Глава 1

— Что? Меня увольняют? — переспросила я, решив, что просто неправильно поняла и внимательнее вчиталась в уведомлении о расторжении контракта. — Как это возможно? — подняла я пораженный взгляд на темную эльфийку с безукоризненно вежливой улыбкой, которая мне данное извещение и вручила.

Не это, совсем не этого я ожидала, когда пятнадцать минут назад напарница сообщила мне, что меня вызывают к начальству на административный этаж. Подобное — редкость, на административный этаж поднимались только управляющие и другие, более внушительные сотрудники, нежели обычный штат. Обычно все дела с низшими и средними сотрудниками решаются в бухгалтерии или через управляющего, а причин для недовольства начальства я не давала.

Стоит ли говорить, что высшее руководство я даже в глаза никогда не видела? Собирала крохи информации в виртуальной сети, но учитывая скрытность дроу, задачка была не из простых. Даже про самих владельцев франшизы ничего выяснить не удалось. Ни одной фотографии! Лишь общие и сухие характеристики в основном лишь о тех, кто уже отошел от дел. Вильдэ очень ревностно охраняли свою личную жизнь и я не понимала — почему нужна такая секретность. А после решила, что мне это попросту ни к чему, придя к мнению, что едва ли когда-либо встречусь с одним из них лицом к лицу.

И, несмотря на явную странность, была у меня слабая, безумно наивная надежда на повышение не через бухгалтерию, учитывая то, как я вообще устроилась в «Оазис», чему способствовал мой очень хороший друг и наставник. Он не признавался, но я подозревала, что ректор решал этот вопрос если не посредственно с одним из Вильдэ, то с кем-то из их ближнего круга в руководстве.

А тут…

— Господин Вильдэ был рад сотрудничать с вами, мисс Тинари. И, несмотря на то, что сегодня наше сотрудничество заканчивается, мы хотим заверить, что все ваши заслуги были учтены и отражены в ваших рекомендательных письмах…

— Это шутка? — опешила я, обращаясь к девушке, которая представлялась буквально минуту назад, но сначала я была так взволнована предстоящей встречей с владельцем лучшего гостиничного комплекса, в котором работала, что не расслышала и забыла, а теперь переспрашивать было как-то неловко… Хотя, о чем это я? Да плевать я хотела, как ее зовут! Меня уволили! После почти года безукоризненной работы, лучших показателей и отзывов клиентов! Да я — лучший сотрудник месяца, и удерживаю этот статус последний квартал! Ни отгулов, ни опозданий, ни больничных! Я была… Я была идеальна! — На каком основании меня уволили? — потребовала я строго, краем глаза увидев, как в приемной повернулась камера внутреннего наблюдения, пристально следя за происходящим.

Но почему-то я точно знала, кто сейчас следит за происходящим.

— Мисс Тинари, — все еще удерживая вежливый оскал, но уже более искусственный, почти процедила сквозь зубы темная, посматривая на меня с высоты своего роста и головокружительных каблуков. Дроу вообще к другим расам относились довольно пренебрежительно. Потому, стоило бы восхититься ее выдержке, с которой она разговаривает со мной. Но восхищаться не было желания. — Я понимаю, что вы можете быть ошарашены новостями, но, поверьте, все к лучшему. С щедрыми и хвалебными рекомендациями, данными господином Вильдэ, вы сможете претендовать на более серьезную должность, чем администратор на рисепшен. Но, в другом гостиничном комплексе.

— Ничего вы не понимаете, — мрачно покачала я головой. — И мне не нужна другая должность! — твердо произнесла я, хотя сильно лукавила. Еще несколько минут назад я была окрылена перспективой повышения и признания моих стараний. А теперь… теперь я оказалась в самом начале своего пути. Пусть и с хвалебными рекомендациями. Но они мне не помогут! По крайней мере — не сейчас. — Я хочу знать, почему меня уволили!

