*33* Седьмой день
Я сидела на самой дальней полке, обняв колени руками и уткнувшись в них лицом. Мокрая одежда липла к коже, но мне не было холодно — непонятный лихорадочный жар распространялся, казалось, изнутри, охватывая всё тело и не давая ему замёрзнуть. Наверное, я с радостью легла бы спать, чтобы скоротать время, но сон, как назло, совершенно не шёл.
Катя так и не вернулась… Её вообще отпустили, или она ночует там, у охотников? И там же сейчас находится Тёмка…
Задрала голову в потолок, заметно посеревший за последние двадцать минут. Рассвет скоро…
Нет, мне по сути всё равно. Тёма, Катя, Лида, Ленка… Мне плевать на них. Просто почему-то неприятно осознавать, что вот именно сейчас, в эту секунду, он может трахать её…
Я закрыла глаза, с каким-то мазохистским упорством в деталях вспоминая вчерашнюю картинку на полу холла — мой бывший муж и молодая красивая девчонка… Это было и прошло, мне уже абсолютно не больно, только в животе отчего-то сжимается вакуум, а сердце предательски делает быстрый удар… Это было вчера.
А вот в данный момент…
Мне почему-то жизненно необходимо точно знать, что прямо сейчас Артем не целует её совершенные формы и изгибы, не шепчет на ухо страстные слова, не вдавливает её в чистую постель своим телом, не напрягает мышцы, когда её ногти впиваются в его кожу и оставляют на его спине красные царапины…
Но я никогда этого не узнаю. И от этого почему-то нестерпимо тошно…
Завтра станет легче. Должно по крайней мере… Нужно просто переждать…
Я сдавила голову ладонями, с трудом сдерживая дурацкий порыв броситься прочь отсюда. Сумасшествие какое-то…
Что там Костя говорил? С Ленкой поговорить? Как, интересно, если она вон к стенке отвернулась и старательно делает вид, что спит?
Я обвела глазами остальных девчонок… Все они делают вид, что снова уснули, но я точно знаю, что это не так…
Чёрт, может и правда попробовать с Леной поболтать? Хоть время до возвращения Костика пролетит быстрее…
Я тихо поднялась на ноги. Потеребила девушку за плечо, и та сердито оглянулась на меня…
Плачет. Ожидаемо… Пошлёт меня скорее всего к известной матери с разговорами, как и всех остальных…
Я без особой надежды кивком указала на выход, и, к моему удивлению, Ленка вытерла лицо ладонью и поднялась со своего места. Молча двинулась вперед меня на улицу…
Мы не пошли далеко. Остановились у соседнего склада, и я, облокотившись плечом о стену, неторопливо прикурила сигарету, ожидая сопливого надрывного рассказа о том, как Лена "не может так поступать". Хотя, наверное, в глубине души я уже понимала, что разговор на этот раз получится несколько иным…
Не ошиблась. Ленка сунула руки в карманы куртки, попинала носком кроссовка несколько камешков на дороге… Повернулась ко мне.
— Дай мне тоже сигарету, Ин. Если не жалко…
Я с удивлением вскинула брови. Вытащила пачку и протянула ей вместе с зажигалкой.
Девчонка неумело, но вполне уверенно прикурила.
— Только не спрашивай ничего, Ин, пожалуйста… — в её голосе было столько горечи, что на мгновение мне стало её жаль.
— Не буду, — я выпустила струю дыма, разглядывая девушку более внимательно.
Похудела она за эти дни. Стала тоньше как будто, стройнее. Перестала сутулиться, прятать голову в плечи, черты лица незаметно заострились, и пушистые волнистые рыжие волосы сейчас придавали ему настоящее женское очарование. И взгляд… Не знаю, что в нём изменилось, но теперь он смотрел из-под ресниц цепко и холодно, будто заранее не доверяя никому. От прежней Ленки остались только веснушки, да и те больше не казались смешными и трогательными, а скорее добавляли интереса. Чёрт побери, как бы нелепо это ни звучало, но она явно похорошела…
— Знаешь… — Лена подняла глаза к небу, сделала короткую затяжку и тут же выдохнула белёсое облачко. — Я не верю, что мы сможем уйти отсюда. Если бы всё было так просто…
— Я тоже не верю, — я кивнула. — Но не попытаться было бы глупо.
