Да не ори ты так… Тихо! Ну, Ин…
Неосознанно разрыдалась, обессиленно сползая на пол, едва Костя неуверенно выпустил меня из своих рук…
— Ин…
— У-уйди… Костя, пожалуйста… Просто у-уйди сейчас… — я обняла руками колени, задыхаясь от собственных эмоций.
— Твою мать… — Костя сердито сгрёб меня в охапку, подтащил к нижней полке, сел сам, усадил меня на колени. — Чего плакать-то теперь? Угомонись…
Меня трясло крупной дрожью. Тело всё ещё казалось лёгким, движения получались заторможенными, между ног до сих пор судорожно сжимался пульс, выталкивая продолжавшую сочиться влагу…
— Чего ревёшь, спрашиваю? — Костик легонько шлёпнул меня по левой груди. — Понравилось же…
Взвыла, отчаянно толкаясь кулаками в его плечи…
— Нет! Не понравилось! Я не хочу-у так… Никогда…
— Блять, Ин… — Костя перехватил мои запястья, с силой прижал к себе, обнял, царапая колючим подбородком мою шею. — Давай завязывай, а… Ты будто никогда не трахалась нормально. Только в мессионерской позе и при выключенном свете…
Он усмехнулся, кусая меня за мочку уха.
Нормально?! Вот это он называет нормальным? На языке появился привкус горечи…
— Иди к чёрту! — я от души пихнула Костю в грудь. — Ненавижу тебя…
— Взаимно, дурёха… — его насмешливый голос стал мягче. — Но трахаться это не мешает…
— Мешает! Не хочу с тобой… — я разревелась с новой силой, утыкаясь лбом в его плечо, прекрасно понимая, что веду себя как капризная истеричка. — Ненавижу…
Костя только раздражённо вздохнул, ворочая меня на своих коленях. Натянул на мою задницу штаны, накинул обратно на плечи кофту, сам застегнул мне молнию до самого подбородка…
Я действительно ненавидела его в этот момент. Но, к собственному ужасу, почему-то не испытывала ни стыда, ни стеснения перед этим человеком… Доверие?! Вряд ли это оно. Это что-то мерзкое, вызывающее брезгливость и отвращение, от этого хочется избавиться, забыть раз и навсегда…
— Успокоилась? — Костя дёрнул коленом, заставляя меня подпрыгнуть и машинально вцепиться в его куртку. — Ну теперь давай рассказывай, Ин…
— Что именно? — я вытерла глаза рукавом кофты.
— Где шлялась столько времени рассказывай. Мне вот очень интересно послушать… — Костя откинулся спиной к перегородке, принимая полулежачее положение. — И почему ты без трусов, тоже очень интересно.
Мозг лениво напрягся, сортируя информацию и отгоняя на второе место отголоски недавней близости. Тоже хотелось лечь, но я продолжала смирно сидеть на Костиных коленях, борясь с истомой и стараясь не обращать внимания на его бесстыжие лапы, даже сквозь одежду умудряющиеся потрогать, ущипнуть и облапать.
Почему-то об обнаружении одного из медпунктов я решила рассказать не задумываясь. Ну то есть я призналась, что где-то существует такое место, а в нём даже сохранилась действующая подача воды, и там осталось сохнуть моё постиранное бельё. Но где именно это место находится — увы, не смогу вспомнить, ибо была слишком уставшей и напуганной, чтобы запомнить координаты…
Не знаю, поверил Костя или нет. Он вообще слушал молча, иногда задумчиво выводя узоры на моей груди или небрежно накручивая на палец мои грязные волосы. Ну я в принципе и не соврала ведь…
— А на кой чёрт ты вообще так далеко попёрлась, Ин? — в ровном холодном голосе Костика не слышалось ни тени заинтересованности, но я почему-то почувствовала, как вибрирует воздух вокруг этого важного для него вопроса.
Как-то не к месту подумала о том, что проводить допросы у него получается гораздо лучше, чем общаться с женщинами… Впрочем, если судить по его беседам с Ленкой и Ольгой, с женщинами тоже иногда неплохо выходит, да.
Тряхнула головой, возвращаясь к теме вопроса.