— Мисс Тинари, — уже откровенно шипела темная, угрожающе прищурившись и опустив руки по швам. — Не стоит устраивать сцен. Для этого нет никаких причин, — выразительно нахмурилась она с видом, словно готовилась вышвырнуть меня из приемной за шкирку, как котенка. Учитывая ее рост и телосложение коренастых дроу, она вполне могла это сделать. Вот только я — не обычная и безобидная светлая эльфийка помешенная на пацифизме. Пусть только тронет, я ей палец откушу, но узнаю ответы на свои вопросы. Глядишь, еще и правда вегетарианством заражу. Так что пусть бояться! — Вам были сделаны весьма щедрая уступка и двойная выплата. Немногие могли бы похвастать такими привилегиями на вашем месте. Вы должны быть довольны…

— А я вот недовольна, — нагло сложила я руки на груди, отчего темная пораженно распахнула глаза. — Мне не нужны привилегии. Мне нужна работа. Эта работа, — ткнула я пальцем в пол, и темная проследила за направлением, нахмурившись. Пояснять, что на ее место я вовсе не претендую, а имею в виду свою уже полюбившуюся стойку регистрации, не стала. Пусть сама думает!

Услышала, как объектив на камере заскрипел, и вновь хмуро посмотрела в ту сторону, а затем на плотно закрытые двери в святая-святых… Или попросту личный кабинет владельца гостиничного комплекса, в котором я до этого момента работала.

Но мое внимание привлекла личная помощница Вильдэ, которая стояла на моем пути и всем видом показывала, что я пройду вперед только через ее труп.

— Мисс Тинари, боюсь, вы не оставляете мне иного выбора, кроме как обратиться к помощи охраны, чего мне делать очень не…

— Вызывайте, — нахально перебила я, еще и издевательски ухмыльнулась в ответ на опешившее выражение лица темной. — Ну же! Чего вы медлите? Думаете, я испугаюсь пустой угрозы? Или вы просто отлыниваете от прямых обязанностей? В таком случае, я не понимаю, почему из нас двоих уволили именно меня, — подначивала я побагровевшую от злости дроу, у которой только что пар из ушей не шел от моей наглости.

При других обстоятельствах я бы даже не подумала допускать подобного тона, за последние годы привыкнув к покорности, вежливости и услужливости, что в корне разнилось с моим характером, который, по мнению родных, сахарным никогда ни был, несмотря на расу, воспитание и религию. И все же я сломала себя, перестроилась и держала эмоции под контролем, чтобы выгодно выделяться на фоне упрямых и гордых дроу, лишь для того, чтобы по итогу выбрать ту судьбу, которую определю себе сама! Не сомневаюсь, что именно молва о светлых эльфийках, как о спокойных и услужливых хозяйках, сыграло большую роль в моем трудоустройстве в «Оазисе», куда не каждого дроу-то возьмут. А тут — светлая.

Но именно сейчас мне было очень нужно, чтобы она отошла с моего пути, потому с неожиданным удовольствием вспомнила и про свою истинную суч… сущность.

— Вы сами напросились! — гордо вскинула она подбородок и направилась к своему рабочему столу, чтобы вызвать охрану. — Нужно было воспользоваться возможностью и довольствоваться щедростью хозяина. Теперь в ваше личное дело будет внесена информация о вашем неподобающем поведении! — грозилась она, пока я бочком и на носочках скользила в сторону тяжелых даже на вид дверей, прикидываясь крабиком. — А ну, стоять! — рявкнула девица и рванула в мою сторону, как только заметила, что я ее перехитрила и почти добралась до кабинета главного.

Не теряя времени даром, я в два прыжка достигла дверей кабинета и со всей силы толкнула их. Несмотря на свою массивность, открылись они довольно легко, потому я практически ввалилась в кабинет, едва устояв на ногах, и пораженно замерла, оказавшись в почти кромешной темноте. Несмотря на полуденное солнце, которое светило на улице, хозяин решил, что лучше отгородиться от него плотными жалюзи, практически не пропускающими дневного света. И лишь монитор с камеры внутреннего наблюдения, да несколько настенных бра, какими обозначают аварийные выходы, тускло освещающие огромное пространство, были единственным, что не позволяло назвать темноту кромешной.

Растерянно осмотревшись, я уже, было, решила, что кабинет пустой, и по этой причине он был глухо спрятан от солнечного света. Именно тогда вслед за мной в кабинете и возникла помощница господина Вильдэ.