Мы помолчали, думая каждая о своём, пока на далёкой сосне у ограждающей стены с громкими резким карканьем призимлялась стая каких-то огромных птиц — то ли ворон, то ли сорок. Тоскливое зрелище почему-то…
— Ты тоже не спрашивай, откуда я знаю… — я внезапно решила говорить напрямик. — Но я в курсе о том, где и как тебя в этот раз трахали.
Рука девушки дрогнула и на мгновение зависла в воздухе, прежде чем пальцы поднесли к губам фильтр… Через секунду Лена равнодушно пожала плечами, делая на этот раз глубокую затяжку.
— Что, тебе тоже повезло там побывать? — она наконец повернулась и посмотрела в упор на меня.
— Нет. К счастью… — я отвела глаза.
Мне не светит, как сказал Саша. Потому что Артём так решил…
Ленка поняла мои слова по-своему.
— Не переживай. Если прислушиваться к их советам, то это практически не больно. Страшно — да, но и то только поначалу, пока до тебя окончательно не доходит тот факт, что либо ты веришь им, и тогда всё происходит почти безболезненно, как они и говорят, либо нет…
Я едва не поперхнулась дымом, распахивая глаза. Она реально ещё меня тут успокоить пытается?!
— То есть ты не собираешься мне тут стенать и рыдать? — я не смогла сдержать ехидную улыбку. — Лен, я тебя не узнаю…
Ленка устало улыбнулась в ответ.
— А толку-то реветь…
Я поджала губы, в глубине души радуясь тому, что Лена поддержала мою глупую попытку разрядить обстановку.
— Костик сказал, что ты вся зарёваная пришла… — я снова заговорила серьёзно.
Девушка тяжело вздохнула, бросая окурок на землю.
— Не смейся только, Ин… — она потопталась на месте, опустив голову. — Мне даже по-своему понравилось… И от этого гораздо противнее, чем от того, что реально произошло… Я извращенка, да?!
Она подняла полный тоски взгляд и горько усмехнулась, тут же снова отводя глаза.
— Дурочка ты, — я протянула руку, с каким-то теплом, которого сама от себя не ожидала, приобнимая девчонку за плечи. — Ты самая сильная из нас, Лен… Ты молодец…
Девушка шмыгнула носом, обнимая меня в ответ.
— Это какой-то кошмар, Ин… Не то, что они делают со всеми нами, а то, что мы сами… делаем с собой…
Я вздохнула, машинально поглаживая её по спине и глядя куда-то вдаль. Чёрт возьми, она права как никогда в своей жизни, наверное…
— Ты видела их лица, Лен? — я напряглась на секунду, ощущая, как вдоль позвоночника собирается отвратительный брезгливый страх.
