Глава 24. События в новом году

Лорен

Калифорнийская весна вовсю буйствовала яркими красками. Это поистине самое красивое и вдохновляющее время года. По выходным мы наслаждались совместными прогулками по зелёным холмам и цветущим полям. Конечно в горах было пока прохладно, но для прогулок и для отдыха на пляжах температура была вполне подходящая. Я и предположить не могла, что столь простые увлечения и отдых придутся Алексу по душе.

Светские вечеринки и встречи отошли на дальний план. Я считала их утомительными, тем более, когда в компании находилась Роуз. С интригующей итальянкой, я практически не общалась. Ничего особенного, кроме стандартных фраз при встрече. Сплетни Роуз, разумеется, нашли выход, и прежде благосклонные женщины улыбались мне в глаза, но перешёптывались за спиной. Многие из них, кроме Эллен Харпер. Она осталась единственная, кто искренне общался со мной.

С Саймоном мы виделись редко. Он не часто появлялся в доме в Сан-Франциско. Всё больше находился в Лас-Вегасе, иногда уезжал в Нью-Йорк. Ревность Алекса по отношению к Саймону была слишком очевидной, хотя он старался не проявлять её при мне. Каждую свободную минуту мы находились вместе. Алекс стал ещё более внимательным и более страстным. Случайно в нём открылись не ведомые мне ранее таланты. Однажды, сидя в кабинете, я делала эскиз рисунка к курсовой. Он рассмотрел его и внёс недостающие, по его мнению, штрихи.

— Ты умеешь рисовать?

— И не только это. В детстве мы с сестрой ходили в художественный класс. Я часто рисовал за двоих, так как Ванессу интересовали совершенно иные увлечения. Можно сказать, спасал сестру от праведного гнева родителей.

— Спаситель брат, — улыбнулась я. — Твоё детство определённо проходило очень интересно.

Теперь мне стала больше понятна тяга Алекса к предметам искусства, которые он коллекционировал. Здесь крылось не только выгодное вложение денег с долгосрочной перспективой, но и любовь к прекрасному, привитая с детства.

Я же со своим братом до сих пор не общалась. Пыталась звонить Тэду несколько раз, как только переварила его выходку, но его телефон был постоянно недоступен. От Алекса я узнала, что Тэд продал семейный дом в Мэдисоне и переехал в Чикаго. Он начал новую жизнь. Номер телефона, видимо, сменил тоже. С одной стороны я радовалась за него. С другой — самовольное решение продать родительский дом стало неприятным известием. Теперь мне даже вернуться некуда.

В начале апреля мы отправились на две недели в Лос-Анджелес. В этом городе у Алекса должна была состояться сделка с новыми заказчиками. Ему практически удалось подписать с ними контракт. Завершение ожидалось через пару дней, и всем хотелось отдохнуть от напряжённости. По этому поводу вечером мы должны посетить оперу, куда нас пригласили знакомые.

— Так какой спектакль по программе? — уточнила у Алекса.

— «Отелло».

Я мило улыбнулась, отметив про себя, какая интересная подборка для вечера. Подкрасив губы, заколола распущенные локоны волос на бок. Я собиралась встать со стула, но сзади подошёл Алекс. Он держал в руках новый бархатный футляр, открыл его и достал изумительное колье в виде тонких переплетённых нитей из белого металла, с жемчужными россыпями. Надев колье мне на шею, подвёл итог, заявив, что теперь можно отправляться в оперу. Изумительное изделие невероятно смотрелось с платьем кораллового цвета, оставалось лишь серьги в уши вдеть.

— С каждым разом всё дороже! — выдохнула, притронувшись к колье рукой. — Я чувствую себя не совсем в своей тарелке, Алекс. До сих пор не могу привыкнуть.

— Этот комплект взят напрокат. Если тебе не нравится совершенно не обязательно его приобретать. Хотя ты заслуживаешь большего Лорена.

— Можно подумать? — Алекс согласно кивнул, и мы отправились в оперу.

Здание оперы производило ошеломляющее впечатление. Высокие потолки, массивные хрустальные люстры, хорошая акустика. Довольно немало народа пришло на спектакль. Мы проходили по холлу к двери забронированной ложи, где нас уже ожидали наши неизменные друзья Харперы, когда я услышала знакомый голос.

— Вот так неожиданная встреча! Привет! — расплылась в голливудской улыбке Роуз. Её я меньше всего ожидала здесь встретить, но воистину говорят: Земля круглая.

