*7*
Глубоко вздохнула, стараясь не сильно шмыгать носом. Закусила губу, ощущая, как сильно затекла задница: сидеть на земле с поджатыми коленками — то ещё сомнительное удовольствие. В стотысячный раз окинула взглядом небольшую площадку заднего дворика между тремя высокими зданиями — какие-то гнилые шпалы, валяющиеся в траве у левой глухой стены, шесть закупоренных круглых бочек, привалившихся друг к другу с правой стороны, железная пожарная лестница с отсутствующими нижними пролётами прямо передо мной…
Вечерние сумерки неумолимо приближались. Мягко опускались на крыши строений, уютно устраивались на ржавых перекрытиях и бесчисленных переходах, стелились вдоль улиц, закрадывались в каждый зияющий проём, пробирались внутрь зданий, копошились в каждой щели… Вместе с ними в душу лезло что-то тревожное, звенящее, гнетущее…
Страх? Чёрт его знает… Если это он, то прежде я никогда не испытывала подобного чувства — когда с каждой долгой минутой, длящейся по ощущениям не меньше часа, накатывает тягостная подавляющая обречённость, будто сжимает тугими мощными объятиями ощущение безвыходности, душит мучительное знание о том, что впереди ещё длинная, просто бесконечная ночь… Можно спрятаться от людей, но от этой ползущей по земле тьмы не денешься никуда — для неё ты всегда как на ладони, со всеми своими внутренними жалкими попытками самоутешения и нелепыми надеждами на лучшее. А самое хреновое — ты вдруг неожиданно понимаешь, что это по-своему нормально, даже правильно… Что здесь, вдали от любимой цивилизации, в которой есть телефонная связь, интернет, соседи, возможность закричать "помогите" в конце концов, здесь нет ничего. Глухое непробиваемое одиночество, осознание своей абсолютной ненужности этому миру, ощущение бесполезности собственного существования как отдельного представителя человечества…
Горько усмехнулась про себя, крепче обнимая коленки и ёжась от вечерней прохлады. Вытерла о штанину мокрую от слёз щеку…
Тишина давила сильнее всего. Больше ни разу за прошедшие пару часов не было слышно ни выстрелов, ни криков, ничего. Будто эта дурацкая территория и без того практически мертвого завода вымерла к чёртовой матери окончательно. Умом я понимала, что где-то здесь притаились ещё девять человек… Таких же, как я — напуганных, неверящих в происходящее, дезориентированных в собственных ощущениях, отчаянно цепляющихся хоть за какую-то слюнявую надежду на лучшее… Но чувство одиночества от этого не уменьшалось. Наоборот даже…
Странно и противоестественно, по почему-то именно наличие поблизости охотников и охраны хоть немного делало окружающую напряжённую обстановку не такой жуткой даже несмотря на необходимость держаться от них подальше… Я, наверное, просто схожу с ума.
Если Костик прав, и эти ребята легко могут обнаружить нас, то почему до сих пор не нашли?! И… Что, если всё-таки найдут?! С ними вообще реально договориться? Может, всё-таки выкуп… Артём бы заплатил за меня! Я в этом уверена! Наверное… Я бы вернула ему любые деньги… Нашла бы способ! Да и в любом случае, я — мать его детей, и неважно, что между нами происходит, верно ведь?! Он бы не смог меня бросить…
Всхлипнула, стараясь глубоко дышать. Машинально нащупала блистер в кармане… Нельзя думать о доме, о детях, об Артёме — от этого сила отчаяния переходит все личные моральные границы, душевных сил просто может не хватить…
Темнота поглотила крошечный закуток почти полностью. Хмурое небо ещё отливало светло-серой синевой, но здесь, внизу, атмосфера стал плотной и будто непроницаемой. Ещё полчаса, и тут вообще ничего не будет видно… Жутко…
…Мелькнувшая тень рядом с бочками, на доли секунды попавшая в поле бокового зрения… Сердце схлопнулось, на мгновение лишая меня способности сделать вдох, потом забилось тяжело и часто, заставляя хватать воздух короткими судорожными урывками…
Секунда… Две… Три…
Показалось, да?! Разве можно в этой кромешной темноте увидеть тень?!