Однако, от неожиданности и окружающей слегка пугающей темноты, когда меня схватили за локоть, я испуганно взвизгнула и попыталась вырваться, сильно дернувшись в сторону. Шмякнулась прямо на пол, отбив весь напряженный от постоянного стояния филей. Но лишь после в тусклом свете из приоткрытой двери поняла, что передо мной стоит девица из приемной, что даже успокоило.

— Тише! — шикнула она на меня и добавила злобным полушепотом: — Вы что себе позволяете? Немедленно покиньте кабинет хозяина.

Девица предприняла очередную попытку схватить меня за шкирку, но я увернулась и упрямо произнесла с непонятно откуда взявшейся бравадой, словно и не я сейчас визжала, как истеричка в крайней стадии весеннего обострения:

— Никуда я не уйду, пока не встречусь с господином Вильдэ! — поднялась я на ноги, сложив руки на груди. — Даже если придется ждать его появления на рабочем месте неделю! Не заставите!

— Да ты..! — в ярости зашипела дроу, растеряв всякое самообладание. И я уже приготовилась к тому, что мы потаскаем друг друга за волосья, но неожиданно спокойный и звучный голос остановил. А меня и вовсе испугал до чертиков, ибо я была уверена, что кабинет пуст:

— Нет никакой необходимости ждать меня неделю. Я готов ответить на ваши вопросы, мисс Тинари.

— Господин, — поклонилась пустоте помощница с заискивающими нотками в голосе. — Прошу простить меня! Но я не смогла остановить эту… правонарушительницу! Она обманом прорвалась в ваш кабинет! Я сейчас же вызову охрану и полицию!

Я задохнулась от возмущения и мстительно прищурилась, посмотрев на темную.

— А она в рабочее время «косынку» на компьютере раскладывает! — мстительно указала я на нее пальцем. — Сама видела открытую вкладку, когда в приемную вошла!

Тут уже возмущенно вздохнула темная и, я была уверена, собиралась кинуться на меня с кулаками, но голос из темноты вновь остановил:

— Катара, все хорошо. Я тут сам разберусь и обсужу с мисс Тинари все интересующие ее вопросы. Такая отчаянная настойчивость не только поражает, но и в некой степени восхищает. Следует поощрить смелость этой мисс, — с легкой иронией заметил голос, пока у меня складывалось стойкое ощущение, что меня только что охарактеризовали тремя словами: «Слабоумие и отвага».

— Но… — пискнула она.

— Можешь идти на свое рабочее место, — слегка понизив тон, перебил помощницу вполне приятный голос, вот только полная темнота и большое помещение создавали неприятное эхо, отчего ситуация становилась пугающей. Настолько, что, несмотря на недавнюю решимость получить ответы несмотря ни на что, я чуть было не двинулась за Катарой, лишь бы не оставаться с этим Вильдэ наедине.

Чего он вообще в темноте сидит? Спал, может, и мы его разбудили? Тогда, вероятно, он мне не обрадуется. Лично я спросонья ненавижу весь мир! О каком диалоге в таком случае может идти речь?

Поклонившись пустоте еще раз, девушка плавной походкой покинула кабинет и плотно прикрыла за собой двери, лишив меня последних крох ориентации в пространстве.

Я занервничала сильнее и часто заморгала, бестолково оглядываясь. Спустя несколько секунд я достаточно привыкла, чтобы с трудом, но рассмотреть очертания стоящей поблизости мебели. И все же, этого казалось недостаточно. А начальник, тем временем — молчал, словно ждал от меня какой-то реакции.

— Простите за вопрос, но у вас в кабинете что, проводка повредилась, и вы не можете открыть жалюзи или включить свет?

— С чего вы пришли к такому мнению, мисс Тинари? — хохотнули уже, как мне показалось, с другой стороны, нежели мне думалось несколько секунд назад, словно голос с его обладателем сместились в темноте.

Я выразительно замолчала, посчитав, что надо мной просто издеваются, ибо ответ был очевидным, и недовольно поджала губы. Сложив руки на груди, я терпеливо вздохнула.

— С проводкой в моем здании все идеально. Учитывая опыт вашей работы в «Оазисе», вы должны это знать.