Мы поздоровались с ней. Роуз манерно подала руку Алеску и прошлась по мне оценивающим взглядом с головы до ног.

— Ты изумительно выглядишь, Лорен. Очень рада видеть тебя, фарфоровая статуэтка. Алекс, — теперь Роуз нарочито потянулась к щеке ди Борго и чмокнула его.

«Интересные дела!» — отметила про себя, но продолжала улыбаться Роуз. Она откровенно флиртовала с моим мужчиной и плевать ей было на то, что неподалёку стоял её муж. Хитро прищурившись, Роуз, наконец, озвучила свой главный вопрос, выпустив наружу первую порцию змеиного яда.

— Вы сегодня вдвоём без Саймона? Обычно ты без него никуда, дорогая, — многозначительно подмигнула мне и принялась изучать реакцию ди Борго.

Я еле удержалась, чтобы не вздрогнуть, так как пальцы Алекса сильно стиснули мои, и он недобрым тоном ответил ей:

— Мы всегда с Лорен вдвоём Роуз. Решили со Стэном оперу послушать в Лос-Анджелесе?

— Да. Мы здесь у родственников гостим. Вот и пришли провести вечер.

— Отлично. Так, где ваша ложа находится?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Этажом выше, — быстро ответила Роуз. Её пыл поутих разом, от его холодного, жёсткого тона и она направилась к Стэну, а мы прошли в забронированную ложу.

Чета Харперов дружелюбно беседовала с нами, пока не раздался звонок, оповещающий о начале спектакля. Все расселись по своим местам. Алекс положил руку мне на колено. Первый собственнический жест на людях. Он злился, хотя внешне вида не подавал. Похоже, что Роуз своими намёками способна взбесить кого угодно. Пока шла первая часть трагедии, Алекс то и дело украдкой поглядывал на меня, а я заметила, что в ложе этажом выше, немного справа от нас находится Роуз с мужем. В отличии от супруга, её спектакль мало интересовал. Она периодически смотрела в маленький бинокль по сторонам. Несколько раз направляла его на нашу ложу, явно беззастенчиво рассматривала Алекса и полагала, что никто её не замечает.

Проявление нездорового интереса Роуз к нашей паре, мягко говоря, настораживало. Нетрудно догадаться, что в антракте она вполне способна снова ненавязчиво пересечься с нами в холле. Как знать, сколько очередных гадостей наговорит? Надо было сразу рассказать Алексу про её намёки. Но если честно, мне совершенно не хотелось напрягать его подобной ерундой.

Когда прозвенел звонок, возвестивший о завершении первой части, мы решили спуститься в вестибюль первого этажа. Алекс быстро шёл по холлу, держал за руку, увлекал за собой. До вестибюля мы не дошли. Он открыл какую-то дверь и, переступив порог помещения, закрыл её на ключ.

— Это гримёрка?

— Как видишь, — отрезал он, подтолкнув меня к столику у зеркала. Я оперлась руками о столик, присела на него.

— Что на тебя нашло, Алекс? Придал значение словам Роуз?

— Придал значение??? — нависнув надо мной очень серьёзно переспросил он, изгибая бровь. Его рука тянула подол платья вверх. — Девочка моя, она открыто высказалась, что ты и Саймон… Так что на яхте было, а?

— Ничего не было. Ты это знаешь.

— С чего тогда Роуз намёками сыпет? — глаза Алекса пылали, их застилала ревность, а в голосе появились гневные ноты. Он обхватил моё лицо ладонями, погладил большими пальцами шею.

— Господи! Да ей и повод и не нужен, чтобы судачить. Саймон наблюдал за нашей женской компанией на яхте. Вот и сработало больное воображение Роуз. Она мне с самого начала прогулки гадости говорила.

— Дальше? — требовательно спросил Алекс, плавно прошёлся руками вдоль шеи, обхватил за плечи.

— На острове наблюдала за нами. Саймон просто подошёл ко мне после сёрфинга. У Роуз появился повод наболтать Мэрион не бог весть, что. Я игнорировала её с тех пор.

— Это я давно заметил, — он сжимал плечи слишком сильно. Пытливо смотрел в глаза. Да Алекс сам был, как Отелло! Он пытался держать себя в руках, но ревность брала своё.