Четыре… Пять…
Но навязчивое ощущение чьего-то близкого присутствия больше не отпускало. Ледяные щупальца панического ужаса медленно поползли по затылку…
Шесть… Семь…
Я неосознанно привстала на корточки, сдвинулась влево, поползла спиной вдоль стены…
Восемь… Девять…
Слёзы неожиданно испарились, но теперь зрачки будто пересохли, и приходилось часто моргать, чтобы избавится от стойкого ощущения песка в глазах. Я старалась не смотреть в сторону бочек, гипнотизировала взглядом лишь ближайший угол между зданиями, где можно было выйти на дорогу…
Десять…
Пусть мне просто кажется всё это… Ну пожалуйста…
Одинна…
Тень отделилась от стены, стремительно шагнула в мою сторону. Неслышно, будто действительно была бесплотным призраком, а не человеком…
Я машинально повернула голову, выпрямляясь в полный рост…
Почему-то уже даже не удивилась, увидев медленно приближающийся силуэт. На мгновение в груди вспыхнула робкая надежда — вдруг просто охранник? Сашка там, или Вова даже…
Чёрная балаклава задушила это предположение в зародыше. Охотник…
В горле встал ком. Где-то на краю сознания промелькнула мысль сорваться с места и убежать… Промелькнула и канула в небытие. Мне всё равно не успеть. Бесполезно…
Страх, кажется, отступил. Или просто пропитал собой всю заледеневшую в жилах кровь и перестал восприниматься…
Вместо страха по телу медленно разливалась вакуумная пустота…
Ещё несколько метров…
Мужчина, приближался совсем медленно, как-то даже развязно, будто совершенно не торопился, прикидывая про себя план дальнейших действий.
Только сейчас поняла, что надсадный хриплый шум в ушах — это мое собственное дыхание…
Я всё таки побежала…
Нелепо застонала на выдохе, развернулась, бросилась к проходу…
Стоило только повернутся к охотнику спиной, как по нервам взрывом ударил животный ужас…
Неловко запнулась о шпалы, полетела вперёд, рухнула на землю, ударившись сразу двумя коленями… Чувствовала, как занемели коленные чашечки, но боли почти не ощущала… Подскочила на ноги, снова понеслась уже не разбирая дороги… Опять попала ногой между двух прячущихся в траве брусьев, вновь припала но одно колено…
За спиной раздался короткий металлический звук…
Он стрелять собирается?!
Взвыла… Заскулила, делая отчаянный рывок вперёд… Долгие пару секунд ползком добиралась до стены… Вскочила на ноги, побежала по узкому проходу к дороге…
Я не надеялась, что успею убежать. Ни на что не надеялась вообще. Я просто смутно осознавала, что если останусь стоять на одном месте, то меня просто разорвёт на части от чудовищного напряжения и ожидания выстрелов…
Позади послышался топот… Всего несколько шагов…
Стремительный взмах чужой руки, толчок в плечо, скользящий удар по затылку, захват сзади…
Зарыдала, по инерции продолжая отчаянно рваться вперёд, но холодная сталь повёрнутой поперёк винтовки намертво прижалась к горлу, заставляя вытянуть шею и впечатывая меня спиной в чьё-то твёрдое тело… От боли и зашумело в ушах, в нос ударил чужой незнакомый запах гари, железа, пота, холодного мужского парфюма… Стало безумно тесно в этих безжалостных объятиях…
— Тихо… Тихо… — как сквозь вату расслышала грубоватый шёпот прямо над ухом…
Абсурд, но от этого обычного человеческого голоса моментально стало как-то легче…
Слёзы лились без остановки. Я машинально схватилась пальцами за края ствола, ощущая, как от нехватки дыхания начинает ломить лёгкие… В голове мелькнула единственная мысль — он решил не стрелять, а просто удушить меня этим своим автоматом… Или сломать шею… Почему-то обратила внимание на то, какими нелепыми кажутся мои бледные руки с идеальным светло-розовым маникюром и золотыми побрякушками рядом с держащими винтовку огромными мужскими ладонями в чёрных перчатках…
Сама от себя не ожидая, выдохнула скулящим голосом:
— Не надо… Пожалуйста… Отпустите…
Над головой раздался смешок…
К моему удивлению, ствол оттолкнулся от шеи, опустился вниз…
Выдохнула.
