Глава 66

– Как интересно, – раздался позади меня голос Эрика, – вот, оказывается, в чем причина такой нежной привязанности к нему моей сестры.

Он отодвинул соседний стул и присел рядом. Поухаживал, налив чаю мне, а потом себе. Открыл крышку с блюда, к которому я пока не прикоснулась. До носа долетел потрясающий аромат горячей каши.

А быстро адар покончил с утренними процедурами! Даже завидно. Вот бы и мне уметь умываться и расчесываться с такой скоростью…

– Спасибо большое, – поблагодарила я. И добавила: – То есть ты считаешь, что если бы Линар не был богом, Виолея не смогла в него влюбиться?

Вот просто не смогла удержаться, чтобы не спросить. Как ни крути, я-то принадлежу к людям, в отличие от Линара. Вот в таких случайных оговорках и выясняются истинные мысли человека. И не человека, оказывается, тоже.

– Нет, Аля, – сказал Эрик, повернувшись ко мне, – но многие адары имеют предубеждение против людей, и это нельзя отрицать. К сожалению, нам еще придется с этим столкнуться, когда мы вернемся.

– Ты имеешь в виду, например, отношение твоих родителей ко мне? – уточнила я.

Да, прекрасно помню, как Эрик собрался просить благословления на наш с ним союз. На это Ровин сообщил ему, что их родители против, и тем самым охладил его пыл. Тогда я несказанно обрадовалась отсрочке. А теперь?

А теперь нужно быть готовой к тому, что скоро меня ждет неприятие местной общественности.

С другой стороны… не буду заранее предсказывать себе противостояние с обществом адаров. Сейчас я гораздо сильнее, чем была раньше, а сила, как ни крути, прибавляет и уверенности.

Кирстен и Карисса вон тоже меня ни во что не ставили и не думали, что с мнением какой-то человеческой женщины нужно считаться. И где они сейчас?

Сейчас Эрик собирается представить их на суд совета адаров.

Посмотрим, что из этого выйдет.

– Мне кажется, с Энтаралинаром все не так просто, – сказал Илирамиан. – У него может быть несколько причин оставаться в мире адаров, у меня есть по этому поводу ряд предположений. Привязанность к Виолее, скорее всего одна из этих причин, но это не точно. Я думаю, мы лучше зададим этот вопрос ему самому.

– Скажите, раз Линар бог, то… он умеет отрывать порталы? – спросила я короля. – Путешествовать между мирами?

– Разумеется.

Вот жук! Это значит, что еще в самом начале он мог помочь мне вернуться. Но почему-то не сделал этого.

Но тут, как раз, есть простое объяснение. У Энтаралинара свои цели. Неспроста же он набился в ученики мэтру Лерофану и позволил адарам считать себя человеком? Хотя, припоминаю, мне он как-то намекал на то, чтобы я не верила всему, что говорят.

– Аля, почему тебе так интересен этот вопрос? – спросил Эрик.

– Ну, получается, если Линар бог, то он с самого начала мог помочь вернуться в мой мир. Еще в первый день, когда пришел показать мой телефон и спрашивал, откуда я.

– Да, Аля, ты права, – Эрик взял мою руку и поднес к губам. – Но тогда мы бы никогда не познакомились. Я лично нисколько не жалею о том, что узнал тебя. А ты?

– Нет, я тоже не жалею, что мы вместе, – откликнулась я.

– Я очень рад это слышать, – улыбнулся Эрик.

Тут я слегка подвисла. И потому, что осознала смысл того, что только что сказала, и от того, что просто засмотрелась на его улыбку. В ней, как и в глазах адара, отражалось… счастье.

И он был искренен.

– Эрикторн, друг мой, – обратился Илирамиан к адару, прервав наш обмен взглядами. – Я хочу обсудить с тобой ряд вопросов. Первое – я собираюсь огласить тот факт, что мы с тобой давно знакомы.

Эрик кивнул, переведя взгляд на короля ригаров. А я старалась не упустить ни одного слова. Не смотря на голод, еда в тарелке меня сейчас интересовала меньше всего.

– Также я хотел бы объявить перед советом адаров, что Александра является моей подопечной, – тут король ригаров посмотрел уже на меня.

Покосившись на Эрика, я увидела на его лице… нет, вовсе не удивление, которое сейчас царило, например, в моей душе. В глазах адара промелькнуло… одобрение. А Мяу и вовсе чуть заметно кивнул в знак согласия. Я одна ничего не понимаю?