— А вот здесь я, дорогой мой, у тебя хотела бы спросить, — не смогла отказать себе в ехидно-циничном тоне. — Дело в том, что я пошла за яблоками…
Костя перебил меня на полуслове:
— Ты сказала, что пойдёшь к воде, — его голос не изменился ни на йоту, но крепкая ладонь, уверенно опустившаяся всей тяжестью на моё колено, мгновенно охладила мой настрой.
Глубоко вздохнула, твёрдо решив не рассказывать про кружку, тоже оставшуюся в медпункте — идиотский на самом деле повод переться одной к центру периметра… Яблоки для Костика, наверное, более актуальная причина…
— Ну мало ли что я сказала, — я постаралась говорить спокойнее. — Мне есть захотелось…
— Серьёзно что ли?! — Костя с жёсткой усмешкой сжал пальцами моё бедро. — Ну так пошли бы вместе, в чём проблема была, Ин?
— Ещё мне одной побыть хотелось! — я нервно спихнула его руку, не выдержав болезненных щипков. — Трудно понять?!
Костя вздохнул, возвращая ладонь на место.
— Ладно, давай дальше.
— А дальше я встретила двух охотников и Ленку! — я всем корпусом повернулась к Косте, хотя в темноте не могла видеть его лица. — Вот теперь ты мне скажи! Как так вышло, что ты не смог предотвратить это?! И где все, Костя? Лёха, Оля… Почему ты сюда пришёл, а они нет…
Мой голос дрогнул, звеня страхом…
— Потому что я тебя искал, дура. Я возвращался сюда несколько раз за день, — Костик явно терял терпение. — Лёха и Оля спят в одном из офисов. Ленка пошла следом за тобой… За тобой, блять, пошла! Вышла через пять минут после твоего ухода, сказала, что тоже помыться хочет, а вдвоём не так страшно. Ещё через пять минут её увели… Что я по-твоему должен был сделать? Кинуться в драку на дебилов с автоматами? Я жить хочу, рыбка моя.
Он внезапно приподнялся, придерживая меня одной рукой и доставая из кармана пачку. Чиркнул на мгновение зажигалкой, прикуривая сигарету. Мою небось… Ну то есть Сашину…
Наконец Костя как-то недобро с подвохом протянул:
— А вот куда ты, сука, подевалась при этом, для меня стало вопросом…
Проглотила его издёвку, меняя тему:
— Я, кстати, проследила за ними…
Костя резко замер… Спустя секунду выдохнул дым прямо мне в лицо…
— Что ты сделала?!
Блять…
— Ну… Я пошла за ними на безопасном расстоянии, — я заговорила быстро, на ходу подбирая слова и не давая ему возможности перебить меня. — Думала, если они свяжут её где-нибудь, как Олю, я потом смогу помочь…
Я перевела дух, ожидая Костиных возражений, но он молчал. Больше ни разу не перебил меня, пока я рассказывала о том, как сидела в каком-то сарае рядом с ангаром, как испугалась и убежала, потому что увидела крысу…
— Крысу? — Костя заинтересовался только этим. — Ангар-то запомнила? Показать сможешь?
Я сглотнула слюну, не понимая, к чему он клонит.
— Смогу наверно… А что?!
— Да это ж еда, Ин! Если зажарить, то мясо вполне…
Я зажала уши ладонями, борясь с тошнотой, мгновенно подступившей из сжавшегося желудка к горлу… Жрать крыс?! Он серьёзно?!
— Не надо, Кость! — я почти завизжала, с трудом глотая слюну. — Я не хочу знать, какое у них мясо… Пожалуйста…
— Да брось, Ин! Ты просто пока не испытала реального голода, через день-два прочувствуешь… Там не только крысу сожрёшь…
Я рванулась с его коленей, он не стал удерживать. Согнулась пополам в приступе рвоты… Чёрт, и блевать по сути нечем…
Придурок, блять! Нахрена это рассказывать? Я всё равно не стану есть крысу…
Закашлялась ещё раз…
— Ладно, не буду больше, — Костя только усмехнулся. — Жуй свои яблоки…
Яблоки… Глубоко дыша, нашарила в кармане мелкое кислющее яблоко, вгрызлась в него зубами, жадно глотая сок и перебивая тошнотворный мифический привкус крысиного мяса во рту…
— Всё? Сядь как сидела, Ин. И давай, дальше рассказывай…
Я принципиально села рядом, на ощупь проверив полку. Тут же заговорила, не давая Костику возмутиться этим фактом:
— Ещё я встретила Максима… Это тот, который последний из вас приехал, с бородкой…
— Я знаю, кто такой Максим, — Костя огрызнулся, перебивая мои объяснения. — Дальше…
— Он сказал… что одного из них убили… — я сглотнула кислую от яблок слюну. — Рому…
В голове бегущей строкой пронеслись слова Саши о том, что Ромка жив… Жив… Я верю Сане…
— Как? — безэмоциональный равнодушный вопрос, скорее дань профессиональному любопытству.