Сдержала крик, когда мужская ладонь вцепилась в мои волосы, дёрнула назад голову…
— Сучка, — в презрительном грубом голосе сквозило явное отвращение. — Жить хочешь… Верно?
Жить?!
Сглотнула слюну, с трудом держась на ногах и скользя равнодушным взглядом по тёмным верхним этажам зданий, веткам деревьев, клочку беззвёздного неба…
Вашу мать, я хочу жить! Я никогда прежде так не хотела жить, как в эту минуту… Ни разу не ощущала, насколько же это прекрасно — дышать, говорить, двигаться…
— Х-хочу…
Где-то в подсознании забилась робкая надежда… Не знаю на что, но…
— О-отпустите меня… Е-если хотите, мой… — запнулась, но уверенно договорила, — мой м-муж заплатит в-выкуп… Я… н-никому ничего н-не скажу… Никогда… П-правда…
На этот раз в ответ послышался непродолжительный хриплый высокомерный смех…
— Выкуп — это хорошо… Вот товарка твоя только угрозами сыпала, а про выкуп ни слова… Начать торг — не самое плохое решение… — голос неожиданно стал мягче…
— С-сколько? — я затаила дыхание, боясь раньше времени поверить в то, что я действительно могу вернуться домой…
Наверное, сейчас я согласилась бы на любую сумму, распродала бы весь бизнес к чёртовой матери, продала бы дом, взяла бы ссуду в банке… Да всё что угодно, лишь бы выйти отсюда живой…
— Сколько? — в мужском голосе появилась издевательская заинтересованность. — Хм… А во сколько ты сама оцениваешь свою жизнь, м? А муж тебя во сколько оценивает?
Поржал бы Артём с меня сейчас…
— Сколько скажете…
Напряжение отступало. Он тянул, играл, и я это чувствовала. Наверное, если бы хотел убить — давно бы сделал это. А так… С ним, возможно, можно договориться…
В поле зрения попала черная маска — мужчина чуть развернул меня к себе, сильнее запрокинул мою голову, рассматривая моё зарёваное лицо. В прорезях балаклавы мерцали тёмные глаза, в которых не было ни намёка на безумие. Не сумасшедший… И от этого ещё страшнее — если нормальный человек способен творить подобное, то я просто не знаю, чего ждать от людей в принципе… На долю секунды подумала о том, что в реальной жизни, наверное, даже не догадалась бы, что передо мной подобное чудовище…
— Я подумаю, — мужчина скривил губы в белозубой улыбке, закидывая за спину оружие. — Ты мне больше нравишься, чем твоя подруга…
Сердце бухнуло в груди.
— К-какая подруга?
— Голосистая такая… — моих губ коснулась шероховатая ткань перчатки. — Нас тут всех пересажать грозилась… Хочешь знать, что с ней стало?
Лида, наверное…
К горлу подступила тошнота…
Зажмурилась, попыталась мотнуть головой, но безжалостные пальцы, вцепившиеся мои волосы, среагировали на моё движение мгновенно, сжимаясь ещё сильнее и едва не сдирая скальп с черепа… Вторая рука сдавила челюсть, и я только всхлипнула, мгновенно выкидывая мысли о Лиде из головы…
— Не дёргайся.
Затихла. Обмякла в его руках, но глаза не открыла… Странное ощущение — мне почти нравился тембр его голоса… Наверное, в обычной жизни этот человек мог бы показаться достаточно интересным собеседником…
— Что предложишь, чтобы я отпустил тебя сейчас? — в мужском голосе послышалась откровенная насмешка.