— Я пыталась быть тактичной, — проворчала я. — Открыто спрашивать, почему в вашем кабинете так темно с самый разгар рабочего дня, я посчитала неприличным. Как и указывать на то, что на смартфонах есть фонарики, чтобы не сидеть в кромешной темноте, раз уж вам так нравится неисправное помещение.

— Занятная тактичность, учитывая, что вы прорвались в мой кабинет практически грубой силой, что не вяжется с вашей… — протянул он и в последний момент замолк.

— С чем? Расой? — горделиво уточнила я, вскинув подбородок.

— Я пытался быть тактичным, — явно передразнили меня, что окончательно вывело из себя:

— Знаете что! — твердым голосом уточнила я, решив, что, учитывая подобное обращение со мной, ни о каких поблажках и восстановлении в должности и речи быть не может. А значит, не стоит даже пытаться выслужиться и лебезить. Не хотят быть вежливым и профессиональным со мной — да ради всех единорогов, но и я не позволю так запросто вытирать об меня ноги! — Можете смеяться, проявлять неуважение и продолжать сидеть в темноте, как крот, сколько вам угодно! Я сюда пришла за другим!

— Это — зачем же? — послышался глумливый смешок уже с другой стороны, почти у моего уха, и я дернулась от неожиданности, поборов потребность перекреститься, как люди. Святых единорогов в этой темени точно не дозовешься.

— Я хочу знать, почему меня уволили. По какой причине, учитывая мой опыт и заслуги?

Шикарно! Решительная, волевая, уверенная, независимая… И голос почти не дрожит. Сорвался чутка, так это не я — трус. Просто момент волнительный!

— Правда в том, мисс Тинари, что я вам ничего не должен, — совершенно спокойно отозвался мужчина, пока я опасливо озиралась по сторонам без особого успеха. — Как и отвечать на ваши вопросы. Это — мой гостиничный комплекс, и только я решаю, кто достоин в нем работать, — раздалось у меня над макушкой.

Да он что, по потолку разгуливает?! Ага, запугивает посетителей и шапки на память у них таскает, коварно хихикая держась под потолком на лебёдке! Шапочный маньяк!

Если бы наверняка знала, что, приняв какую-нибудь угрожающую стойку, испугаю таящегося в темноте странного хозяина комплекса, я бы приняла. «Бешенный тушканчик», «яростный кузнечик», «грозный броненосец». Или кто там еще есть? В любом случае, у меня получится только «вялый барсук», потому что ни стойкам, ни тому, что за ними должно последовать — не обучена. Остается рассчитывать, что противник помрет от колик смеха, когда я изображу нечто «угрожающее».

— Весь предыдущий год я была достойной. Что изменилось сейчас, что вы решили разорвать контракт раньше времени и понести неустойку из-за этого? — напомнила я мрачно, но поглядывала по сторонам с опаской, учитывая, что перемещения хозяина кабинета совершенно не улавливала.

И это нервировало. Я знала, что дроу неплохо ориентируются в темноте, учитывая географию их страны, которая расположена в горах и скалах. Даже «Оазис» — вырезан прямо в скале, выгодно выделяясь среди наземных построек других поселений и отелей. Его расположение и привлекает всемирный интерес, делая «Оазис» одним из лучших гостиничных комплексов во всем мире. Но я о другом. Не настолько же дроу приучены к темноте, чтобы предпочитать ее свету!

— Наш годовой контракт практически завершился. Продлевать его я не стал. Неустойка для меня не столь важна. Я понимаю, что нарушил договоренность и с готовностью восполнил это несправедливость прописанной в контракте неустойкой. Причем, двойном размере. Как и сообщила ранее моя помощница, я оценил все ваши заслуги и отличную службу, о которой отчитался вашему куратору. Не так часто я раздаю рекомендации. И очень жаль, что вы не оценили подобный жест.

— Я вам не верю, — нахмурилась я, обдумывая его слова, а после рефлекторно обернулась направо и с удивлением наткнулась на препятствие. От неожиданности вновь едва не упала, но препятствие внезапно обхватило за талию и дернуло вперед. Через мгновение я была прижата к чему-то, что на поверку оказалось — мужской грудью. Слава всем храбрым ежам — одетой груди.