— Застрелили… — я закусила губу.
Почему-то поняла, что рассказывать Костику о встрече с Сашей и делиться собственной наивной уверенностью в том, что с Ромой может быть всё хорошо, я не хочу… И не буду.
— Подробности знаешь или нет? — Костя нетерпеливо оттолкнулся от перегородки, сел рядом.
— Немного… — я пересилила себя, оставаясь на месте и не делая попытки отстраниться.
Опустила голову, как можно обстоятельнее излагая разговор с Максимом. Знала, что Костю заинтересует возможность побега, поэтому постаралась вспомнить все немногочисленные детали, не забыв упомянуть о том, что Макс старательно сам не хотел посвящать меня относительно местоположения начатого ими подкопа…
Но Костю на этот раз, кажется, интересовало абсолютно всё — и принесённая Машей еда, и отсутствие в их небольшой компании Лиды, и сам Максим, и его уверенность в том, что наша Лена вернётся с продуктами, и озвученное только нам двоим предложение присоединиться к чужой команде…
Я уже минут пять как замолчала и с тоской осматривала склад в наступающих рассветных сумерках, а Костя всё сидел с мрачным видом и недовольно поджимал губы, думая о чём-то своём.
— Так куда, говоришь, этот Максим сказал вам с Ленкой приходить, если вы вдруг окажетесь шкурами, Ин? — он внезапно поднял на меня нечитаемый взгляд.
Равнодушно пожала плечами.
— К серно-кислотному цеху. Понятия не имею, где это, — я вернула Косте холодный презрительный взгляд. — Но уточнять не стала, дабы не казаться в твоих глазах шкурой, угу.
Однако Костик не оценил моего сарказма, неопределённо бросив:
— Я знаю, где. Сходим попозже…
Он нащупал в кармане сигарету, легко поднялся на ноги, прикуривая…
— Давай, Ин, собирайся. Покажешь место, куда Ленку увели. Заодно капкан на крысу поставлю…
Я вскинула глаза, не двигаясь с места… Он реально собирается её поймать? Чё-ёрт…
— Да не смотри ты так! — Костя шагнул ближе, схватил меня за руку, заставляя подняться. — Тебя ж никто силой есть её не заставит, Ин. Сама попросишь, когда проголодаешься…
Сама?! Попрошу?! Опять?!
Костик только усмехнулся, делая вид, что не замечает, как меня передёрнуло от этой фразы. Положил руки мне на талию, притянул к себе. На кой-то хрен полез целоваться…
Вспыхнувшее в груди негодование оказалось сильнее голодной тошноты и брезгливого отвращения, и я с покорным безразличием приоткрыла губы, позволяя Косте углубить поцелуй, затолкать мне язык между зубов… Слишком глубоко, мать его! Назло же это делает… Скотина!
Не в силах выносить это издевательство, протестующе заскулила, попыталась отпихнуть Костю от себя, отвернуть голову… Он только хрипло расхохотался, выпуская меня из объятий и сплёвывая на пол…
— Пошли уже, Ин.
Глубоко вздохнула. Прикрыла на мгновение глаза, пытаясь унять приступ бешеного раздражения и доставая из кармана последнее яблоко…
Я прекрасно понимаю, что Костику нахрен не сдались эти поцелуи, что его просто забавляет моя реакция. И это бесит ещё сильнее… Впрочем, тот факт, что у меня нет возможности хоть как-то избежать этих дурацких провокаций, и я вынуждена идти на поводу, кажется ещё хуже. Ненавижу…