27. Николь

Фрэнк Голдман — настоящее чудовище, предпочитающее только оральный и анальный секс.

Он пригрозил мне, что вечером я должна буду признаться ему, куда я потратила деньги.

Деньги, которых я никогда не видела в глаза. Те самые деньги, которые успешно своровала моя сестра, подставив меня.

Фрэнк — бездушный и слепой монстр. Его самообман развеялся, если бы он трахнул меня обычным способом. Но он предпочитает извращённо и утончённо пытать, заставляя кончать по-другому.

День пролетел чересчур быстро.

Я не увидела Фрэнка в стенах тюрьмы, которую он называл своим домом. Но меня вывели под локти его люди и привезли в клуб. В тот самый клуб, где работала моя сестра.

Меня завели в VIP-комнату.

Фрэнк сидел за столом и пил виски. Я остановилась посередине, не зная, куда себя деть. Мужчина спросил, не поднимая взгляда:

— Ну? Надумала сознаться?

— Я не знаю. Я не могу ничего знать о деньгах, которых я ни разу в жизни не касалась.

Фрэнк поднял на меня глаза.

— Не знаешь?

Пальцы мужчины побелели, стиснув бокал.

— Не знаю! — твёрдо ответила я. — Я — Николь Парсон! Я впервые в жизни увидела тебя в тот момент, когда с моей головы стянули чёрный мешок и…

Договорить я не успела. Фрэнк метнул бокал в мою сторону. Бокал просвистел мимо моего уха и разбился о стену с громким звоном.

— Подойди!

Фрэнк хлопнул себя по колену.

— Живо!

Я на негнущихся ногах подошла к нему. Он резко схватил меня и усадил к себе на колени.

— Роскошная же ты шлюха! Но такая упрямая! — процедил он сквозь зубы, хватая меня за попку. — Знаешь, что ты должна больше, чем два миллиона? Ты должна была хозяину этого клуба. Я перекупил твои долги… Конечно, какие-то сорок тысяч, набежавшие с процентами — ничто, по сравнению с двумя миллионами, но всё же… Где деньги, Моника?

— Я не Моника. Меня зовут Николь! — устало повторила я, попытавшись посмотреть в глаза Фрэнку.

Я пыталась достучаться до него. Но он отвёл глаза и перевёл их на мою аппетитную грудь, обтянутые блузкой.

— Это тело надо пустить в ход…

Я непонимающе посмотрела на Фрэнка Голдмана. Тот стряхнул меня со своих колен, словно пыль. Он взял новый бокал со стола и наполнил его спиртным. Фрэнк медленно отпил виски и прогулялся голодным взглядом по моему телу.

— Мы оба знаем, что под этими тряпками роскошное тело, не правда ли? — усмехнулся он. — Трахать тебя в рот и в задницу — одно удовольствие. Но ты упорно настаиваешь на том, что не знаешь, где деньги. А я хочу их вернуть. Вот такой я монстр… Хочу свои деньги назад. Ты их отработаешь, куколка!

— Фрэнк… Я не знаю, где твои деньги! Я — Николь!

— Да-да-да! — раздражённо махнул он рукой. — Моя ручная шлюха Николь! Но пора вспомнить о Монике. Моника умела вертеть задом так, что вставал даже у монаха в церкви на том конце улицы! Так что иди, переодевайся! Спляшешь! Принесёшь мне немного денег на выпивку!

— Я не умею танцевать стриптиз, Фрэнк!.. — взмолилась я.

Но монстр был безжалостен.

— Дональд! — громко позвал Фрэнк. — Забери шлюху. Отведи её в костюмерную, пусть переоденется. Она заменит одну из девок Хэнка и станцует.

В комнату вошёл огромный охранник и повёл меня по коридорам. Он втолкнул меня в небольшое помещение, сплошь завешанное костюмами. Они пахли чужим потом и приторными духами.

— Выбери костюм и переодевайся! Живо! — пригрозил мне здоровяк.

— Выйдите, пожалуйста!

— Переодевайся! — рявкнул охранник.

— Не терпится посмотреть, верзила? Посмотришь на это в танце! — зло сказала я и добавила. — А теперь выйди вон! Или я пожалуюсь Фрэнку, что ты меня лапал! Он отрежет все твои пальцы. По одному. Ножом для сигар…

Охранник насупился, но всё-таки вышел.