— Ты убиваешь меня беспричинной ревностью. Осталось только спросить: молилась ли я на ночь? — Моя тирада заставила его улыбнуться. — Прекрати!

Алекс отпустил плечи, но стиснул руками талию, растолкал бёдра ногами, встал между ними. Быстрым рывком освободил меня от нижнего белья. Затем одной рукой он взял меня за шею, другой расстегнул брюки. Придвинув ближе к себе за бёдра, Алекс быстро вторгся в меня. Он трахал страстно. Целовал в шею и явно оставлял на ней следы и засосы. Его толчки были настолько сильными, что моя попа подпрыгивала на маленьком столе. Он бурно кончил в меня горячим семенем, впился губами в губы, заглушив стоны.

— Лорена, — произнёс он, отстранившись от меня. — Я знаю, что ты не способна воткнуть мне нож в спину. Я доверяю тебе и Саймону, но эти нездоровые разговоры… Этому нужно положить конец.

Я спрыгнула со столика, и тёплая сперма потекла вниз по бёдрам. Разыскивая салфетки, которые явно здесь имелись, увидела в зеркале своё отражение. На шее красовался багровый засос.

— И как же ты прекратишь разговоры? — я провела по шее пальцами. — Чёрт! Это срочно надо чем-нибудь замазать.

— Пусть все видят, что ты моя! — заявил Алекс, крепко обняв. — Я хочу официально объявить о наших отношениях.

— Что? — спросила, не поверив.

— В июне мы поедем в Нью-Йорк, и я представлю тебя своей семье. Пойдём. Антракт закончился.

Я озадаченно смотрела на Алекса, и лёгкий холодок прошёлся по спине от мысли о Нью-Йорке. В целом я не возражала официально называться его девушкой, но знакомиться с семьёй Алекса… В затею слабо верилось. Он приободрил меня, уверив, что всё будет хорошо.

Поправив одежду, я прикрыла засос локонами, распустив волосы. Мы вышли из гримёрки, немного опоздали на вторую часть. Оперу досматривали в странном настроении. Я размышляла о заявлении Алекса, а он при каждом удобном моменте не сводил с меня глаз. В них отражались разные чувства: нежность, ревность, страстный интерес и любовь. Да, именно любовь, хоть он и не говорил об этом прямо.

Харперы остались довольны и постановкой, и нашей компанией. Они предложили продолжить вечер. Пригласили на ужин в уютный французский ресторанчик. Идея была одобрена, ведь с супругами в последнее время, доводилось видеться не часто. На выходе из оперы, мы столкнулись с одним молодым мужчиной. Он явно знал Алекса, потому что рад был встрече и охотно поздоровался.

— Добрый вечер, Алекс! Вот так встреча! Тебя в Нью-Йорке не поймать. Оказывается, нужно просто приехать в Калифорнию, — шутил мужчина, похлопав Алекса по плечу. — Представишь меня своей очаровательной спутнице?

— Разумеется. Это Лорен Мэй, моя девушка. Лорен, познакомься с Санни Сторелли, моим давним другом детства.

Обмен любезностями несколько минут, как требовали того правила приличия и мы уже садились в поданный автомобиль. Санни стоял у ступеней оперы явно под странным впечатлением. Он не скрывал интереса, провожал удивлённым взглядом нашу пару.

Вечер странностей на этом не закончился. По возвращении в отель из ресторана я собиралась принять ванную, когда телефон вдруг ожил от входящего сообщения. Написал Тэд. Он просил прощения за то, что пропал и предлагал с ним встретиться. На следующей неделе мой брат вместе с Анией собирался посетить Сан-Франциско.

Алекс

После возвращения из Лос-Анджелеса я вынужден был уехать в Нью-Йорк на незапланированное собрание совета директоров. Лорен осталась в Сан-Франциско. В доме находилась надёжная охрана, прислуга и Саймон. Он приехал по моей просьбе, потому что на душе было неспокойно за неё. Я размышлял, не совершил ли ошибку оставив Лорен. Но она права. Ей нужно готовиться к экзаменам, которые состоятся совсем скоро. В Нью-Йорке это вряд ли будет возможным.

С тяжёлым сердцем я вылетел в Нью-Йорк. Нудные часы совещаний, разговоры с моей девочкой по телефону в перерывах от дел. Вроде всё спокойно, и Саймон уверил, что нет повода для беспокойства, но на душе по-прежнему оставалась тяжесть.