— Аккуратнее. Вы можете пораниться, — предупредили у меня над макушкой, отчего я тут же покраснела и выпучила глаза, ощущая стыд и неловкость. Уровень неловкости рос равноценно тому жару и краске, заливающим мои щеки и уши, которые сейчас буквально пылали! Внезапно поняла, что меня… нюхают! Потому едва ли ни отпихнула от себя мужчину. — Вы покраснели… Я вас смутил? — очень точно угадал мужчина.

— Что тут вообще происходит? — возмутилась я наконец, отступив на два шага и испугавшись собственной реакции на крепкие объятья темного, которого и в глаза никогда не видела. И все же я до сих пор ощущаю смущение и неловкость, словно это не он, а я его нюхала! — Что это за цирк такой? Вы со всеми сотрудницами встречаетесь в темноте, а после «спасаете» от травм? — сделала я пальцами жест в воздухе, без особой надежды, что это останется замеченным. Хотя, учитывая то, как ловко он догадался о моем смущении — может и здесь попытать удачу. Тем более, что злого сарказма я в голосе не прятала. — Хватит, посмеялись надо мной и довольно! — внезапно выдала я, решительно топнув ногой и сжав кулаки по швам, и почувствовала, как силы покинули меня. — И не намерена это терпеть. Я надеялась встретиться и обсудить дела, но вижу, что ошиблась в своих надеждах. Благодарю за рекомендации, но едва ли они мне пригодятся, — проворчала я, а после, гордо задрав подбородок и стараясь не показывать, как иду с вытянутыми руками, чтобы ни на что не нарваться, направилась в сторону, где должен был выход в приемную.

Удивительно, но я прямо жаждала увидеть лицо Катары. На фоне данной встречи, она мне уже не казалась такой противной. Напротив, пыталась уберечь от общения с этим… этим!

Бедная девушка! А ведь она с ним работает в непосредственной близости!

Внезапно зажегся искусственный свет торшеров по стенам, который создавал полумрак, но достаточный, чтобы спокойно ориентировать в пространстве и рассмотреть весь огромный кабинет. Однако из-за недавней темноты, даже такой тусклый свет показался мне ослепляющим прожектором, из-за чего пришлось зашипеть и с силой зажмурить заслезившиеся глаза.

— Мисс Тинари, прошу, останьтесь, — донесся до меня спокойный голос. — Вы правы, было очень невежливо с моей стороны так встречать посетителя, игнорируя вашу неспособность ориентироваться в темноте. У меня не так часто бывают посетители, что я, порой, банально забываю о возможном неудобстве для них.

Я быстро-быстро заморгала, прогоняя выступившие слезы, а после с опаской осмотрелась, но хозяина кабинета по-прежнему не видела.

— Где вы? — растерялась я.

— Я здесь, — раздалось сбоку и из-за колонны, в максимально затемненном углу обнаружился рабочий стол, за котором сидела высокая мужская фигура, чье лицо было максимально затемнено. — Прошу вас, присаживайтесь, — предложили мне, и господин Вильдэ протянул ухоженную, неожиданно по-женски узкую ладонь, с длинными и узкими ногтевыми пластинами, что у мужчин-дроу (откровенно говоря, даже женщин, которые в сравнении со мной казались весьма… крепкими) встретить было весьма неожиданно. Руки были… невероятно красивыми. Такими, вероятно, обладают лучшие клавишные музыканты в мире. Так мне думалось, пока я беззастенчиво разглядывала чужую конечность, которая вопреки всем законам логики, сейчас казалась мне произведением искусства. Да, мысль иррациональная и неожиданная, и все же она появилась.

Тем временем ладонь указала на кресло для посетителей напротив рабочего стола.

— Благодарю. Не переживайте, я привыкла стоять, — засомневалась я, нервно улыбнувшись, потому что лицо мужчины по-прежнему было скрыто в тени и все, что я видела — это затейливого вида белая коса, перекинутая через плечо строгого пиджака, поверх безукоризненно белоснежной рубашки, застегнутой на все пуговицы и прихваченной у горловины сложным и тугим узлом стильного галстука.