Я огляделась: сердце бешено колотилось. Я хотела сбежать. Нужно было искать выход. Я прошлась по комнате и увидела окно. Высоковато. Но если подвинуть комод… Если разбить стекло, можно бежать!

Главное, добраться до полицейского участка. Там мне непременно помогут!

Но как же охранник? Он нетерпеливо постучал по двери.

— Ты там уснула, что ли?

— Я выбираю что-то убойное! — с вызовом ответила я. — Лучше попроси подобрать для меня дерзкий и быстрый трек! Немедленно! У меня выход через пять минут! Я не хочу облажаться…

Кажется, охранник поверил мне. Я услышала его отдаляющиеся шаги. Потом я притолкала тяжеленный комод. Обмотала руку тряпьём и разбила каблуком стриптизёрских туфель стекло.

Стекло зазвенело очень громко. Я испугалась и решила действовать быстрее. Я обломала все осколки, торчащие по краям, и выбралась наружу.

Я повисла на руках, боясь разжать пальцы. Но оставшийся осколок в раме больно вдавливался в пальцы, поэтому я зажмурилась и рухнула вниз.

Было немного больно. Я ободрала ладони. Но я тут же встала и побежала в сторону полицейского участка.

— Сука-а-а-а! — взревел позади голос охранника.

Я взвизгнула и побежала так быстро, как только можно. Я вылетела на проезжую часть, не разбирая дороги. Машины резко тормозили, громко сигналя. Водители орали на меня и материли.

Но мне было плевать. Главное — перебежать на другую сторону и добраться до полицейского участка.

— Мисс, вам помочь? Мисс?

Я оглянулась и застыла, увидев в конце переулка припаркованную полицейскую машину. Я подбежала к машине. Из патрульной машины вылез высокий мужчина, в возрасте.

— О боже! Мистер! Помогите мне! — обратилась я к пожилому полицейскому.

— Брэдли Мак-Эвой, офицер полиции Портленда! — представился полицейский, показав мне на свой значок. — Представьтесь, пожалуйста, и расскажите, что у вас случилось.

— За мной гонятся, мистер Мак-Эвой! Пожалуйста, доставьте меня в участок! Я хочу дать показания. Меня насильно удерживали в плену…

Брэдли Мак-Эвой пристально посмотрел на меня, посветив фонариком в лицо. Он открыл дверцу машины и показал:

— Садитесь. Если за вами гонятся, то оставаться на улице небезопасно!

Я поспешила к задней дверце полицейской машины. Полицейский попросил меня показать запястья и локти.

— Хочу убедиться, что вы не наркоманка, — пояснил офицер.

Я послушно протянула руки. Брэдли Мак-Эвой тотчас же сковал мои запястья наручниками.

— Офицер, я жертва, а не преступник!

— Таков порядок. Я не имею права перевозить в патрульной машине людей, не скованных наручниками. Это простая формальность, мисс. Я вам верю. Я обязательно помогу вам.

Голос полицейского был спокойным и уверенным. Его внешность располагала к себе. Ему было за пятьдесят. Скорее всего, скоро он уйдёт на пенсию. Полицейский напоминал доброго дядюшку с пышными усами.

Я села в машину, ничего не заподозрив.

— А теперь расскажите мне, что с вами стряслось! — ласково попросил Брэдли Мак-Эвой.

Я рассказала ему всё без утайки. Я рассказала о своих бедах, начиная с самого момента приезда. Разумеется, я упомянула, что у меня украли документы. Я рассказала о Фрэнке Голдмане, удерживающем меня насильно.

Я не стала подробно расписывать, как Фрэнк Голдмантрахал меня то в рот, то в попу. Я просто сказала, что он принуждал меня к сексуальной близости без моего согласия.

Брэдли Мак-Эвой выслушал меня и покачал головой.

— Непростой случай. Позвольте совершить один телефонный звонок, мисс? Оставайтесь в машине.

Полицейский вылез из машины, хлопнув дверью. Он достал мобильный телефон и кому-то позвонил. Разговор был короткий. Но Брэдли не спешил возвращаться в машину. Он кого-то ждал…

Сердце сжалось от дурного предчувствия. Я забеспокоилась и попыталась открыть дверь. У меня не получилось это сделать.

Я запаниковала…