Глава 4

Князев

Я заметил ее сразу.

Не потому, что она была самой красивой – в «Метрополе» всегда полно красивых. А потому что она смотрела на всех свысока, будто эти вылизанные куклы в своих платьях за миллионы были для нее не более чем фоном.

Стою на балконе второго этажа и изучаю эту таинственную незнакомку, словно экспонат под стеклом.

Блондинка. Длинные волосы. Платье – облегающее, с вырезом, дразнящим воображение. Но главное – глаза. Холодные. Вызывающие. В них читается: «Я здесь случайно, и вы все мне неинтересны».

Именно тогда во мне что-то щелкнуло.

Мероприятия давно превратились в рутину для меня – скучные разговоры, фальшивые улыбки, люди, которые вечно хотят от меня что-то получить.

– Кто это? – с холодной интонацией спрашиваю у своего помощника.

– Полина Соколова. Дочь Ирины Соколовой, владелицы небольшого рекламного агентства, – выдает помощник, будто уже проглотил досье на каждого гостя. – Ранее в свете не появлялась. У них накрылся бизнес. Наверняка, мать притащила ее сюда, чтобы найти выгодную партию…

Усмешка тронула мои губы. Предвкушение скользнуло по венам вместе с глотком дорогого шампанского.

– Она уже нашла.

Полина, значит.

Она казалось сошедшей с полотна импрессиониста – мягкие линии, игра света в складках ткани и прядях волос, образ, который хочется рассмотреть ближе. В ней нет агрессивной сексуальности, но есть магнитная притягательность, заставляющая задержать взгляд.

Девчонка осмелилась отказать мне. Нагло.

Отмахнулась, как от назойливого продавца на рынке. Я видел, как ее пальцы побелели, стиснув бокал, когда я приблизился. Видел, как ее зрачки расширились на секунду – страх? Интерес?

Она старалась не смотреть мне в глаза, но я поймал этот быстрый взгляд вниз верх – она изучала меня.

Мне захотелось разбить ее напускное спокойствие.

Выждав момент, когда Полина направилась в дамскую комнату, а ее мать отвлеклась, я перехватываю ее в полумраке коридора и затащил в подсобное помещение.

Жадно, грубо впиваюсь в ее нежные, дрожащие губы. Сотни женщин прошли через мои руки, но Полина ощущается иначе. Другой запах. Другой вкус. Незнакомая вселенная, в которую я жажду погрузиться.

И я хочу ее.

Я перекрываю ей путь, прижав ладонью к стене. Она не кричит. Не зовет на помощь. Что ж, тем интереснее.

– Ты сама не поняла, что уже моя, – шепчу я, чувствуя, как ее дыхание сбивается.

Ее губы обжигающе теплые, когда я снова накрываю их своими. Она попыталась оттолкнуть меня – слабовато вышло. Потом ее пальцы вцепились в мою рубашку, словно ей не хватает сил устоять на ногах.

Я прикусываю ее нижнюю губу в ответ, вызывая тихий стон, и тут же проникаю языком в ее рот, нагло присваивая, заявляя права. В ответ лишь ледяная маска. Упрямая. Тем слаще будет тебя укрощать.

Я отпускаю ее, мой взгляд скользит по тонкой шее, где отчетливо пульсирует жилка испуга.

– Это было лишь предупреждение, – невесомо касаюсь пальцем ее припухших губ и наблюдая, как расширяются ее небесно-голубые глаза.

Она с силой отталкивает меня – я позволяю, ожидая этого, но никак не следующего.

Обжигающая пощечина, звонкая, как удар хлыста, впечатывается в мою щеку вместе с выплюнутым сквозь дрожащие губы «Ублюдок!». И она срывается с места, исчезая в коридоре.

Мгновение я стою, ошеломленный этой дерзостью. Ярость начинает закипать, но не успевает выплеснуться – вместо этого из меня вырывается хриплый, безумный смех, словно у злобного гения, одержавшего первую победу.

Охота началась.