— Нет, — тихий голос Ленки, уткнувшейся мне в плечо, прозвучал глухо. — Они эти свои маски не снимали… Там были всего двое…
Я глубоко вздохнула, кусая губы и продолжая прерванные поглаживания. Тем лучше… По крайней мере, я с чистой совестью могу думать, что Артёма среди этих двоих не было… Или был? Чёрт, ненавижу…
***
Мы вернулись на склад не раньше, чем через полчаса, умудрившись выкурить полпачки сигарет и вдоволь насмеяться сквозь непрекращающиеся потоки слёз и реальную тоску по дому. После этого разговора нам обеим, наверное, стало легче. Ну, по крайней мере, насколько это вообще возможно в нашем положении…
Оля уже встала и выкладывала на верстак содержимое продуктового пакета, по всей видимости принесённого Ленкой накануне — картонная двухлитровая упаковка молока, сыр в нарезке, ветчина, белый хлеб, огурцы, несколько помидорин, пара контейнеров с салатом, бананы, опять крупа, макароны, тушёнка…
Желудок свело судорогой…
— Погоди! — Ленка отцепилась от моей руки и наклонилась к своей полке, доставая из самой глубины ещё один точно такой же на вид пакет, только почти пустой. — Я тут себе оставила, остальные ещё вчера свою порцию съели… Ты же любишь, я знаю…
Она смущенно протянула мне маленький прозрачный контейнер, где лежал кусок настоящего торта — белый йогуртовый крем, желейный слой ананасов сверху, варенье между слоями… Меня едва не затошнило от головокружения, пока я с открытым ртом давилась слюнями, любуясь на это чудо…
— Ин, даже не думай на голодный желудок, — мягкий Олин голос на этот раз прозвучал строго и сердито. — Сначала съешь что-нибудь полезное и молока попей!
Я только вздохнула, не выпуская из рук вожделенную тару. От души улыбнулась Ленке…
— Спасибо большое, Лен…
— Ерунда, — та лишь неловко улыбнулась. — Я вчера наелась…
Я протянула руку, осторожно вытаскивая из пакетика кусочек хлеба и накидывая на него сыр и ветчину. Подняла глаза, по очереди оглядывая столпившихся за столом девчонок…
Почему-то сейчас, когда перед нами стояла еда, когда никто друг с другом не ссорился, а в воздухе почти не витало сковывающее напряжение, мы все казались одной большой семьёй… С одной стороны — отвратительное ощущение для человека вроде меня, слишком высоко ценящего личное пространство, но с другой… Очень редкое это всё-таки чувство, чтобы не впечатлиться моментом. Пусть даже хоть на несколько минут…
***
Я всё-таки улучила момент и вышла на улицу.
Дождь почти прекратился… По рассветному небу быстро бежали серые тяжёлые тучи, обещая рассеяться в ближайшие несколько часов; с ветвей кустов и с блестящей листвы деревьев капала вода, воздух казался влажным и липким. Скорее всего, день будет жарким…
Я с наслаждением прикурила сигарету, хотя меня уже подташнивало от переизбытка никотина в организме. Выдохнула дым, и он сизым рваным облачком смешался с клочьями оседающего тумана…
Красиво здесь всё-таки, чёрт это всё подери. Тихо… Какое-то своё очарование. И время течёт словно совсем иначе — медленно, будто нехотя, оставляя людям шанс успеть всё, что необходимо…
О Косте с Максом я целенаправленно старалась не думать — слишком велик казался риск нарушить эту тонкую гармонию, так неожиданно сплотившую наш женский коллектив. Можно было бы рискнуть и прогуляться до той самой раздевалки, в которой есть душ… Но и эту мысль я гнала прочь — возможно, всего через несколько часов мы выберемся отсюда, и с моей стороны было бы глупо так рисковать теперь.
Я прищурилась, глядя в сторону теплотрассы — именно отсюда Оля видела, как стреляют в Лёху…
Невольно всплыли в памяти слова Кости о том, что им с Максом поручили просветить всех остальных о тщетности любой попытки сбежать… Получается, охотники знают о предстоящем побеге?! И Артём тоже… Наверняка они попытаются нам помешать. И скорее всего, помешают… И что тогда? Новый план и новые попытки? На это могут уйти недели…
Вздрогнула, уловив боковым зрением движение. Мгновенно повернула голову, машинально пригибая голову и отступая к проёму…
Глубоко вздохнула, чувствуя, как по всему телу прокатывается волна невероятного облегчения — вдали, со стороны центра, тщательно огибая по окружности камеру на столбе, шли трое — Костя, Макс, а между ними плелась невысокая женская фигура в коротком белом одеянии…
Они всё-таки это сделали. Они вытащили Лиду…
Наверное, я должна была в этот момент испытать радость именно за неё, но мне почему-то стало невероятно хорошо от осознания того, что к нам возвращаются Костя и Макс — значит, спорный шанс на побег по-прежнему остаётся в силе. Да и вообще рядом с Костиком всё-таки спокойнее несмотря ни на что…
Подавила порыв броситься им навстречу — нельзя, только внимание лишнее могу привлечь. Докурила сигарету, внимательно наблюдая за перемещением всей троицы… Они её поддерживают что ли?! Идти сама не может?! Или мне просто так кажется? Чёрт…
— Ин! — из склада высунулась Ольга. — Ты чего так долго? Мы уже волноваться начали…
Я виновато улыбнулась и многозначительно кивнула в направлении приближающейся группы.