– Это поможет склонить мнение совета в пользу того, чтобы Алю не лишили силы, – сказал Эрик. – Имея в качестве поддержки короля демонов мы сможем, в конечном итоге, выбрать для огненной стихии того, кто не приведет к расколу сил в мире, как было в сто лет назад.

– А что было сто лет назад? – спросила я. Вообще-то, мысль передать кому-то из адаров силу огня у меня уже мелькала, но окончательного решения по этому поводу еще не было. Нужно больше информации. Тем более тут вскрываются такие подробности.

– Отец Кирстена, мой дядя Реинсталлин, решил забрать себе всю власть, – сказал Эрик. – Тебе разве Виолея не рассказывала историю нашего мира?

– Нет, – ответила я, – не успела. Ты меня слишком быстро у нее забрал. А нам с тобой, сам знаешь, было как-то не до разговоров.

Фраза, что должна была прозвучать, как сарказм, неожиданно получилась… с оттенком флирта. Словно бы я намекала Эрику на то, как мы с ним в основном проводили время наедине.

Он улыбнулся уже по-другому, глядя мне у глаза. Да, адар быстро вернул на лицо невозмутимое выражение, но реакцию зрачков-то не скроешь. Он явно вспомнил что-то очень приятное, раз они так резко увеличились.

– Значит, мы будем наверстывать упущенное и восполнять пробелы в твоих знаниях, – неожиданно хрипло произнес Эрик. – Сейчас не так много времени, поэтому я постараюсь рассказать кратко. Отец и дядя всегда вели скрытую борьбу. Отец по праву рождения получил верховную власть, тогда как Реинсталлин смог овладеть лишь стихией огня. Очевидно, что он не был этим доволен, и попробовал провести ритуал, чтобы овладеть большей силой. В результате чего погиб, не справившись с собственной взбунтовавшейся стихией. Его место занял Кирстен.

– Но что ты говорил о расколе сил? – спросила я.

– У Реинсталлина были последователи, – ответил Эрик. – Он собрал всех недовольных властью моего отца. Они должны были поддержать его, когда он набрал бы достаточно сил, чтобы победить в открытом поединке. Кирстен поклялся, что ничего не знал о планах своего отца. Но он, по всей видимости, тоже искал пути и способы накопить больше силы. Это подтверждают его эксперименты с блуждающими порталами.

– Нельзя бездумно вмешиваться в природные законы. Огненные эксперименты привели к тому, что из стихийных порталов в вашем мире остались только огненные, – сказал король ригаров.

– Через который я туда и попала, – добавила я. Посмотрела на короля Илирамиана: – Скажите, а почему вы решили назвать меня своей подопечной?

– По сути, ты и есть моя подопечная, Александра, – ответил король Илирамиан. – Я был рад услышать, что ты не жалеешь о том, что попала в мир, где познакомилась с Эрикторном. Ведь в ином случае мне бы пришлось корить себя за ошибку.

– За ошибку? – спросила я.

– Да. Ведь Рина передала кольцо тебе, а именно я, в свою очередь, поручил Риниссии эту задачу. Я доволен тем, что вмешалась судьба и вы с Эрикторном нашли друг друга и полюбили.

– Постойте, – я пока решила не обращать внимание на то, что мы с Эриком «полюбили». – Это вы сейчас серьезно говорили насчет судьбы?

– Разумеется, – сказал Илирамиан. И тут же добавил, противореча сам себе: – Я вообще никогда не шучу такими вещами. У нас бытует поверье, что судьбы на самом деле не существует.

– Вот! – воскликнула я. – Вы сами это подтверждаете! Свою судьбу мы творим сами!

– Именно! – победно улыбнулся король. – Вы двое встретились, ваши души соприкоснулись, соединились и приняли друг друга. И все потому, что произошло…

– Стечение обстоятельств, – отрезала я.

В голове сразу же всплыли воспоминания о том, каким образом и почему мне пришлось целовать Эрика. Это ведь было краеугольным камнем пророчества? И кто скажет, причем тут судьба?

– Люди говорят о судьбе, когда не могут сами себе объяснить причины того, что случилось, – улыбнулся король. – Или не знают полной информации о фактах. И тогда говорят «стечение обстоятельств».