37. Сава. Догнать

Телефон я выкидываю уже по дороге, прямо на обочину, куда-то в кусты. Пусть поищут, мать их.

А сам выжимаю газ, прикидывая, через какое время я на такой скорости доберусь до столицы соседней области.

Куртка слегка давит в плечах, но без защиты шпарить на байке… Я, конечно, больной на голову, но не до такой степени.

Перед глазами — напряженная испуганная морда того бармена, друга моей Птички. Ох, как он офигел, когда меня увидел на пороге своей халупы!

Наверно, взгляд у меня был говорящий.

Оно и понятно, я с утра себя в зеркале сам испугался, когда чисто случайно мимо пролетел.

Тормознул, хоть времени вообще не было, вернулся… И выпал в осадок от дикого, безумного какого-то взгляда бледного расторможенного чувака в зеркале. Совершенно он не был похож на меня.

А вот на восставшего из могилы зомбака — запросто.

Но вообще, у меня есть оправдание!

Станешь тут зомбаком, когда тебя с утреца, после сладкой-сладкой ночи, прикладывают мордой о стену.

Именно такое было ощущение у меня этим долбанным утром.

Проснулся, понимаешь ли, пошарил по кровати… И вот как-то сразу нахлынуло понимание, что Птичка не в туалет ушла. И не завтрак мне готовит, по которым я дико скучал тоже все это время.

Нет.

Я мгновенно ощутил, что один в номере.

Холодно стало. Дико.

И страшно.

Так страшно, что с кровати меня смело ударной волной, прокатило по всему номеру…

А потом уже чисто на автомате действовал.

Прыгнул в тачку, по пути набрал парням из охраны, выслушал краткий отчет, что объект рано утром свалила домой, а затем, из дома — на вокзал.

На вокзал!!!

И ни один гребаный утырок меня не разбудил! Никто не дошел своими мозгами до того, чтоб мне сообщить эту потрясающую новость!

Дебилы. Одни дебилы кругом!

— Ты чего мечешься? — за каким-то хреном я принял звонок от Богдахи, пока мчал хрен знает, куда, без цели и с дырой в башке, — она свалила к деду, на родину. А ты жди разрешения от отца, понял? Сам с места не трогайся.

— Пош-ш-шел ты… — прохрипел я, отключился и тормознул, наконец-то, на обочине, чтоб прикинуть хрен к носу.

Выходило откровенно плохо.

Птичка моя свалила утром рано, через час примерно после того, как уехала из отеля, она уже грузилась в поезд.

А сейчас два часа дня.

Я ее не догоню. Можно, конечно, на перевалочных пунктах попытаться, но… Как я это проверну, учитывая охрану на хвосте? Меня же никто не пустит никуда одного!

Такая злость разобрала, дикая просто!

И на Птичку, которая свалила, вообще ни слова не муркнув на прощание. А так ночью сладко пела мне! Так стонала! Словно… Словно в последний раз…

Осознание обдало холодом: какой, к хренам, последний раз?

Нет! Ни за что!

У меня технически даже не было времени подумать о причинах, по которым она так сделала. Да и нафиг! Догоню — спрошу!

И еще по жопе дам, чтоб не смела вот так сбегать, ни слова не сказав!

Это разве нормально? Вообще не нормально!

Мыслей у меня в голове было так много, что как она не разрывалась еще, не понять.

А вот сценария, что дальше делать — нифига.

Понятно, что надо ее догнать. Но как? Где?

И как это сделать так, чтоб меня самого не спеленали на каком-нибудь выезде из города?

Витек всплыл неожиданно, но к месту.

Звякнула соцсеть, я глянул… А потом еще разочек… Ничего так у бармена байк… Хороший.

А в следующее мгновение я уже рвал к нему домой, изо всех сил надеясь, что придурок тоже после ночной смены отсыпается.

Его телефон, адрес и прочее мне давно уже СБ-шники пробили.

Витек мне не обрадовался, конечно, но рот в удивлении раскрыл, когда я прямо с порога ему выдал:

— Мне нужен твой байк, одежда и документы.

Он поморгал, посмотрел мне за спину, никого там не увидел, затем снова поморгал.

— Сплю еще, что ли?

— Спи, — я внедрился в квартиру, огляделся, стащил с вешалки и принялся натягивать на себя мотоциклетную куртку с встроенной черепахой. — Доки давай. И ключи от байка.

— Не-е-е… — обрел он, наконец-то, голос, но я заткнул его бабками, а после и кулаком.

Ну некогда мне было переговоры вести!

— Шлем тоже беру, — проинформировал я валяющегося на полу парня, наклонился, проверил, чтоб сотряса не было, и добавил, — я все верну. Потом. Не говори никому. А то не верну.

Напялил на голову шлем, изо всех сил надеясь, что те, кто за мной следят, не ждут моего появления в роли байкера во дворе.

Прыгнул на байк, завел… И вымелся со двора с диким визгом!

Только на выезде уже понял, что не избавился от телефона.

А на нем следилка. И сейчас Богдаха спешно мчит в мою сторону, чтоб дать мне по роже и спеленать до приезда родителя.

У него, гада, есть на это все полномочия.

Но в этот раз он просчитался! Да! Пусть сам от брата и отца отхватывает! А у меня дело!

Открываю книгу контактов, запоминаю телефон Птички и адрес ее…

И вышвыриваю гаджет на обочину.

Пусть ищут.

А я за это время успею добраться до соседнего города и оттуда на автобусе уехать. Мы с Витьком не особо похожи, но кому какое дело, в конце концов? Наплету, дам бабла… Разберусь.

Главное, чтоб от своих уйти получилось.

Меня гонит дикий азарт в крови.

И злоба.

И адреналин шарашит по нервам.

Птичка моя, решила, что вот так просто от меня свалит!

А нихерашечки!

Я догоню!

И по полной спрошу, по полной!!!

Нельзя так с Симоновыми, мы такое не любим!