Фух, ну, хоть одетый! Хотя это делает еще более необычным нахождение мужчины в полной темноте. Я уже придумала себе вариантов такого странного времяпрепровождения хозяина гостиничного комплекса. От банального сна во время работы, до… «не сна» в приятном обществе.

Мужчина все еще казался мне ненормальным и пугающим, несмотря на весьма приятный, даже притягательный голос, который женщинам должен очень нравиться. Потому я решила держаться от него подальше, и вновь пожалела, что вообще затеяла эту разборку. Но, раз уж начала, следует и закончить.

— Итак, вы хотели со мной обсудить ваше увольнение? — не стал мужчина настаивать на прелюдии и сразу перешел к делу, что позволило слегка расслабиться.

— Все верно, господин Вильдэ, — слегка склонила я голову в знак почтения, а после подняла руку с зажатым в ней рекомендательным письмом. — Прошу прощения за мои резкость и наглость, но я искренне не понимаю происходящего, — затараторила я, внезапно растеряв всякую уверенность при свете ламп. Особенно, учитывая то, что мужчина меня отлично видел, а я его — нет. Ни лица, ни эмоций различить было невозможно и оставалось только гадать, спокоен он, глумится за мой счет или раздосадован. — Я полностью посвятила себя службе в вашем отеле. Моя служба не раз была оценена не только клиентами, но и управляющими, несмотря на предвзятость относительно моей расы. Да, вы правы, мы заключали договор на годовую стажировку, но я считала, что справилась с ней — блестяще и рассчитывала на продление контракта. По крайней мере, на возможность завершить стажировку в положенный срок. Без этого я не смогу получить диплом об окончании обучения.

— Так и было. Вы прекрасно справлялись со своими обязанностями и проявляли навыки, достойные управляющего. Если вы читали рекомендации, я все это учел и отметил, — кивнул мужчина, но добавлять что-то более не стал, а я продолжила свою мысль:

— В таком случае, почему вы не дали закончить стажировку и не продлили контракт со мной? Ведь именно это мне было обещано в случае удачной годовой практики, — изо всех сил сдерживалась я, чтобы сохранять спину ровной и банально не разреветься от обиды.

— Мне очень жаль, мисс Тинари, но обстоятельства изменились. Вы — блестящий сотрудник, способный построить отличную карьеру в гостиничном бизнесе. Но на данный момент, вы не являетесь незаменимым кадром, ради которого я готов рисковать непременно последующими судебными исками.

— Что за обстоятельства? — вскинула я голову, с тревогой переспросив.

— Несколько дней назад из королевства светлых мне пришел официальный запрос, мисс Тинари, — вздохнул мужчина, а после на освещенный край стола упала бумага, которую мне предложили изучить.

С сомнением, но я все же подошла ближе и взяла в руки предложенный документ и ощутила, как перехватывает горло от прочитанного. Резко захотелось присесть, что я и сделала, потому что устойчивости своих ног в этот момент не доверяла.

— Мне очень жаль, мисс Тинари, — выждав время, которое хватило бы на изучение документа, отозвался мужчина, пока я ощущала, как земля уходит из-под ног. Во всех смыслах!

— Если вы все знаете, то должны понимать, как много я отдала, чтобы оказаться здесь. Это увольнение — разрушит мою жизнь. Я не могу вернуться домой без диплома, и меня несомненно депортируют без рабочей визы.

— Мне очень жаль, — повторил мужчина, но в его голосе я расслышала искренность. — Я изначально был не в восторге от принятия на работу светлой эльфийки, тем более посредством чужой просьбы. Обычно это ничем хорошим не заканчивается. Но за вас поручился сам декан вашего университета, которому я безгранично доверяю. Он заверил, что, несмотря на вашу расу, вы трудолюбивая, исполнительная, ответственная и… стойкая, учитывая, что выросли в иных условиях, которые радикально отличаются от местного климата. И вы оправдали ожидания. Мне непросто прощаться с действительно талантливой и способной работницей, но я вынужден это сделать. Все, что я могу в данной ситуации, это — рекомендовать вас.