Растерялась… Первая подсознательная шальная мысль — предложить себя… Но ведь ему это не интересно, да?! Или… Чёрт, я даже не представляю, как об этом говорить…
Промолчала, лихорадочно прикидывая варианты в голове…
Давление на челюсть ослабло. Шершавая перчатка, остро пахнущая железом, скользнула по щеке… На приоткрытые губы надавил большой палец, легко проникая прямо в рот…
Распахнула глаза, едва не закашлявшись от отвратительного вкуса грязной ткани на языке и с трудом глотая спазм в горле…
— Неженка какая, — взгляд в прорезях маски светился неподдельным азартом. — Отсосёшь так, чтобы мне понравилось — дам шанс уйти… По крайней мере, пока…
Вопреки здравому смыслу испытала просто нереальное облегчение, граничащее с эйфорией… Просто минет? За возможность уйти сейчас, спрятаться, на этот раз так надёжно, чтобы не нашла ни одна сволочь?
Палец толкнулся глубже в рот, с нажимом небрежно прошёлся по кромке нижних зубов, и я подавила очередной спазм отвращения, поднимая глаза. Поколебалась всего секунду, глядя в прорези балаклавы… Прижала язык к ставшей уже влажной от моих слюней ткани, лизнула подушечку пальца…
— Хорошо вам, бабам, да? — тонкие мужские губы снова растянулись в презрительной ухмылке. — Всегда есть возможность обойтись без особых потерь, правда?
Да! Особенно если не брать в расчет гордость…
Впрочем, сейчас мне в любом случае было абсолютно не до гордости — всё равно никто ни о чём не узнает, а сама я как-нибудь справлюсь с собственным позором…
Опустила ресницы, не желая слишком явно демонстрировать степень облегчения, плещущегося в моих глазах…
Палец выскользнул изо рта. Одновременно разжалась ладонь, стянувшая мои волосы…
Я непроизвольно наклонилась, сплёвывая скопившуюся под языком кисло-соленую слюну…
— С тобой мы, похоже, поладим… — мужчина удовлетворённо кивнул, отступая на шаг.
В следующую секунду он сделал то, чего я меньше всего ожидала — поднял руку и быстрым движением стянул с головы маску…
Сердце испуганно сжалось, снова забилось быстрее…
Почему-то не могла оторвать взгляд от его лица. Просто несколько долгих секунд рассматривала в рассеянном свете далёкого уличного фонаря гладковыбритый широкий подбородок, тонкие губы, прямой классический нос, тёмные брови, высокий лоб… В глаза только смотреть опасалась…
Чёрт, при других обстоятельствах этого человека можно было бы даже назвать красивым. По крайней мере, в нём чувствовалась редкая мужская порода, бережно поддерживаемая её носителем, холёная, избалованная до невозможности… Он явно знает себе цену…
Отлегло. Сильно так отлегло… Если бы сейчас передо мной оказался какой-нибудь сидевший и измождённый жизнью преступник, алкаш, конченый человек, мне было бы гораздо хуже. А этот… Не исключено, что за периметром я бы закапала слюнями рабочий стол, если бы он пришёл в мой кабинет в качестве клиента и попросил организовать выставку или благотворительный вечер…
Только зачем он снял балаклаву?! Обычно не боятся показывать лицо тем, кого хотят убрать…
Мужчина пару секунд ждал, пока я насмотрюсь на него. Наконец усмехнулся, открыто забавляясь ситуацией…
— Давай, красивая, не тяни время…
Поджала губы, наблюдая за тем, как он расстёгивает куртку, неторопливо тянет вниз молнию ширинки, делает ленивый шаг в мою сторону… Машинально отступила назад…
Стремительное движение руки, снова резкий рывок за волосы…
— Передумала, мразь? — от мужского обманчиво-ласкового голоса по спине поползли холодные мурашки…
Помотала головой, сглатывая слюну. Уже опускаясь на колени, сбивчиво задала единственный вопрос:
— Вы же… меня всё равно… убьёте?!
