Глава 20. Переезд в Сан-Франциско
Лорен
— Даже не знаю, что делать с тобой?! — бесился Алекс. — Ну какого *** тебя понесло?
Он совершенно не сдерживался в выражениях!
— Так надо было! Я вернула твои деньги. Ты же этого хотел! Договор окончен.
Я быстро срывала одежду с вешалок, кидала их в сумку. Наша новая ссора началась в машине, когда мы от казино не успели толком отъехать. Я ещё не видела его таким злым. Слово за слово и началось. У меня даже ненароком про мутные истории с его женщинами с языка сорвалось.
Да что я вообще знала о ди Борго? Ровным счётом только то, что он мне показал. И то, что слышала…
Конечно, у Алекса было потрясающее самообладание, но в данный момент я видела очень злого необузданного мужчину. Не зря говорят, что у итальянцев горячая кровь. Не то слово!
ТАКОЕ НАДО ВИДЕТЬ!
Один раз он уже продемонстрировал мне свою способность подчинять. А дальше как будет? Может, уйти самый лучший выход?
— Да пох** мне на эти деньги! Поэтому я не хотел подпускать тебя к VIP залам. Ты не понимаешь?! Он же мог тебя изувечить!
Алекс всё никак не мог отойти после драки с Картером. Он рывком закрыл гардеробную и встал около двери.
— Я давно уже изувечена и без Картера. Ничего не будет, так как прежде. Дай мне вещи собрать и я уйду.
Желваки на его лице гуляли ходуном, глаза были чернее тучи от негодования.
— Собирай!
Алекс быстро вышел из спальни, что-то разбил с матом. Его голос становился всё тише. Он отдалялся. Забросив остатки вещей, я закрыла сумку и прошла на лестницу.
Когда я спускалась в гостиную на первом этаже, видела, как он сидел на диване с бокалом виски в руках. Он отпил большой глоток. Я остановилась, чтобы посмотреть на него в последний раз. Хотела запомнить каждую черту. Больно было видеть его очень уязвлённого и одинокого…
Слишком трудно сделать последний шаг. В глубине души я очень остро переживала нашу ссору, и мне не хотелось оставлять ди Борго. Добивала морально горькая мысль: я больше никогда не увижу его.
Как бы я не хотела признавать незаметно наше «Приложение» проросло, пустило корни и опутало сердце ветвями. Алекс просочился всюду: в мой мозг, мою кровь, мою душу.
Я любила ди Борго. Знаю, что нельзя было давать волю чувствам. Но всё же…
Я неосмотрительно пустила его в свой мир.
Согласилась на игру, которая оказалась мне не по зубам.
И проиграла.
Самой себе.
Мне будет не хватать его и стальных сильных рук, страстных ласк, жарких взглядов.
К сожалению, мои личные чувства не зависели от правил математики. Без спроса, они, словно монотонная функция, стали стремительно прогрессировать, возрастая в бесконечность.
Если бы не моё пристрастие к азартным играм, выходка Тэда и этот договор…
«Всё было бы по-другому. Не было бы в моей жизни Алекса».
Сердце резко кольнуло, пропустило удар, заныло. Господи, как же больно! Больно.
Я почти дошла до входных дверей, когда Алекс подорвался с дивана и пошёл следом.
— Лорена! — я остановилась, сжав ручки сумки сильнее в руках. Пульс зашкаливал. Я чувствовала, что в любой момент могу потерять над собой контроль. — Не будь договора, ты смогла бы быть с таким, как я? Ловеласом, сластолюбцем с дурной репутацией, злобным монстром? — он перечислил все слова, которые вырвались у меня в запале. — Смогла бы остаться со мной, хорошая девочка?
Я слышала в его голосе столько же боли, сколько её содержалось в моём сердце. Алекс почти вплотную приблизился. Встал у меня за спиной, слегка коснулся руки.
— Лорена?
— Я сорвусь, если ты скажешь ещё хоть слово. Оказывается, я не такая сильная.
Рука Алекса умоляюще легла на моё плечо. Надо было уходить. Но его очень тяжёлый безнадёжный вздох сделал своё дело. Сумка выпала из рук, и я сорвалась. Развернулась к нему лицом, и мы набросились друг на друга, как два голодных зверя. Бешеный неистовый поцелуй, взывающий мозги и опьяняющий пять литров закипающей крови. Он припёр меня к колонне, прижал к ней руки, горячим дыханием опалял губы.
— Скажи мне, что ты чувствуешь? — хриплый голос Алекса лишал последнего рассудка. — Хочешь остаться со мной? Всегда быть со мной? Поедешь со мной в Сан-Франциско?