Оля распахнула глаза.
— Ох ты ж… — она шагнула на улицу, не спуская глаз с ребят, остановилась рядом со мной. — Ну наконец-то…
Мы так и застыли на месте, с нетерпением дожидаясь, пока они подойдут ближе. С расстояния полукилометра Костик махнул нам рукой, и мы неистово замахали ему в ответ…
Ольга, кажется, тоже заметно повеселела. Господи, если бы ещё Катя вовремя вернулась, было бы совсем отлично…
Однако чем меньше становилось расстояние между нами, тем чаще до слуха долетали резкие голоса Макса, Лиды и Кости. Ругаются?! Но почему?
— Ещё одна командирша, похоже, — Оля, исподлобья следившая за компанией, насмешливо фыркнула. — Своих нам было мало…
Я тихо хихикнула, с грустью понимая, что с Лидой общий язык найти будет действительно непросто. Как там Маша нас представила когда-то друг другу — Лидия Алексеевна, директор крупного предприятия, к ней на "Вы" и по имени-отчеству… В довесок вспомнились слова Саши про её поганый язык…
Логично было бы предположить, что сейчас Лидия Алексеевна не в том положении, чтобы диктовать свои условия, но, судя по каркающему высокомерному тону, условия ей как раз казались вполне подходящими — она что-то рычала на Макса, а тот огрызался в ответ, продолжая держать её за левую руку. Костя, тянущий женщину за правый локоть, практически молчал, но я видела по его резким движениям, каких чудовищных усилий ему стоит держать себя в руках. Скорее всего, он сначала дотащит её сюда, потом выскажется…
Не понимаю, она не рада, что парни освободили её из клетки?! Не хочет бежать отсюда?! Чего она так взъелась-то на них?
— Вот повезло мужикам… — Оля уже не усмехалась, с тоской отворачиваясь от странного зрелища. — Пойду внутрь, бутерброды сделаю хоть…
Я постояла ещё полминуты, чувствуя, как в груди нарастает раздражение. Больше не выдержала, ушла к девчонкам следом за Ольгой, почему-то не имея ни малейшего желания лицезреть то, как наших мужиков выводит из себя какая-то левая тётка. Невольно усмехнулась про себя — если Костик начнёт таскать её по соседним складам и наедине попытается вразумить эту ненормальную, я, пожалуй, чего доброго, даже начну ревновать…
Впрочем, едва ребята втолкали женщину в помещение и вошли следом, я мысленно выдохнула — судя по мужским физиономиям, на такую фурию не позарится даже Костя. Глупо, конечно, ибо мне прекрасно известно, что я нравлюсь Костику с первого дня знакомства, но сейчас я бы не удивилась, если бы после нескольких занятий сексом он потерял ко мне интерес и решил переключиться на кого-то другого… А ещё глупее тот факт, что мне сам Костя даром не сдался, но остаться не у дел для меня сейчас было бы весьма болезненно…
— Ну что уставились? — резкий незнакомый женский голос заставил всех девчонок, рассматривающих пришедших с нескрываемым любопытством, с недоумением переглянуться. — Или что, пялиться больше некуда?
Лида дёрнула рукой, и Костик легко выпустил её локоть, с видимым облегчением отходя на пару шагов. Так же поступил и Макс, тихо ругнувшийся себе под нос.