— Неужели ничего нельзя сделать? — почти отчаялась я. — Прошу вас! Нет никакой возможности оттянуть момент увольнения на месяц? Всего месяц, а после я покину вас и более не стану доставлять проблем.

— Запрос пришел от весьма влиятельного светлого. Впрочем, вы и сами в курсе в каких кругах вертится ваша семья, и их возможности. Я не хочу конфликта. В письме был запрос на срочную и незамедлительную депортацию. Боюсь, они не ограничились посланием лишь ко мне и все правовые структуры так же в курсе вашей ситуации. Мне пришли уведомления и от них. Мои юристы посоветовали последовать закону, это защитит мое детище от судебных издержек. Прошу, не держите на меня зла.

Я судорожно сглотнула и смогла только неровно кивнуть, так как голос не слушался. Понятное дело, что между мной и отказом от проблем, он выбрал отказ. Кто я ему? Всего лишь рядовая сотрудница, которую, возможно, он сегодня впервые увидел. И не то, чтобы сильно незаменимая. Я бы сильно удивилась, поступи он иначе.

И все же, было невыносимо горько и обидно. Не на Вильдэ. Просто за загубленные труды и жертвы, на которые я пошла. А теперь они сведутся к нулю, и я начну с того, с чего начала.

Я уже хотела развернуться и уйти, но меня остановил голос господина Вильдэ:

— Мисс Тинари, — позвал он. — До депортации осталось два дня. Воспользуйтесь этим временем. Я подозреваю, что запрос на выдачу вашей персоны не ограничился лишь моим комплексом и были предупреждены другие гостиницы. Но, чем черт не шутит? — в жалкой попытке приободрить меня, предложил хозяин кабинета. — Увольнение уже вступило в силу, и вы не можете занимать свою комнату в крыле персонала. Но, в качестве прощального подарка, предлагаю вам поселиться в одном из номеров на люксовом этаже, пока есть время. За этот год вы заслужили отдых. Я отдам соответствующий приказ сейчас же, можете выбрать любой свободный номер на свое усмотрение.

— Благодарю, вы очень щедры, — потеряно кивнула я, попытавшись благодарно улыбнуться, но все силы уходили лишь на то, чтобы сдержать слезы, которые то и дело набегали на глаза.

— Мне очень жаль… Лия, — внезапно произнесли очень близко, обращаясь ко мне по сокращённому имени, что только сильнее удивило. Я изумленно подняла лицо, заметив, что мужчина вышел из тени и стоит, прислонившись к столу со спрятанными в карманах руками. Но поразило меня другое — передо мной стоял… вампир. Тело уже намеревалось шарахнуться в сторону и унести меня от мужчины подальше со скоростью, от которой сверкали бы пятки, но я сдержалась и осталась на месте. Полагаю, лишь потому, что страх приковал меня к месту. — Теперь вы понимаете, что я не могу допустить конфликта? Поверьте, я знаю, насколько нетерпимой массовая общественность может быть к другим расам. И я не хочу, чтобы моя родословная стала причиной краха всего, чего моя семья достигла.

— Вы… вы… но вы же Вильдэ! — поразилась я, помня, что Вильдэ — старейший род расы дроу. И все же, передо мной — вампир. Что же, теперь такая скрытность данной семейки стала более-менее понятна. Если копнуть, там, глядишь, в родословной единороги и драконы найдутся!

— Так и есть. Отец — Каллистрат Вильдэ, — подтвердил вампир. — А вот мать урожденная и чистокровная вампирша. Мне часто говорят, что у меня ее глаза, — иронично усмехнулся он, прищурив красные, словно налитые кровью, но очень выразительные и красивые глаза на довольно смуглом лице истинного дроу. Телосложение так же было странным — невероятно высоким и худощавым, как у вампиров, а темный оттенок кожи и заостренные длинные уши — не оставляли сомнений в причастности родства с темными эльфами.

В целом, впечатление было даже приятным, и сам мужчина не казался таким пугающим, как в первое мгновение. Напротив, его виноватая и слегка грустная улыбка на тонких, но красивых губах казалась мне невероятно притягательной. А тоска и усталость в красных глазах только добавляли мужчине шарма. Настолько, что меня посетила совершенно нелепая мысль подойти и обнять ослепительного страдальца, погладить по беловолосой голове и заверить, что все наладится. Он — хороший, это другие — плохие и глупые, что с ним водиться не хотят. Благо, я вовремя опомнилась и тряхнула головой, прогоняя подобную нелепицу из головы.