— Ты предлагаешь мне игровой наркоманке правильные отношения???
— Да.
— С выходом в свет и дурацкими походами по фирменным магазинам?
— Да.
— Ты так боишься быть отвергнутым?
Он молча кивнул. Наверное, это был единственный момент в жизни, когда я видела Алекса настолько обречённым. Подумав немного я озвучила условия:
— Никаких сюсюкающих прозвищ и… других юбок.
— Согласен. А ты, оказывается, ревнивица у меня, — Алекс нежно прижался лбом к моему.
— Никаких скандалов и необоснованной ревности.
— Хорошо. Так хочешь остаться?
— Да. Я хочу.
— Ещё что хочешь? — он покрывал поцелуями шею там, где вена бешено пульсировала. Провёл языком под скулами там, где виднелись следы от руки Картера.
— Тебя хочу. Здесь и сейчас. Трахни меня. Так, как любишь, — впервые с моих губ сорвались непристойные слова. Раньше я не решалась говорить такое. Алексу просьба пришлась по душе. Загоревшийся похотью взгляд заскользил по телу. Ему много не надо было, чтобы возбудиться. Особенно, если мы несколько дней не были близки.
— А я трахну! — многозначительно пообещал он. — Всю тебя без остатка.
Головокружительные поцелуи взасос, со стремительным передвижением к дивану в гостиной. Лихорадочное срывание одежды. Стоны и прикосновения, обжигающие кожу.
— Так что ты чувствуешь? — допытывался он.
— Люблю тебя, — прошептала я, понимая абсолютную правильность своего признания. Ему НЕ ВСЁ РАВНО. — Я… втюрилась в тебя по уши…
— Да. Девочка МОЯ! — не скрывал радости ди Борго.
Снова безумные поцелуи. Я потянулась рукой к боксерам, стянула их вниз и опустилась на колени. За время нашего короткого романа я не часто прибегала к оральным ласкам. Но именно сейчас я желала доставить ему сладкое удовольствие. Моё откровенное бесстыдство было необходимо Алексу в этот момент также как и признание.
Я обхватила возбуждённую мужскую плоть рукой. Его налитый кровью член запульсировал в моей ладони. Он становился очень твёрдым. Алекс слишком сильно хотел меня и когда я облизала головку языком, ощутила всю силу его возбуждения. Слизав проступившую влагу я наслаждалась вкусом моего ди Борго. Продвинувшись губами вниз по длине, я ласкала чувствительную часть члена и возбуждалась от своего действа. Хриплые мужские стоны завели ещё сильнее и я глубже погрузила его член в свой рот…
«Всю тебя без остатка», — крутилась фраза Алекса в голове. Мой возбуждённый чувствительный бугорок сильно пульсировал, а разгорячённое влажное лоно умоляло о большем.
…Приятный минет сменился активными действиями. Мы оказались на диване, сидящий Алекс притянул меня к себе. Я опустилась на него сверху, насадилась на каменный член. Из одежды на мне остался только бюстгальтер. Алекс не снял его, лишь отодвинул кружево чашечек, стянул их вниз, обнажил грудь. Ему так нравилось. Мне тоже.
— Да… — смачно поцеловав грудь, он прикусил мой сосок. — Оседлай своего мальчика Лорена…
Осёдланный «мальчик» нетерпеливо подрагивал во мне, и я начала медленно двигаться, чтобы получать сладостное удовольствие малыми порциями. Умелые руки гладили грудь, сжимали её. От лавины острых ощущений с губ сорвался громкий стон. Я обожала его вожделенные и такие правильные прикосновения к моему телу. Он был очень опытным, нежным и вместе с тем безудержно страстным.
Алекс ухватил меня за бёдра и стал двигаться навстречу. Вбивался резкими размашистыми толчками. Жёстко и так нужно трахал в данный момент.
— Да… Трахай так… Да…
— Тебе хорошо со мной?
— Да… очень… м-м-м…
— Нравится трахаться со мной?
— Да-а-а… Ах — х…
Безумная скачка переросла в неконтролируемую. Мои стоны, его… Нам было очень хорошо вместе. Мы как уникальные ключик и замочек идеально подходили друг другу в постели. Если бы нас застал кто-нибудь в гостиной, то увидел бы слишком развратную и откровенную картину. Я, практически обнаженная, взмокшая, открытая, скачущая на члене Алекса…
И Алекс с затуманенными от желания и страсти глазами, нашёптывающий интимные пошлости.
Мы утопали в нашем желанном соитии. Мысль о том, что нас могут увидеть, доводила обоих до дикого возбуждения и почти одновременно нас разорвал бурный оргазм.