На этот раз, к изумлению всех остальных, выступила Оля. Она неодобрительно поджала губы, спокойно раздавая пришедшим мужчинам хлеб, ветчину и помидоры, и, даже не поворачиваясь к новоприбывшей, с нажимом процедила сквозь зубы:
— И тебе, Лида, доброе утро. Мы все за тебя очень переживали и рады, что ты наконец вернулась к нам. Надеюсь, ты себя хорошо чувствуешь после всего, что тебе пришлось пережить…
— Да тебе не снилось, что мне пришлось пережить! — Лида зацепилась за первое попавшееся слово, насмешливо перебивая Ольгу при первой возможности. — Хрен бы хоть одна из вас смогла…
— Ну конечно, мы-то тут сидели в тепле и сытости всё это время, — Ленка пренебрежительно фыркнула, сверля мрачным взглядом полуодетую женщину в грязных кроссовках. — А вообще, достаточно было бы просто парням спасибо сказать…
— Спаси-и-ибо, мальчики! — Лида оскалилась злобной улыбкой в сторону стоящего спиной Кости и завалившегося на полку с бутербродом Макса.
— Да пошла ты со своим спасибо… — Максим тихо огрызнулся, даже не взглянув в её сторону.
— Да и правда! — Лидия Алексеевна, кажется, вошла в раж. — Спасатели, мать вашу! Фильмов они насмотрелись! А дальше-то что, а? Мне какая разница, кому давать, тем мудакам или вам? А я тебе скажу-у… — она демонстративно толкнула Костика в плечо. — Там меня кормили хотя бы, и крыша над головой была! А тут что? Ходить обратно за жратвой для вас что ли? То есть тут с вами, там с ними…
— Да кому ты нужна, блять?! — Макс со злостью смял пальцами остатки батона, приподнимаясь с места. — Давать она тут собралась кому-то… Я подрочу лучше, чем на такую мымру залезу… Так что можешь хоть зашить свою давалку и заткнуться уже нахрен…
Ненавижу Макса, но сейчас согласна с ним полностью. И, судя по лицам остальных, не я одна.
— Да ты что?! — Лида только расхохоталась и высокомерно кивнула в сторону девчонок. — Эти неплохо обслуживают, да, Максим?
— Охренеть… — Маша закрыла лицо ладонью, с трудом сдерживая истерический смех. — Ребята, она точно нормальная? Вы её по дороге нигде головой о перекладину не стукнули случайно?
Лида сузила глаза, с ненавистью глядя на девушку.
— Это ж ты с одним из них на свиданки бегаешь? — она не спрашивала, скорее утверждала. — Я тебе вот что скажу, деточка… Их всех пересажают, когда я отсюда выберусь. И ты как соучастница по статье пойдёшь следом за своим уёбком…
Маша замерла на мгновение, вспыхивая пунцовым цветом и бросая на всех присутствующих затравленный взгляд. Хотела что-то возразить, но лишь неловко усмехнулась и покачала головой. Потянулась за сыром, одними губами прошептала:
— Дура какая-то…
Но Лида явно поняла, что попала в цель. Торжествующе сверкнула глазами, осматривая нас всех.
— Да все вы пойдёте. За сотрудничество с этими уродами. А Инна кто?
Я подняла глаза и выгнула бровь, и Лида тут же остановилась взглядом на мне.
— Ты вот тоже. Это же твой бывший муж среди них? — она заносчиво задрала подбородок и ткнула в меня холёным пальцем. — Тоже соучастница.
Меня эти слова не зацепили вообще, и я холодно выдержала её нахальный взгляд, даже не собираясь вступать в разговор. Единственное, чего мне было искренне жаль — очевидный неоспоримый факт того, что практически по моей вине среди нас сейчас находится эта сумасшедшая. Вот оно — лишнее подтверждение тому, что инициатива наказуема…
— …Всем привет.