Конец рабочей недели. Пятница. Я не стал дожидаться понедельника, попросил пилота подготовить самолёт. Вечером вылетим в Сан-Франциско. Полагаю, моя семья переживёт то, что не провёл с ними выходные. В целом, за прошедшую неделю я толком не виделся ни с мамой, ни с сестрой. Не получилось. Если Ванесса не придала особого значения моей отстранённости от семейных вечеров, то мама нет. Да и поговорить с ней необходимо, чтобы подготовить её к встрече с Лорен.

Конечно, новость о расставании с Кьярой придётся ей не по душе, но со временем она примирится с моим решением. Моя мать — человек не злопамятный. Она понятливая и отходчивая. Миссис ди Борго не страдала манией величия и родовое происхождение потенциальной невесты сына для неё не главное. У меня теперь иные планы относительно дальнейшей жизни. Придётся всем с ними считаться.

Лорен оправдает ожидания матери. В этом я был уверен. Она хорошо воспитана и образованна. Умна, тактична, в меру общительна и не конфликтна. При этом проявляет характер, если хочет чего-то добиться. Она прекрасно вписалась в общество моего мира, и её охотно приняли. Лорен умеет общаться должным образом и понравится моей семье. В ней есть все качества, что так ценит моя мать.

Рано или поздно мама примет её. Страхи Лорен напрасны. Надо только дать им немного времени для адаптации. Стук в дверь отвлёк меня от размышлений.

— Привет, сынок! Рада тебя видеть, — приветствовала мама, когда зашла в кабинет. Вовремя пришла. Я усадил её в кресло, поинтересовался, не хочет ли она чего-нибудь.

— Ничего не нужно, Алекс. Не беспокойся. Я так редко вижу тебя в последние полтора года, что просто хочу провести с тобой немного времени. Пусть нас никто не тревожит.

Я тоже очень рад был видеть маму. Она сделала правильно, что приехала ко мне в офис, ведь вечером мы не пообщаемся. Поговорив немного о делах компании и рассказав обо всех семейных новостях, мама не забыла упомянуть про Кьяру.

— Кьяра уже две недели находится в Нью-Йорке. Приехала навестить родителей и к нам заходила.

— И?

— Ты до сих пор не виделся с ней?

— Нет, — отрезал я. — Хорошо, что ты сама затронула эту тему. Мне нужно кое-что сообщить тебе.

— Ты задумал расстаться с Кьярой? — догадалась мама и побледнела. В проницательности ей не откажешь, поэтому легче будет говорить с ней. — А как же договор между семьями? Ты подумал об этом Алекс?

— Мы давно не вместе с Кьярой. Мы не подходящая пара и осознали, что помолвка была опрометчивостью.

— Но как же так? Погоди, Алекс. Кьяра даже словом не обмолвилась о расставании. Наоборот, она вчера была полна надежд.

Мама растерялась, развела руками в стороны, а я просто опешил. Кьяра смолчала? Не рассказала ничего Альберто. Затеяла какую-то игру? Я ждал, пока мама немного сконцентрируется на теме снова, а в этот момент дверь кабинета распахнулась.

— Не помешаю? — услышал я басистый голос Альберто. — Твоя секретарша, Алекс упорно не хотела меня сюда пускать!

— Альберто? — улыбнулась мама, встав с кресла. — Добрый день! Какая приятная встреча!

Альберто искренне приветствовал маму, поцеловал ей кисть руки. Мама же взяла сумочку со стола и направилась к выходу.

— Я, наверное, пойду, сынок. Давай вечером обсудим то, что ты хотел сказать. Хорошо? У вас свои дела. Не буду вам мешать.

— Мама, ты мне не мешаешь.

— Мне нужно к дизайнеру зайти. Совсем забыла. До вечера, Алекс. До встречи, Альберто!

Мама, как всегда в своём репертуаре. При Альберто никогда ничего не станет обсуждать. Она ушла, и как только дверь кабинета закрылась, Альберто изменился в лице. Он сел в кресло и положил на мой стол жёлтый конверт. Лицо Альберто было серьёзным. Смотрел он тяжёлым взглядом.

— Что это? — осведомился у него, указав на конверт.

— Открой. Думаю, тебе станет интересно.

Тон Альберото мне совершенно не понравился. Он, что угрожать мне пришёл? Я открыл конверт и достал несколько фотографий. Рассматривал я их сосредоточенно, не выражал никаких эмоций.