К счастью, в доме никого, кроме нас не оказалось. Удушливость и темнота окутали Лас-Вегас, а я лежала на диване, забывшись в его объятиях. Немного погодя мы поднялись в спальню, чтобы продолжить нашу бурную ночь…
Два с половиной месяца спустя
Я уехала с Алексом в Сан-Франциско. Мы не стали останавливаться в отелях или снимать пентхаусы. Он купил дом на пляжной линии залива Сан-Франциско. Инвестиции в недвижимость западного побережья являлись самыми выгодными в Америке. Поэтому выбор пал на данный шедевр: красивый и просторный дом из белого камня в средиземноморском стиле. В отделке он был намного проще, чем дом в Лас-Вегасе, но не менее изысканный и комфортный. Я чувствовала себя здесь гораздо увереннее. Всё же излишняя роскошь давила на меня.
В Сан-Франциско Алекс занялся организацией нового бизнеса. Его заинтересовало производство интегральных микросхем. Долгие переговоры с новыми партнёрами принесли долгожданный положительный результат. Контракт о сотрудничестве был подписан. Вливались инвестиции, приобретались помещения под офис, нанимался персонал, назначались деловые встречи. Ужины, походы в оперу или театр с партнёрами и другими деловыми людьми. Моё присутствие на них было обязательным. Алекс постоянно брал меня с собой. Выводил в свет, как и обещал.
Помимо меня на данных встречах присутствовали жёны или любовницы деловых людей. Общение со мной они находили очень приятным. Не знала, что я могу быть настолько компанейской.
Нередко с нами на встречах бывал Саймон. Да, неизменная тень находилась рядом, здесь со мной. Алекс не посвящал меня в суть пребывания Саймона в Сан-Франциско. Наблюдая за происходящим, я подозревала, что Саймон не просто правая рука ди Борго. Здесь крылось что-то иное и связывало их нечто большее. Вопрос в том, что?
Видеть Саймона в новом свете было не привычно. Он изменил стиль стрижки, одежды и манеру держаться. Стал, как говорится, светским денди. Полагаю, что и Саймону было непривычно видеть меня в новой роли. Деньги Алекса сделали своё дело. Походы в салоны класса люкс, брендовая одежда и драгоценности преображали мой облик до неузнаваемости. Ди Борго не скупился, тратился по полной. Сначала было очень неудобно, я отказывалась от подобного жеста. Но распоряжения Алекса как всегда не обсуждались, и мне пришлось принять его покровительство.
Нет. Я не была его содержанкой. Он называл меня своей женщиной и представлял в свете именно так.
В свободное от дел, мероприятий и учёбы время мы проводили вдвоём. Много гуляли по городу, заглядывали в каждый ресторанчик или кафе. Сан-Франциско — город настоящих гурманов, что так нравилось Алексу. Здесь имелось такое количество отличной гастрономии, что местным жителям могли бы позавидовать даже нью-йоркцы. Неудивительно. В краю хорошо развитого туризма ресторанный бизнес был поставлен на широкую ногу. Для посетителей готовили лучшие повара со многих стран мира.
Мы наслаждались вкуснейшими блюдами из креветок, крабов, морепродуктов, пробовали различные салаты. Не обходили стороной и богемные кофейни. Мне покупали изумительный шоколад в шоколадных лавках. Конечно, было приятно, но я считала, что Алекс слишком баловал меня.
Боюсь, что мне нравилось жить в Сан-Франциско. Калифорния — идеальное место. Её мягкий климат и бескрайний синий океан благотворно влияли на меня. Я немного загорела, кожа приобрела лёгкий золотистый оттенок, от бледности не осталось следа. Веснушки, появляющиеся на лице, больше не бросались в глаза.
Помимо дневных прогулок, мы не отказывали себе и в ночной жизни. В городе находилось много ночных клубов и баров, куда Алекс охотно выбирался. Он любил танцевать со мной или просто уединяться в випе. Да, данными комнатами ночных заведений мы пользовались несколько раз.
Бывали вечера, когда нам совершенно не хотелось никуда идти. Мы проводили их в доме, общались вдвоём и, дегустируя отличные вина, усевшись возле камина, играли в шахматы. Когда-то в прошлой жизни я играла в них. Алекс же, зная об этой части моей биографии, приобщил к шахматам снова. Нужно отдать ему должное, он был очень достойным соперником. Шахматы являлись и его давним увлечением.
Как думаете, кто выигрывал? Правильно. Чаще всего я.