Головы всех присутствующих мгновенно повернулись ко входу — Катя…
— О! Ещё одна проститутка с жратвой явилась, — Лидия Алексеевна аж взвизгнула от ей одной понятного самодовольства. — У вас тут график? Или соломинку тянете…
Катя окинула женщину брезгливым ледяным взглядом.
— Каждый раз ждём предложение руки и сердца вообще-то.
Кто-то из девчонок невесело хихикнул на эти слова…
Я не слушала больше.
На несколько секунд мир для меня перестал существовать, отбрасывая на задний план Лиду, побег, вообще всё на свете…
Я не мигая уставилась на переступившую порог девчонку, отмечая спокойное умиротворённое выражение лица, розовые щёки, отсутствие кругов под глазами, явно промытые пушистые светлые волосы, чистую одежду… Скользнула взглядом по спортивным штанам с низкой талией и распахнутой кофте, жадно прогулялась глазами по плоскому животу, обтянутому майкой, полюбовалась полушариями грудей, стянутых тонким лифчиком и выпирающих из выреза, пока девушка грациозно плыла к верстаку…
Это всё могло принадлежать Артему сегодняшней ночью. Мать вашу…
Катя, пыхтя от натуги, двумя руками водрузила на стол огромный пакет. Принялась неторопливо вытаскивать оттуда продукты…
Я закусила губу и отвела взгляд, чувствуя, как изнутри распирает чувство вселенской несправедливости.
Нет, злости на Катю не было. И Артёму мне предъявить по сути нечего. Но какого ж хрена я так… Завидую? Ревную? Безумие…
— Держи, Ин, — Катя неожиданно повернулась ко мне и протянула небольшой белый свёрток. — Это я специально для тебя попросила.
Я с удивлением машинально взяла из её рук прозрачный пакет, барахтаясь в собственных мыслях и отчаянно пытаясь вернуться к реальности. Сумела даже изобразить на лице лёгкое удивление и предвкушающую улыбку, когда с напускным интересом разворачивала полиэтилен…
Это оказалась белая футболка. Огромная, явно мужская, чистая, вкусно пахнущая порошком…
Я едва не застонала, с нескрываемым восторгом глядя на это великолепие.
— Спасибо тебе, Кать… — я с искренней благодарностью подняла глаза. — Это лучшее, что ты могла сделать… Просто невероятно…
Катя улыбнулась мне в ответ, совсем по-детски довольная собой, и снова принялась выставлять на стол продукты — банка корнишонов, непочатая бутылка вина, ананасы в сиропе, какое-то печенье…
Девчонки тут же потянули руки к сладостям, отпуская в сторону девушки сначала робкие, а потом, видя смешливую реакцию самой Кати, вполне сальные шуточки о том, что старалась она однозначно за всю компанию…
— Как ты унесла всё только, Катя, — Оля неодобрительно покачала головой. — Тяжело же…
— Меня проводили, — девчонка беззаботно пожала плечами, продолжая усмехаться подколам Ленки и Мани. — Я только последний километр сама тащила…
— Блять, хоть кто-то здесь ебаться умеет, — с полки поднялся Макс, потянулся к бутылке с вином, покрутил её в руках, осматривая этикетку. — Нифига себе…
Да, я тоже заметила и название вина, и форму самой бутылки — охотников тут явно не обижают…
— Так, — голос подал молчавший до этого момента Костик, опуская тяжёлый кулак на железную столешницу так, что звук удара резко перекрыл весёлый гомон. — Вино не трогать. Кто ещё не наелся — у вас десять минут. Потом надо выходить.
Смешки моментально стихли, вино вернулось на стол, все замолчали. Даже Лида перестала не к месту цедить сквозь зубы свои ядовитые замечания. К еде больше никто не притронулся…
Я с сожалением сложила футболку обратно в пакет, прижала к груди — возможно, если нам удастся выбраться, за периметром она мне станет даже нужнее…