На фотографиях были запечатлены мы с Лорен: выходящие из здания оперы, садящиеся в автомобиль, прогуливающиеся по Сан-Франциско, держащиеся за руки, целующиеся на причале. И фото, где изображена одна Лорен, прогуливающаяся в центральном парке. Я вопросительно посмотрел на Альберто, тщательно сдерживая закипающую злость.

— Санни прислал мне эти фото. Что это значит Алекс? Ты бросил Кьяру и завёл себе новую любовницу?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Мы давно расстались с Кьярой. Жаль, что она не сказала тебе. Так в чём проблема?

— В чём проблема? — задумчиво повторил вопрос Альберто, покачал головой, взял ручку со стола и начал вертеть её в руках. Так он делал, когда принимал важное решение. Затем продолжил: — Сынок, я поддержал тебя на голосовании на пост президента холдинга. Считай, поручился за тебя перед советом. Ты обещал, что дашь Кьяре своё имя. У нас был договор. А теперь выясняется, что, будучи помолвленным с моей дочерью, ты завёл шашни с другой женщиной. Ты, не стесняясь, выходишь с ней в свет, представляешь своей девушкой! А как же моя дочь? Конечно по-мужски я тебя понимаю, — Альберто взял фото Лорен со стола и внимательно рассмотрел его. — Красивая британка, — сделал он акцент на второе слово. — Мало кто устоит. В этом и проблема, Алекс.

— Угрожаешь мне Альберто?

Ну что ж, я готов был к такому раскладу и готов сцепиться с Серра, но шантажировать меня это уже слишком.

— Нет, — отрицательно покачал головой Альберто. — Мне это не выгодно. Я тебя с детства знаю. Ты мне как сын. Думаю, что при твоём неудовлетворительном ответе Гвидо с удовольствием пообщается с ней. Ну так как Алекс, насколько она тебе не безразлична?

Я не спеша встал из-за стола, обошёл Альберто. Он отдал мне фотографию и стал ждать ответ. Альберто Серра умел ждать, когда ему это было выгодно.

Я смотрел прямо ему в глаза. Эта сволочь решил угрожать Лорен? Конечно, он понимал, что, объявив мне войну, подпишет себе приговор. Я перевёл дыхание, оценивая ситуацию. Гвидо, имя которого он упомянул, профессиональный наёмник и садист. Редкостная мразь. Работает на мафию. Серра явно не шутил.

— Дальше! — рыкнул я на Альберто, понимая, куда он клонит.

— Предлагаю тебе вот что, сынок! — Альберто поднялся с кресла. — Женщина она красивая, умная. Я наслышан о её игорных талантах. Наслышан, как обставила Картера в твоём казино, как ты сцепился с ним из-за неё. Кстати, ты в курсе, что сломал Картеру три ребра? — Альберто усмехнулся. — Только она не его обставила, а меня. Деньги просранные Картером были мои. Он взял их у меня. Играл за двоих.

— Ты хочешь денег? Сколько? — я достал чековую книжку из ящика стола. — Полагаю, что Картер рассчитывал как минимум выиграть вдвое больше поставленного. Шесть миллионов тебя устроят Альберто? Семь. Плюс миллион сверху за ущерб.

Выписал чек и отдал его Альберто. Он хмыкнул, почесал затылок, и его глаза выразили всё зло и гнев, на которые был способен Серра.

— Даже так, Алекс, — растянул губы в наигранной улыбке Альберто. — Готов возместить мне потерянные ожидания ради женщины? Сильно, однако, она зацепила тебя.

Он оскалился, как гиена, почуявшая лёгкую добычу, и продолжил озвучивать немыслимые условия.

— Мне не нужны от тебя деньги. Я знаю, она могла бы возместить и… вариантов множество. Ты очень предприимчивый, Алекс. Я слышал, что тебе хорошо удавалось пристраивать замуж ретивых любовниц. Я готов простить ей три миллиона и позор Кьяры. Теперь ты знаешь, что делать.

Альберто мерзко ухмыльнулся и, направляясь к дверям кабинета, бросил напоследок:

— Кьяре я уже сказал, чтобы рассылала приглашения на свадьбу.

Как только Альберто ушёл, я отменил все оставшиеся запланированные встречи. Быстро рванул на парковку и крикнул водителю:

— Быстрее гони в аэропорт! Живей!