Он не ответил. Большая ладонь крепко обхватила мой затылок, с силой притянула мою голову к расстёгнутой ширинке…
Проглотила колючий ком в горле. Открыла рот, обхватила губами член, лишь на мгновение ощутив отвращение… Нет, не к тому, что делаю, а ко всей этой ситуации в целом… Наверное, есть среди участниц девчонки, которые предпочли бы всё что угодно, только не это… Но я не из их числа, увы. Этот охотник, наверное, прав — я хочу иметь возможность обойтись меньшими потерями…
Я не испытывала никаких эмоций, старательно облизывая горячую головку и помогая себе ладонью. Лишь подспудно радовалась, что мужчина явно не брезгует гигиеной, и чуть солоноватый вкус кожи не вызывает отторжения. Ничего сложного, просто минет. Не первый и не последний в моей жизни. Ну я надеюсь по крайней мере, что не последний…
Почему-то представила, как мы смотримся со стороны — посреди улицы, в свете одинокого прожектора, частично освещающего почти целый квартал… Волосы на затылке зашевелились под тяжёлой мужской ладонью от мысли о том, что в данный момент на нас может быть направлена одна из камер, и кто-то сейчас наблюдает эту картину во всей красе… Чёрт, если Артём узнает — о выкупе с его стороны наверняка можно забыть… Впрочем, какая ему разница, тут я отсасываю кому-то, или мы наставляем друг другу рога в привычной среде на рабочем месте или в гостинице?! Наверняка никакой…
…Где-то над ухом раздалось короткое громкое шипение, и я резко дёрнула головой, испуганно пытаясь отстраниться от мужского паха…
— Спокойно, — сиплый голос казался раздражённым.
Обтянутые перчаткой пальцы сжали прядь моих волос, член снова толкнулся в губы…
Послушно открыла рот… Едва не закашлялась, ощущая, как гладкая головка тычется куда-то в горло… С трудом сдержала спазм, пытаясь подстроится под ритмичные толчки мужских бёдер…
— Слушаю…
Твою мать, просто рация сработала…
Сквозь характерное потрескивание раздался незнакомый голос:
— Ребят, у вас пополнение. Сейчас приехал ещё один участник, проходит подготовку, вас теперь пятеро.
— Понял, Макс, спасибо.
Рация отключилась…
У меня не было ни сил, ни времени для того, чтобы обдумать этот невольно услышанный разговор.
— Давай уже… — это сердитое шипение явно было обращено уже ко мне. — Старайся…
У меня затекла шея и занемели губы, а по щекам и подбородку текли обильные непроизвольные слёзы и слюни. Мать вашу… Я никому никогда прежде не делала минет так долго…
Наконец напряжённый член дрогнул под моими пальцами, и я инстинктивно отшатнулась назад, ощутив во рту непривычный вкус спермы…
— Куда? — охотник стиснул зубы, прижимая мою голову к своему животу. — Глотай…
Едва не захлебнулась, цепляясь за мужские штаны и морщась от неприятного покалывания во рту. С трудом заставила себя вспомнить глотательный рефлекс…
Над головой раздался громкий протяжный вдох…
— Молодец, — рука соскользнула с затылка, и я наконец отклонилась назад, падая ладонями на землю…
Захлопнула рот, пытаясь побороть тошноту… Подняла голову, выжидательно глядя в мерцающие темные глаза…
— Ещё увидимся, — мужчина быстро застегнул ширинку, поправил автомат на плече, отступая назад. — Беги, прячься…
Он язвительно усмехнулся, махнул рукой, скрываясь за углом ближайшего здания…
Выдохнула, сплёвывая остатки вязкой слюны. Ничего не было… Никто никогда не узнает…
Торопливо поднялась на ноги, машинально отряхнула колени. Осмотрелась, задержав на секунду взгляд на чёртовом фонаре на крыше ангара…
Вытерла рот тыльной стороной ладони, быстро зашагала по улице в сторону чернеющих на перекрестке строений…