— Поэтому я стараюсь не покидать рабочего места и предпочитаю темноту. К сожалению, от матушки я унаследовал сильную чувствительность к яркому свету, — слабо улыбнулся он, а затем вновь зашел в тень.

Но подленький голос у меня в мыслях заметил напоследок, что такому, как он, действительно лучше таиться в потемках. Так, как-то, безопаснее. Для женских сердец, а не то, что я там в первый момент подумала. Хотя… Эти грустные глазки могут и обманывать. Так и манят, искушают подойти, а потом бац! И не досчитаешься литра-другого крови. Еще и шарфик носить месяц, а я их терпеть не могу!

— Дроу — весьма консервативная раса и не любит чужаков, несмотря на то, что мой отец — представитель древнейшей чистокровной крови первых дроу, а сам я родился и никогда не покидал страны темных, — пожал Вильдэ плечами, привлекая внимание к идеальной фигуре, приближенной к стандартам красоты у светлых эльфов.

Наши мужчины высоки, стройны и до омерзения женственны, с соответствующим холодным и высокомерным поведением. Быть может, я родилась с дефектом в развитии, из колыбели падала, или матушка практиковала неправильную йогу во время беременности. Я, бывало, частенько задавалась подобным вопросом и смотрела на мать с подозрением, но та не сознавалась. Суть в том, что я с трудом дожила до двадцати лет в моей общине отчужденных и хладнокровных, но величественных эльфов, когда мне самой хотелось… большего. Больше родительского участия, тепла, понимания к моим проблемам и переживаниям. Больше общения со сверстниками, больше уважения от мужчин, которые считали меня чем-то вторичным просто по половому признаку, ибо у нас институт семей довольно старомоден, где женщине отведено важное, но не почетное место — матери и домохозяйки. От этого я в свое время бежала. Именно к этому я не желаю возвращаться. Потому что по возвращению, участь меня ждет даже хуже, чем любую другую эльфийку.

— Если массовая общественность прознает, что «Оазисом» управляет вампир, пусть и полукровка, это сильно ударит по моему бизнесу. Я не могу так рисковать доверием, оказанным мне моим отцом и дедом.

— Я и не подозревала, господин…

— Гектор, — перебил меня мужчина и, заметив мое удивление, тепло улыбнулся, слегка показав удлиненные клыки. И, вместо вполне ожидаемого испуга, вновь зарделась, надеясь скрыть это. Потому что улыбающийся вампир преобразился сильнее. Это — магия вампирская такая, что ли? Да, вроде, не должно. Магии в нашем мире давно нет. — Прошу вас, Лия. Отныне, я — не ваш босс. Условности ни к чему. Называйте меня по имени.

— Спасибо вам за все, Гектор, — в конечном итоге вздохнула я, пряча взгляд и стараясь не думать, как необычно звучит мое имя в его исполнении. Вроде и произношение верное, привычное, а все же чувствовалось в нем нечто…. — Я никому не расскажу о вас, не беспокойтесь, — пообещала и направилась на выход из кабинета, решив, что лучше завязывать с этой пустой тратой времени. Со злоупотреблением времени господина Вильдэ — в том числе.

С каждым моим шагом кабинет постепенно погружался в привычную ему темноту.

— Всего хорошего вам, Лия. Надеюсь, у вас все будет хорошо, — донеслось напоследок, прежде чем я покинула кабинет, плотно прикрыв за собой дверь.

— Не будет, — произнесла я себе под нос и посмотрела на рекомендательное письмо в руках.

Я была солидарна с мнением Гектора относительно того, что меня едва ли кто-то осмелится взять на работу в стране дроу даже с подобными рекомендациями. Но попытаться, все же, стоит. Мне бы только время выгадать. Всего месяц и я получу диплом о специальности. И вот тогда официально стану самостоятельной! Даже по меркам светлых!

Всего месяц!

Ну, была не была!