Иногда на меня находило уныние. Я тосковала по играм. Оказалось не просто освободиться от многолетней привычки. В эти моменты рядом был Саймон. Он занимался со мной итальянским или заставлял трудиться в спортзале. Алекс же был менее лоялен в подобном вопросе. Он перевоспитывал жёстче. Отводил к холодному бассейну, где я плавала до посинения, а затем мы принимали вместе горячий душ и занимались любовью.
Посещение магазинов я не любила. Так было всегда. Я не страдала вещизмом, но в Сан-Франциско шопингу приходилось уделять время. Однажды после утомительного дня, проведенного в Westfild San Francisco Centre, Алекс решил зайти в ювелирный салон. У меня мандраж начинался, когда он отправлялся за покупками в подобные места. Принимать от него одежду — одно, а вот драгоценности — совсем другое. К ним я привыкнуть не могла.
Ди Борго не относился к тому типу мужчин, что распевают под окнами серенады или устраивают романтические сюрпризы. Он предпочитал отдавать дань своей привязанности материальным способом, покупая дорогие подарки. Внимательно рассмотрев предложенный товар, Алекс сделал выбор. Он приобрёл для меня нить из высококачественного морского жемчуга.
— Алекс, зачем? Я не могу принять его.
— Жемчуг — это хороший тон Лорена. Он благороден и всегда уместен, — убеждал Алекс, застегнув нить на моей шее. — Да. Этот оттенок особенно подходит тебе. Не отказывайся. Я так хочу. Хочу, чтобы ты его носила.
Вот так всё просто. Хочет, чтобы носила. Нить бесспорно была удивительно прекрасной. Смотрелась очень нежно. Перламутр жемчуга имел редкий молочный цвет. Его великолепный подарок стал тем немногим, что останется со мной на долгие года.
— Мне очень нравится на самом деле, — с улыбкой ответила Алексу. — Спасибо.
В тот день домой мы возвращались изнурённые, но в хорошем настроении, оттого, что впервые воспользовались общественным транспортом. Проехались на наземном трамвае. Мне, конечно, было не привыкать, но для Алекса данное средство передвижения явилось новинкой.
Переступив порог гостиной, я заметила на столе вазу со свежими бело-розовыми гортензиями. Эти цветы постоянно дополняли интерьер. Всякий раз, глядя на них, покрывалась румянцем. Они напоминали день моего откровенного грехопадения, когда я впервые перешагнула запретную черту.
Наша интимная жизнь всё также бурлила. Чем дольше мы находились вместе, тем больше нас тянуло друг другу. Иногда Алекс признавался, что спать не может, если меня нет рядом, под его боком. Наша зависимость усиливалась. Он был моим единственным мужчиной, пробуждающим все краски страсти. Я была его послушной женщиной. Мы дарили друг другу истинное наслаждение. Не было больше неловкости, не было стыда. Постепенно Алекс полностью раскрепостил меня.
Близилось Рождество. Встречать его без снега приходилось впервые. На столе уже лежали новогодние шары, а в гостиной стояла зелёная ель. Я собралась наряжать рождественское дерево. Алекс сидел на диване, что-то печатал на ноутбуке. Телефонный звонок отвлёк его от процесса. Я насторожилась. Опять у звонка была та же мелодия, что раздалась два с половиной месяца назад.
Отбросив всё, Алекс быстро ответил. На итальянском, разумеется. Он вышел из гостиной и закрылся в кабинете. Благодаря регулярным занятиям я неплохо понимала ранее не ведомую речь. Алекс не желал, чтобы я слышала.
Я не просто догадывалась о чём говорилось. Я точно знала — это новости про Тэда. И ждала, когда ди Борго вернётся. Пятнадцать минут тянулись мучительно долго. Наконец он зашёл в гостиную. Алекс был слишком серьёзный и потирал подбородок. Так он делал, когда дела плохи. Мы встретились взглядами. Он долго молча смотрел на меня. Закрыл ноутбук, нарушил молчаливую паузу:
— Лорена, мне нужно уехать в Нью-Йорк по делам. На неделю. Может быть, задержусь дольше.
— Так неожиданно? Что-то случилось?
— Есть дела, которые не терпят отлагательств. Конец года. Нужно присутствовать в холдинге лично. Саймон останется с тобой.
— Будет приглядывать, как всегда, — вздохнув, огорчилась и лёгкая улыбка тронула моё лицо.
— Иди сюда!
Алекс властно просил и я подошла. Его плотоядный взгляд уже раздевал меня. В тот момент мы занялись любовью, а потом он срочно уехал в Нью-Йорк. Рождество я встречала без него. Одна. Хотя нет, я встречала его с Саймоном.